СНСВО

      Ах, если бы. Если бы те слова были правдой, ты бы раскрошился в моих руках как безе. Я давным-давно мёртв внутри ко всем остальным, Черулли. В моих голове и сердце нет места никому другому и никогда не будет, услышь же. Прекрати мне звонить. Лечи свой алкоголизм сам. Ведь ты не грёбанный наркоман, тебе есть с кем расслабиться, ты не подделка, как я, ну и какими там ещё словосочетаниями ты разбрасывался в мой адрес. Да, я посидел с тобой в тот день, чтобы дождаться момента, когда ты уснёшь в луже собственной крови. Даже успел попить чай на кухне. Но сразу же вернул каменное лицо и безо всяких записок и объяснений покинул чужой дом. А твой номер вскоре был добавлен в чёрный список, ибо меня доконали вечные звонки каждый битый день.       Да, ты может и понимал на одну миллионную часть каково мне в этом мире, в одном мире с Сэмом; пытался привлечь моё внимание, излечить меня и излечиться от постоянных любовников и нестабильности на любовном фронте у себя. Но ты так и не усёк, что в моей судьбе красная нить уже много лет назад породнилась с другой красной нитью. Ты так и не усёк, что нить насквозь пропиталась кровью из-за наших с Картером драк — потому и стала красной. Ты так и не усёк, что я не какой-то там твой ангел-спаситель, что положит конец неудачам в твоих отношениях. Не усёк, что даже если это надо тебе, то точно не мне. Не усёк и даже не задумывался об этом. И мне честно глубоко плевать, как ты будешь справляться со своей болью. Суди сколько влезет. Для меня дымки твоего силуэта не существует.       Тот случай в комнате для персонала в купе с твоими приставаниями окончательно помогли мне протрезветь и понять одну простую вещь — я нихуя не изменился. Я всё так же тянусь к британцу, и никакие новобранцы не могут сравниться с Сэмом, который зализывал свои гематомы после наших стычек как прилюдно, так и в одиночестве.       Может, таким образом он хотел показать всем, какой я плохой, гнилой, бессердечный? Может это и так. Только когда его группу и его самого откровенно поливали дерьмом, я вступался без раздумий и вычищал путь голыми руками, а он, молча уставившись на меня, видимо, мерил своё давление, а не о моём самочувствии беспокоился.       Ну да хуй с ним.       Я привык.       Try to numb the pain with alcohol and pills       But it won't repair your trust       You can't stand on two fuckin' feet       With a substance as a crutch -----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------       Воспоминания.       Деревянный паллет летит в блондина. Я как собака разрою тут весь мусор заброшки, и весь он будет метить в тебя. Я накладываю строительные помосты один на другой, строя импровизированную стену, загоняю себе занозы под кожу ладоней. Картер пинает ногой во все мои постройки и набрасывается на меня со спины. В кошки-мышки решил поиграть? Удар по голове. Я клюю носом и хрюкаю от неожиданности столкновения лица с асфальтом. Удар по ушам. Меня слегка оглушает, потому что ты задел область висков. Ты вообще контролируешь, куда бьёшь?       Ладно, спишу на то, что бывало и хуже. Правда ведь бывало хуже…       Выбивая из лидирующей позиции Картера, я крутанулся почти на сто восемьдесят градусов так, что мой живот чуть не порвался. Грызь, наверное. Но времени думать нет. Как только я оказываюсь на спине, едва успеваю закрыть предплечьями лицо, как начинает сыпаться град ударов от Сэма. Моя оборона вскоре оказывается прорванной, переносица тягуче ноет, на языке ощущается собственная кровь. Мы уже не дерёмся — меня просто избивают. Я еле успеваю зацепиться за плечо Картера, прежде чем вывернуть наружу желудок. Противное послевкусие ударяет в голову и в нос вперемешку со смрадом образованной мною жижей. Сэм не медлит и пинает меня пару раз в разные части тела, а потом начинает топтать. Я скручиваюсь. Следует один       финальный       удар.       Хватает меня за волосы и впечатывает мою голову в асфальт. Затылок и уши омываются кровью, и я теряю сознание на несколько секунд, пытаясь сбежать в мир без боли. — Поднимайся, давай. Зря только брыкался. Пошли уже.       Я продолжил валяться. Поверженный, грязный, в луже своих жидкостей. — Оли.       Какое противное у меня имя. Словно в клишированном сериале ругают провинившегося юнца. Но мне уже 22! Самый расцвет моих способностей. И закат моих зависимостей. Возможно… ----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------- — Клоун по крови, тьфу! — А ты зефир грёбанный! На всё реагируешь болезненно как религиозная мамаша! — Ой, помолчи, дедуля. Челюсть последняя выпадет, если так яростно будешь с молодым тягаться. — Это ты-то молодой? Спустись на землю и сними капюшон, умник. Будешь ещё поучать меня тут.       “Молодняк” позволил себе отвесить мне средний по силе подзатыльник. Я цокнул беззвучно языком и дал подзатыльник сильнее в ответ. — Опять пытаешься всё силой решить? Руки береги, а. — Ну и зачем? Я же не играю на музыкальных инструментах особо, лишь на нервах. — На чьих, я стесняюсь спросить? — На твоих, большеглазка. — Да иди нахер. ----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------- — Ты выгорел ко мне или к людям? Или что с тобой вообще, Сэм? — Я на приёме у психолога, что ли? Отвали со своими вопросами, провидец. — Да иди нахер со своими прозвищами. За тебя ни один психолог не возьмётся ни за какие деньги. — О, уже цену мне набиваешь. Как благородно!       Пропуск удара пульса. Я беру его за плечи, смотрю в его глаза своими затуманенными и пытаюсь понять, что со мной происходит. Злость на лице Картера никуда не исчезает, он лишь сдвигает брови ближе к переносице, показывая большее недовольство и некое отвращение. — Не могу я. — Сдаёшь позиции.       Я лишь продолжаю сползать вниз по его рукам. Ещё немного и я окажусь на коленях. На коленях блять перед Картером! Я не позволю такому случиться, но тело не слушается меня. Не слушается никого. Лишь пламенем танцует на костях смерть. — Плохо… — Чего? — Плохо… мне…       Картера словно кипятком ошпарило: он наконец перестал строить из себя обиженную недотрогу и уложил меня на свои колени. — Дыши, Оли, дыши! Я попробую найти для тебя помощь. Только потерпи!       Перепуганный британец побледнел. Он ощупывал мой лоб одной рукой, а второй искал мобильник в кармане джинс. ----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------- — Ебать у тебя конечно заросли под подмышками, чувак. Сэм, ты хоть обстригай их время от времени как собак в вет клиниках стригут, а то все девушки поразбегутся. — Пошёл нахер, Оливер. ----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------- — Ненавижу. Ненавижу я тебя, ненавижу! Как ты не можешь понять?! — Сам бы понять уже мог, что я ненавижу тебя сильнее! — О-о-о! Ну да! Вновь пытаешься выказать себя первым во всём! Как я мог забыть о самовлюблённости Оли Сайкса!       Это не себялюбие, и ты очень хорошо знаешь об этом. Ты ранишь меня, ранишь меня так быстро и безжалостно, а у самого губы подрагивают и сердце колотится. — Заткни свой грязный рот, шавка! — Это я-то шавка? Ты на себя посмотри, блядина! — Тварь ты, Сэм. Вот и получаешь по заслугам. Далеко ты не святой блять! — От кого я слышу, мамочки!       Что между нами происходит, Картер? — Давай! — он подошёл вплотную. Рост не позволяет упереться ему лбом в мой лоб, но я вижу как он хочет этого. -----------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------       Что между нами происходит?