Сердце пустыни

      В сопровождении прислуг, в помещение вошел сам «кровавый ангел»-как выразился Чжун Ли.       «Подарок» привлекал итак уже заостренные, любопытные взгляды на себя, сопровождающиеся вздохами восхищения. Его волосы цвета блонд, отливавшие жидким золотом, в свою очередь, были интересно собраны при помощи пера тропической птицы, цветов и красных заколок, оставляя часть волос окутывать плечи, спадая по ним каскадом. Одна прядь была убрана в небрежную косичку, открывая взор на крупные, переливающиеся цветами радуги, серьги . Нижнюю часть лица скрывала алая вуаль с золотыми украшениями на концах. Как для девушки, плечи были довольно широкими,да и телосложение в целом. Мышцы были подтянуты, однако, до принца было далеко.       «Мужчина?»-сообразил Аль-Хайтам, отчего его брови сдвинулись в верх, в удивлении. Осмотревшись по сторонам, он заметил, что остальные подумали также. Большинство даже не скрывало своего шока, как, например, Паймон, сидя с румянцем на лице и открытым ртом.       Открытая одежда, очень походила на ту, в которой находится сам Хайтам, разве что отличалась цветовая гаммa. Лоскутки свисающей ткани с рукавов и бедер словно привязывали всех к своим подушкам. Раскосые глаза, цвета, подобного рубинам, уверенно смотрели перед собой, быстро обнаруживая цель, сидящую в центре главного дивана. Аль-Хайтам мог поклясться, взгляд того был игривым, показывая, что сегодня внимание будет только на нем. Подхватывая игру гляделок, принц ответил тому, чтобы тот доказал это. Танцор лишь подхватил край подолов, держа ткани, словно платок.       Музыканты принялись за дело, ударяя по думбекам и бубнам, задавая ритм. Нежная лира, в дуэте с кануном, создавали гармонию, уступая всё-таки место стоящему в центре. Кавех начал с плавных рук. Заманивающими движениями, он неотрывно смотрел на именинника, хлопая ресницами. Дальше в ход пошли плечи вместе с непривычно круглыми, как для мужчины, бедрами. *дзинь*, *цок*       К игре подключились цимбалы, сочетаясь с звенящими монетами на одеждах блондина. Словно кот, он плавно, но всё еще в такт мелодии, передвигался по центру зала, кружась, подбивая ткани рукавов вверх. Он был похож на костер, метающийся огонь, на который можно смотреть не отрываясь. С гордо поднятой головой, не переставая ни на секунду двигаться, он буквально пожирал Аль-Хайтама, своим взглядом. Реакцию того было трудно разглядеть, учитывая то, что принц смотрел на «огонек» как на обычной дело, поддерживая рукой голову. Подобный ответ не удовлетворял Кавеха, отчего он был готов был доказать обратное. Сделать так, чтобы он смотрел не просто от скуки.       Неожиданно для себя самого, танцор позабыл об отрепетированном заранее ходу движений. Вместе этого, он перешел а танцу живота, отчего украшения и звон монет буквально сражались с тарелками - кто громче. Руки танцора, которые тоже были обтянуты перчатками, подчеркивая их мышечную подтянутость, легли на шею, плавно спускаясь по слегка оголенному телу до бедер, пока бедра покачивались в ритм ударов по бубнам, слегка прикрывая глаза. Стоило дойти ладоням до начала штанов, как руки взметнулись в круговом движении, утягивая за собой тело, делая оборот. Незаметные шаги скользили по ковру, перенося блондина в разные углы. Страстный огонь метался, боясь быть потушенным, привлекая к себе помилование. Разрез, начинающийся чуть ниже бедра вплоть до щиколотки, открывал взор на стройные ноги. Схватив подолы коралловых лент, артист прогнулся в спине, смотря на Аль-Хайтама. Неужели?       На лице принца возникла ухмылка. Кавех не мог не нарадоваться своему результату, пускаясь снова в пляс. Руки коснулись волос, открывая вид на прекрасную лебединую шею и острые, как кинжалы, ключицы.       «Смотри, не порежься, а то утонешь в луже крови»-передает Кавех своему "объекту", на что тот ведет бровью: «Только после тебя», скалясь.       Гости были смущены, ибо пестрящие молнии метались между зеленым и красным, создавая эффект пожара. В зале стало душно и жарко, на что каждый спасался как мог, например, утопая в вине или направляя же веера на себя.       Инструменты замедлили ритм, останавливаясь, как и Кавех, став в финальную позу, с руками за головой, смотря победным взглядом на принца, прищурив глаза. Грудь вздымалась вверх, опускаясь вниз. Легкие пылали - видимо, он снова не дышал во время танца.       Тишина. Первым отошел Камисато, улыбнувшись, начиная волну аплодисментов, которую тут же подхватили остальные. Аято наклонился ближе к Дори, интересуясь о наличии в комплекте у той подобных «экземплярах». Бедная Паймон вылезла из убежища в виде рук смущенной путешественницы. Чжун Ли, сделав глоток чая, вздохнул что-то вроде: «Сумерские танцы - неотъемлемая часть наследия этих земель». Венти же, в свою очередь, кричал в восторге, что было непривычно для остальных. Видимо, по-настоящему свободного человека им редко доводилось видеть. Наложницы, сидевшие за столиками, смотрели с завистью на артиста, который, словно райская птица, распушив перья, стоял и наслаждался вниманием и восхищением. Естественно, по залу прошелся гул разговоров. Дори, в свою очередь, смотрела на Кавеха с явным одобрением, отчего тот облегченно вздохнул, сходя с позиции, осматриваясь вокруг, словно он и не был здесь всё это время. -Кто это? Откуда..он? -Госпожа Сангема-бай! У неё всегда найдется что-то экзотическое. Но чтобы настолько! -Уличный танцор, ха! Подумаешь.       Комментарии были разными, разделяясь на неповторимые мнения. Можно было услышать даже свисты. Каждый видел этот танец по-своему. Поднявшись с дивана, королева вышла чуть вперед, спускаясь ближе к «подарку». Кавех поклонился перед госпожой в приветственном поклоне, показывая глубокое уважение. Властительница Кусанали протянула ладонь, которую подхватил тот, нежно прикасаясь к ней своими губами, затем прикладывая ко лбу. -Благодарю вас за столь замечательный танец!-улыбнулась женщина, после оборачиваясь с сторону девочки с розовыми волосами.-Госпожа Сангема-бай, вы нас приятно удивили,-на что негоциантка поклонилась, в стиле: «не стоит благодарности».-Позвольте узнать ваше имя, если изволите? -С радостью! Меня зовут Кавех,-ответил мужчина, впервые показывая для всех свой голос. Оставшиеся люди стали более уверены в своих догадках насчет пола танцора.-Для меня честь исполнять этот танец для королевской семьи, сегодня, в этом прекрасном дворце,-голос через вуаль, подобно меду, не был ни высоким, ни низким, словно бархат, окутывая.-Надеюсь, господин удовлетворен своим подарком?       Все тут же посмотрели на принца, всё это время сидевшего молча, впрочем, как всегда. Аль-Хайтам всё также подпирал своей рукой голову, сидя со скрещенными ногами. Его взгляд был прикован к этому представителю особенного вида из райских птиц. -Могло быть и лучше,-сухо ответил он, вводя всех в ступор.-Сангеме-бай спасибо за подарок, в любом случае.       А вот сейчас Кавех не понял, что это значит: «могло быть лучше»? Он же сам видел, как тот не спускал с него глаз, явно наслаждаясь номером! Выйдя вперед, танцор подал голос: -Это еще как понимать, ха? Сам попробуй так станцевать! Это нелегко, любая девушка может это подтвердить! Мог хотя бы сказать, что тебе понравилось!       «Ох уж эти райские, гордости им не занимать»-хихикнул инадзумовец с голубыми волосами, явно наслаждаясь ситуацией.       Венти уж хотел было начать хлопать в ладоши, хваля артиста за свободу слова. Однако, представитель Ли Юэ придержал пыл того. Люмин сидела, чувствуя всю неловкость ситуации, как и ее компаньон. Дори же хотела исчезнуть, провалиться под землю. Она начала жестикулировать Кавеху, чтобы тот прекратил немедленно. Недавно полученное доверие правительства Сумеру сейчас хрупко дрожало.       Не сказать, чтобы королева была удивлена, в отличие публика в зале. Она была готова к подобному, всегда. Но что же скажет ее сын такому храброму простолюдину? Аль-Хайтам выпрямился, изменив взор бирюзово-красных глаз на раздражение, сверля блондина взглядом: -Я бы не рекомендовал быть столь открытым в своих эмоциях и речах в данный момент. Это может нехорошо для вас закончиться и вы можете пожалеть об этом. -Ну и пусть! Но я не потерплю такое отношение к своему труду от груды металлa как вы,-хмыкнув, Кавех вскинул голову, складывая руки на груди.       Зал сидел пораженный. Девушки стали молиться за здоровье блондина, делая вывод о том, как не стоит разговаривать.       Аль-Хайтам, вернулся в свое прежнее положение, приказывая охране увести этого человека, который решил позволить себе много, как для незнакомца, уточняя, чтобы его и пальцем не тронули. Крепкие руки явно тренированных мужчин скрутили Кавеха, уводя и зала, который пытался вырваться и кинуть как можно больше колких фраз, надеясь, что того отпустят. Двери закрылись. Королева вздохнула, проходя к дивану, по пути махнув музыкантам сыграть фоновую музыку, чтобы разбавить гнетущую атмосферу. Наложницы поняли, что праздник должен продолжаться, поэтому, постаравшись забыть только что случившееся, они принялись за легкий танец, лишь слегка двигая руками. Осадок того пылающего языка тела, что предстал в этом центре, заставил пошатнутся их уверенность. -Хо-хо! Да я восхищен этим малым!-хихикнул Венти, не выдерживая, говоря это своей группе друзей.-Он, случаем, не из моих краев?       Аято был согласен со словами барда. Это было действительно захватывающим зрелищем - не каждый день увидишь принца Сумеру таким. -Может, тот блондин и прав. И всё же, я считаю, данный разговор следовало бы провести в приватных условиях,-вдохнул Чжун Ли. -Аль-Хайтам, что же ты собираешься делать дальше?-спросила Люмин. Паймон нервно летала вокруг путешественницы, боясь попасть под горячую руку принца. -Не думаю, что вам это будет интересно знать. Это не стоит ваших переживаний и времени,-успокоившись, ответил тот.       Сангема-бай встала перед сидящими на диване и, упала на колени, ударяясь головой в пол, кланяясь. -Помилуйте! Умоляю! Я не знала, что он выйдет из под контроля! Прошу прощения за это недоразумение! Я поговорю с ним, он, должно быть, забылся,-быстро говорила негоциантка.-Простите этого дурака!-Страх в ее голосе выдавался дрожанием. Рука Властительницы Кусанали легла на ее голову, поглаживая в успокоительном жесте. -Мы прощаем вас двоих за этот случай,-метнув взгляд на сына, сказала королева.-Вы старались преподнести чудный подарок. Никто не знал, что всё пойдет не по плану. Это нормально,-Дори подняла голову, смотря на Нахиду.-Мы дадим вам возможность поговорить, однако сначала, я считаю, будет правильным дать этим двоим самим разобраться в том, что они устроили. -Начинал вообще-то не я. Просто кто-то не умеет сдерживать свой пыл и эмоции,-встрял в разговор Хайтам. -Зато смотри, как ты воодушевился,-улыбнулась женщина, замечая на щеках сына легкий румянец.-Что ж, давайте отложим это на потом,-она помогла подняться негоциантке с пола.-Итак, что у нас там, десерты? -О! О! Паймон хочет кебаб!-помахав ручкой, пропищала компаньон, отчего компания слегка рассмеялась. Мило. Вскоре тема разговора переключилась обратно на воспоминания прошлого, предсказаний на будущее и прочие проблемы.       Аль-Хайтам всё еще думал о том Кавехе. О том, как он нагло посмел говорить подобное во дворце, да еще и в какой день. О том, что ему придется с ним поговорить, видимо, обучая манере общения. О том, как золотые волосы спадали на медовые плечи, а гранатовые глаза связывали и манили в костер страсти, из которого так не хотелось вылезать.