Карлайл: до "Сумерек"

Эсми надо было забрать из морга. Одежды на ней не было, поэтому пришлось просто завернуть ее в простыню. Я знал, что Эсми больше никогда не почувствует холода. Но почему-то мне хотелось укрыть ее чем-то более теплым и мягким, чем больничная застиранная простыня. Чтобы ей просто было уютно и комфортно. Эсми смотрела на меня все также - с любовью и бесконечным доверием. Она вся светилась им, этот теплый свет, казалось бы, прорывался изнутри, и я нес в руках прекрасное светящееся тело, полное любви. Никто никогда так на меня не смотрел. Я объяснил Эсми Платт, кем она стала и что ее ждет. Сказал, что она может остаться с нами, или отправиться в самостоятельную жизнь. Эсми слушала, но я видел, что ее волнует что-то другое. - Доктор Каллен... - Карлайл. - Карлайл, а ... Рики... вы не можете..? - Прости, Эсми. Даже мы не можем воскрешать мертвых. Эсми хотела что-то еще сказать, но промолчала. Я видел, как ее глаза заливают слезы, которые она уже не сможет выплакать. -Да, конечно... просто я подумала... Эсми взяла себя в руки. Женской одежды у меня в доме не нашлось, поэтому на Эсми был кардиган Эдварда, сидящий на ней как платье с поясом. Эсми Платт была красавицей. Конечно, все вампиры красивы, но ни у одного не было такого светящегося взгляда. Обычно наоборот: наша красота похожа на мрамор - прекрасна, прочна и холодна. А Эсми не потеряла своей нежности. Фигура. ноги, руки - все сохранило мягкость и гибкость. Светлые волосы лежали волнами на ее покатых плечах, словно скрывая от этого мира, который так жестоко с ней обошелся. Эдвард сел рядом с Эсми и взял ее за руку. Они понравились друг другу с первого взгляда, а когда Эдвард сел рядом, я с удивлением отметил, что они похожи. Ни чертами лица, ни цветом волос, а чем-то неуловимым. Сочетанием вампирской силы и внутренней беззащитности. Наверное, потому, что перед смертью они остались абсолютно одни. А сейчас оба не знали, как им жить дальше. Эсми сказала, что останется с нами. Я знал, что если бы она ушла - мое сердце разорвалось бы на части. Потому что Эсми Платт захватила его в тот самый момент, когда впервые посмотрела на меня с любовью и доверием. Дом, в котором жили мы с Эдвардом, был совсем небольшим. Нам не нужны были спальни, но всем, даже вампирам, хочется побыть в одиночестве. Эдвард чаще всего проводил время в библиотеке, я - в кабинете, встречались мы в гостиной. Я показал Эсми дом и сказал, что она может делать тут все, что пожелает. Эсми выглянула в окно. - А сад? У вас есть сад? Я растерялся. Честно говоря, никогда не задумывался над тем, нужен ли мне сад. - О... пожалуй, нет, тут у меня холостяцкая берлога. Цветы - это все же по женской части. Эсми грустно улыбнулась. - Мы с Джимом жили на Лоутон-драйв. Ну знаете, бедный квартал. Домик у нас был совсем маленький, но он утопал в цветах. Сад был единственным местом, где я...могла забыть о том, что происходит в стенах дома. По привычке Эсми схватилась за предплечье. Синяков там больше не было, но этот жест выдавал, что когда-то руки Эсми были багровыми от кровоподтеков. Я осторожно обнял Эсми за плечи. - Если ты решила остаться с нами - можешь устроить здесь сад. Сажай все, что хочешь. И учти: теперь ты будешь чувствовать запахи всех цветов гораздо сильнее. - Тогда я посажу розы. Много роз. Джим их ненавидел и запрещал их мне сажать. А мне так хотелось.... Я развернул Эсми лицом к себе. - Милая Эсми, хочешь розы - сажай розы. Уверен, они будут прекрасны. Теплый взгляд Эсми вспыхнул настоящим огнем. Доверие в ее глазах лишь усиливалось, и в какой-то момент я понял, что окончательно потерял голову. Может, я уже и 300 лет не человек, но я по-прежнему испытываю все человеческие чувства. Раньше я думал, что лишь симулирую их, перенося на чувства ощущение постоянно подавляемой жажды. Но я ошибался. Ничто так не заставляет сердце мужчины (пусть это и вампирское сердце) биться чаще, чем взгляд женщины, которая ему доверяет. Которая готова отдать всю себя в его руки. Никогда я не испытывал ничего подобного. Будь я человеком, у меня бы перехватило дыхание. Мне не оставалось ничего другого, кроме как поцеловать Эсми Платт.