Золотыми нитями

***

Нет воли, свободы,

Нет силы, нет боли,

В любое мгновенье

Молишь ты о забвенье,

Но память чиста, а руки в крови.

Попробуй отмыть их когда-нибудь ты.

***

Сидя у камина в родной гостиной гриффиндора Гермиона завороженно смотрела на яркий огонь, пока остальные играли в карты. На часах было около десяти вечера, поэтому в общей комнате стоял невыносимый шум. Многие ещё не хотели спать и проводили время с друзьями либо делали домашнюю работу. Вернувшись в комнату после прогулки к озеру, Гермиона первым делом спрятала нож в нижний ящик на замке. Весь день она просидела на кровати размышляя о происходящем, предварительно приняв горячий душ и смыв с себя всю грязь включая касания Малфоя. Перед тем как выйти к друзьям и однокурсникам, она переоделась в чёрную облегающую водолазку с длинными рукавами чтобы скрыть странный шрам и такие же облегающие синие джинсы. За время военного положения Гермиона успела неплохо подтянуть физическую составляющую. Изнуряющие тренировки и не менее изнуряющие битвы дали о себе знать. Если раньше её скорее можно было назвать просто тощей, то теперь она прекрасно чувствовала и видела в своём теле неплохое количество мышц. Живот стал плоским и довольно твердым. Ноги и руки стали рельефными, хоть и все еще тонкими. Даже ягодичные мышцы заметно подтянулись, что не могло не радовать. Она всегда улыбалась вспоминая о занятиях с Аластором Грюмом. Профессор был очень строгим тренером и вечно гонял их в два раза больше чем надо, а за малейшую оплошность добавлял к упраженению по подходу. Сейчас это звучит очень неприятно и это действительно было тяжело, но зато благодаря тем небольшим страданиям, она даже без палочки не была беззащитной. Осознание этого определенно добавляло смелости. На плечо легла чья-то тяжёлая рука. Обернувшись и увидев перед собой Рона, девушка улыбнулась. Парень был одет почти так же как она, за исключением того что его джинсы совсем не облегали. —Как ты узнал что я надену сегодня? —Читаю твои мысли, Лучик. Где ты сегодня пропадала? Разве тебя не выписали из лазарета утром? — Спросил парень, удобно усаживаясь на пол рядом с Гермионой. Пересказав свой не слишком насыщенный день она решила не упоминать мягко говоря неприятное пробуждение. Хоть Рон и был очень спокойным, все же тревожить его и сеять даже минимальную каплю ревности, не хотелось. —Ты говорила что ты возможно... проклята? Скажи пожалуйста что это был просто лихорадочный бред. Громко вздохнув, она со стоном разочарования уткнулась лицом в его плечо. Вспоминать, рассуждать и думать не хотелось совсем. —Я все расскажу когда мы останемся вчетвером, а пока могу лишь попросить тебя не волноваться. Кажется все не так плохо и умирать я не собираюсь. —Очень на это надеюсь. Ты же пойдёшь с нами в Хогсмид? Хочу сделать тебе небольшой сюрприз. —Прижав её ближе, Уизли мягко поцеловал её в висок. —Конечно пойду, я кажется забыла рассказать, но моя палочка сломалась уже почти неделю назад. Мне срочно нужна новая, а насчёт сюрприза... Не стоило, правда. Ты слишком много для меня делаешь. —Гермиона, слишком много не бывает, ты же знаешь что я готов за тебя хоть убить, хоть умереть? —Улыбнувшись, Рон подхватил её за талию и посадил себе на ноги. Слегка смеясь, она спросила —Тебе точно будет удобно? Может хотя бы на кресло сядем? И вообще... —Вместо смеха на лице появилась длинная улыбка. —Ты дурак, зачем за меня умирать, если я могу за тебя? —Глупая. —Щелкнув девушку по носу, Рон стал наблюдать за ходом карточного боя Гарри и Симуса. Положив голову ему на плечо, она позволила себе расслабиться. Рядом с парнем Гермиона чувствовала себя в абсолютной безопасности, словно он мог побороть всё зло мира. Когда их отношения только начинались она часто волновалась о правильности такого решения. Все таки портить такую дружбу совсем не хотелось, но любовь оказалась сильнее и она не разу об этом не пожалела. Война сильно повлияла на всех, Рон полностью отбросил свою обидчивость и вспыльчивость, что однозначно пошло ему на пользу. Рядом с ним Гермиона, как бы банально это не звучало, чувствовала себя как за каменной стеной. В голову полезли насущные проблемы. Сильнее натянув рукава водолазки, она обняла Уизли за торс и прикрыла глаза. Усталость, накопившаяся за весь день, дала о себе знать. Жутко хотелось спать, и хотя постепенно ученики разбредались по спальням, обсудить всё необходимое возможности не представлялось. Люди её раздражали всегда, а после событий последних лет эта злость усилилась раза в три. К сожалению ей не повезло так, как Рону. В последнее время она была похожа на сбежавшую пациентку психиатрии. Её вечно кто-то раздражал, хотелось просто закричать чтоб все заткнули свои рты и убежали в свои комнатки. Но увы, вероятно такое никто не оценит. —Рон, я сейчас усну и вы ничего так и не узнаете. Надо что-то придумать. —Тихо шепнула она. —Не волнуйся, если устала ложись спать, не нужно себя мучить. А поговорить можем завтра, в Хогсмиде, но только если ты ручаешься что находишься в безопасности. Улыбнувшись, Грейнджер поцеловала парня в щеку. —Спасибо что понимаешь, и я чувствую себя отлично, все хорошо. Поднявшись с чужих колен, она бросила друзьям прощание и направилась в спальню. Днем она успела забежать в библиотеку и взять всю литературу что может ей хоть как-то помочь. Предсмертное состояние весь прошлый день и странный шрам сегодня утром, мягко говоря немного напрягали. Несмотря на закрывающиеся глаза, девушка раскрыла первую попавшуюся в руки книгу, залезла в постель, укрылась тяжелым одеялом и принялась за чтение которое продлилось недолго. Через двадцать минут Грейнджер крепко спала свернувшись калачиком, а книга лежала рядом.

***

Звезды ярко сияли на фоне насыщенного оранжевого рассвета. Блейз и Нотт ещё не проснулись когда Драко раскрыл глаза, и устало выдохнув, поднялся с постели. Паркинсон таскалась за ним весь день тряся перед лицом конвертом с изумрудной фамильной печатью. Сдавшись, он забрал письмо и бросил в сумку планируя сжечь, но интерес оказался сильнее. Ночью он сломал цветной воск и достал бумагу с размашистым калиграфичным почерком. "Здравствуй Драко, я прекрасно помню твое инфантильное и истеричное поведение касательно меня и дел нашей семьи. Поэтому, данное письмо я передаю тебе не совой. Я обратился к твоей подруге, которая судя по всему гораздо разумнее тебя, что мне не хотелось бы признавать. Если ты читаешь это, значит ей удалось достучаться до тебя, что поверь мне, пойдёт тебе на пользу. Речь пойдёт о миссии которую я и другие последователи лорда Волан-де-Морта возлагаем на твои плечи. И не вздумай сейчас же испепелять бумагу. Это в твоих же интересах. На днях мне написал Антонин и великодушно сообщил, что в Хогвартсе находится нечто, необходимое пожирателям. Он, конечно же, не сказал что это или хотя бы для чего. Вероятно первое он не знает сам, второе же предпочёл скрыть. В любом случае, как ты уже мог догадаться, ты должен найти эту вещь, артефакт, называй как хочешь. Конечно, просто так не то что ты, даже я бы не согласился. Долохов это предугадал и заботливо уточнил, что если ты не найдешь предмет до середины весны, останешься сиротой. Приятной учёбы, сын." После прочтения ярость накрыла его с головой. Он был готов убить любого кто был хоть как-то с этим связан, а в первую очередь Долохова. Его он бы повесил над столом в главной столовой, как в старые добрые и по кусочку каждый день срезал кожу которой бы потом кормил его самого пока он не сдохнет от боли, потери крови или голода. На Люциуса было практически плевать. Ублюдок давно заслужил смерть и далеко не самую приятную. Но Нарцисса... за неё он был готов сравнять с землёй весь мир, вырезать все население земли и напоследок себя. Мать всегда была в его жизни нежным ангелом. Она словно святая освещала каждый день его жизни. Особенно это чувствовалось во время войны, в те дни когда лорд устраивал в их гостиной кровавые побоища, когда пытал, издевался и просто мучил. Не только грязнокровок и магглов, под руку попадали все. В такие дни Нарцисса приходила к Драко в спальню пока никто не видел, садилась на край постели и тихо напевая какую-то песню принималась гладить его по волосам и слабо улыбаться. Он же, взрослый, уже совершеннолетний участник битв, весь в чужой, а иногда и собственной крови, ложил голову на колени матери марая её всегда светлые легкие платья и не в силах сдерживать слезы плакал. Рыдал навзрыд как сучка, кричал в подушку. Он до трясучки ненавидел себя, Волан-де-Морта и его безумных прислужников, эту войну, весь этот мир. Если бы не она, он бы уже через неделю вскрыл себе вены чтобы умирать долго, с мучениями. Было невыносимо видеть все происходящее, а делать это своими руками еще невыносимее. Бывало от количества непростительных в его глазах чернели радужки, а на ладонях проступали тёмные вены, устрашающей сетью расходящиеся по предплечью. А теперь кто-то хотел забрать этот кусочек света из его жизни, кто-то как всегда хотел наказать невиновную. Каждый раз когда Люциус или Драко совершали ошибки, пытали не только их. Круциатус обязательно направлялся и на Нарциссу, всегда самый сильный и мучительный. И теперь, когда он думал что все окончательно кончилось, когда он старался начать жить хоть какую-то близкую к нормальной жизнь, они нашли новый способ избавить его от этого. Выстроив в голове слабый план по поиску какого-то, сука, эфимерного предмета, он встал в пять утра планируя пройти в запретную секцию. Тратить время на обычные школьные книги было совершенно бесполезно. Поднявшись с кровати, Малфой раскрыл окно и вновь закурил. Сигареты забирали годы жизни, но добавляли красок в настоящее. Солнце уже поднималось из-за горизонта, легкий дождь капал на землю орошая зелёный покров. Полупрозрачный туман, серыми клубами распространяясь в воздухе, прятал исходящий от сигареты дым. Каждый новый вдох расслаблял натянутые нервы. Дорогой табак сильным послевкусием оседал на языке. Сделав еще пару глубоких затяжек, он вновь сбросил окурок на землю и закрыл окно. Добравшись до ванной, Драко плеснул в лицо ледяной водой в попытках пробудиться. Когда по коже от холода побежали мурашки, он натянул раздражающую форму и вышел из комнаты. В груди томилась перманентная ненависть ко всему пожирательскому кругу. Ко всем, кто хотя бы косвенно причинял боль его матери. Обида и страх огромным комом встряли в потемках его души уже давно, но вчерашнее письмо заставило старые раны кровоточить вновь. Путь до библиотеки был недолгим. Пройдя несколько продуваемых свежим утренним ветром коридоров и лестниц, он оказался у нужного помещения. Медленно потянув за ручку, Малфой приоткрыл дверь и скрип петель разрезал плотную тишину. Пару шагов за порог. Быстрый взгляд на обстановку. Никого кроме старой мадам Пинс. Ещё несколько широких шагов. Заранее достав палочку он поднял её и направил прямо в лицо напуганной женщине. —Империус. —Взгляд под стеклами очков затуманился, руки безвольно опустились. —Прекрасно. Веди меня в запретную секцию. Быстро! Сорвавшись на крик, Драко истерично направил палочку в сторону нужного отсека и безвольная марионетка зашагала в нужном направлении. От собственной несдержанности закрытые на замок чувства забурлили вновь. Хотелось кричать, биться в истерике, рушить всё на своём пути. До боли. Кричать пока не сорвётся голос, плакать до красных, сухих глаз, рушить до кровавых ран на костяшках. Вдох... выдох...вдох... Успокоившись, он сжал челюсти и пошел вслед за Пинс которая уже затерялась среди множества книжных шкафов. В библиотеке на удивление сильно не хватало света. На столах и полках стояли свечи, из больших широких окон просачивались солнечные лучи, но душащий мрак царствовал в этом месте. Наконец перед его глазами оказалась решетчатая дверь запретной секции. Когда женщина повернула ключ в замке и сделала шаг в сторону он хотел сразу перейти к делу, но остановился. —Стой здесь и прислушивайся. Если услышишь других людей, иди ко мне и скажи об этом. Ещё раз удостоверившись что никого постороннего вокруг нет, он вошёл внутрь. Многочисленные стеллажи путали, книги казалось стояли без какой либо логики. Направившись вдоль рядов он медленно шёл, рассматривая корешки в поисках чего-то полезного, но на глаза попадался только разный бред вроде крестражей и темной магии. Голова кипела, грудь сдавливало от переизбытка чувств. Шаг за шагом продвигаясь вглубь секции, он постепенно набирал увесистую стопку всего, что могло бы в теории помочь. Руки все ещё трясло, а глаза время от времени наливались слезами. Когда рука потянулась за очередным увесистым изданием он почувствовал чье-то присутствие за спиной. Сделав глубокий вдох и сжав пальцы на кожаном переплёте сильнее, он резко развернулся. Перед глазами оказалась Пинс, которая под действием империуса стояла и глупо смотрела в одну точку. —Ты что-то слышала? Говори! —Нет. Ничего. —Женщина подняла пустой взгляд на него, по шее пробежали жуткие мурашки. —Не ври мне. —Подняв палочку, он уткнул древко прямо в шею женщины и спросил снова. —Там кто-то есть? —Нет. Раздражение усиливалось в несколько раз с каждым её ответом. Кулаки сжимались всё сильнее и сильнее.—Тогда зачем ты пришла? В ответ она лишь тупо уставилась в его лицо. Где-то вдали раздался глухой звук упавшей вещи. С трудом пересилив желание ударить несчастную библиотекаршу, он снял империус и быстро, пока она не закричала, частично стер ей память и усыпил заклинанием. Закинув книги в расширенные заклинанием карманы, он осторожно двинулся к выходу, предварительно наложив на себя дезиллюминационные чары. Перед выходом из запретной секции Драко вновь замедлился прислушиваясь. Больше никаких звуков не было, что пугало больше шума. Он не мог понять с какой стороны лучше идти. Если его поймают вопросы несомненно возникнут, а внимания он за последнее время и так притянул слишком много. В который раз подавив желание сброситься с астрономической башни, Драко принял решение двигаться от шкафа к шкафу, внимательно осматривая окружение. Все шло подозрительно спокойно, он не мог понять какого черта произошло с Пинс, его империус всегда работал предельно безупречно. Кто-то явно слегка поработал над её разумом пока он шлялся среди всей той печатной чуши. Подобравшись к открытой части библиотеки без пересечения которой выйти было невозможно, он несколько раз внимательно оглядел столы, проходы меж других шкафов и любые другие места для затаения. Вдали ему показалось быстрое движение чего-то тёмного, но решив что это лишь игры уставшего мозга, Малфой осторожно вышел из укрытия и вскоре уже опирался на стену в коридоре, недалеко от книжного царства. Переварив произошедшее и отбросив мысли об убийстве Долохова, он быстро пошел обратно в спальню, надеясь что Блейз и Теодор ещё не проснулись.

***

После завтрака, на который большинство гриффиндорцев пришли уже под конец, Джинни потащила Гермиону в спальню собираться в Хогсмид. Настроение у Грейнджер было отличное, несмотря на события последних дней. Прекрасно понимая что кто-то может легко заметить алую цифру на запястье, Гермиона сразу после пробуждения нанесла на тонкую кожу плотный слой тонального крема к счастью оказавшемся в ящике. С каждым днем отсутствие палочки ощущалось все сильнее, сейчас она не смогла спокойно замаскировать шрам, а дальше что? Радовало лишь осознание, что уже сегодня она сможет заскочить к Олливандеру. Жаль что до этого не получилось найти минутку зайти к Маггонагал хотя бы за старым учебным древком. —Как ты умудрилась палочку потерять? Я бы не удивилась если б Гарри или Рон, но на тебя то что нашло? —Уизли стояла у напольного зеркала и тщательно расчесывала волосы, переодически перебрасывая копну с одного плеча на другое. —Я все расскажу вам в Трех метлах, не хочу повторять десять раз. —В попытках застегнуть узкую бежевую юбку Гермиона слегка подпрыгивала и все больше мечтала натянуть привычные джинсы. —Джинни ты уверена что обязательно так выряжаться? Зачем? —Я же говорю, Рон в обморок упадёт от твоего вида! Побалуй беднягу своими ножками хоть иногда, ты же такая красотка! —Рон и без ножек меня любит. —Закатив глаза, Грейнджер наконец переборола молнию и теперь довольно смотрелась в то же зеркало, что и подруга. —Конечно любит, но ты посмотри на себя, как можно такое прятать? —Театрально всплеснув руками, Уизли закончила с волосами и теперь оценивала их гладкость. Отражение сегодня действительно радовало, как минимум, под глазами не было синяков. Удовлетворившись видом юбки, под которой были тонкие чёрные чулки, шатенка убедилась что все достаточно прилично и полезла в шкаф в поисках верха. Под руку попался чёрный свитер по длинне доходящий до бедер, представив образ в голове, она принялась натягивать вещь на себя. —Гермиона, ты здесь? —Судя по скрипу петель, дверь распахнулась. Как можно быстрее натянув кофту, девушка повернулась к вошедшему. —Рон, напугал! Ты рановато, как тебе? —Прокрутившись на все триста шестьдесят градусов, Грейнджер в ожидании взглянула на парня. —Как всегда прекрасно, тебе очень идёт, Лучик. —Сделав пару широких шагов, он обвил рукой её талию и быстро поцеловал. —Молодец что оценил, это я ей юбку дала. —Собрав в охапку свою планируемую на сегодня одежду, Джинни начала выталкивать брата за дверь. —А теперь иди, мне нужно одеться. Как только Рон вышел из комнаты, Гермиона почувствовала под носом что-то мокрое. Обернувшись к зеркалу, она увидела тонкую алую струйку, ручьем спускающуюся вниз по пухлым губам, еще хранящим на себе теплое воспоминание недавнего поцелуя. Дрожащими пальцами прикоснувшись к коже, она постаралась убрать это безобразие и одновременно с этим, не разрыдаться. —Я надеялась это закончилось! —Срываясь на крик, девушка принялась панически размазывать кровь по свежему макияжу. —Мерлин, Гермиона! Не волнуйся, успокойся, пожалуйста. Что с тобой? Ты точно в порядке? Что Помфри говорила, ты здорова?! Бесконечный поток громких слов суетящейся рядом подруги заглушался появившимся в голове белым шумом. Легкие сжались в приступе сухого кашля. Медленно сосчитав в голове до пяти, Грейнджер успокоилась и шумно выдохнула. —Это какой-то кошмар Джинни, я уже не уверена стоит ли рассказывать мальчикам всё. Они же с ума сойдут или просто убьют Малфоя, не хочу создавать им лишние проблемы. —Малфоя?! —Да, мы оба оказались в полном пиздеце, извини за выражение. —Что случилось то? —... и теперь эта кровь из носа, снова! Думаешь я просто так в больнице лежала? Это все из-за чертового Малфоя. Если бы трус не дернул рукой... —Мерлин... А что делать то теперь? Кто-то что-то знает? —Джинни медленно опустилась на кровать, шокированно глядя на Гермиону распахнутыми глазами. —В том то и дело, что нет. Я пыталась найти информацию, но её либо нет, либо ее спрятали намеренно и я склоняюсь ко второму варианту. В книге где говорилось об артефактах была вырвана нужная страница. Подруга молча уставилась в пол и опустила голову на ладони, подперев локти коленями. Решив дать ей время на принятие ситуации, Грейнджер повернулась обратно к зеркалу и стала аккуратно убирать размазанную кровь с кожи. Через пару минут лицо вернулось в нормальное состояние. И несмотря на вновь появившуюся боль в лёгких и желудке, она развернулась на носках, делая глубокий вдох. —В любом случае Джинни, мне нужно отвлечься. А мальчикам скажу все что посчитаю нужным, не стоит им знать что информацию скрывают намеренно. Вставай, пора обуваться и идти, мне кажется нас уже заждались. Быстро натянув на ноги облегающие чёрные ботильоны, Гермиона дождалась Уизли и подруги выбежали из комнаты. Погода радовала. По голубому небу медленно плыли перьевые облака, под ногами похрустывали редкие опавшие листья. Четверо друзей шли по дороге Хогсмида оглядываясь в поисках приличного места. —Нет, мерлин, только не "Три метлы"! Я уже смотреть не могу на сливочное пиво. —Джинни, не знал что ты так часто пьёшь. —Весело посмеиваясь Гарри крепче обвил свою девушку за талию. Показав Поттеру язык, Джинни вывернулась из его рук и пошла задом наперед, развернувшись лицом к друзьям. —Итак, я предлагаю напиться вдребезги, поэтому, все идём за мной. Симус рассказывал об одном местечке. Вскоре они уже сидели в каком-то довольно приличном пабе и ждали свой заказ. Людей вокруг было немного, что определенно расслабляло, лишь официантки суетливо сновали туда сюда. —Гермиона, теперь серьёзно, расскажи что произошло, ты представляешь как мы волнуемся за тебя? —Гарри уставился прямо ей в глаза ожидая ответа. —Начну с того, что я вроде как в порядке... После окончания её речи, где она по просьбе Рона в подробностях, за исключением некоторых деталей, рассказала что случилось и что уже известно. Все ошарашенно молчали. В этот же момент принесли их напитки и шоты сразу были опустошены. —Ты понимаешь что это надо решать? И решать серьёзно, а не просто копаться в библиотеке. —Гарри поправил очки и сделал глоток какого-то темно-красного коктейля. —Гермиона, он прав, это не шутки. Мне совсем не нравятся твои ночёвки в больничном крыле. —Рон задумчиво нахмурился и взял ее за руку под столом. Благодарно улыбнувшись парню, Гермиона схватила в свободную руку еще один шот и молча чокнувшись с Джинни, выпила обжигающую жидкость одним глотком. —Я понимаю, но что я могу сделать? —Хороший вопрос Гермиона, мы с Гарри обсудим варианты и все решим, не волнуйся и главное сразу говори когда тебе становится плохо. —Договорив, Рон мягко заправил ей за ухо выбившуюся прядь. —Обязательно скажу, спасибо. —На несколько секунд за их столом воцарилась тишина. Каждый старался переварить информацию и понять что делать дальше. После прокручивания в голове всех событий в сотый раз Грейнджер страдальчески застонала и опустила голову слегка ударяясь лбом о стол. —Послезавтра начинается отработка с Малфоем. Я совсем забыла об этом, мерлин. Этот ублюдок... Я не смогу находиться с ним в одном помещении больше пяти минут правда, я убью его. —Если он не убьёт тебя быстрее. —Мрачно улыбнувшись Гарри сделал еще глоток алкоголя. —А вообще если серьёзно, он опасен и ты сама это понимаешь и помнишь. Мы можем пойти с тобой или хотя бы один из нас. Я или Рон. —Да Гарри, я безусловно помню. Поэтому не волнуйся, я буду начеку, а вы лучше займитесь учёбой или еще чем-то. Я это к тому, что не стоит бросать свои дела ради меня. Рон сильнее сжал её руку и вскинул брови. —Какие дела, Лучик? С ума сошла? Если тебе нужна помощь я обязательно похожу с тобой на эти отработки, что вам вообще делать то придётся? —Спасибо Рон, я знаю что ты готов, но мне правда не нужна помощь. Я его не боюсь и он не должен думать, что я не могу справиться одна. А вообще я сама не знаю точно что нас заставят делать, но раз отработки у Снейпа, скорее всего оставит нас чистить котлы, а сам уйдёт по своим делам. —Опрокинув в рот еще один шот, шатенка мягко вытянула руку из под стола и положила лицо на ладони, оперевшись подбородком. Голова начинала кружиться от алкоголя и взгляд приятно помутнел. В голове пропали навязчивые тревожные мысли. Стало плевать на Малфоя, на проклятие, на шрам, на учёбу. Вообще на все. Расслабившись, девушка завороженно крутила в пальцах бокал, наблюдая за переливами цвета какого-то золотистого коктейля. Друзья обсуждали какие-то сплетни, квиддич, уроки, Гермиона слушала вполуха и иногда посмеиваясь или поддакивая просто наслаждалась моментом. На часах у бара было всего четыре часа дня. —Позор. —Вздохнув сказала Грейнджер и опрокинула в себя остатки огневиски из стакана. —Ты о чем? —Смеясь от какой-то шутки Поттера, спросила Джинни. —Сейчас только только четыре часа дня стукнуло, а я уже напилась. Позор. Почему мы не пошли сюда позже? Мне ведь еще палочку покупать. —Ой, не знаю как мальчики, но я совсем забыла про палочку, прости пожалуйста. Надо идти сейчас! В пол шестого Олливандер закрывается. Судя по виноватым лицам Гарри и Рона про ее проблему забыли все, впрочем она их не винила. Поднявшись со своих мест и оставив на столике чаевые, компания вышла из паба. Осень медленно давала о себе знать и несмотря на раннее время, на линии горизонта можно было заметить слабые признаки приближающегося заката. Листва деревьев шуршала над головой и Гермионе очень захотелось смеяться. На душе было неимоверно легко и хорошо. Широко улыбнувшись она обернулась на остальных и почти подпрыгивая на месте дождалась пока они окажутся рядом с ней чтобы идти дальше. На контрасте с ежедневным стрессом и страхом за жизнь, сегодняшний день казался давно забытым раем. Выстроившись в кривую линию, компания шла по каменной дороге, с чувством полного удовлетворения в груди. Тёплый ветер мягко обдувал кожу, отбрасывал назад аккуратно уложенные пряди кудрявых волос. Взяв Рона за руку, Гермиона прижалась к нему боком и посмотрев в веснушчатое лицо снизу вверх, улыбнулась. Взглянув на неё в ответ, парень наклонился и оставил на накрашенных губах короткий, но жаркий поцелуй. Положив голову ему на плечо, она шла вперед, рассматривая окружение. Волшебники всех полов и возрастов выбрались в Хогсмид отдохнуть на выходных. Яркое оранжевое солнце подсвечивало каждую пылинку витающую в воздухе. Немногочисленные цветные листья, шурша, отлетали от ног и слегка поднимались над землёй. В мысли внезапно закралась учёба, ей стоило написать несколько конспектов и сделать задание от Макгонагалл, а с понедельника начать дежурить с Малфоем. Пусть ублюдок попробует хоть что то сказать ей или сделать, она убьёт его в том же кабинете. Все равно такой человек как он, недостоин находиться в обществе честных людей. Погрузившись в мрачные размышления она не заметила как их компания оказалась у нужного магазинчика. Слегка покачиваясь, Гермиона первая шагнула внутрь, сразу направляясь в сторону продавца. —Здравствуйте, мне нужно подобрать новую палочку. —Внутри было пыльно, частички взмывались вверх и подсвечивались в золотых лучах солнечного света падающего сквозь резные стекла окон. Торговец, мужчина лет сорока, с тёмными волосами и узкими очками для зрения, хмуро кивнул, и ушел куда-то вглубь помещения. Обернувшись, девушка поняла что друзья не рядом, и судя по всему, остались ждать её на улице. В ожидании вариантов палочек Гермиона стала рассматривать окружение. Впрочем, ничего необычного вокруг не было. На шершавом деревянном прилавке стояли волшебные часы которые размеренно постукивали каждые десять секунд, рядом с часами лежала кипа желтоватых пергаментов с множеством спутанных записей, вдоль стен стояли огромные дубовые шкафы с прозрачными дверцами, демонстрирующие посетителям самые лучшие и редкие экземпляры волшебных палочек. Спустя пару минут мужчина вернулся держа в руках два бархатных футляра с золотой и серебряной отделкой. Взяв в ладони первый, бордового цвета, она сняла крышку и осторожно обхватила древко пальцами. Сделав легкий взмах она чуть не разбила красивую старинную люстру. Неловко улыбнувшись безучастному продавцу, Гермиона взяла вторую палочку из изумрудного футляра. Пепельного цвета древесина сияла на свету и хорошо сочеталась со слегка загорелой кожей девушки. Взмах. Громкий удар, кажется в этот раз что-то все таки разбилось. —Извините. —Ожидающе взглянув на торговца она надеялась что ей не придётся перебрать слишком много вариантов. Хотелось поскорее выйти из затхлого помещения и дальше гулять с друзьями. Даже сквозь опьянение на неё накатывало неприятное чувство тревоги, вероятно так на нее действовал нелюдимый мужчина, который не спешил идти за новыми экземплярами. Он медленно убрал опробованные ей палочки обратно в их коробочки и поднял тяжёлый взгляд на неё. —Мисс, пройдемте со мной в зал для проб, боюсь мне бы не хотелось сегодня заниматься ремонтом люстры или ящиков. —Несмотря на максимально вежливый тон, по спине девушки пробежали мурашки. Слишком уж ледяными были чёрные глаза напротив. Прошло с десяток секунд в звенящей тишине, когда она, отбросив бессмысленную тревожность, сглотнула и хрипло ответила —Да, конечно. Тут же выпрямившись и развернувшись к ней спиной, брюнет вновь пошел куда то в длинный коридор с кучей ящиков вдоль стен, очевидно ожидая что она пойдет за ним. Проклиная себя за это согласие, гриффиндорка двинулась в ту же сторону. Идти оказалось недалеко, в конце коридора находилась небольшая пустая комната с прикрытым шторами окном. —Секунду мисс. Оставив её одну, продавец вышел и отправился на поиски подходящих ей палочек. Повернувшись в сторону двери Гермиона перенесла вес на правое бедро и сложила руки на груди, ожидая скорейшего окончания этой вынужденной покупки. Вдруг, за спиной послышался шорох ткани. Не успев оглянуться, она оказалась крепко зажата в чьих то руках и сквозь грубую мужскую ладонь позвать на помощь не удалось. Впрочем, толку от этого не было бы, спустя пару секунд они аппарировали вместе с ней.