Алая Львица

      Наша команда прошла через ворота Конохагакуре. Вся троица выглядит изрядно побитой и уставшей. Эби с Генмой так вообще перебинтованы. И оба парня недовольно косятся друг на друга. Почему парни? А потому что мальчиками их назвать было нельзя. Ну по крайней мере на внешний вид. Возмужавшие, широкоплечие и подтянутые. По внешнему виду от тех детей не осталось ни следа. Но мозги все еще остались в прошлом. Я же, притворяясь спящей, покоюсь на спине Шикаку-сенсея. К слову, даже ни капли не потрепанного. Миссия была довольно сложной, но выполнили мы ее на «5+». В основном благодаря мне — Великой и Ужасной Алой Львице Конохи! Когда я успела получить свое прозвище? В бою с одним из мечников Тумана? Да как раз плюнуть! И я заслужила то, чтобы домой меня несли на руках. Если быть точнее, то на спине, но сути не меняет. Шикаку часто шутит в мой адрес про кошек, которые готовы спать сутками и в любой позе. Не знаю, как это действует… Толи на подсознательном уровне моего психического состояния, сформировавшегося благодаря разуму и душе, принадлежащей Алисе из другого Мира, или телу, хозяйская душа которого погибла несколько лет назад, но спать практически сутками я полюбила. За эти несколько лет я окончательно свыклась с той мыслью, что обратно уже не вернусь, и полностью привыкла к Конохагакуре и ее жителям. — Лео… — протянул лениво сенсей, зная, что я уже не сплю. — Я не слезу до самой резиденции… — я широко зевнула, от чего капелька сонной слезы нашла путь из-под нижнего века. — Заслужила. — Да я не про то, — шикнул сенсей. Я навострила уши, готовясь влить в свой мозг новую информацию для размышления. — Год назад Сет-Доно интересовался твоим результатом с первого этапа экзамена. — Знаю… — кивнула я, припоминая разговор с отцом. — Твой бланк был пуст. — Ага… — Что ты ему на это ответила? — Ну правду я бы в любом случае не смогла сказать, потому пришлось сочинить легенду о том, как я пробралась на Собрание Джоунинов с Хокаге, узнав, что сам экзамен — блеф. — Ты про это с самого начала знала? — немного повернул голову Шикаку. А я открыла глаза, встретившись с оборванными шрамами на лице сенсея, которые появились совсем недавно. — Мне не в лом рассказать, если с меня снимут Джуин. — пожала я плечами, удобнее уложив голову на плечо. — Это касается того мальца со светлой макушкой? — какие мы догадливые! — Нет. — хмыкнула я. — Просто знала и все. Но менять правила не советую. Даже эта малейшая оплошность может стоить того самого Мира. — Понял. — кивнул Шикаку. Классный он все-таки мужик. Ему необязательно слышать полностью объяснения, чтобы все понять и анализировать.       Ранее утро в Конохагакуре все еще моросяще прохладное. Легкий туман оставляет росу на всей поверхности, даря человеческим легким свежесть. Наконец, наша команда дошла до Резиденции и я благополучно была сброшена со спины. Потянувшись и прохрустев несколькими позвонками, двинулась вслед за сенсеем, поймав на себе при этом странный взгляд одной пары глаз. Что Генме от меня надо? Черт с ним. Потом разберусь. Мы дошли до кабинета Хокаге. Сонный Нара, который сидел на посту, даже на главу своего клана почти никак не отреагировал. Эта черта всех из этого клана? Замечала пару раз Шикаку-сенсея в компании более высокопоставленных людей. Он перед ними даже не кланяется. Ну бывает, взойдет на него озарение, сделает поклон перед Старейшинами. Но это должно произойти что-то такое, что действительно может взбудоражить мужчину. А недавний такой поклон перед Старейшинами случился только благодаря его сыну, который родился за сутки до встречи с двумя старыми маразматиками. Очуметь… Уже Шикамару родился… Мы прошли в кабинет Хокаге. Четвертый сидит, читая какие-то свитки, параллельно попивая кофе. А от запаха кофе меня начинает тошнить. Видимо, употреблять не совсем здоровую продукцию — основная черта человека, что носит на себе бремя Управителя Деревни. Насчет Хаширамы и Тобирамы я не помню, но вот Третий курил табак, Четвертый балуется кофеином частенько, Пятая не будет стесняться выпить на рабочем месте саке. Остальных последующих я не знаю… Точнее не знаю, что они будут употреблять. Но судя по состоянию Наруто из истории его сына, я не удивлюсь, если он подсядет на Морфий. Хотя стоп. Морфий же как снотворное действует… А Наруто будет рубить постоянно и без этого наркотика. Если доживу до времен 4МВШ, то надо будет найти Саске и примкнуть к нему в тот момент, когда Орочимару воскресит всю четверку Хокаге. Будет интересно узнать о том, что употребляли братья Сенджу. — Лео, ты опять подожгла половину поселения… — тяжело выдохнул Минато, читая отчет. — Так там в отчете написана причина… — состроила я жалостливую мордашку, которая по идее должна растопить сердца всех собравшихся в кабинете мужчин.       Точнее двоих мужчин и двоих недоразвитых Чуунинов. И видимо эта мордашка может повлиять только на Генму с Эби. Шикаку-сенсей лишь делает вид, что она на что-то влияет, чтобы избавить себя от лишней мороки и уделить мне время. По типу такого легкого уравнения: «Шикаку-сенсей, пошлите тренироваться» + моя фирменная кошачья морда = Старейшины и Хокаге лишаются лучшего ума всей Страны. Но если я это говорю, когда он свободен, то ничего не канает. Он предпочтет лишний раз поваляться или поиграть в Шоги с одним своим соклановцем, но никак не потренироваться. Минато моей мордой не растрогать совершенно никак. И это для меня оборачивается иногда большущей проблемой. Но мне на его взгляды и замечания откровенно все равно. Пока мне делают замечания по типу «Конохе уже в который раз приходится извиняться и оплачивать все разрушения», я предпочитаю задуматься о насущем. Например, об отце, который ушел на миссию за неделю до меня, а к моему уходу так и не вернулся. Нет, за Сета я не беспокоюсь. Я беспокоюсь за свой желудок. — Ну если вспомнить Огненного Льва, то… — оппа! Сам Шикаку низошел на мои молитвы и решил защитить меня. — Горели целые деревни после нашествия пары Акамура.       Огненный Лев — прозвище моих родителей Сета и Юмы. Они не только обладали теми же способностями, но еще и могли объединять свои техники в одну. А на подобное были способны далеко не многие наши соклановцы. Если в математическом расчете, то мои способности нужно дважды возвести в куб, чтобы достичь той мощи, которой обладали мои родители, совмещая те же самые техники. Да и если брать в расчет хотя бы живого, то по сравнению с его способностями — я просто новорожденный львенок. — Лео, не летай в облаках, — меня аккуратно пихнули в затылок ладонью, заставив обратить всё внимание на замечания Хокаге о том, что то были мои родители, и не надо так больше делать, иначе меня начнут штрафовать и за каждый мой косяк будут вычитать из моей кровной зарплаты кругленькую сумму. — Я все слышала и поняла. — дежурная фраза, в которую уже давно перестали верить. И которую одаривают лишь тяжелым вздохом. Парни, пока меня отчитывали, лишь хихикали, забыв о своей небольшой ссоре после миссии. — А что насчет Генмы и Эбису… — и тут их словно разрядом тока шибануло. Настало время смеяться мне! Я даже уши навострила, чтобы насладиться этой песней. Они молитвенно посмотрели на меня, прося о помощи. Надо будет потом за это с них хорошенько поиметь. — Минато-Доно, прошу прощения, — прервала я еще не начавшуюся тираду. — Отец еще не вернулся с миссии? — Еще вчера, Лео, — тяжело выдохнул Хокаге. Я, быстро поклонившись, сразу же выбежала из кабинета, по пути заскочив за своим рассчетом. А мой желудок заликовал!       По пути домой я ликовала, зная, что меня должен ждать превосходнейший завтрак. Вообще, Высшие силы меня обделили умениями в готовке. И иногда закрадывается впечатление, что те силы, которые меня сюда закинули, — это те же самые силы, которые наградили меня кривыми руками, не способными приготовить себе еду поинтереснее пельменей. Сет меня раньше пытался научить готовить. Я даже пыталась абсолютно идентично дублировать каждое его движение, которое он исполнял во время готовки, только это ни капли не помогло. — Лео, Детка, мне неприятно осознавать, что ты когда-то выскочишь замуж, но в замужестве тебе умение готовить пригодится. — Па, не переживай! Я не знаю ни одного мужчину из Конохи, который не умеет превосходно готовить!       Я добежала до семейной резиденции и просканировала потоки чакры на всей площади территории. Бассейн на заднем дворе… Мое лицо озарила хищная улыбка.

***

      Я после пробуждения лежа в кровати, почувствовал легкую прохладу утренней Конохи. Значит, после девяти утра будет знойная жара… Пораскинув мозгами, вышел во двор, в углу которого расположен бассейн. Мда… Воду надо бы сменить и все почистить… Быстро слил воду и вычистил бассейн до блеска. Довольный своей работой, залил бассейн чистейшей водой, натянул шорты и погрузился в бассейн, поставив на бортик тарелку с фруктами и бутылочку саке… Благодать… Отпив одну рюмашечку, я переместился в центр, ложась всем телом на поверхность воды. Вдруг, Солнце перестало освещать мое лицо. Откуда тень? Я открыл глаза и увидел темный силуэт дочери, что загородила солнечные лучи. Закрыл глаза. Это же просто Лео. Твою мать. — ХИИИИИКЕЕЕЕЕЕЕН! — раздался рев на всю округу, а я отдал душу Ками-Саме, успев лишь пустить слезу отчаяния.

***

      Я, вместе с тушей отца, вынырнула из воды. Тушка отца напоминает собой надувной матрас для плавания. Даже душу испустил. Так, Стоп! ДУША! А НУ НА МЕСТО! — Лео… — прохрипела туша максимально безжизненно. — Я тоже скучала, Па! — заулыбалась во все тридцать два. Отец спихнул меня в воду и подплыл к бортику, налива себе саке и отпив. А после перевел недовольный взгляд на меня. И заныл. — Нэ? — наклонила я голову в бок. — Я только сегодня вычистил бассейн…

***

      Мы с отцом сели завтракать после того, как я приняла ванную и отмыла с себя недельную грязь после миссии. И я всем своим видом и нутром не обращаю внимание на то, как он пуляет в меня молнии из глаз. Я лишь наслаждаюсь здоровой пищей, по которой так скучала. — Детка, — строго посмотрел на меня Сет, заставив остановиться в принятии пищи. Я проглотила остатки еды, которые жевала в этот момент, и внимательно посмотрела на отца, навострив уши. — Ты когда собираешься совершенствовать свои силы? — В плане? — не поняла я вопроса, вскинув бровь. Че Старику от меня надо? — В твоем возрасте мы с мамой уже могли покрывать себя чакрой полностью, создавая из нее образ Льва. — А, так я уже. — махнула я ладонью, продолжая кушать. — А ты думаешь, откуда у меня кличка Алая Львица? — УЖЕ?! — Ага! — заулыбалась я. — Твою мать… — он тяжело выдохнул, обреченно посмотрев на меня. — Что? — Ты почему сразу не сказала? — Я думала, что это не настолько важно, чтобы посвящать в подобные подробности тебя. — пожала я плечами. — Все мы взрослеем и улучшаем со временем свои способности. — Не в этом дело… — очередной тяжкий вздох от отца. — Идем.       Я с неохотой пошла за отцом, посмотрев на тушку курочки, которую так и не доела. Сет провел меня в подвал дома, куда прежде запрещал спускаться. Да я бы и не смогла в силу того, что на двери стоит печать. Я, конечно, много раз интересовалась у него, что он там хранит, но он отмалчивался, говоря о том, что пока мне знать рано. А потом я оставила эту идею, решив, что ей стоит пока побыть во мраке и моем неведении. Отец снял печать с двери и пропустил меня вперед. Темно как в жопе негра… Он зажег огонек на пальце, освещая радиус в метр вокруг себя. А после начал зажигать свечи вдоль стены. Напоминает тот зал Учих… Только еще присутствуют письмена на стенах, знаки огня и льва, а так же гора фолиантов… а в центре круг, по контуру которого разные письмена. — Ничего не напоминает? — спросил отец, не оборачиваясь и продолжая что-то выискивать среди разложенных фолиантов. — Ритуальный зал? — Верно, — кивнул Старик, потушив огонек на пальце, а после развернулся. — Одним из важнейших ритуалов Клана Акамура является Ритуал «Naibu no nagare». — Ага… — задумалась я, пытаясь понять, какие такие внутренние потоки собирается высосать из меня Сет, в котором нередко можно увидеть садистские наклонности, и где конкретно хочет наебать? — Твои силы с рождения находятся под печатью Пяти Стихий, которая сдерживает всю мощь, с которой ты родилась. — Для чего была наложена эта печать? — вскинула я бровь. — В детстве и примерно лет до четырнадцати-пятнадцати ребенок не может контролировать смертоносные потоки огненной чакры, которая может их убить. И все дети рождаются уже с печатью, сдерживающей всю мощь. — Таак? — После того, как ребенок активирует впервые «Raion no jutsu», с него снимается печать и накладывается новая, которая помогает концентрировать потоки чакры, а не сдерживать ее. Наши объемы чакры совершенно не уступают по объемам Клану Узумаки. Но Узумаки способны с легкостью сдерживать свои объемы, а мы не способны в виду того, что чакра слишком мощная для обычных людей. — И…? — этот мужчина вводит меня в шок все больше и больше. Таких подробностей я не вычитывала ни в одном фолианте или свитке, где расписывались подробно все техники Клана. — И что для этого нужно? — вместо ответа отец обернулся, стянув с себя хаори и показав татуировку вдоль позвоночника. Иероглифами было написано «Огненный Лев» с символом Инь. — У твоей мамы точно такая же тату, но с символом Ян. — пояснил отец, натянув хаори обратно. — Это печать, которая помогает концентрировать чакру. Но не все так просто. Если просто поставить печать, то эффект будет слабый. После понадобятся усердные тренировки по контролю чакры. Они стандартные для всех, потому свои навыки сможешь отточить с Шикаку. — Ага. — с каждым разом все больше и больше этот дядя вводит меня в шок. — Что мне для этого надо сделать? — Ты прям как твой сенсей… — тяжело выдохнул Сет. — Тебе не нужно много говорить, чтобы ты все поняла. — он подошел к границе круга. — Сядь на колени в центр. — я послушно села и отец подошел сзади, сев за спиной. — Оголи спину. — Слышь, извращенец! — Да не буду я смотреть на тебя спереди!       Я с недовольным ворчанием стянула хаори, оголив туловище. Лицо покрылось жаром от всего смущения и стыда, что я испытала. С одной стороны, как бы, Сет — кровный отец этого тела. С другой стороны он на каких-то десять лет старше моей души! — Будет больно, но придется потерпеть, — сразу предупредил мужчина. — Готова? — Ты боишься больше, чем я! — я уже терпеть от ожидания не могла.       Сзади раздался своеобразный всплеск огня. Мы с отцом сделали одновременно глубокий вздох. И под затылком я ощутила неимоверный сжигающий жар, от чего захотелось заорать, но я терпеливо, до скрежета сжала зубы, стараясь не шевелиться. Он там выводит каждую буковку и линию, прожигая кожу. А я чувствую запах зажаренной кожи. Черт как же больно! Слезы стало держать невмоготу. Слишком больно… Дыхание сбилось, а выравнять нет сил и мочи… Кажется, будто вечность проходит. А боль усиливается, медленно проходясь по всей спине. — Все. — выдал с тяжестью в голосе отец, помогая натянуть на плечи мое хаори. Я кое-как прикрыла грудь и не без помощи отца замотала пояс. — Болит? — я закивала, боясь обессиленно упасть.       Но сразу после окончания боль не такая и сильная… Будто после того, как закончили бить наколку иглой… Я с облегчением выдохнула, отдыхая после неприятной процедуры. Сет сел передо мной и протянул ладонь к моей грудной клетке, а левую сложил в печати у своей груди. И почувствовалась такая легкость, которой раньше не было… Я ощутила каждую ниточку чакры в себе… Так приятно… Местами отдается легким покалыванием, а у сердца словно теплый нежный огонь… Стало хорошо как никогда. — Ну как ты? — встал Сет, посмотрев на меня. Я блаженно упала звездой по среди круга. — Ради подобной эйфории я готова ежечасно проходить этот ритуал… — честно призналась я. — И у нас сегодня праздничный ужин! Моя дочка выросла! — залепетал мужчина, прошествовав к выходу из подвала.       Я лениво встала, потопав следом за отцом наверх. — И что ты будешь готовить? — поинтересовалась я. — Готовить будешь ты! — НЭЭЭ?! — он захотел помереть от отравления?! — ШУЧУ! — расхохотался Старик, проходя в гостиную и падая на диван. — Как насчет того, чтобы просто сходить в какое-нибудь кафе или в ресторан? — А может в Ичираку? — довольно расплылась я в улыбке. — Это единственное заведение во всем мире, где я ем свинину. — Тогда… Пошли, — согласился отец. — Через пятнадцать минут в прихожей.       Я поднялась к себе в комнату и стянула домашнее хаори, меняя его на уличное рыжее с языками пламени и черными линиями. Но прежде встала перед зеркалом спиной, попытавшись осмотреть то, что выжег на моей спине отец. Черная надпись… «Алый Лев». И так красиво… Я взвизгнула от удовольствия, натягивая уличное хаори и обматывая тонким поясом. На спине по центру хлопковой ткани расположился символ клана. Хаори короткое, по самые бедра, а вот рукава длинные. Под хаори облигающие черные шорты из хлопка, которые прикрывают весь срам. Кое-как справившись со своей длинной гривой, я разделила на три доли это нечто — две толстые и одна тонка доля. По бокам я сделала два пучка, будто ушки красной панды или того же Мики Мауса. А из довольно малой доли на затылке я собрала длинную тонкую косу, напоминающую львиный хвост. Ляпота! Натянув сандалии, я выбежала вниз, встретившись с отцом. Еще одна особенность клана — абсолютно идентичная одежда для каждого выхода за пределы дома… Это даже иногда раздражает. Мы вышли из дома и я хотела уже свернуть в сторону Ичираку, как мимо пролетело Рыжее Чудовище со словами «Кто последний, тот и платит!» Вот Чорт!       По счастливой случайности в лице старой бабушки с тяжелой сумкой мой отец задержался, а я влетела в Ичираку первая, чуть не перевалившись за столешницу к Теучи-сану. Следом влетел отец и мы в голос сделали один и тот же заказ. — Как же я соскучилась именно по Вашему рамену, Теучи-сан! — облизнулась я в ожидании своей порции. Последние две недели в раменной готовил его брат. Тоже вкусно, но все равно не то. Теучи же открывал в соседнем поселении свой ларек, отправив работать туда своего брата. — А я как соскучился по всем вам! — улыбнулся мужчина, приготавливая наш праздничный обед. — Но сегодня вы оба какие-то чересчур веселые! — А как же? — усмехнулся счастливый отец. — Моя Детка открыла в себе новые способности нашего Клана! Грех не отпраздновать! — Тогда поздравляю, Лео-чан! — поздравил Шеф и Хозяин заведения.       За веселой болтовней мы не заметили, как перед нами оказались две большие порции. И я втянула в себя первые лапшички, с наслаждением промычав. — Теучи-сан! Женитесь на мне! — со всем возможным наслаждением протянула я, вызвав громкий смех у Шефа, а отец поперхнулся. — Лео! — прорычал словно Лев папа. — А чего такого я сказала?! Ну подумаешь на одиннадцать лет старше! Зато с голоду не помру! А ты же из-за этого сегодня и беспокоился! — Прости, Лео-чан, но я уже женат, — успокоил свой смех мужчина, обрадовав моего отца, а я театрально пустила горькую слезу, поедая свою порцию. — Сет-Доно, Лео-чан, — вошел Шикаку, кивнув нам. — Хай! — взмахнула я рукой, в которой держала палочки. — Привет, Шикаку-сан, — кивнул Сет. — Мне того же, — заказал мужчина и ему сразу же набрали готового рамена, поставив тарелку перед гостем. — Мма… — вспомнил что-то отец, обратив на себя внимание моего сенсея. — Лео нужны будут тренировки по контролю чакры. — Мм? Зачем? — вскинул бровь Нара, глянув на отца. — По-моему, она прекрасно справляется с этим. — Раньше справлялась. — кивнул Сет. — Вы застали ту технику, где она полностью обратилась в Львиный покров? — Да. — Я снял печать, сдерживающий колоссальные потоки чакры, чтобы все техники стали в разы сильнее, и поставил новую, помогающую контролировать. Но без тренировок печать будет действовать слабо, а это чревато серьёзными последствиями. — Понял. — кивнул Шикаку-сенсей, согласившись и обрекая меня на ежедневные тренировки. Но судя по его уставшему виду, то тренировки со мной окажутся просто отдушиной… Неужели в будущем такой ленивый и спокойный Шикамару в детстве очень шумный и проблемный? Бедный мужчина… Я не успела допить бульон, как в Ичираку вошел Генма. — Сет-Доно, Шикаку-сенсей, Теучи-сан, — поздоровался парень сначала со старшими, а после посмотрел на меня. — Привет, Лео-чан. — Привет, садись к нам, — позвала я за стол. — Папа сегодня проставляеться! Шикаку-сенсей, за Вас тоже он платит! — НЭЭ?! — ошарашился папа, пытаясь вставить пять Рё, но ничего в голову не приходит. — А! Не! — помахал ладонями друг. — Сет-Доно, я могу украсть Вашу дочь погулять? Буквально до вечера? — Женитесь на мне… — бормотал Сет, смотря куда-то в пустоту. — Украсть дочь… — он начал напоминать мне Мей Теруми… — Украсть дочь в жены… — Генма, нам пора валить, — я быстро встала и схватила парня за руку. — Было бесподобно, Теучи-сан! — Украсть бесподобную дочь в жены… — отца окутала темная бесноватая аура, не предвещающая ничего благого. — Валим!       И мы быстро убежали, минуя быть сожженными моим родителем.

***

      Мы сидим на крыше одного из высоких домов, смотря на красивый вид, что открывается на каменные лица Хокаге и Резиденцию. День оказался насыщенным. Генма показал мне новый обустроенный парк в Вишневом лесу. Везде были расставлены скамейки и уложены красивые узкие тропинки. В апреле там будет очень красиво… Я уже представляю теплую весну и цветение Сакуры! И туда обязательно нужно будет наведаться с отцом на пикник! — О! Смотри! Хатаке отсюда такой мелкий! — показала я пальцем на проходящего через три улицы парня. — Этот переросток меня всегда бесил! — буркнул недовольно Генма.       Какаши с нашей крайней беседы ночью у реки сильно изменился… После того разговора мы почти не сталкивались. Могли поздороваться, проходя мимо. Но каждый спешил. А вскоре и то задание, после которого Рин похоронили… Я пыталась поговорить с Какаши, но парень уходил, либо молчал. Он отказывался идти на контакт. Потом расползлись слухи о том, что Какаши очень жесток… Он делает все ради заданий. Идет по правилам. И идет по головам не только врагов, но еще и товарищей… Спусти этого пса с поводка — своих же загрызет… Мне искренне его жаль, но парень просто не подпускает к себе никого. — Он стал слишком жестоким… — шикнул недовольно Генма, вдруг положив свою ладонь на мою, будто боясь чего-то. — У него есть причины быть жестоким… — ответила я, а улыбка совсем спала с лица. — У убийцы друзей? — нервно хохотнул Генма, сжимая крепче мою руку и посмотрев на меня с вскинутой бровью. — Ага. Как же? — Ты много не знаешь про Какаши. — не знаю почему, но захотелось заступиться за парня. Он ведь действительно не виноват… — Будучи ребенком он пережил слишком много боли. Проще было закрыть все чувства на замок. — И откуда ты столько про него знаешь? — вскинул бровь Генма с недовольным лицом. — Я про всех все знаю. — хмыкнула я. — Да неужели? — усмехнулся Генма. — Что ты знаешь о Четвертом? — В детстве, когда он еще учился в Академии, к ним перевели девочку с огненными красными волосами… Узумаки Кушина. Ее весь класс не любил, называли Перцем и Красной Хабонеро. И за это она не любила свои волосы. Она стала сосудом для Девятихвостого. А когда ее выкрали наши враги, именно ее такие нелюбимые волосы ее же и спасли. Минато-Сама выследил ее по вырванным красным волоскам, а после спас. С тех пор они дружили. Минато-Сама так же стал одним из учеников Великого Саннина Джирайи-Сама. Сейчас Минато и Кушина ждут ребенка, который вот-вот должен родиться. А Джирайа будет его Крестным отцом. — Откуда такая информация? — А вот не скажу! — показала я язык Генме. — Ты вот например знал, что у Шикаку-сенсея недавно сын родился? — Чего? — Ага! — гордо задрала подбородок. — А знаешь, откуда у него шрамы на лице? — Ну наверное на каком-то задании получил, когда уходил без нас… — пожал плечами Ширануи. — Нет. Их оставила его разъяренная жена. — Ты слишком много знаешь. — шикнул недовольный Генма, заставив меня рассмеяться. — А ты знал, что у Первого Хокаге есть внучка? — Да ну? — Великий Саннин Цунаде Сенджу! — Ты меня паражаешь… — тяжело выдохнул Ширануи и уронил взгляд на меня, крепче сжав мою ладонь. А после встал на ноги и потянул за собой, утащив вниз переулок.       Генма встал передо мной, смотря в самые глаза. Щеки словно горячим свинцом налились…

***

      Мы с Гаем идем по улицам. Минато-сенсей отпустил сегодня пораньше. Кушина-сан рожает, потому я там не нужен… И без меня будет много людей из АНБУ. Гай продолжает вопить о «Силе Юности» и предлагает все возможные соревнования, участия в которых я совершенно не желаю принимать… Нужно просто до ночи убить время, чтобы потом вернуться домой… Чтобы потом снова с остервенением смывать кровь со своих рук и слышать голос Рин… Краем глаза зацепил на крыше через три улицы Акамуру и Ширануи. Захотелось уйти подальше от слишком зорких глаз Лео. Она знает все больше всех. Одно дело быть гением, а другое — нудить. Она, конечно, говорит по делу всегда… Но от ее слов никогда легче не становится. Только больнее. А больнее от чего? Она ведь всегда говорила, что винить себя нельзя… Но именно поэтому и виню себя. Стоп. Черт. Сегодня я слишком невнимателен. Гай повел меня на соседнюю улицу ближе к ребятам. Но о Акамура и Ширануи ни слова не сказал. Бог со всеми. Мы проходим мимо того дома. А взглядом зацепил парочку в тени переулка. Лео и Генма. Целуются. В горле встал неприятный ком, заставивший напрячь все тело. — Гай, постой. — А? — остановился Майто, обернувшись. — Тихо стало. Ветер успокоился, но прохладой веет… — Ты о чем? — Птицы перестали стрекотать. — Какаши, с тобой все в порядке? — подошел ближе Гай. — Ты ничего не чувствуешь? — нахмурился я. В воздухе встало непонятное давящее напряжение. — Какаши…! — помахал перед лицом ладонью Гай. И раздался взрыв со стороны Каменных Лиц. Я повернул голову в сторону переулка, где стояла та парочка. И их заволокло столбом пыли. — ЧЕРТ! — ЛЕЕЕЕЕООООО! — раздался взрослый мужской крик. Я огляделся и увидел перед собой резко появившегося Сета. — Хатаке, уведи Лео в безопасное место! — отдал приказ и так же быстро исчез. — Гай! — бросил я, двинувшись в сторону девичьего визга.       Я запрыгнул на крышу дома, осматривая округу. И возле резиденции возник… Лис?! Твою мать… И через секунду появился Огненный Лев Сета-Доно, уступающий в размерах Кьюби. Мы прыгнули вниз в тот переулок, как только пыль осела. — Черт! — раздался из переулка голос сокомандника Акамура. — Помогите! — Генма! — подбежал к парню Гай. Ногу Ширануи придавило бетонной плитой. — Гай, помоги Ширануи, — кивнул я другу, а сам подскочил к Акамуре. Девушка лежит без сознания, а под затылком кровь. Проверил пульс. Жива. Аккуратно поднял и похлопал по лицу. Лео зажмурилась и зашипела, схватившись за затылок. — Ты как? Встать можешь? — я помог ей подняться на ноги. Стоит. Нужно доставить их к ирьенинам. Лео резко отпустила меня и прислушалась к рёву, доносящемуся из центра деревни, а после раздался жуткий грохот. Она резко прыгнула на крышу. Черт! Прыгнул за ней. Лев Сета отшвырнул Лиса, который разрушил своим телом несколько улиц. — Папа… — девушка хотела ринуться в ту сторону, но я ее схватил за руку. — Нельзя! Нам нужно уходить в пункт сбора Чуунинов, Лео! — Да чхала я! — вырвала свою руку девушка, с яростью посмотрев на меня. Кошачьи глаза будто пылали огнем, а капилляры на белке начали лопаться. — Там мой отец! Надо помочь! — Нет! Это приказ! Я старше тебя по званию! Марш в пункт сбора! — Да пошел ты!.. — и тут раздался оглушительный рев, а после невероятной мощи взрыв… Таких всплесков чакры я еще не ощущал прежде… мы оглянулись в ту сторону.       Твою мать… на толстый ноготь Кьюби насажено тело отца Лео… А после Лис отшвырнул тело куда-то в сторону. Я хотел ее уже схватить, но девушка в миг исчезла передо мной. Черт! Поднял с глаза протектор, выискивая Акамура. Чакра уже возле Лиса. Пригляделся. Она в воздухе напротив лисьей морды. Кьюби поднял лапу, чтобы схватить ее, но раздался очередной взрыв. А после резко начал вырастать огромных велечин Алый Лев… И он не уступает в размерах Лису… Я посмотрел вниз. Гай уже унес Ширануи. Тем лучше. Надо вытаскивать Лео. Но сейчас к ней приближаться опасно. Небывалой силы жар от Льва ощущается даже на огромном расстоянии. Акамура поражает… Не видел прежде таких объемов чакры ни у кого. — Хатаке! — раздалось рядом. Возле меня появился Шикаку Нара. — Почему не в Пункте Сбора?! — Я собирался вытащить Лео. Их с Ширануи завалило здесь. — Черт… — глянул в сторону сражения двух Колоссальных Зверей Шикаку. — Она выплеснула огромное количество чакры. Будь здесь на чеку. — Понял.       И Шикаку сразу же ринулся в сторону схватки. Вскоре тело Лиса обхватили черные толстые нити теней Нара, что помогло Льву атаковать Кьюби. Выглядит это все одновременно завораживающе и ужасающе. Со стороны Каменных Лиц почувствовал всплеск сильной чакры. Минато-сенсей прибыл, привлекая к себе внимание Лиса, заставив того отвлечься от Льва. И Лис собрал в единый шар у пасти чакру, а после запустил ее в сторону лиц. Но Шар был поглощен техникой перемещения Четвертого. Повезло… И вдруг Лев начал пихать Лиса в сторону Лиц. И это помогло Минато-сенсею. Лис и Хокаге резко исчезли. А чакра Льва быстро начала поглощаться. Я сразу побежал в ту сторону. И с высоты птичьего полета вниз начало падать тело Лео. — Успел! — сам того не понимая, вырвалось, когда успел поймать бессознательное тело одноклассницы. — Какаши! — крикнул Шикаку с земли. Я приземлился рядом. — Пункт Ирьенинов откроется сразу же после того, как мы будем уверены, что Кьюби запечатали. Сейчас беги в пункт Сбора. — Понял. — кивнул я, исчезнув вместе с Лео на руках.       Я с Лео на руках прибыли последними. Собрались все Генины, Чуунины и Джоунины не моложе меня и Лео. Было так же двое старших по должности Джоунинов. — Что с ней? — подошел отец Куренай. — Жива. Она только что сразилась с Кьюби. — ответил я, держа на руках Акамура. Послышался шёпот со стороны строя. — Истратила уйму чакры. — Положи пока в сторону. — кивнул к подножью крутого обрыва Джоунин. Я послушно положил девушку и встал в строй. — Позвольте мне помочь Лео? — вышла Чуунин, которая была на два класса младше нас. — Я ирьенин. — Давай. — дал разрешение Юхи. Девчонка подбежала к Лео и начала осматривать на признаки повреждения, а после аккуратно вливать целительную чакру. Дочь Юхи начала что-то возмущенно кричать, собираясь ринуться в бой и ставя в пример Лео. Но мужчина сразу пресек слова дочери. — Состояние Акамура — это лучшее из того, что с ней могло случиться. Потому вы все здесь собраны. Вы будущее Конохи! Лис — работа более сильнейших Шиноби и сейчас она вас всех не касается! Ваша задача сейчас — находиться здесь и ждать. Как только Кьюби запечатают, Вы понадобитесь в восстановлении Деревни. — Отец Лео погиб у нее на глазах. — тихо сказал я, стоя возле Куренай, которую эта новость ошарашила. — Хатаке? Есть что добавить? — услышал Юхи-семпай, недовольно мазнув по мне взглядом. Ему явно не понравилось то, что я в принципе подал голос, увидев во мне лишь шавку. Но надо доказать правоту и показать, что Юхи-Доно прав. Я вышел из строя и встал возле старшего по званию Джоунина. — Акамура Сет, он же Огненный Лев Конохи, первым вступил в бой с Девятихвостым Демоном-Лисом. И погиб на глазах у Лео Акамура, которая не сдержала в себе силы и эмоции, выпустив огромный поток чакры. Итог таков. — я оглядел скучающе каждого. Все лица мне знакомы. Но в этих лицах нет ни грамма уважения, совести и почтения к происходящему. Они не понимают, куда хотят отправиться. — Великий Шиноби, один из Высокопоставленных Джоунинов, пал в бою. Джоунин низкого ранга могла погибнуть, если бы в бой вовремя не вмешался Минато-Сама. Для Кьюби вы все лишь блохи, которых он с легкостью раздавит.

***

      Лишь к утру до нас дошла новость о том, что Кьюби запечатали. Все это время Лео лежала без сознания на земле. Мамору — девочка-ирьенин — хорошо справилась со своей задачей. Не зная к кому обратиться, она подошла ко мне и сообщила о том, что Акамура истощена. Запасы чакры иссякли в одно мгновение и, скорее всего, понадобятся недели на восстановление. Но так же порекомендовала показать ее опытным ирьенинам. Всю собранную группу распределили по обязанностям. Генинов и Чуунинов низших рангов отправили расчищать завалы. Чуунины ранга выше были отправлены устанавливать личности погибших и собирать тела. — Хатаке, — подозвал меня Юхи. — Отнеси Акамуру домой или в убежище к ирьенинам. — Есть. — кивнул я. — Стой, — остановил меня мужчина, заставив обернуться. — Расскажи подробнее, что случилось? — Акамура увидела смерть Сета-Доно. Эмоции взяли вверх и вся ее возможная чакра выплеснулась, образовав вокруг нее покров Алого Льва. После появления Минато-Сама Лев начал исчезать, а Лео потеряла сознание. — Понял… — начал думать Капитан отряда, проворачивая в голове мой донос о произошедшем. — Будь пока рядом с ней. Когда точно убедишься, что она не представляет опасности, вернешься в общий пункт сбора и возьмешь свое задание. — Есть.       Я взял Лео и быстро добрался до Убежища, где расположился штаб Ирьенинов. Вокруг снуют медики, много раненных гражданских и Джоунинов. Я попытался найти свободного Ирьенина, но их не оказалось. И наткнулся на Тантецу — молодой парень. На год старше меня. — Давай осмотрю, — расстелил на земле плотную ткань, на которую я положил Лео. Быстро провел осмотр и отсканировал зеленоватой чакрой. — В целом она в порядке. Небольшое сотрясение и общее истощение на фоне резко потерянной чакры. — он перебинтовал ей голову и встал. — Здесь нет больше мест для раненных. Все переполнено. Если есть возможность, отнеси ее домой.       Снова подняв на руки Лео, я уже собирался уйти, но меня остановил резко появившийся передо мной Генма с костылем под рукой и перебинтованной ногой. — Как она? — строго оглядел. Столько ревности во взгляде. Будто у него отобрали любимую детскую игрушку. Аж противно. — Жить будет. — Оставь здесь, я пригляжу. — Хочешь сгореть дотла, когда она очнется? — вскинул я бровь. Если ответит положительно, то оставлю. Но как такового ответа не последовало. Героя-любовника из себя корчить горазд. Смотреть на него тошно. И зная Лео, она вполне возможно опять выйдет из себя. И я не буду удивлен, что в таком случае для Конохи расклад будет куда хуже, чем во время нападения Лиса. Сейчас Лео опасна, потому рядом с ней должен быть тот, кто сможет сделать хоть что-то.       Я добрался до спального района, где располагалась Резиденция Акамура… И все оцепили. В районе почти не осталось ни одного целого здания. — Туда нельзя. — подошел один из Джоунинов. Кивнув Старшему, я ушел. И куда мне ее девать?       Черт! Пришлось идти к себе домой. Благо дом располагался на окраине в отдаленном районе. Здесь ни одно здание не пострадало. Вошел и прошествовал в спальню, положив Лео на футон. Сам сел возле столика, стоящего рядом с футоном, и посмотрел на нее. Еще до битвы ее волосы были аккуратно собраны в два пучка и длинную тонкую косу. А сейчас они распластались по футону словно Львиная Грива. На конце одной из прядей увидел запутанный сгоревший клочок резинки. Аккуратно распутал и бросил в мусорное ведро. Я еще давно заметил, что Лео имеет привычку меняться. Еще до той миссии, где мы спасли команду Шикаку-сана, Лео была вот такой же веселой как в нынешнее время. И что интересно, парни ее совершенно не интересовали, в то же время все одноклассницы вздыхали при виде меня. Она была погружена в учебу с ног до головы, но при этом была пораздражительней Майто со своим взрывным характером. После больницы, когда ей констатировали амнезию, Лео стала спокойной и отрешенной. Говорила всегда по делу и будто разучилась улыбаться и смеяться. Ей перестал быть интересным путь Шиноби. После больницы она снова привыкала к окружению, но за эти годы казалось, что она знала даже больше, чем до той миссии. Прячась в стенах кабинета Хокаге с маской АНБУ на лице, я давно еще заметил, как много внимания ей уделяют Минато-сенсей и Шикаку-семпай. Когда они оставались втроем, говорили вскользь про будущее, но никаких лишних слов не произносили, включая имена. Будто у всех завязаны языки. Лео Акамура, кто же ты такая? — Ммм… — промычала девушка, морщась и пытаясь подняться. — Где я? — Как ты себя чувствуешь? — оглядел ее. Девушка зашипела от боли, схватившись за плечо в попытках дотянуться до позвоночника. — Есть зеркало? — сглотнула Лео. Я указал на ванную комнату, куда сразу же сорвалась Акамура, распахнув дверь и встав перед зеркалом в пол. Быстро развязала оби и встала спиной к зеркалу, оголив спину. Что это у нее на спине? Я подошел ближе, увидев надпись вдоль всего позвоночника. «Алый Лев». И надпись дымиться. — Где Сет? — с непонятной для меня надеждой в глазах посмотрела на меня Акамура, а ее густые рыжие брови свелись к переносице. — Где мой отец?! — Акамура, успокойся. — Где Сет Акамура?! — раздалось гулкое рычание, больше напоминающее львиное, а не девичье. Глаза будто воспылали алым огнем. Не получив ответа, она сразу же побежала к выходу. Я схватил ее и потянул назад, заставив остановиться. — Лео, ты истощена. Тебе надо отдохнуть.       Лео уже собиралась пробиться с боем, но стоило ей активировать Дзютсу, как все тело девушки обмякло. Она упала на колено, пытаясь снова встать и удержать равновесие. Вдруг, алые кошачьи глаза с ужасом расширились. Она вспомнила. Подошла ко мне и ударила кулаком в плечо, разревевшись. — Почему…? — подняла глаза, наполненные слезами, ударив уже обеими кулаками. Я не знаю, что делать в таких ситуациях. — Почему ты меня сразу не отпустил…? — Ты чуть не погибла. — Ненавижу тебя…! — разрыдалась, снова начиная колотить по моим плечам и груди. Не выдержав, схватил за кисти ее рук, и завел за спину, обняв девчонку и заставив рыдать в свое плечо. Так тише. Сейчас ей нужен кто-то, кто будет рядом. Скорее всего, именно этого мне не хватало каждый раз, когда кто-то из близких умирал… Но Лео каждый чертов раз находила меня и пыталась приободрить словами. И сейчас я должен оказать взаимную поддержку…

Продолжение следует…