Дом, ключи и немного счастья

      Сайно аккуратно припарковался возле небольшого домика и вышел из машины. Он втянул ртом побольше прохладного воздуха, прежде чем разом выдохнул его и твёрдым шагом направился к двери. Его преследовала лишь лёгкая тень сомнения, присущая каждому человеку, но ни она, ни что-либо ещё не могли поколебать его решимость осуществить задуманное.       Дома, как обычно, царили тишина и темнота и только через щёлочку двери спальни тянулась узкая полоска света и доносились тихие шуршащие звуки. Тигнари опять писал какие-то заметки. Сайно, слегка улыбнувшись, прошёл сначала на кухню и поставил чайник, а потом проскользнул в комнату:       — Привет, любимый, — он обнял Тигнари со спины, слегка наваливаясь на него. В такие моменты ему казалось, что всё внутри него приходит к идеальному балансу: мысли успокаивались, а проблемы становились незначительными.       — Ты опять подкрадываешься сзади, — упрёк произнесённый с тяжёлым вздохом сразу потерялся в лёгком привественном поцелуе, стоило Тигнари повернуться, — Ты голоден? — он встал со стула, закрывая записную книжку.       — Нет, я плотно пообедал с Кавехом и вряд ли захочу есть ближайшие сутки, — покачал головой Сайно.       — Чай?       — Уже поставил кипятиться воду.       — Есть какая-то особая причина, по которой ты сегодня ел с Кавехом? — Тигнари всё же полез в холодильник.       — Ревнуешь? — усмехнулся Сайно, прекрасно зная ответ и потому не нуждаясь в нём, — Он помог мне в выборе кое-чего, поэтому я решил его угостить, — решив не томить, объяснил он.       — Значит, тебе понадобилось мнение человека с очень хорошим вкусом, — сделал логичный вывод Тигнари. Он достал яблочный пирог, решив, на всякий случай, поставить его на стол, если вдруг кое-кто всё же захочет есть.       — Да, это очень особенная вещь, — кивнул Сайно, заливая кипяток в чайник для заварки. Его охватывали странные и противоречивые чувства, когда приближался момент "х". Волнение, радость, тревога, предвкушение и многое другое, что он никогда не испытывал до встречи с Тигнари. Всю свою жизнь Сайно гонялся за обычностью. Его усыновил предыдущий генерал Махаматра — уже довольно нестандартная ситуация. Затем, он в довольно юном возрасте занял должность своего приёмного отца и всеми силами старался соответствовать ей. Многие эмоции, ошибки, и другие обыденные для окружающих явления — были для него под запретом. Но, как известно, всего запретного хочется больше всего...       — И что же это? — всё же не смог удержаться и полюбопытствовал Тигнари. Он нарезал пирог и положил по кусочку в два блюдичка.       — Хочу кое-что рассказать, прежде чем я отвечу, — Сайно поставил чашки на стол и сел. В его взгляде проскользнуло напряжение и серьёзность. — Ты ведь уже знаешь, почему ты для меня особенный?       — Потому что только после встречи со мной ты почувствовал себя самым обычным человеком, — Тигнари сел напротив и улыбнулся, вспоминая их встречу.       Тогда, ещё совсем недавно вступивший в должность юный генерал Махаматра, лично заинтересовался студентом, который слишком подозрительно всем нравился. Он подозревал его в создании фракции, котрая может в последствии навредить Академии. Сайно хотел скрытно приглядывать за ним, но попался в первый же день. Тигнари обладал слишком острым слухом, чтобы не заметить кого-то, кто постоянно следовал за ним. В общем-то, именно благодаря этому провалу недопонимание разрешилось сразу. Юный генерал уже спустя пол часа разговора понял, что ничего дурного не замышлялось. Так же он понял, почему все так очаровались новым студентом и, самую малость, очаровался сам. Знакомство начавшееся из-за поспешных выводов и провала недопустимых для Сайно, неожиданно стало для него самым важным. Он чувствовал себя удивительно свободным и непринуждённым. Тигнари же изначально не воспринял их знакомство всерьёз. Он знал, что многие в начале проявляли к нему интерес, а позже отдалялись из-за его серьёзности и прямолинейности. Не узнав его достаточно близко, люди начинали думать, что он холодный и безразличный. То, что изначально их привлекло в итоге отталкивало. Сейчас Тигнари понимал, что в тот момент жизни, сам создал подобный образ. К счастью, Сайно оказался достаточно упрямым и внимательным, чтобы не обращать внимания на внешную холодность. Он всегда находил минутку, чтобы обменяться хотя бы парой фраз, пообедать вместе, прогуляться по парку и многое-многое другое.       — Да, именно так, — кивнул Сайно, — После встречи с тобой, мне стало не страшно порой ошибаться, испытывать разные эмоции и быть с кем-то в близких отношениях, — он вздохнул, стараясь успокоить сердце, — За четыре года я привык, что ты всегда рядом, поэтому чувствовал себя не на своём месте, когда ты переехал. За прошедшие восемь месяцев мне начало казаться, что мы отдаляемся, что расстояние ставит под сомнения наши отношения. А я бы хотел оставаться с тобой самыми близкими людьми даже, если мы находимся далеко друг от друга...       — Сайно, я не знал, что тебя это настолько тревожит, — Тигнари положил руку поверх чужой в успокаивающем жесте, — Давай вместе придумаем, как нам решить эту проблему? — он закусил губу, раздумывая, сможет ли он снова вернуться в город. Ему очень нравилось жить и работать в Гандхарвате, поэтому он не был уверен, что готов переехать обратно в шумный город, без большого разнообразия природы, но спокойствие любимого человека он оценивал так же высоко, как своё собственное.       — Извини, мне действительно не стоило придумывать решение в одиночку, но я решил, что всё равно однажды собирался сделать это, — Сайно достал небольшую коробочку и положил на стол, — Если ты не согласен сейчас, то я подожду столько, сколько надо, — несмотря на спокойный тон, внутри него всё сжалось и норовило перевернуться вверх дном.       — На сей раз ты прощён, — с наигранной напыщенностью ответил Тигнари и открыл коробочку, — Тебе действительно станет спокойнее? — уточнил он, надевая одно из двух колец.       — Конечно, что может быть более утверждающим серьёзность наших отношений? — Сайно неосознанно перестал дышать на пару секунд и замер с глупой улыбкой.       — Тогда чего ты ждёшь? Надевай своё, — Тигнари достал второе кольцо и протянул вперёд, — Или оба для меня? — он хихикнул.       — Ты меня хоронишь что ли? Я просто засмотрелся, — Сайно протянул руку, ощутив лёгкую прохладу метала вокруг безымянного пальца, — Может стоило всё сделать более торжественно? — только сейчас подумал он. — Я даже на одно колено не встал.       — Да уж, зато сделал это, когда предложил мне встречаться, — Тигнари рассмеялся, вспомнив, как испугался в тот момент. Тогда он ещё не знал насколько романтичен грозный генерал Махаматра. — Не забивай себе голову, лучше давай пить чай, пока он окончательно не остыл.       — Ух, совсем забыл про него, — Сайно сделал большой глоток, — Кстати, Кавех предложил сразу купить цепочки, так как с нашими работами, будет неудобно носить кольца по правилам, — вспомнил он.       — Хорошая идея, но пока я хочу видеть его здесь, — Тигнари поднял правую руку и улыбнулся. Он, по правде говоря, не думал, что получит или сделает сам предложение в ближайшие пару лет. Он в принципе не особо задумывался о свадьбе, но сейчас испытывал искреннее счастье. Дело было не только в формальной выгоде от брака, но и в самом ощущение того, что их жизни станут официально связаны — это вызывало особое чувство радости, которое сложно понять или объяснить.       — Согласен, кольцо прекрасно смотрится у тебя на пальце, — не удержавшись, Сайно взял руку Тигнари в свою и, притянув к себе, поцеловал. Он заглянул в каре-зелёные глаза, когда скользнул губами ближе к запястью и, повернув его к себе более чувствительной стороной, продолжил свои нежности. Порой все его чувства не помешались в оболочку слов, зато он прекрасно мог их выразить действиями.       — Я пойду в душ, а ты пока помой посуду, — Тигнари резко встал с места. Он бы никогда не признал этого и скорее сгорел со стыда, но его очень заводили подобные жесты привязанности, — Знает же, что у меня чувствительные запястья... — бурча себе под нос, он быстро оказался на другом конце комнаты и скрылся за дверью ванной.       — Ладно, как скажешь, — Сайно же лишь кивнул и, сделав последний глоток чая, отнёс посуду к раковине. Он не знал куда себя деть от всех тех тёплых и приятных чувств наполнявших его с головы до пят. Ему оставалось только улыбаться собственным мыслям. Руки сами выполняли знакомые, привычные действия, пока мозг подкидывал приятные выспоминания о совместном прошлом или идеи на будущее. Мысль о их первом свидание быстро перетекла в план о свадьбе, затем вернулась обратно в прошлое к решению о совместной жизни, а потом перескочила к фантазиям о медовом месяце. Понимание, что в их распоряжении ещё вся жизнь для того, чтобы создать больше моментов, которые они будут однажды вспоминать с улыбкой — кружило голову.       Нежное прикосновение со спины на пару секунд устроило короткое замыкание в голове. Тигнари положил подбородок на плечо Сайно, пока обвил его торс руками, проведя одной выше к груди, а другой скользнул вниз на грани приличия:       — Раз ты закончил с посудой, то иди тоже прими душ, а я буду ждать тебя в спальне, — Он говорил тихо, как будто их мог услышать кто-то ещё. Его голос, не совместимо с действиями, оставался довольно серьёзным.       — Я могу взять всё на себя? Сегодня мне хочется холить и лелеять тебя, — Сайно только и ждал повода обрушить на любимого все свои нежность, любовь и привязанность. Он аккуратно, так, чтобы не разорвать объятия, повернулся с предвкушением заглядывая в каре-зелёные глаза.       — Как я могу отказаться, когда ты так просишь? — улыбнулся Тигнари, притворяясь, что делал одолжение, а не хотел этого сам с самого начала, — Только не заставляй меня слишком долго ждать, — он отстранился.       — Я мигом, только оставь его у себя ненадолго, — Сайно протянул кольцо, которое снял на время, пока мыл посуду, чтобы с ним ничего не случилось.       — Конечно...

***

      Тигнари оглядел комнату, цепляясь взглядом за себя в зеркале. Он подошёл чуть ближе, поправляя волосы и любимый халат, хотя прекрасно знал, что в итоге первое окажется растрёпанным, а второе куда-то сброшенным. Но ему всё равно хотелось подчеркнуть особенность сегодняшней ночи, даже в мелочах.       Огоньки свечей заколыхались, когда дверь открылась. Чуть более прохладный воздух гостиной прокрался в спальню, обдувая босые ноги.       — Соревнуешься с зеркалом, кто красивее? — Сайно хмыкнул, подойдя ближе. Он убрал за ухо прядь тёмных волос Тигнари и оставил прохладный поцелуй на горячей коже в районе виска, — Прекрасный... — с улыбкой пробормотал он, скользя губами к щеке, скуле, ещё чуть ниже и наконец переходя к шее.       — Не смешно, — встречаясь взглядом с малиновыми глазами в зеркале, чуть дыша, ответил Тигнари. Удивительно, они занимались сексом уже много раз, а сердце трепетало, как в первый.       — А я не шутил, — не унимался Сайно, целенаправленно искажая суть разговора, — Ты действительно прекрасный, — он пробрался рукой под край халата, оглаживая кожу груди и внимательно наблюдая за выражением лица в зеркале.       — Ты ведь знаешь, что я не об... ах! — неожиданный укус между шеей и плечом прервал Тигнари. Ткань рукава медленно поползла вниз, оголяя всё больше кожи.       — У тебя плавные линии тела, — продолжил свою маленькую игру Сайно, — Красивые и изящные черты, — он, чуть щекоча, провёл кончиками пальцев по ключицам, — Но больше всего я люблю то, как выглядит твоё лицо с румянцем, прямо как сейчас.       — Никогда бы не подумал, что мне будут нравиться твои дурацкие выходки, — вздохнул Тигнари. Порой он не мог понять, как так вышло, что всё то, что он бы никогда не принял в других, он искренне полюбил в Сайно.       — Я тоже люблю тебя, — раздался в ответ лёгкий смешок, за которым стояли годы сильных чувств.       Словно смущённые, огоньки свечей затрепетали, на пару секунд позволив темноте скрыть собой поцелуй. Мир затих. Ни ветер за окном, ни скрип деревянных половиц, ни шелест штор, ни что-либо ещё не смело отвлекать двух влюблённых друг от друга. Неловкий первый шаг, второй. Их губы то отстранялись, то встречались вновь, пока тела уже падали на широкую кровать.       — Возвращаю, — между поцелуев, Тигнари нащупал кольцо оставленное им на тумбочке рядом.       — Спасибо, — Сайно надел его обратно и улыбнулся, — Да, так гораздо лучше, — он нежно провёл рукой от груди к животу партнёра, развязывая слабый узел халата. Сколько бы раз его взору не представлялось это тело, он не прекращал восхищённо вздыхать, видя его перед собой. — Ты себя подготовил?       — Ты же сказал, что хочешь взять всё на себя, — припомнил Тигнари, откидывая края ткани ещё больше и обнажая бледное подтянутое тело полностью. Ему нравилось, как малиновые глаза, каждый раз, с обожанием рассматривали его, — Я только создал подходящую атмосферу в комнате, всё остальное я оставил для тебя, — он слишком хорошо знал, насколько Сайно нравилось всеми возможными способами касаться его и доставлять удовольствие. Порой казалось, что ему даже делать ничего во время секса не надо, только довериться партнёру знающему его уже наизусть.       — Отлично, — судя по чуть ли не мурлыкающему тону, Сайно оказался очень доволен ответом, — Кстати, комната выглядит очень романтично, ты хорошо постарался, — тем временем он опустился сильно ниже, и прикусил внутреннюю сторону бедра Тигнари, на что получил возбуждённый вздох, — Только рассыпанных лепестков роз не хватает, — ему не удалось оставить своё ёрничество при себе.       — В следующий раз можешь рассыпать, если хочешь потом ходить с совком и веником и убираться, — не заставило себя ждать строгое предупреждение.       — Ну или я раньше успею убраться из дома, — хихикнул Сайно, проведя языком ближе к паху. Ему нравилось наблюдать, как серьёзное лицо напротив, несмотря на все попытки контролировать его, менялось при каждом прикосновении к чувствительным зонам: губы поджимались, брови то сводились к переносице, то взлетали вверх, а глаза широко распахивались или наоборот щурились, — Ай! — ему в лоб прилетел тюбик лубриканта.       — Вместо того, чтобы шутки шутить — займись делом, — следом Тигнари протянул презервативы. Он знал, что если бы ничего не предпринял, то игривые поцелуи и укусы могли бы растянуться на целый час, а то и больше.       — Как скажешь, — ничуть не расстроился Сайно. Он приподнялся, занимая удобное положение, и, чуть подумав, натянул латексное изделие на пальцы левой руки —особое требование Тигнари, который в интимной гигиене становился особенно педантичен, — Готов или хочешь изменить позу? — Сайно выдавил довольно большое количество смазки. Он предпочитал переборщить и потратить лишнего, чем причинить даже малейший дискомфорт.       — Сегодня только лицом к лицу, — Тигнари любовно провёл кончиками пальцев по загорелому торсу, — Хочу видеть, обнимать и целовать тебя без препятствий или неудобств, — почти шёпотом объяснил он. Ему действительно хотелось ощущать между ними максимальную близость и контакт во время процесса, даже больше чем обычно.       — О Архонты, — у Сайно чуть сердце не остановилось, а внизу живота скрутило от возбуждения, — Ты сводишь меня с ума, — он закинул себе на плечо ногу Тигнари, оставляя на лодыжке лёгкие поцелуи, пока пальцами осторожно и не торопясь надавил на его вход, — Как ты можешь быть настолько прекрасным? —Ему хотелось максимально сгладить любой дискомфорт, поэтому он нежно гладил свободной рукой бледное бедро, выводя непонятные узоры, шептал комплименты и оставлял щекотные засосы и укусы.       — Я самый обычный, всё дело только в твоём восприятии, — усмешка Тигнари уже через секунду сменилась судорожным вздохом, при чуть большем проникновение внутрь него. Он чувствовал, как в животе и груди плавилось от желания при ласковых и бережных прикосновениях и словах. Ему одновременно хотелось ускорить процесс, поскорее испытать весь спектр эмоций, но и растянуть их рандеву на, примерно, вечность.       — Всё хорошо? — уточнил Сайно, замедляя и без того не быстрые движения. Его ласки граничили с издветельством в такие моменты. Пальцы покачивавшиеся вперёд назад или кружившие по стеночкам, разминая их, практически останавливались, оставались только мелкие, незначительные фрикции.       — Д-да, не останавливайся, — двинув бёдрами навстречу, попросил Тигнари. За столько лет отношений, он уже не стыдился выглядеть нуждающимся и говорить то, чего хотел. Каким бы он ни был, малиновые глаза всегда смотрели и продолжат смотреть на него с одинаковой любовью.       — Нужно добавить ещё лубриканта? — кивнув, Сайно возобновил ласки и двинулся чуть дальше. Он не привык использовать для этого левую руку, поэтому беспокоился больше обычного. — Нет, всё в порядке. И ты можешь быть настойчивее, — Тигнари не разделял беспокойство партнёра. Он не сомневался в том насколько хорошо они знали тела друг друга: все эрогеные зоны, как к ним прикасаться, что стоило делать, а что нет, предпочтения и пределы — им даже сильно задумываться не приходилось, чтобы всё сделать правильно.       — Нетерпеливый, — с улыбкой отозвался Сайно, послушно исполняя просьбу, и плавно, в одно движение полностью погрузил пальцы внутрь. Он внимательно наблюдал за выражением лица Тигнари, чтобы, если что, вовремя остановиться, но тот запрокинул голову, ахая. Его нога лежавшая на загорелом плече на пару секунд напряглась, вытягиваясь в носке и снова расслабилась. Сайно, ценивший в первую очередь удовольствие партнёра, остался доволен полученной реакцией и продолжил в том же духе. Он наклонился для поцелуя, не зная, как ещё выразить все свои чувства. Ему нравилось наблюдать и ощущать, как легко тело любимого поддавалось на его ласки: как дыхание становилось прерывистым, как поднималась и опускалась грудь, как руки цеплялись за покрывало, как подрагивали ноги...       — Тебе не кажется, что ты слишком увлёкся? — отвлёк его от любования Тигнари, чересчур распалённый и возбуждённый, — Я хочу продолжения, — голос без его особого желания стал приторно-сладким, причём настолько, что ему самому стало не по себе.       — Кажется, я действительно залюбовался,— согласился Сайно, вынимая пальцы, — Но уверен, будь ты на моём месте, тоже бы восхитился видом, — он надел презерватив на член, выливая и размазывая смазку по всей длине.       — Не уверен. Мне не совсем понятно, как ты можешь быть доволен только тем, что удовлетворяешь меня, — Тигнари вздохнул, вспоминая их первые разы, когда они только привыкали и узнавали друг друга в интимном плане. Тогда он сильно удивился, что Сайно мог довести его до оргазма ещё в момент прелюдии и закончить на этом, отказавшись от любых ответных действий, — Я за обоюдное удовольствие, — Тигнари переместил ноги на загорелую талию, скрещивая их на пояснице и чуть притягивая партнёра к себе. Он облизнул губы, ощутив, как головка члена прижалась к его входу.       — Да, я знаю. Особенно хорошо запомнил после того, как ты привязал меня к кровати и не позволял к себе прикасаться, — в памяти Сайно та ночь отложилась, как особенно шокирующее событие. Он плавно вошёл внутрь под выверенным годами углом, понимая, что больше тянуть нельзя.       — Не помню такого, — соврал Тигнари и вцепился руками в плед. С губ сорвался тихий протяжный стон, когда острое удовольствие словно заряд электричества быстро растеклось по нервным окончаниям. Тело само по себе непроизвольно вздрогнуло и вытянулось. Знание того, что каждое следующее движение Сайно будет оказывать на него такой же эффект — кружило голову. Сколько бы раз ни ощущал, Тигнари никогда не мог привыкнуть и уж тем более присытиться этим чувством.       Кровать слегка скрипнула, когда они прижались друг к другу, на секунду замирая, чтобы в полной мере насладиться моментом. Воздух вокруг словно стал гуще и жарче, дыхание тяжелее и прерывистее. Вожделение пьянило не хуже алкоголя.       Рассыпаясь в бесчисленных комплиментах, Сайно накрыл рукой член Тигнари, проводя по нему вверх вниз в такт собственных движений. Его слова обрывались, становились чем-то невнятным из-за своих и чужих вздохов и стонов, но ему совсем не хотелось прекращать. Почему-то только в моменты физической близости он мог в полной мере выразить всё то, что чувствовал, поэтому никогда не упускал шанса сказать о том, о чём обычно только думал. Раньше, такие моменты единения, когда не оставалось никаких мысленных запретов и преград, смущали Тигнари из-за чего он закрывал лицо руками и просил прекратить, сейчас же ему казалось, что это неотъемлемая часть их секса, без которой всё остальное не имело смысла.       — Могу ли я быстрее? — отрывисто дыша, спросил Сайно. Несмотря на то, что он любил действовать медленно, растягивая приятные моменты на столько на сколько только мог, гораздо больше ему нравилось вызывать новые эмоции у любимого и смотреть, как они отражаются на его красивом лице.       — Конечн...Ах! — не успел даже договорить Тигнари, как тело само по себе выгнулось от более резких ощущений. Ему пришлось очень постараться, чтобы собрать поплывшие мысли в кучку и свыкнуться с новыми ощущениями, прежде чем начать говорить. — Ты чего вдруг?       — Тебе неприятно? — забеспокоился Сайно, — Ты так восхитительно отреагировал, — он любовно провёл носом вдоль линии шеи и аккуратно прикусил её.       — Нет, нет, продолжай, — Тигнари на секунду закусил губу, стараясь сосредоточиться, — Просто...это не свойственно тебе, — еле-еле выговорил он.       — Мне сложно устоять перед твоим очарованием, — улыбнулся Сайно, усиливая хватку на бледных бёдрах и притягивая их на встречу себе, — Я ведь так сильно люблю тебя, — прерывисто и тяжело прошептал он. Порой ему казалось таким нереалистичным, что он мог вот так обнимать, целовать, вжимать в кровать и наполнять своего любимого, но яркие реакции, как свои так и чужие — напоминали, что всё происходило в реальности.       — Я тоже, — слова почти смешивались с воздухом. Все мысли Тигнари заволок туман желания, от того насколько хорошо он себя чувствовал.       — Мм? Повтори, пожалуйста, — Сайно неосознанно ещё немного увеличил темп.       Звуки влажных шлепков от соприкосновения их бёдер, поскрипывания кровати, тяжёлые вздохи и прирывистые стоны заполнили собой всё пространство.       — Я... — Тигнари обвил руками загорелую шею, притягивая возлюбленного к себе и шепча ему на ухо, чтобы он точно услышал, — Люблю тебя.       Сайно будто током ударило, только очень-очень приятно. Он в последний раз врезался бёдрами в чужие, замирая. Оргазм накрыл его настолько резко и ошеломляюще, что он даже на пару секунд потерял себя в пространстве:       — Милый, я такими темпами от остановки сердца умру, — чуть отдышавшись, наконец смог сказать он.       — Ты слышал эти слова столько раз, а всё равно реагируешь настолько бурно? — Тигнари хихикнул, — Ну что за прелесть, — он разомкнул руки, выпуская из своих объятий.       — Не смейся, ты просто не знаешь насколько восхитительно выглядишь и говоришь, особенно, когда сходишь с ума от удовольствия подо мной, — с видом эксперта ответил Сайно и мгновенно увернулся от летящей в него подушки, заранее предугодав реакцию, — И это не пошлость, а правда, — он возобновил движения руки на члене Тигнари, скользя по стволу, обводя чувствительную головку большим пальцем и сжимая там, где нужно. Сайно чуть улыбнулся, наблюдая, как недовольство снова сменилось на закатывающиеся глаза и сладкие вздохи. Не понадобилось много времени, чтобы Тигнари, вздоргнув и выгнувшись, тоже кончил, а затем расплылся в послеоргазменной неге.       — Ещё немного полежим и пойдём в душ, — пробормотал он.       — Да, как обычно, — кивнул Сайно, переплетая их руки с кольцами.       Свечи, решив, что их работа окончена, потихоньку все окончательно погасли.