Звёздное пламя 2: Хищники во мраке

Шеат и Ренаре, крылатому единорогу из Эквистрайна и драконице родом из Нашара, повезло, что они успели прибыть на станцию до начала заседания. Когда они сообщили помощнику о важной новости, их записали в качестве выступающей стороны. Конечно, служащим кратко пришлось объяснить о том, что за новость они хотят сообщить, но когда до председателя дошло одно лишь слово «Перцептрон», то их сразу же пустили в зал, похожий на смесь стадиона и лектория, и усадили на одну из трибун. Делегаты двадцати четырёх государств Коалиции только начали собираться, но тут уже можно было увидеть и привычных джайнесситов с пустынных планет, и экзотических грибоподобных ми-ко. — Ой… я этот огромный зал видела только с экранов до сегодня… Никогда бы не подумала, что я его увижу когда-то вживую… И, честно, мне что-то не очень радостно от этого, — пони нервно сглотнула и переминалась с ноги на ногу, — а ещё… здесь сидит моя старшая сестра, которая уже участвует в политике. Я очень боюсь, что она меня увидит и захочет утащить обратно… Шеат не спроста переживала. Когда Ренара глянула туда же, куда опасливо озиралась её подруга, то заметила белую аликорншу с развевающейся сине-звёздной эфемерной гривой, а рядом с ней — ещё одного аликорна постарше. — От этих ты улетела, да? — чуть хмыкнув, уточнила у Шеат драконица, — в любом случае, они не рискнут прямо во время заседания выяснять с тобой отношения. А вот после постараемся сразу скрыться. У наших сыщиков, Аль’Хаара и Дауда появилась интересная идея… — А они уверены, что им не отдадут приказы задержать нас или идти на другое задание? — бывшая принцесса Эквистрайна скривила уголки губ и занервничала вновь. — Дауд говорит, что ему визирь всея Империи Рассвета дал лишь одно указание — защищать корабли, которые прыгают в гиперпространство. Если он последует с нами, то он будет просто выполнять свою работу. А что до Аль’Хаара… он сам нас пообещал защищать. Забыла? — Хорошо… — коротко кивнула Шеат, — но давай говорить будешь ты. Мы хоть и поступили на факультет дипломатии и политики, но… я не чувствую в себе уверенности. — Ага… а вот лорд Кадмий. Представитель арканайзийской империи в Коалиции, — Ренара указала на трибуну в противоположной части комнаты, где разместился синеволосый арканайзиец в яркой золотой одежде. — А там и от Федерации людей. Герцог Клавдий Флоу. Говорят, он правая рука их лорда-командующего, который в свою очередь имеет почти столько же власти, что и у консулов. Знаешь же имя этого лорда? — Нет. Даже не слышала, — покачала головой пони. — Я тоже. Его все называют по прозвищу: генерал Ассаулт. Ещё вон, у соседней трибуны, встают трое в доспехах: представители Солнечного Королевства. Они имели большой рост — около трёх метров, грубоватую коричневую кожу, длинные вытянутые морды, оканчивающиеся небольшим клювом, а также иглы на затылке и шее, которые напоминали те, что носили дикобразы. Среди этих трёх рыцарей особенно выделялся третий представитель: с угольно чёрной кожей и в вызывающей красной броне. Их посол посмотрел туда, где находились Шеат с Ренарой, пророкотал что-то на своём языке и тут же отвернулся от них, видимо, потеряв интерес. — А это… таррасианцы, — Ренара продолжала рассказывать, тыча когтем в сторону разных делегатов. — Самые могучие воины в галактике родом с ядовитой планеты Таррасиан. У них правит древняя семья Санни, а перед тобой — дочь самого Императора Солнца. Её зовут Дея Санни, но к ней все обращаются «Пресветлая». Она самый сильный воин в их ордене и управляет их военной организацией. Говорят, не проиграла ни одной битвы за всю свою жизнь. — Надо было к ней за помощью обращаться. Вдруг Ланру скрутит в баранку, раз она не проиграла ни одной дуэли? — захихикла пони, прикрыв рот копытом, но затем обратно вернулось серьёзное выражение мордочки. — Для студентки, которая только недавно поступила на факультет дипломатии, ты очень многих знаешь в Коалиции… — Не так уж и многих. Это просто самые известные представители в галактике. Остальные мне незнакомы, — пожала плечами перепончатых крыльев нашаранка. — Кстати, заседание в Совете на этот раз откроет представитель от Харадола. Вот с ней я как раз не знакома, как ни странно. — Почему? — поинтересовалась Шеат. — Её избрали голосованием совсем недавно. Не знаю, что в ней такого нашли, но… а вот и она! — Ренара тут же напряглась, когда на центральном балконе появилась белошёрстая драконица. Длинная синяя грива спадала до плеч и закрывала чёлкой половину морды, однако из-под неё так и чувствовался тяжёлый и строгий взгляд, да и выпирающие клыки добавляли грозности. Избранная председательница начала говорить в микрофон сразу, как в зале набралась должная квота делегатов: — Господа, я Альциона из Верхнего Слоя Нашара, и открывать Совет для меня честь, однако приступим сразу к делу. — Первым я приглашаю выступить археолога Астамару с планеты Палангея. Она расскажет об Энн’Тиере. Прошу. Зал всколыхнулся, чуть напоминая грязную лужу, на которой ветер поднял мелкие волны. Делегат-кентавр, который сидел справа от Шеат, пробормотал своему соседу от той же страны: — Спорная территория двух наших стран и пары государств-выскочек. Что-то намечается… Из первого ряда на сцену взволнованно вышла синеволосая девушка-человек. Она глубоко вздохнула несколько раз, осмотрела присутствующих. Колыхание амфитеатра уже улеглось, только некоторые делегаты выкрикивали неопытной в выступлениях исследовательнице слова одобрения — учитывая, что председала сейчас нашаранка, такое поведение оставалось в рамках приличий по её мнению. — Да’эн Арканайзен вас лаяннэ ворр, — громко произнесла археолог, обращаясь к публике. На Кхорум Аведа, литургическом языке арканазийцев, это означало «Пусть Арканайза озарит ваш истинный путь»: благодарность Хранительнице Вселенной за то, что Она всех собрала в этом амфитеатре. Астамара вставила в голопроектор диск, и над её головой с жужжанием возникло трёхмерное изображение Энн’Тиэрры: — За время своей последней практики перед выпуском из Палангейской академии исторических наук мне предстояло встретиться с останками древней цивилизации нирров, — Астамара начала как можно увереннее. Не её интонация, но её слова заставили зал замолчать резко. Повисла гробовая тишина. Даже те, кто был далёк от истории и археологии, замерли в ожидании. Взять и обнаружить останки нирров — погибшей цивилизацией, которая расселилась по всей известной нами части галактики, но по странным и мистическим причинам исчезла — казалось фантастикой. Но если бы это не произошло, простого стажёра не допустили бы выступать в Совете первой. Астамара чувствовала пристальные взгляды нескольких тысяч глаз, но она продолжала, стараясь не замечать их, лишь переключая изображения на голографическом проекторе. Перед зрителями и слушателями предстало изображение подземного «храма» и ангара, в котором нирры прятали огромный межпланетный корабль: — Перед вами одна из построек Нирров. Вы видите это изображение самой Арканайзы. Из него следует, что культура на Файрасе, где я была, и на Палангее, где находили такие же изображения некогда, схожи. То, что Энн’Тиэрра некогда называлась Файрас, ясно из письменности на стенах. — Это та самая планета… Слышали ведь, как она нагло заявила о своей независимости, и её примеру последовали некоторые другие планеты… — пронесся шёпот возбужденных слушателей по рядам. — Значит, теперь она законно арканазийская? Империя — наследник культуры нирров… Немыслимо! — Это значит только то, — продолжила Астамара, — насколько же была развита цивилизация Нирров в своё время. Они владели совершенными технологиями на тот момент, однако до сих пор нет никаких свидетельств о том, кто они такие, и есть ли ещё где-нибудь живые нирры? Разве может бесследно вымереть такая развитая цивилизация, некогда правившая всей галактикой? Мой ответ — нет. И я встречала Нирров вживую, — Астамара выдержала небольшую паузу, слушая очередную волну шёпота по залу и переключила изображение, показывающая найденные на Файрасе обелиски. — Найти их можно. Они оставляют нам загадки, ключи, по которым сами же ориентируются. Они обладают целой сетью связи между своими колониями. Вот только где они располагаются… Никто не может дать ответ. В том числе и я… Однако внезапно зал стих и замер в мучительном трепете. Сначала Астамара не поняла, почему так резко переменилось настроение в зале, но, глянув на арканазийский балкон амфитеатра, она потеряла дар речи. Со своего места перед рядом охраны в белых плащах и с кинетическими копьями встала арканазийка настолько высокая, что её белоснежные волосы, скреплённые серебряной заколкой с сапфирами, почти доставали до гранитного свода ложи. — Наше императорское высочество Шерра Аргонари, — она представилась ради правил, а не потому, что её могли не знать, — дочь её императорского величества Эльзары Аргонари и представитель арканазийского совета на этом заседании. Ваше сведения вызывают большой интерес у нашей исследовательской гильдии. Мы хотели бы после заседания подробно обсудить возможность более глубокого сотрудничества с вами. Что же до остального — безусловно, планета пока остаётся в статусе спорной территории, однако там произошло вопиющее убийство одного из наших достопочтенных лордов. Как вы это можете объяснить? В это время стоявший рядом лорд Кадмий засуетился и затем достал транслятор, связавшись с кем-то. Что-то ответив оператору на той стороне, он тут же повесил трубку и, учтиво поклонившись, что-то передал дочери императрицы. Шерра же лишь едва заметно кивнула, не проявив никаких эмоций. — Ваше высочество, — Альциона склонила голову и учтиво раздвинула крылья в стороны, приветствуя нового гостя, — это большая честь для всех нас видеть столь высокопоставленное лицо на заседании Коалиции, Шерра Аргонари. Мы для того и собрались, чтобы обсудить ситуацию с планетой. Так как мы знаем, что там находятся и другие дома, представители иных фракций. Например, дом Красновых от Человеческой Федерации и дом Андурон от Империи Рассвета Джайнес. Мы искренне соболезнуем гибели лорда Виррэя, однако вопрос о статусе планеты сейчас поднимать невозможно. Если только жители сами не проголосуют за то, какой путь развития они должны принять. Мы можем только направить на Файрас независимых экспертов, которые проведут опрос и полный анализ ситуации на планете. Внезапно слово взял представитель Федерации человечества — некий герцог по имени Эндонтон Лаведа. Он встал и отдал воинское приветствие всем присутствующим: — Господа. Вопрос о статусе планеты уже поднимался двадцать лет назад, когда случился последний конфликт между домами Красновых и Дракхартов. У нас остались старые отсчёты и показания жителей. Разрешите оказать вам помощь и выслать старые документы, а также помочь в организации независимых экспертов. Надеюсь, госпожа Альциона, вы прекрасно понимаете, что моя задача — защищать интересы моей расы, поэтому я обязан вам предоставить своих помощников, чтобы они проследили за тем, чтобы нарушений в сторону человечества совершено не было. Старый семидесятилетний герцог с седыми усами и зелёными глазами уселся обратно. Он был плешивым и кряхтел немного, а его покрытое морщинами и бородавками лицо выражало усталость. Но его неожиданное заявление вызвало лёгкое удивление как у Шеат, так и у Ренары. — А он довольно активно хочет помогать… — тихо пробубнила пони. — Астамара, продолжай, — настойчивым, но не приказным тоном обратилась наследница арканайзийского трона. Астамара поклонилась и неуверенным голосом продолжила рассказывать: — Древнейшие постройки Файраса принадлежат ниррам, значит, если они объявятся, планета принадлежит им по праву первенства. А нирры объявились, причём ещё при жизни Виррея, и даже совещались с ним о чём-то. Безвременная кончина лорда оборвала переговоры. Астамара запустила голограмму арканазийского космопорта, на причал которого сходило драконоподобное существо, состоящее будто бы из клочка ночного неба, полного звёзд. Никто не шелохнулся и не произнёс ни слова. Даже просто встретить существо из легенд — событие, а тем более, когда запечатлели на запись тех, кто правит более, чем тысячей планет, тех, кого многие считали богоподобными, а некоторые им поклонялись. — Это не подделка? — Альциона строго уставилась на синеволосую девушку. — Экспертиза проведена, не подделка, — заверила Астамара. — К тому же, есть много свидетелей. — Интересное… существо. А тот, кто рядом с ним, кто они? — Альциона внимательно всматривалась в силуэты. — Эти существа мне известны. Синяя с белыми крыльями назвалась Нарой Блэйз, и она является одним из энн’нирров. По залу прокатился восторженный вздох, но никто не перебил девушку. — Тот чёрный драконид с мечом — это всем известный Эллинор, за которого во многих секторах галактики назначена огромная награда. В зале послушался ещё один громкий вздох, но уже негодующий. Некоторые голоса в хоре начали подхватывать: — Преступник… — Казнить его… — Как они могут сотрудничать с теми, кто приговорён на территории государств-участниц коалиции к смерти?! — Тихо! — Альциона напряжённо хлопнула крыльями. Лишь она одна не проявляла никаких эмоций. — А тот дракон… белый. Кто он? — Он? — Астамара кивнула на чешуйчатого, который тоже вышел из корабля нирров. — Это Аркамон. Он занимался исследованиями руин нирров на Файрасе. Не думаю, что он представляет интерес для всех остальных. Он не преступник и не разыскивается. Что-нибудь ещё хотите уточнить, госпожа председатель? — Нет. Благодарю, Астамара, — Альциона сделала знак лапой, и синеволосая девушка удалилась с небольшим поклоном. А белая драконица продолжила: — Ситуация на Файрасе патовая. Без повторных переговоров с ниррами её не решить. Нам необходимо отправить туда команду экспертов, чтобы их отыскать вновь. Я возглавлю её лично. Кто желает нам помочь в этом деле? — наконец, решительно заявила Альциона. Послы и стороны в зале начали удивлённо перешёптываться. Экраны перед сидениями послов загрузили форму голосования и внесения предложений — это позволило не превращать заседание в какофонию и быстро отметиться всем желающим помочь. Но у Ренары и Шеат были свои заботы. И как раз им предстояло выступить следующим. Выйдя в центр амфитеатра, Ренара начала прямо: — Господа, убийство лорда Виррея — не единственное убийство правителя за ближайшее время. Два дня назад убили Воплощение Небетхет. В той же комнате избавились от Эвервея, техномага, который пытался очистить от заражения первичным вакуумом мою страну. Вместе с его сыном. И важным иерархом культа Владычицы. Не знаю, связано ли это с Перцептроном, которым захотела овладеть арканазийская разведка, чтобы буквально переписывать исторические события в своём мироздании, но у нас в Нашаре есть поговорка — чем больше совпадений, тем вероятнее заговор. Я не знаю, кто убил Виррея и кто заставляет пропадать энергетиков по всему космосу, но я знаю, кто убил четверых высокопоставленных особ в Нашаре — Ланра Ергамен, глава корпорации «Гильдия Странников». Советую вам к ней присмотреться. Не важно, это она лично всё подстроила, нанята кем-то или её тоже заменил злой клон. Через неё вы выйдете на остальных заговорщиков. Нашей волей. Весь зал притих. Прошло пять секунд, десять, кто-то начал перешёптываться, указывая на арканайзийскую трибуну. А затем начали говорить и про Харадол в обеспокоенном ключе. Застрекотал один из таррасианцев, что сопровождал Пресветлую Санни: — Госпожа Альциона, а как вы, будучи представительницей Нашарской стороны, можете прокомментировать происходящее на вашей родной планете? Почему проблемы таких масштабов вынуждены сообщать совершенно левые лица? Белая драконица, чувствуя, что внимание всех членов заседания приковано исключительно к ней, задумалась. Было видно, что ей нелегко даются ответы на такие щепетильные вопросы, однако Альциона старалась держать себя в лапах: — Гильдия Странников — общегалактическая организация, и никакого отношения ко мне или к моей Родине не имеет. Её филиалы находятся на многих планетах, однако это не делает правительство на них причастным к этому делу. Галактическая коалиция решает вопросы исключительно при наличии доказательств и подтверждённых слухов. По данной проблеме у меня на лапах сейчас нет ни того, ни другого. В то время, как проблема Файраса очевидна, хоть и второстепенна на текущий момент по важности. Безопасность галактических транспортных путей является приоритетной целью нашей галактической организации. Однако ориентироваться по одним слухам о Владычице, причастности империи к той или иной деятельности или же потенциально опасной личности невозможно. У вас есть дополнительная информация о произошедшем? — Альциона внимательно посмотрела в сторону Ренары и Шеат. — Может… тогда имя Палантайра вам о чём-то скажет? — наконец, выдала пони, сама того не ведая, что творит. Все в Совете притихли, а затем испуганно ахнули, когда запретное имя пронеслось по залу. Даже Альциона слегка округлила глаза, но тут же взяла себя в лапы и прижала к себе крылья: — Это имя не произносят, но его можно писать, — Альциона вновь активировала заполняемую форму на экранах. — Кому известно что-то про озвученную личность? Какой информацией мы владеем сейчас о ней? — наконец, потребовала она от остальных показаний. В зале повисла тишина. некоторые из присутствующих начали отправлять сообщения. В основном о том, что они впервые слышали это имя, и лишь от герцога Клавдия поступило предложение обсудить всё с глазу на глаз после заседания. Это вызвало у Шеат и Ренары некоторое удивление. — Нам тоже надо попасть на личный приём к этой… — и аликорн указала рогом в сторону Альционы. Нашаранка кивнула и тоже набрала сообщение о том, что знает о так называемой «Палантайре». — Прекрасно, — заключила председательница, когда все прислали ей предложения, — тех, кому известна информация о Владычице, жду в личном кабинете после заседания. Но вернёмся к остальным вопросам. Насчёт безопасности галактических путей. Я санкционирую задействие Галактического Флота в качестве эскорта транспортных судов на время расследования этих обстоятельств. Слова вновь попросила Шерра: — Мы уже занимаемся расследованием, поэтому проясним ситуацию. В последний месяц с кораблями арканазийцев стали происходить странные явления. Сначала мы прямо посреди пути теряем сигнал с ними, а затем, когда мы высылаем туда патруль, находим лишь пустое судно, где нет ни души. Аппаратура, электроника и энергокристаллы, которые должны защищать корабли от энергетического влияния, остаются нетронутыми. Кто-то похищает весь экипаж, но цель похищения, очевидно: энергетики, преступники с тюремных кораблей, а так же у нас пропали некоторые Лорды точно таким же образом. Исчезли безо всяких следов убийства и насилия. Я не уверена, что усиление эскорта защитит пассажиров и экипаж. Их, скорее всего, насильно телепортировали с борта. Альциона ответила почти сразу: — Полагаю, вы уже составили отчёты по вашему расследованию. Буду рада поспособствовать восстановлению безопасности галактическим флотам. Я считаю, что выделять средства на организацию защиты кораблей не имеет смысла, так как всем и каждому мы не сможем обеспечить её, однако… — тут драконица застыла и подняла одну лапу, указывая пальцем куда-то наверх, — мы можем собрать команду, которой поручим обнаружить самих похитителей и найти их. Кто согласен с этой позицией? — Поручик всея вселенной, — хмыкнула Ренара тихо. — Не похожа она на нашаранку, мы решаем проблемы сами. В этом и смысл лидера — он сильнее остальных и способен сделать то, что остальные не могут. — Тогда какой смысл был бы в Коалиции? — подняла на неё взгляд больших глаз Шеат. — Вместе можно сделать то, что не получится даже самому сильному. Альциона это знает и не пренебрегает помощью. По итогам дальнейшего обсуждения Совет избрал команду сильных энергетиков, возглавляемую Аль’Хааром — практически легендарной личностью, способной воплощать предметы из ничего и контролировать чужое сознание на расстоянии. Арканайзийцы тоже хотели оказать помощь в организации экспертизы: лорду Кадмию позвонил Селигер и как раз он сказал, что тайно окажет поддержку в организации. Но Альциона не дала ход этой инициативе. На этом заседание было окончено.