Золотыми нитями

После завтрака на котором она съела лишь недоспелый персик, Гермиона направилась в библиотеку. Необходимо было понять чего они коснулись и почему ей настолько плохо. И то мерзкое видение... Даже думать о таком противно. Рон ушел от неё около пяти утра чтобы ни у кого не возникло вопросов. Как же хотелось собственную комнату, отдельное пространство. Повезло что хоть на эту ночь девочки уходили ночевать к подругам. Становиться старостой девушка точно не планировала из-за нагрузки, Рон кажется тоже, поэтому надежды на личный уголок оставалось мало. Чёрные лодочки стучали по каменному полу. Ученики, спешашие на занятия сновали туда сюда, то и дело врезаясь в неё. Из сложившейся ситуации пока что единственным плюсом было освобождение от занятий до конца недели. Хотя лучше бы она сейчас сидела на истории магии. Тело все ещё ломило, а после завтрака её и вовсе вырвало, не самые приятные ощущения. Погода совсем разбушевалась несмотря на то, что осень только началась. Дождь всегда вводил её в размышления, а думать сейчас не хотелось совсем, но как всегда, придётся. До библиотеки оставалось еще два этажа и несколько пролетов. Через пять минут звенящий колокольчик сообщил о начале занятий. Наконец больше никто не мешал. В замке было холодно, свечи почти не помогали. Утром пришлось накинуть на плечи бордовый кардиган который ей совсем не нравился, она даже не помнила откуда его взяла. Гермиона могла бы наложить на себя согревающее, но пока что она осталась без палочки, и это её сильно напрягало. Стоило бы обратиться с этим к Маггонагал, и хотя бы до следующей поездки в Хогсмид получить старую учебную палочку. Как минимум она сможет использовать люмос. Погрузившись в скорбь по испорченному древку, Грейнджер не заметила как оказалась у нужной двери. Толкнув её ладонью, она вошла внутрь уже слегка забытого места. Она и не подозревала как соскучилась по этим бесконечным книжным стеллажам, тёмным уголкам, мягким скамейкам и даже по бесконечно ворчащей Ирме Пинс, которая совсем не изменилась. Библиотекарь все также сидела на своём месте и из под стёкол очков неодобрительно пробегалась глазами по немногочисленным ученикам. Завидев Гермиону, губы женщины искривились в чем-то наподобие улыбки. —Грейнджер, дорогая. Целый год тебя не видела, рада что ты в порядке. Ищешь что-то конкретное? —Немного хриплый голос стареющего человека раздался в тишине огромного помещения. —Здравствуйте. Нет, я так, прогуляться. Может и найду что-то любопытное. —Натянуто улыбнувшись, гриффиндорка поспешила скрыться среди набитых шкафов. Первое время на глаза не попадалось ничего путного. Все корешки на которые натыкались её глаза были не о том. Всякий школьный бред для идиотов и первокурсников. История происхождения магии, базовая арифметика, трансфигурация для чайников... Никакого толку. Через пару минут углубления в книжный лабиринт, она заметила нечто походящее на предмет её поисков. Золотистая обложка поблескивала на свету исходящем из огромного резного окна. Ногтем подцепив корешок нужного издания, девушка вытащила его и еле удержав в руке, опустила на ближайший столик. Сверкающий том оказался на удивление тяжелым. Прищурив глаза, Гермиона вгляделась в название. "Секреты старых замков и необычные элементы их интерьера" —Глупость какая-то. Зачем я вообще это взяла? Опустившись на кожаное кресло у окна, она взяла книгу в руки. Распахнув её на содержании, шатенка постаралась найти хоть одну полезную главу. Тайные проходы, резные колонны, запертые двери, статуи... В груди мелькнула надежда. Может там все же окажется что-то толковое. Все таки сфера вылетела из того каменного изваяния. Подперев голову ладонью, Грейнджер принялась читать нужную страницу. Глава 40 "Статуи и их загадки." "Знаете ли вы для чего вообще раньше создавали эти прекрасные декорации? Ведь это не просто куски камня. Скульптуры чаще всего изображали божественное, святое. В одном только волшебном мире насчитывается около двух сотен мраморных идолов Мерлина. Часть из них достигает в высоту более трех метров, а детализация захватывает даже ширину радужки! Однако, это не самое удивительное. В каждой тысячной божественной статуе есть нечто..." —Нет нет нет... Нет! —С силой ударив по столу кулаком, Гермиона судорожно листала старые жёлтые страницы, но все тщетно. Необходимая была вырвана. Это явно не могло быть случайностью. Таких совпадений не бывает. Страницу вырвали специально. Причём кажется уже давно. Ужасно, просто омерзительно. Как обычно Грейнджер, браво, думала самая умная? А что в итоге? Бесполезная, глупая. Тебя уже давно обошли, а сделать это было проще простого. Всего-то страничку вырвать. Никчемная слабачка. Какой толк от твоего существования? Всё на что ты способна, это прочитать текст написанный другими, по настоящему гениальными людьми и магами, а ты всего лишь тупой пустой сосуд, всасывающий в себя результаты чужих трудов. Хоть раз в этой жизни докажи что ты сама по себе чего-то стоишь. БЕСПОЛЕЗНАЯ ГЛУПАЯ ДОКАЖИ ДОКАЖИ ДОКАЖИ... Виски резануло адской болью. Голову словно сжали в железные тиски каким-то средневековым орудием пыток. Кислород в лёгких закончился за пару секунд. В попытках открыть окно девушка поднялась с кресла на дрожащих ногах, но последним что она увидела, было летящее вдали, с воздуха вниз, чьё то тело.

***

Опять чёртов лазарет. Как же заебало. Снова эти белые стены, снова эта ширма, эта койка, снова Помфри и её отвратные настойки. В этот раз самочувствие было в разы хуже. Он еле мог поднять голову, а все тело пылало и каждый его орган словно решил самоуничтожиться. Горло сдавила неимоверная сухость. Оглядевшись по сторонам в поисках воды или вечно мельтешашей вокруг медсестры, Драко сокрушительно откинулся обратно на твердую подушку. Глаза щипало будто в них насыпали песка, голова трещала по швам, желудок скрутился в спазме, а на коже было множество свежих рубцов и синяков. Видимо последствия падения и той сферы сошлись воедино. За окном ситуация всё не улучшалась, крупные капли, сметаемые ветром, также бились о стекло играя свою никому не известную мелодию. Звук открывающейся двери разрезал скорбную тишину царящую в лазарете. Впрочем, вошедшие тихого появления и не планировали. Малфой сразу узнал свои "любимые" голоса. —Гарри, не волнуйся ты так, я уверена Гермиона просто перетрудилась как обычно. Это конечно была рыжая шлюха избранного, которая вечно лезет не в свое дело и слишком много на себя берет. Джинни сильно его раздражала и он совершенно не понимал как с ней вообще можно взаимодействовать, хотя справедливости ради, он вообще не понимал как можно взаимодействовать хоть с кем-то из них. —Я не знаю, это так странно, раньше такого не было. Бывало что она заснёт за учебниками, но обморок... —Ну же! Вон, посмотри, Рон абсолютно спокоен и не паникует раньше времени. Бери пример. Их дальнейшие идиотские доводы слушать не хотелось, но зато стало понятно одно: Грейнджер тоже здесь. Снова. Тут явно что-то не так. Было бы неплохо встать и выяснить что вообще происходит, но сейчас он с трудом мог шевелить языком. —Воды...—Вместо просьбы из горла вырвался хриплый шепот. В этом состоянии хотелось либо пить, либо умереть. Драко чувствовал себя присохшим куском грязи на чей-то подошве. Помфри как назло куда то пропала. Оставалось лишь смотреть в потолок и слушать тупые разговоры. —Герми, ты спишь? —Впервые за все время их бубнежа Рон подал голос, но сука ничего не ответила. Значит все ещё в отключке. Рядом раздался грузный шум шагов и шорох накрахмаленной одежды. Наконец вода была у него в руках и он воскрес из мёртвых. —Сколько у меня переломов? Странно, но мне кажется что все кости целы. —Ты прав, у тебя действительно ничего не сломано. С какого расстояния ты упал?—Пухлая женщина склонила голову на бок и забрала пустой стакан. —Метров десять точно. —Ну, кажется тебе несказанно повезло, магглы при падении с такой высоты нередко погибают. Радуйся и отдыхай, ты тут как минимум до завтра. Когда медсестра развернулась и ушла шумно шурша накрахмаленным халатом, Драко задумался. Как можно было упасть с такой высоты и получить только синяки и царапины. Нет, ощущения в теле конечно были омерзительными, но это не похоже на последствия приземления в твёрдый грунт. И Грейнджер опять тут. Тотальный пиздец. По губам пробежала теплая жидкость, тонкой струйкой стекая на подбородок. Прикоснувшись к лицу Драко взглянул на запачканые пальцы. —Опять кровь... Как только он потянулся за ватой лежащей на столике, перед глазами снова потемнело и сознание отключилось.

***

В ушах шумело. Голова разрывалась на части, а веки были не в состоянии подняться. Сквозь пелену боли Гермиона слышала тихие разговоры и чувствовала движение рядом. Страх тугим комком ютился в груди. Ее невероятно пугало происходящее, она не хотела умирать из-за такой глупости. Спустя пару минут ей удалось открыть клаза и сосредоточить слух на нескончаемом потоке слов. —Рон я же сказала... Гермиона! Ты очнулась! —Джинни радостно накинулась на Грейнджер с объятиями. —Джинни я тоже рада тебя видеть, но мне очень плохо, я хочу пить. —Вымучено улыбнувшись, девушка прикрыла глаза и положила ладонь на лоб. —Лучик ты как? Что случилось? —Рон, дождавшись пока сестра наконец отойдёт за водой, подступил к кровати и нежно погладил девушку по растрепанным кудрям. —Честно, ужасно. Все болит. А что случилось я понятия не имею, ну точнее догадки есть, но это разговор не для больничного крыла. —Ну хотя бы намекни, пожалуйста. Мы места себе не находили гадая что с тобой происходит. —До этого лишь молчаливо улыбающийся в стороне, Поттер наконец заговорил. —Помфри сказала у тебя нет видимых проблем, она проводила диагностику. Что именно болит? —Возможно...я под действием проклятия или вроде того. У меня болят мышцы, живот, голова, колет сердце и тяжело дышать. —Говорить становилось все сложнее, а Джинни с желанным напитком всё не появлялась. —Что?! С каких пор? Почему ты нам сразу не сказала? —Уизли бережно откинул с её лба прядь волос и заглянул в глаза с той теплотой от которой ей сразу становилось легче. —Извини, это было пару дней назад, но это правда разговор не для лазарета, когда мне станет легче я все расскажу. В этот момент появилась Джинни со стаканом с руке. Сделав несколько глотков, девушка почувствовала головокружение, с носа потекла кровь и мир погрузился во тьму. Весь последующий день Грейнджер мучали вспышки боли. Она была словно в кошмарном сне, от которого просыпалась лишь на жалкие секунды и обратно падала в дрёму. Она чувствовала как рядом суетится мадам Помфри, как друзья что-то обсуждают, как уходят, но все происходящее сливалось в один сумасшедший ком миражей. Из глаз, носа, и даже ушей, текла кровь. На теле появлялись все новые гематомы, хотя она не могла нигде удариться пока лежала тут почти без рассудка. Страх за жизнь связывал ребра мерзкими веревками сжимая сердце до боли. Судя по непроглядной темноте за окном, наступил вечер. Сейчас рядом никого не было, а раз не слышно даже Помфри, значит уже очень поздно и она страдала здесь целый день. Мышцы икр свело в очередной судороге и девушка в попытке улучшить положение притянула колени к груди. Через несколько минут глаза вновь закрылись и она погрузилась в небытие. Когда сознание вернулось девушка заметила отсутствие боли. Она чувствовала себя восхитительно. Под собой Гермиона ощущала чье-то жаркое тело. Рон вероятно остался с ней и наверное лег рядом, устав сидеть на твердом стуле. Потянувшись, и все ещё не желая поднимать веки из-за яркого солнца, она сладко пробормотала доброе утро. Рука скользнула к мужским волосам и тело словно парализовало. Это был не Рон. Сердце в груди забилось с бешеной силой. Пытаясь в панике выбраться с постели, Гермиона запуталась в одеяле и упала на пол. —Малфой какого черта?! Вали с моей кровати сейчас же! Ты мерзкий урод, как можно было до такого додуматься, зачем?! —При падении она сильно ударила колено и теперь, сидя на полу, потирала ушибленную ногу. Одновременно с этим она рефлекторно потянулась назад в поисках палочки, но вспомнив о поломке, поняла что абсолютно беззащитна. Ублюдок все ещё лежал, так что если он встанет, она могла бы сбить его с ног и ударить в пах, а если потянется за палочкой... —Грейнджер ты вообще конченная? Если ты еще хоть раз решишь тронуть меня своими мерзкими руками, я придушу тебя прямо на месте. Что ты хотела? Зачем пришла? Отвечай! —Приподнявшись на локтях, Драко запустил ладонь под подушку наверняка ради палочки. —Я не поверю ни единому твоему слову. Потому что я знаю что не приходила к тебе, и потому, что ты просто жалкий ублюдок, слово которого можно приравнять к дерьму. А теперь быстро поднимай свою тощую задницу и уходи с моей постели. —Уже не волнуясь о новом синяке, гриффиндорка нащупала затерявшийся под тумбой, маленький складной ножик. Сжав находку в руке, она поменяла позу и удобно сгрупировалась, готовая в любой момент увернуться или встать. —Ты тупая сука, как ты вообще до своих лет дожила? Я тебе еще раз повторяю что ты сама ко мне припёрлась. Говори что ты забыла в моей кровати или я размозжу твою пустую головку о стену. Кровать заскрипела и Грейнджер удобнее перехватив оружие, быстро вскочила на ноги выставляя его перед собой. —Нет, ты реально не в себе если думаешь что эта железка тебе поможет, опусти свою зубочистку и отвечай на мой вопрос. Спрашиваю в последний раз. —Я не приходила к тебе. Ледяные пальца Малфоя обвились вокруг её запястья сжимая до боли. В груди заклокотала ярость смешиваясь со страхом. Собираясь убить придурка прямо на месте она опустила взгляд. В глаза бросился уродливый красный шрам в виде цифры один. Нахмурившись она постаралась приглядеться, но Малфой встряхнул её за руку. —Хватит врать сука! Что ты хотела сделать? —Я еще раз тебе повторяю, я просто спала. Отпусти меня сейчас же, пока я не вспорола твои аристократичные вены. Для убедительности, она крепче схватилась за небольшое оружие и поднесла его к тонкой коже мужского запястья и заметила точно такой же шрам на собственном левом запястье. От шока нож чуть не вылетел из ладони, но быстро взяв себя в руки она сделала вид что все в порядке.—Ты прямо сейчас убираешь от меня свои лапы, поднимаешь их вверх и держишь так, пока я не уйду. Одно неверное движение и эта зубочистка полетит тебе в лицо и не волнуйся, я не промахнусь. Осторожно, не поворачиваясь к слизеринцу спиной, она выскользнула из-за ширмы и чуть не влетела в целительницу. Руку с новым "рисунком" она прижала к телу, в попытках избежать лишних вопросов. —Извините. —Пару секунд странного молчания и Гермиона продолжила. — Я хотела вас найти, у меня достаточно хорошее самочувствие, я больше не нуждаюсь в лазарете. —Я не уверена мисс. Вчера с вами творились странные вещи. Сначала я вас осмотрю и тогда возможно отпущу. —Развернувшись, мадам Помфри двинулась к другой ширме, не той из-за которой недавно выскользнула Гермиона. Удивлённо вскинув брови, Грейнджер поспешила за ней. На языке вертелись вопросы ответы на которые получать не хотелось. Это действительно была кровать Малфоя? и Что черт возьми происходит? Уложив гриффиндорку на её койку, Поппи принялась совершать какие то махинации над телом девушки. У неё то поднималась нога, то рука, в конце концов над головой появилась какая-то таблица с индикаторами. Несмотря на огромный объем знаний, о врачебном деле Гермиона не знала почти ничего кроме первой помощи, парочки главных заклинаний и полезных зелий. В процессы диагностики она никогда не погружалась. Каким-то образом свежий шрам Поппи не заметила, что давало время разобраться во всем без вмешательства Макгонагалл и прочих. —Что там? Могу я вернуться в комнату пожалуйста? —В животе заурчало и она поняла что не ела уже целые сутки, питаться в бреду было не очень удобно. Максимум что она могла, так это выпить немного воды. Мысль о нормальном приеме пищи добавила мотивации уйти отсюда как можно скорее. —Что ж, кажется все действительно прекрасно. К сожалению причину такого состояния я выяснить не смогла, поэтому, я вас прошу, пообещайте мне следить за своим здоровьем! То что было с вами вчера... смотреть больно. —Тяжело вздохнув и бросив сочувствующий взгляд, женщина ушла. Гермиона же взглянула на стул с одеждой и ужаснулась. —Мерлин, снова. Взяв свою форму девушка второпях натянула её на неприятно липкое от холодного пота, тело. Нестерпимо хотелось в душ, отмыться от грязи, а в первую очередь от Малфоя, но есть хотелось сильнее. Поэтому подхватив скромный букет ромашек и плитку любимого белого шоколада, которые судя по всему ей принесли друзья, она направилась в сторону коридоров. Узнав у проходящего мимо третьекурсника время и обнаружив что до конца завтрака осталось пятнадцать минут, она вбежала в большой зал и к своему удивлению среди оставшихся нерасторопных учеников заметила за гриффиндорским столом Невилла. —Доброе утро, а ты чего еще не на занятиях? —Падая на твердую скамью и одновременно подхватывая с тарелки хрустящий тост пробурчала девушка. —У меня голова болит, отпросился. А ты где пропадаешь в последнее время? Вчера тебя весь день не видел. —Бросив вопрошающий взгляд прямо в её лицо, однокурсник попытался подцепить вилкой поджаренный бекон. —Я плохо себя чувствовала. Ходила в лазарет и отдыхала. Большего ему знать и не стоило. Никому не стоило, но пока она лежала в полубреду все же решила что расскажет Гарри, Рону и Джинни. Больше никому. От происходящего голова шла кругом, она совсем не понимала что делать, с чего начать. Почему боль исчезла? Возможно уже и не нужно было ничего решать, все прошло само, но новый рисунок на коже кричал об обратном. Радовало лишь то, что он совсем не болел. Пополнив желудок одним тостом с джемом и черным кофе без сахара, девушка выбралась из-за стола и бросив Долгопупсу короткое извинение, вышла из зала. В коридорах почти никого не было, большинство либо уже сидели в кабинетах либо еще спали в кроватях. Ей было почти жизненно необходимо развеяться. Погода была на удивление чудесная. Она поднялась на первый этаж, и остановившись у ближайшего окна отворила створку подставляя лицо навстречу теплому ветерку. Золотые лучи осеннего солнца играли на разноцветной листве деревьев, а короткая трава, примятая долгим ливнем, ярко сверкала. Настроение сразу же улучшилось. Радостно улыбнувшись, Гермиона набросила сумку на плечо и направилась к главным воротам. Распахнув дверь она шагнула на крыльцо и глубоко вдохнула свежий воздух. В атмосфере витали ароматы травы, мокрой земли и каких то цветов. Спустившись по ступенькам она убедилась что рядом никого нет и присев на корточки прикоснулась к прохладной росе висевшей на растениях. Какие то маленькие птички пролетели мимо и разместились на дереве неподалёку. Спустя несколько секунд раздалось мелодичное чириканье. От переизбытка чувств хотелось плакать, но точно не здесь и сейчас. На лице сама по себе вновь появилась улыбка. Поднявшись с земли, девушка расслабленно побрела по тропинке в сторону чёрного озера. Она обожала природу в любом ее проявлении. Когда шел дождь, когда светило солнце... её душа плакала и смеялась вместе с ними. Когда холодные крупные капли ударяли по земле, по листьям, скатывались с черепичных крыш и текли по каменным стенам все бежали внутрь стараясь укрыться от бури, но она оставалась. Гермиона поднимала голову к небу и наслаждалась тоскливой красотой грозы. Когда же тучи, как сегодня, становились лёгкими облаками, открывая главную звезду, согревающую всю планету, она как и все стремилась выбраться на улицу и понежиться под тёплым светом золотых лучей. Шаг за шагом она постепенно отдалялась от замка и его суеты, ей хотелось не упустить такую погоду и немного посидеть на берегу, у зеркальной водной глади. Наконец, она стояла на мокром, смешанном с землёй песке, и прикрыв глаза, наслаждалась тем как прохладный бриз щекочет кожу и раздувает пышные кудри. Неподалёку девушка заметила красивую плакучую иву. Приблизившись к пышному дереву, Гермиона положила на землю сумку и букет. Кто-то очень удачно оставил тут свой плед. Подтянув ткань под себя, девушка опустилась на землю. Голова была легка и пуста впервые за долгое время. Решив не упускать возможность расслабиться, она откинула голову назад и прикрыла глаза. Вокруг шелестели полусухие листики подгоняемые сентябрьским ветерком, шумели слабые волны широкого озера и птички продолжали напевать какую-то свою, известную лишь им, мелодию. Вытянув ноги и скинув не очень удобные туфли, девушка растянулась на земле. Солнце нещадно пекло, поэтому вслед за обувью отправилась мантия. Все проблемы утекали из головы, тонким ручьем стекая вниз и смешиваясь с тёмной пучиной воды неподалёку. Не хотелось думать ни о войне, ни об учёбе, ни о злополучных сфере и Малфое. Гермиона лишь мечтала умереть и переродиться маленькой и свободной птичкой. Ни о чем не волноваться, перелетать с ветки на ветку, клевать сладкие ягоды и питательные зернышки и просто жить свою скромную беззаботную жизнь. Правда кажется это просто невозможно. Воспоминания о войне просочились из глубины души и ядовитыми змеями закопошились в груди. Нахмурив брови, Гермиона подтянула колени и опустила на них голову. Она ненавидела эту жизнь, почему она не могла просто быть счастливой? Её спокойствие и умиротворение продлилось не больше пятнадцати минут. Осторожно поднявшись с влажной почвы, она, все ещё босиком, подошла ближе к озеру. Неимоверно хотелось искупаться, но вода была слишком холодной. Однако, не сдержавшись, Грейнджер все таки сделала шаг вперед, подставляя ноги ледянящему прибою. Недолго постояв на месте, она решила немного пройтись по берегу. Подгоняемые ветром, потоки сверкающей жидкости обволакивали ступни и кололи кожу холодом. Вдруг, нога ударилась о какой-то большой камень и гриффиндорка почти упала в воду. Помогла удержаться на ногах ей лишь удача. В попытках устоять она создала множество брызг и одежда намокла. Дуновение уже не такого тёплого бриза пустило по телу мурашки. Обняв себя руками в попытках согреться девушка побежала к брошенным у дерева вещам. Подняв и накинув на плечи сброшенную недавно мантию, Гермиона увидела в грязи тот самый нож, которым угрожала Малфою. Она сама не помнила в какой момент забрала его и убрала в карман. Он был весь в грязи. Не заботясь о чистоте ткани, она тщательно вытерла вещь о подол мантии и наконец смогла внимательно её рассмотреть. Ручка была серебряного цвета со слабым фиолетовым отливом, выпуклые витые узоры складывались в волшебные цветы, а в ее центре красовался гигантский камень неизвестного происхождения. Он завораживающе переливался и манил к себе, казалось если смотреть на него слишком долго, можно тронуться рассудком. Решив не проверять свою теорию, Гермиона перевела взгляд на лезвие которое также было выполнено из серебра, а узоры плавно перетекали на него с рукояти. Выглядел нож восхитительно. Вероятно он был чей-то фамильной ценностью, но повертев его со всех сторон девушка не нашла никаких гравировок сообщающих о принадлежности. Решив пока приберечь находку, Грейнджер убрала оружие вглубь школьной сумки и подняв вещи с земли, в окончательной растерянности пошла обратно к замку.

***

—Панс, не сегодня. Малфой стоял у окна в спальне глядя на залитый солнцем, осенний пейзаж и курил. Дым, закручиваясь в воронку, подхватывался ветром и уносился прочь. В такие моменты Драко переставал скучать по разрушенным на войне подземельям, которые хогвартские идиоты никак не могли отремонтировать. Возможность курить в комнате усмиряла ностальгию. Обнаружив утром на коже новый шрам Драко окончательно убедился что происходящий пиздец с ним надолго. Пробуждение в целом не задалось, начиная от гриффиндорской суки на нём, заканчивая тем что на завтрак он не успел из-за тугодумной Поппи которая не могла просто выпустить его из чертового лазарета пока не убедится что он не при смерти. На удивление, бордовую единицу на запястье она пропустила. И слава Мерлину. С момента как он вернулся в пустующую спальню, до хлопка двери и надоедливой болтовни Паркинсон, прошло не больше десяти минут. Девушка стояла на пороге и хлопала длинными ресницами распространяя вокруг удушающе сладкий аромат ягодных духов. За спиной послышался легкий стук тонких шпилек. Острыми ногтями слизеринка пробежалась по его шее и провела дорожку вдоль позвоночника. —Дракоо... Чего ты такой хмурый? —Приторный тон который он ненавидел больше всего. Его неимоверно раздражал ее образ глупой шлюшки. Он знал какая она на самом деле и это пугало, от Паркинсон стоило держаться на расстоянии вытянутой руки. Устоять было тяжело, поэтому он предпочёл физической дистанции моральную. —Я скучала, ты такой холодный в последнее время. Ни разу даже не поздоровался со мной с начала учёбы. Я начинаю обижаться... —Игриво протянув последнее слово, девушка положила руку ему на бицепс, крепко его сжимая. Вздохнув, он выкинул тлеющий окурок в окно и развернулся к Панси, что ластилась к нему как мартовская кошка. Обхватив тонкую талию, он другой рукой закрыл створку окна и резко подняв, усадил брюнетку на подоконник. Она тяжело дышала приоткрыв пухлые губы, накрашенные тёмно-красной помадой. Драко на секунду остановился и уставился в её лицо. Они действительно давно не общались и не занимались сексом. На войне было не до этого, а сразу после неё на него навалились суды и толпы журналистов. Он даже успел забыть её вкус. Уставившись в её хитро прищуренные карие глаза, что сейчас с интересом рассматривали его лицо, он запустил руку под короткую облегающую юбку карандаш и сжал внутреннюю часть бедра, почти касаясь белья. Не сдержавшись, слизеринка шумно выдохнула и дернулсь бёдрами ближе к нему. —Не так быстро. Убрав вторую руку с талии он опустил её и также сжал другое бедро. Склонив голову, Драко впился в её такие вызывающе пошлые губы поцелуем и с силой прикусил нижнюю. Раздался громкий протяжный стон, он почувствовал как её задница елозит по холодной каменной поверхности, а в брюках становится тесно. —Хорошо что ты уже без рубашки. —Отстранившись на секунду пробормотала Паркинсон и положила ладони на пресс, одной из которых поползла вниз. Решив не мучить бедняжку, он провел пальцами по намокшему кружеву, вызвав этим новые шумные вздохи. Раздался щелчок пряжки ремня и оторвавшись от поцелуя, Панси приспустила брюки, а следом и боксеры. Обхватив член рукой она взглянула на него и прошептала. —Драко, пожалуйста... Наклонившись к ней ближе он провел языком дорожку от шеи к ключице, параллельно стягивая с неё чёрные стринги. Резко притянув её бедра к себе он положил голову на её плечо, а затем медленно вошёл. Томно застонав, слизеринка вцепилась в его плечи и поцарапала кожу длинными коготками. Наращивая темп Малфой все меньше контролировал себя и все сильнее вбивался в неё. Когда он почувствовал что близок к разрядке, опустил одну руку вниз и дождавшись пока девушка кончит, отправился вслед за ней. Немного отдышавшись они отстранились и стали поправлять внешний вид. —А ты совсем не изменился за год милый, такой же злой и сексуальный. —Весело подмигнув, Панси улыбнулась и показательно медленно натянула сброшенное недавно бельё. Никак не отреагировав на её заигрывания, Драко отвернулся и сел на свою постель. —И конечно, такой же скучный. —Закатив глаза, брюнетка присела рядом, и положив руку ему на ногу, продолжила. —Знаешь, вчера вечером я получила очень любопытное письмо. Мне писал твой отец. Сбросив с себя её ладонь он вскочил с кровати. —И чего ты хочешь, Паркинсон? Выметайся. —Но это важно! Ты не можешь быть таким беспечным! —Я сказал тебе выметайся! Ты же же только ради этого пришла, да? Чтобы научить меня слушаться папочку? Передай этому маразматику что все требования он может засунуть себе в задницу. —Ты не понимаешь... Схватив её за запястье он рывком поднял девушку с постели и потащил к выходу. —Нет дорогая, это ты не понимаешь. —Это касается всех пожирателей, послушай... Хлопок двери заглушил остаток фразы. Оставшись в долгожданной тишине, Драко с силой ударил по подушке высвобождая злость. Отец снова хотел затянуть его в свои игры. Он не планировал больше в этом участвовать.