Ради контента

      Звонки начались с самого утра. Первый разбудил их обоих, Йере ушел разговаривать в ванную, чтобы дать Бояну еще немного подремать – они уснули почти под утро. Звонили крупные финские звезды, культурные деятели, братья. Все хотели одного – сказать Йере, что он лучший, что завтра он обязательно должен победить. Друзья репостили для него статьи финских передовиц с заголовками типа «Лучшая заявка Финляндии за всю историю Евровидения», «Без пяти минут победа», «Новый европейский черный - зеленый». После десятого подряд звонка Йере почувствовал участившееся дыхание, предвестник панической атаки. Он перевел телефон на беззвучный режим, так как совсем отключить его было нельзя, и умылся холодной водой. Он должен быть счастлив ото всех этих слов поддержки, от звонков высокопоставленных лиц и всего внимания к своей персоне, но он не был. Он чувствовал, как ответственность душит его, причем в буквальном смысле. Он посмотрел в зеркало: его волосы спутались после ночи, стояли торчком; глаза, вероятно, из-за недостатка сна, были красноватыми и припухшими; маленькие колечки в носу ходили ходуном, как, впрочем, и крылья самого носа.       - Спокойно… Спокойно. – он тихо пробубнил себе под нос, прилагая немаленькие усилия, чтобы оставаться в ментальном равновесии. Он прикрыл глаза и постарался думать о чем-то приятном, отстраненном. Их разговор с Бояном. Их вечер и ночь. Он нахмурил брови. Чувства должны нести ему радость. Во всяком случае, так всегда было в начале его прошлых отношений. Но теперь мёд влюбленности был с таким сильным привкусом дёгтя скорого расставания и разного рода психологических проблем. Вчера… он должен был приласкать Бояна. Это всё должно было закончиться взаимным комфортом и удовлетворенностью, но он не чувствовал, что дал Бояну того, чего тот хотел. Даже не считая секса, Йере казалось, что Боян своей бесконечной поддержкой и заботой загоняет его в какие-то… долги? Йере эта мысль показалась абсурдной, но чувствовалось это именно так – друг эмоционально дает ему гораздо больше, чем Йере может возместить ему. Но он не знал, где взять силы, чтобы делать Бояна счастливым. К горлу подступил приступ удушья, к глазам – горячие слёзы. Если он не выиграет, он подведет их всех: Бояна, свою страну, семью, друзей. Он опустился на пол, куда пришлось, часто дыша, и стал невидяще смотреть перед собой.       ***       Боян ждал Йере из ванной, чтобы, может быть, еще немного пообниматься. Ему было так жаль, что времени у них толком не остается: сегодня финальное шоу пройдет для жюри, это означает что у них было только пару часов после завтрака, и нужно ехать на арену. Он немного надеялся, что они проведут эти жалкие часы вместе. Своим парням он написал, что будет вовремя. Но Йере не возвращался, и уже довольно долго. Мобильный пикнул уведомлением об ответе, но он не посмотрел, что там. Он встал с постели и осторожно пошел в ванную. На его предупредительный тихий стук никто не отозвался.       Дорогого друга он нашел, в комок сжавшимся на пол, у унитаза. Йере сидел, прижав к груди колени, по его щекам струились слёзы, но он судорожно всхлипывал, с неестественными звуками. Боян испугался, вот теперь по-настоящему. Это было даже хуже, чем в ту ночь, когда он убаюкивал своего финна в тишине в первые, но, видимо, тогда ему остались только последствия бушующих эмоций, а не они сами. Он опустился на колени и прикоснулся к его рукам.       - Йере… Господи. Почему ты на полу? – Боян говорил обеспокоенно, но негромко и участливо.       - Я не…. Нет. Боян, не надо… - Йере уткнулся в свои колени лицом, его плечи затряслись.       - Мой хороший. – сердце его рвалось. Он где-то читал, что людям с паническими атаками нельзя говорить фраз вроде «все будет хорошо», «успокойся», «не нервничай», хотя именно такие слова рвались с языка. – Пожалуйста, пойдем со мной.       Его протянутые руки оставались нетронутыми. Боян попытался снова.       - У тебя приступ. Это… временное состояние. Я бы оставил тебя, потому что тебе кажется, что тебе это поможет, но, на самом деле, тебе станет легче, если ты доверишься мне. Помнишь, в прошлый раз, ты успокоился и заснул, когда я пришел. Его слова, кажется, подействовали. Йере поднял глаза. Смотреть на это было так больно. Боян действовал по наитию: он погладил спутанные волосы Йере, взял его за плечи и осторожно поднял с пола, и, не переставая обнимать, увел в постель. Потом он налил немного воды в стакан и нашел аптечку финна. На самом деле, она была довольно пухлой, но все надписи были незнакомые. Он присел у постели, показывая другу разные блистеры. Пальцы слегка дрожали.       - Ты должен мне помочь… Тут у тебя всё по-фински, я ни черта не понимаю. Йере, пожалуйста.       Йере как в замедленной съемке взял одну из серебристых упаковок и, убедившись, что это то, что нужно, подал Бояну.       - Это успокоительное? – он чувствовал, что его лицо пылает, как в лихорадке. Он нервно улыбнулся. – Если это слабительное, будет неловко.       Йере не среагировал на его шутку, только слегка кивнул. С помощью Бояна он выпил таблетку. Когда словенец убрал стакан, он схватил его за руку и потянул к себе. Боян послушно лег и обнял его со спины. С полчаса они просто полежали вместе, пока Йере приходил в себя. В какой-то момент Боян даже подумал, что он снова заснул, но Йере просто начал гладить обнимающую его руку. Боян решился заговорить.       - Это… снова звонки?       - Да. И нет. – в голосе Йере звучало смирение и, как будто безразличие.       Боян поцеловал его в плечо. Объяснений, которые Йере дал в прошлый раз, было вполне достаточно. Вряд ли друг хотел бы снова проговаривать это. Обо всем этом Боян догадался и сам.       - Тебе со мной не хорошо. – Таким же ровным, спокойным голосом добавил он.       Это было что-то новенькое. Боян подумал, что их вчерашний разговор должен был показать Йере обратное: они подходят друг другу. Они могли бы стать настоящей парой. Могли бы многому научиться вместе. То, что сказал друг, его немного задело.       - Это неправда. – твердо сказал он.       - Со мной тебе одни проблемы.       - Йере, - Боян сказал тихо, - Это не так, и я не уверен, что ты сам готов обсуждать это. Сегодня к вечеру нам обоим нужно быть в форме. Нужно собраться. Повернись ко мне, пожалуйста.       Финн повернулся к нему лицом. В маленьких лучиках возле глаз скопилась соль. Боян осторожно вытер её пальцами.       - Я счастлив быть с тобой. И ты это знаешь. Но зачем-то накручиваешь себя. Прозрачные серо-голубые глаза смотрели на него с болью, которая сильно замешивалась на нежности и откровенном любовании. Йере тоже коснулся его лица.              - Как будет на словенском «Я тебя…       Теперь телефон Бояна затрезвонил рингтоном, и Йере умолк, так и не закончив фразу. Боян посмотрел на экран, выругался на своём, встал и стал на ходу надевать одежду, держа трубку плечом у уха. Йере тихо вздохнул и сел на постели. У них и вправду было так мало времени, графики уплотнялись. Боян закончил разговор, раздраженно скинул телефон на постель и застегнул брюки.       - Меня потеряли. Оказывается у нас утром эфир, я совсем забыл. Крис мне писал, но я… Ладно. Мне нужно идти сейчас. Тебе получше?       Он старался, чтобы его вопросы не звучали, будто он спрашивает формально. Но они звучали именно так.       - Всё в порядке. Иди. Увидимся на арене. – голос Йере, напротив, прозвучал почти нормально. Боян так хотел поцеловать его на прощание, но вспомнил, что из-за всего этого так и не почистил зубы. Он опустил глаза. Снова попрощался и вышел.       ***       - Сколько? – неловко спросил Йере. На встречу он пришел, скрываясь ото всех, в черной толстовке с глубоким капюшоном и темных очках. Его куртка тоже не была чем-то особенным: серый всё-таки не ярко-салатовый.       - Тридцать. Бери два за пятьдесят.       - Да. Вот, держи.       Контакт продавца ему дал гитарист австралийских «вояджеров», у которого в Ливерпуле были кое-какие сомнительные знакомства. Он обменял свои пятьдесят евро на два добротно скрученных косяка. Он не был уверен, что это легально в Великобритании, но это совершенно точно понадобится ему сегодня. Им двоим вообще-то, если Боян не откажется.       ***       Они отработали шоу жюри на чистом упрямстве. Карья – тринадцатый, «джокеры» - двадцать четвертые. За кулисами они, конечно, были веселы и открыты для всех. Боян, как и прежде, скрашивал волнение и усталость участников песнями под гитару. Даже сочинил песню для Бланки Палома из Испании. Она заливисто смеялась.       После выступления Сербии, Боян ушел в уборную. Он подумал, что Евровидение – это большой взрослый кэмпинг, вроде тех, в которых он отдыхал, будучи подростком. Они веселились, дружили. Были моменты, которые заставляли его быть по-настоящему счастливым, но была и оборотная сторона. Эту сторону не видели даже самые внимательные фаны, которые не пропускали ни одной сторис участников. Конкурсанты проделывали огромную, выматывающую работу, прогоняя шоу раз за разом. Репетиции, потом полуфиналы, шоу жюри и финал. И хотя его номер длился только три минуты, это ощущалось как трехчасовой концерт. Каждый день. Без права на ошибку и усталость. Из кабинки за его спиной вышел Марко. Он улыбнулся Бояну в зеркало и устроился рядом, чтобы вымыть руки.       - Как дела? Выглядишь так, будто прячешься от кого-то. – итальянец говорил с улыбкой, и Боян тоже улыбнулся, подстраиваясь под дружелюбный тон.       - Все отлично. Твой костюм – ослепительный.       - Я думал, тебе больше нравится зеленый, - пошутил Марко.       - Нравится, - он подтвердил больше свою симпатию к Йере, чем любовь к определенному цвету. – Можно спросить тебя?       - Да, конечно.       - Как ты справляешься? Со всем этим.       - О, я, можно сказать, следую твоему главному совету. – рассмеялся он обаятельно, вытер руки о бумажное полотенце и намекающе кивнул на вопросительный взгляд Бояна. – «Carpe Diem». Ловлю моменты, которые доставляют удовольствие, и также с легкостью отпускаю то, что тяготит. Знаешь, в этом есть своя прелесть. О, извини, там кажется Лорин заканчивает, мне пора двигаться к сцене.       Боян намочил пальцы в холодной воде и прижал их к глазам. Губы стали растягиваться в улыбке от приходящего осознания. Им с Йере нужна такая ночь, о которой его песня. В голове рождался хороший план.       ***       В этот вечер никаких вечеринок не планировалось. Общая усталость скрашивалась только такой же общей эйфорией от музыки, эмоций и ожидания финала. После шоу жюри все команды разъехались по своим гостиницам. Нужно было выспаться. И это было не просто желание – это было жесткое наставление менеджеров. Они с командой шли в свой отель пешком.       - Прикроешь меня? – сказал Боян Крису на ухо, когда они немного отстали.       - Ты пойдешь к Карье? Без проблем.       - Возможно, нас обоих не будет в его номере. – уклончиво сказал Боян.       - Боян, но завтра финал. Если ты будешь выглядеть плохо…       - Я точно буду выглядеть плохо, если останусь в постели сегодня. И, что куда хуже, я не смогу выдать энергию в зал. Я прошу тебя.       - Могу я тогда… позвать Ноа? – Крис спросил смущенно, но Боян только улыбнулся ему и погладил по спине.       - Ты уже немного выучил иврит? – шутливо спросил он в ответ.       - Это ты у нас поклонник языков. – Крис расслабился, чувствуя поддержку, - мы больше целуемся, если честно. Она такая красивая.       - Не влюбляйся, брат. Если получится, конечно.       - Тебе такое, вроде, уже поздно советовать? – они обнялись, смеясь.       ***       Спустя час он, крадучись, отправился в номер к Йере, но буквально столкнулся с ним в дверях. Они оба оделись максимально просто и неузнаваемо, но достаточно тепло, чтобы обозначить намерение не оставаться в отеле. Вместо приветствия, финн заключил его в объятия.       - Куда-то собрался? – тихо спросил Йере, не выпуская его.       - Хотел позвать тебя прогуляться. – Боян осознал, что они толком не виделись весь день, и с удовольствием вдохнул аромат его одежды.       - А я – тебя. Тогда идем.       - Идем.       ***       Остатки утреннего напряжения еще были с ними, но уже не так беспокоили. Йере повел его вглубь города, где они не гуляли раньше. В красивом ночном парке работал фонтан, хотя было довольно прохладно, плеск воды вызывал хорошие мысли. Они сели неподалеку на лавку. Йере достал косяки и Боян рассмеялся.       - Где ты это взял?       - Ну, возможно, там больше нет. – улыбнулся финн. – Ты вчера спросил. Я подумал, что это нам нужно.       - Знаешь, это хорошая мысль. – Боян без тени сомнения угостился. Йере помог ему прикурить, и сам сделал то же.       Сладковатый густой дым собирался вокруг них в небольшое облако, потому что никакого ветра не было. Йере почувствовал, как его душу отпускают терзавшие её демоны.       - Нас ведь за это не арестуют? – спросил Боян.       - Я не уверен. – рассмеялся он в ответ. Это было так заразительно, что они стали смеяться вместе, долго и искренне. Была ли в этом вина курения, или просто не нашедшие выход эмоции, наконец, прорвались на свободу – разницы, по сути, не было. Боян чувствовал, будто они прежние. Будто ничего не тревожит их, и не было слёз, серьёзных разговоров, неловких моментов. Йере смеялся, и его душа пела.       - Так, дай сюда. – он забрал его косяк, положил на лавку рядом со своим, и начал хлопать в ладоши в ритме «Carpe Diem».       - Давай, хлопай. Вот так, держи ритм. – он убедился. Что Йере всё делает верно. - Mi bomo celo noč plesali – запел он       - А-аа, - дурачась, подпел финн. Боян едва не сбился от смеха.       - Ljubili se in se igrali.       - О-оо! – выражение его лица было восхитительным.       - Kot da nas jutri več ne bo! Ты просто лучший!       Йере соскочил с лавки и стал клоунски раскланиваться. Боян подначил его.       - Давай ты!       - Pidän kaksin käsin kiinni juomista niinku!       - Ча-ча-ча-ча-ча-ча-ча! – Боян с удовольствием присоединился к его одиночному перфомансу, и они, конечно, сплясали коронный танец Карьи, со стонами от смеха допели вместе его припев.       Пьянея от сладкого дыма, они друг для друга с азартом исполнили номера и других участников: Бояну прекрасно удалась пародия на Лорин (хотя сквозь смех он жалел о том, что у него не такие длинные ногти), а Йере попробовал исполнить «Queen of the kings», но переврал все слова, больше копируя интонации Алессандры. Боян искренне хотел ему помочь на высокой свистковой ноте, но они оба только прохрипели что-то, распугав всех местных котов.       - Я так есть хочу. – сознался Боян.       - Здесь есть Бургер Кинг.       Круглосуточное бистро и правда оказалось неподалеку. На стойке они заказали себе по бургеру с картошкой. Милая девушка, которая, по всей видимости, не была фанатом Евровидения, и понятия не имела, кто они такие, предложила им картонные короны. От смеха обоих согнуло пополам. Йере нацепил на себя одну и стал изображать из себя монаршую особу, неестественно выпячивая грудь и делая надменное лицо. Во всяком случае он старался.       - Нам хватит одной, спасибо. – сквозь хохот, отказался от второй «регалии» Боян. – Король у нас только один.       Йере достал одну картофелину из пакетика, самую длинную, и сказал пафосным голосом:       - Приклони голову, воин! Я посвящу тебя в рыцари короля!       - Картошкой фри? – уточнил Боян. Его губы дергались от едва сдерживаемого смеха.       Под настойчивым взглядом «короля», он встал на одно колено и немного опустил голову. Йере прикоснулся по очереди к каждому его плечу картофелиной.       - Я посвящаю тебя в ры…. ah! – Йере вскрикнул, когда Боян схватил картошку зубами, опять рассмеявшись. Руку одернуть он успел.       - Всё, картофельное рыцарство закончено! – он поднялся, забрал поднос и устроил за столиком.       Они ели бургеры, давясь смехом, бросались салфетками и картошкой. Работники кафе даже сделали им замечание, и они пообещали быть паиньками, хотя от души кривлялись даже в этот момент. Боян достал телефон, чтобы снять на память Йере, перемазавшего усы и нос в соусе.       - Если ты это выложишь, я тебя убью. – пообещал ему Йере.       - Это для личного архива. – кивнул Боян и снял пару кадров. – Я вообще ничего выкладывать не буду. Официально я в своей… Ну ладно, в твоей постели отдыхаю перед финалом.       - Хах! Алекс тоже сказал сегодня спать.       - Но мы с тобой бунтари! – с гордостью объявил Боян.       - Хулиганы! – подтвердил Йере. – Пошли, я кажется видел на соседней улице батут.       ***       Там, где Йере видел батут, оказался целый парк аттракционов, конечно же, не работающий в ночное время. Но парней это не остановило. Они отдали ночному охраннику все деньги, которые были в их карманах наличными, чтобы он впустил их и запустил там все. На их счастье, охранник оказался продажным. Резвясь, как дети, они катались на детских лошадках по кругу, изображая крутых наездников. Оказалось, что Йере боится высоты, когда они взобрались на «Башню свободного падения», и финн визжал, пока Боян так громко смеялся. На батутах они пару раз чуть не переломали шеи, остановившись только, когда совсем выбились из сил. Прямо там на пружинящих поверхностях они страстно поцеловались, что есть силы прижимая друг друга за одежду. Именно там было принято решение, что пора возвращаться.       ***       Было половина пятого утра, когда они, замерзшие вернулись в отель.       - У меня грязные мысли. – игриво поделился Боян, снимая куртку.       - Вспоминаешь моё лицо в соусе? – в том же тоне продолжил Йере. Щеки болели от того, что они не могли перестать бесконечно подкалывать друг друга и просто наслаждаться радостью этой ночи.       - О да. Это было немного похоже на сперму.       - Значит, ты представляешь, как кончишь мне на усы. – сказал финн без вопросительной интонации. Он потер замерзшие руки друг о друга, чтобы немного согреть. Прикасаться к Бояну холодными не хотелось.       - Ну, меня в целом, устроило бы твоё лицо. То есть любое место.       Расстояние между ними сократилось, а потом закончилось. Легкость, с которой их притягивало, уже не удивляла. Боян обнял его за шею, потерся носом о нос. Промурлыкал:       - Я надеюсь, что это было предложение. Трава....вызывает желание.       - Лиюбили сэ ин сэ играли, - в губы сказал ему Йере и руками залез Бояну в штаны. Всё еще прохладные пальцы накрыли член. Парень слегка вздрогнул, но не отстранился.       - Ты и словенский. – он смеялся, чувствуя такое возбуждение и трепет - ты что, знаешь мою песню?       - Только это. Я прочитал перевод. Это значит «трахались и развлекались». – он медленно двигал тонкую кожу, наслаждаясь рельефом вен. Пожалуй, он готов показать Бояну, чем сперма на его усах будет отличаться от соуса.       - Читаешь всякую дрянь, - сказал Боян на выдохе. – «Любили друг друга», а не «трахались». Оох…       - А дальше как? – он облизнул губы и посмотрел вниз.       - Kot da nas jutri več ne bo, - снова пропел Боян, а потом прикусил губу, потому что Йере начал опускаться на колени. – «Будто завтра не настанет никогда».       Йере стянул его штаны и бельё, чтобы освободить член. Во рту скопилась слюна от предвкушения. Он был готов, о да, и так сильно хотел его попробовать. Чувствуя себя таким смелым, он лизнул головку, и сразу ощутил пальцы Бояна в своих волосах. Тот только едва касался его, ни к чему не принуждая. Йере это понравилось. Он с восторгом принялся изучать вновь открытую территорию: поцеловал и потерся щекой о налитую плоть, взял губами на пробу, а потом впустил узкий, горячий рот.       - Йере…. – не имя, а стон в его устах.       Пришлось хорошо смочить его слюной и приноровиться, чтобы стало удобно и… приятно. Йере был готов поклясться, что сам получает от процесса огромное удовольствие, хотя всегда считал оральные ласки игрой в одни ворота. Теперь каждый стон Бояна посылал по его коже стайку мурашек, а собственный член просил прикосновений. Он сжал его, не снимая одежды. Бояну вскоре потребовалась опора, и он уперся ладонью во входную дверь – с момента возвращения они не покинули пространство крошечной прихожей. Йере втянул щеки и проехался по члену сжатыми губами.       - Ja-a-a. – Боян задрожал. Спустя минуту активных действий, он отстранил Йере и стал сам доводить себя рукой, кусая губы и широко раскрыв глаза. «Он смотрит, как он смотрит» - билась мысль в висках у Йере. Он сам кончил раньше того, как горячее семя друга плеснуло на лицо, едва прикасаясь к себе напрямую. Боян опустился на пол рядом с ним, тяжело дыша, и вдруг, снова рассмеялся.       - Выглядишь просто… супер. – выдохнул он. По глазам было видно, как он счастлив.       - Ну и как? - спросил Йере, разделяя смех.       - На соус не очень похоже. – честно сказал Боян, и, несмотря на испачканнные усы, поцеловал его.       После они лениво помылись и легли в постель. «Было бы совсем не плохо, если бы завтра никогда не наступило». – подумал Йере, прежде чем провалиться в сон.