Гарри Поттер: Пробуждение Тьмы

Посмотрев на трёх собравшихся в кабинете человек, Барти начал доклад. — К нашему великому удовольствию, все те, кто сейчас находится в лазарете, приняли предложение Эвана об использовании манекенов для тренировок, дав свой ответ на удивление быстро. На первой тренировке я понаблюдал за ними, и в целом все прошло очень даже неплохо. Правда, в случаях, подобных Белле… Такие, как она, несколько параноидальны, из-за чего стараются делать все слишком точно и аккуратно. Это выходит за рамки нормального, и в таких случаях я ничем не могу помочь в плане тренировки, так что я подумал, что лучшим решением будет оставить их на произвол судьбы, стараясь в процессе уловить потоки магии и понять, на что они способны. Исходя из моих наблюдений, есть парочка человек, которым требуются индивидуальные занятия, так как их проблемы сложно решить в условиях заполненной группы. Еще у одного из них временами проскакивает паралич некоторых частей тела, и я не знаю, насколько это серьезно для его здоровья, но это сильно мешает ему в бою. Также похожие проблемы есть еще у нескольких человек. В будние дни они незаметны, но когда они вступают в бой или просто применяют магию, чуть более сложную, чем Левиоса или Люмос, то это становится очевидным. — Понятно. — кивнув, сказал Тёмный Лорд. — Насколько эти проблемы мешают нашим планам? Это очень серьезно, или ты сможешь решить эту ситуацию самостоятельно? — Масштаб катастрофы варьируется от человека к человеку. — признался Крауч-младший. — Большинство из них не доставляют никаких проблем, даже тот мужчина с параличом. Однако о некоторых я бы поговорил отдельно. После Азкабана некоторые персоны слишком встревожены и настороженны, что вполне объяснимо, но это все же доставляет некоторые неудобства. Одной из таких является Белла. Эван ранее дал разрешение Нарциссе присутствовать с миссис Лестрейндж на первом занятии, но я предполагаю, что нахождение леди Малфой рядом с сестрой останется необходимым в течении первых нескольких недель тренировок, пока Беллатриса не вернётся к прежнему уровню мастерства, которым она владела до заключения. Главной ее проблемой является разочарование в самой себе. Многие из тех, кого мы освободили, сталкиваются с этим, поскольку их резко упавшие боевые навыки наносят довольно сильный ущерб по собственному самолюбию или чувству какой-либо значимости. Конкретно у неё подобное было еще до Азкабана, но Нарцисса сумеет найти подход к ней, я уверен. Но это только в случае Беллы — у других освобождённых нет заботливой и понимающей сестры под боком. Я думаю, что подобные чувства одолевают или будут одолевать большую часть бывших заключённых, и это повлияет на скорость их восстановления. Они были на вершине своего мастерства в тот момент, когда попали в тюрьму, но «заржавели» за все те годы, что провели в камере. Их личные проблемы только усугубились благодаря нахождению рядом с дементорами на протяжении десятилетия. Это вскоре аукнется нам не самым приятным образом, уверяю вас. Приняв во внимание всю информацию, услышанную от Барти, Волдеморт еще раз медленно кивнул, тщательно обдумывая все, а затем посмотрел на Эвана, делавшего все то же самое. — Как я понимаю, у тебя уже есть варианты решения данной проблемы, не так ли? — Есть, мой Господин. — твёрдо сказал ему мужчина. — Чуть ранее я попросил Эвана прихватить его мантию-невидимку. Я хочу, чтобы он наблюдал за тренировкой под ней, делая заметки об увиденном. Люди, конечно, будут знать о том, что в зале присутствует Гаррис, но они не будут видеть или чувствовать его, отчего избавятся от лишнего дискомфорта и ощущения пристального внимания со стороны того, кого они плохо знают, или, в случае Беллы, пока не доверяют. Заметки Эвана значительно облегчат мне работу, показав, где и у кого присутствуют определенные проблемы, с которыми я разберусь чуть позже на индивидуальных встречах. На следующей тренировке я не планирую помогать или исправлять ошибки, только если этого не захотите вы сами, милорд. Они более или менее мне доверяют, поскольку были знакомы со мной до Азкабана, чего нельзя сказать об отношении Пожирателей к Эвану или Титусу. Я бы предложил не настаивать на частых встречах с этими двумя, пока тренирующиеся не придут в более стабильное ментальное состояние. — Неплохая идея. — обдумав все, медленно ответил ему Волдеморт. — Используем следующую встречу, чтобы определить точный уровень мастерства и проблемы этой группы. Впредь я постараюсь уделять им больше времени. — пристально глядя на своего возлюбленного, он продолжил. — Мантия — хорошая идея. Я позабочусь о том, чтобы все присутствующие были осведомлены о нахождении Эвана в тренировочном зале. После мы сразу же проведём разбор полётов по заметкам, сделанным Эваном, чтобы определить направление нашей дальнейшей деятельности. Также я хочу, чтобы отныне зал был открыт всегда, не только во время назначенных сборов. Пусть они начинают использовать его по своему желанию, с возможностью позвать тебя, если будет подобная необходимость. Также я настаиваю на присутствии чего-то вроде регистрационного листа, чтобы мы могли видеть, кто и когда занимался наедине. Сделав короткую пометку в блокноте, Эван поднял глаза на присутствующих. — Я принесу что-нибудь, что будет служить бланком регистрации, в зал после собрания. — сказал Гаррис. Немного подумав, он продолжил. — Если желающих заниматься самостоятельно будет слишком много, мы можем создать перегородки, чтобы создать некое подобие «кабинок на одного», где они смогли бы работать без лишних глаз. Они должны будут легко убираться после одиночных сессий, чтобы это не доставило неудобств при работе с группой. — Так и сделаем. — кивнул Тёмный Лорд. — Я думаю, что стоит дать Беллатрисе определенное место в зале, где-нибудь в углу. — несколько неловко начал Барти. — я предлагаю это исключительно из-за Нарциссы. Она не… Я знаю, что она способна и ничуть не постесняется защитить себя в случае чего, но поймать «шальную пулю» — не самое лучшее, что может случится с ней на тренировке сестры. Таким образом и у Беллы, и у всех остальных будут минимальные шансы на то, что их неудачное заклинание каким-либо образом достанет миссис Малфой. — Я этим займусь. — Тёмный Лорд вздохнул. Подобное вполне могло произойти и на тренировке продвинутой группы, а те, кто не достаточно умело владел своей магией, мог провернуть такой номер на раз-два. — Остался только вопрос с объявлением о Титусе и его статусе для наиболее, мм, встревоженных. Если их не предупредить, они могут быть против его присутствия и выражать свою позицию весьма агрессивно. — выразил свои опасения Барти. — В целом, остались лишь те проблемы, которые прозвучали на прошлых собраниях, и которые мы уже усердно стараемся решить. Я закончил. — Хорошо. Насчёт Титуса я подумаю. — сказал ему Волдеморт с твёрдым кивком. Встав с кресла во главе небольшого стола, он продолжил. — В таком случае, приступаем к работе. Увидев, что все присутствующие вняли его словам, он вышел из кабинета быстрым шагом, а остальные немедленно последовали за ним. ___ Зашипев от боли от попавшего в него заклинания, что то и дело пускал в него тренировочный манекен, Хвост выругался про себя и сделал еще один выпад в сторону фигуры. Хоть он и попал в цель, а это, однозначно, уже было успехом, нужного результата он так и не достиг. Заклинание вновь вышло слишком слабым, отчего Петтигрю лишь стильнее расстроился, а когда он расстраивался — он злился. Нет, ничего из этого ему не нужно было, к черту эти занятия! Обида разрасталась где-то в области грудной клетки, отравляя разум и заставляя все больше и больше думать о том, что ему уже ничего не поможет. Такие сеансы, где их якобы учили магии — будто бы Хогвартса и всей жизни в целом ему не хватило! — были абсолютно бесполезны в его отношении. Плюс ко всему, он ненавидел их всей душой. Как и некоторые отдельные личности в этом зале, Питер видел в подобных мероприятиях не что иное, как очередной способ унизить их за скудные навыки и полную бесполезность для Лорда, указывая на слабые места снова и снова. Это само по себе угнетало, а отравленное обидами и беспомощностью сердце заставляло чувствовать себя еще хуже. Особую боль Хвосту доставляло и то, что теперь Сириус всегда был рядом во время таких «сеансов унижений». А то, что старый друг не сказал ему ни слова и старался держаться как можно дальше, оставляя Питера на Крауча-младшего, злило еще сильнее. Отвлекшись и получив в спину еще одно заклинание от манекена, которое заметно подпалило ему одежду, он в ярости и отчаянии заскрежетал зубами. Этот маленький провал он полностью списал на присутствие Блэка, проходившего мимо, ведь тот забрал себе слишком много внимания. Впрочем, как и всегда. И этот самодовольный взгляд, который Сириус пытался замаскировать под пониманием, что тот бросил в сторону бывшего школьного друга, заставил его чуть ли не трястись от злости. Нет, этому определенно должен прийти конец. Он не мог больше так жить! Сириуса надо было убрать. Всем стало бы легче, если бы проклятый Блэк не путался под ногами. Сосредоточившись и сощурив глаза, Питер повернулся лицом к манекену и выпустил целую цепочку заклинаний, которую отрабатывал на протяжении всего занятия. Когда все проклятья из этой группы достигли цели и сработали, как надо, он улыбнулся. Обдумывая свою маленькую победу, в его голове вдруг закралась мысль, что, возможно, стоит привести его план в действие уже сейчас, сегодня. Возможно, время пришло. Нет, Хвост все еще не мог точно сказать, что именно он собирается делать, но общее представление имелось. А с учётом количества пролетающих мимо заклинаний, выпускаемых из разных концов зала, он подумал, что все сработает. Тем более, там было настолько шумно, что никто, даже если постарается, не сможет понять, кто выпустил проклятье. А учитывая то, что только то заклинание, которое ему было нужно, он мог исполнить не вербально, все играло ему на руку. Теперь Питеру надо было лишь сосредоточиться на своей цели и ждать. Тихо ждать, пока не наступит тот самый момент… ___ Снуя среди тренирующихся волшебников и стараясь им не мешать, Гарри старательно делал заметки обо всех видимых и невидимых проблемах бывших заключённых, стараясь выделить те, что объединяли большинство участников «третьей» группы, над которыми можно было бы поработать с ними на следующих тренировках. Хоть проблемы отдельных личностей и нельзя было решить на групповых сессиях, как, например, тех, о ком упоминал на собрании Барти, общая картина его весьма порадовала. Большинство проблем присутствующих в этом зале можно было решить банальной практикой, чтобы потом они могли вернулся к оттачиванию тех навыков, которыми владели до Азкабана, вновь доводя их до совершенства. Эта мысль заставила его слегка приподнять уголки губ в довольной усмешке. Том определенно будет доволен. Уже сейчас большая часть освобождённых была в приемлемой форме, и Гарри мог с уверенностью сказать, что им не придётся прикладывать такие огромные усилия, на какие они рассчитывали, чтобы подтянуть всех «заржавевших» последователей до того уровня, которым был бы доволен их Лорд. Отведя взгляд, который Поттер ненадолго задержал на Белле, весьма расстроенной тем фактом, что сейчас она была не в состоянии вытворять те же фокусы и трюки, на какие была способна ранее, он черканул пару заметок в блокноте и поднял взгляд, обводя им зал и тренирующихся людей. Барти в это же время находился в противоположном конце комнаты, работная с пожилой дамой. Бесшумно усмехнувшись, Гарри покачал головой. Как тот делал практически всегда при работе с противоположным полом, да и не только с ним, Крауч испускал все своё очарование, на какое только был способен, и какому немногие сердца в этой комнате могли бы противостоять. Тем самым он заставлял ее слушать и выполнять все то, что он говорил, добиваясь максимального результата. Это лишь укрепило мнение Поттера о том, что мужчина идеально подходил для данной ему роли. Да, несомненно, Тор был хорош, но Барти обладал обаянием, коим Роули, к сожалению, был обделён, а потому продуктивность его в подобных делах была ниже. Еще раз оглядевшись, Гарри поймал взглядом Сириуса. Его крестный, конечно, не отходил от него далеко, что и следовало ожидать, но также активно, насколько мог, участвовал в «образовательном» процессе. Это было хорошо — чем больше глаз следят за выпущенными заклинаниями, тем безопасней. Пролистывая свои записи, он пытался понять, за кем им нужно наблюдать пристальней, пока шёл к Тому. Большинство присутствующих не вызывало особых вопросов, но были некоторые, которых он, конечно, отметил отдельно, и которые требовали рассмотрения поближе. Однако, сейчас ему нужно было лишь передать возлюбленному все свои заметки. ___ Стоя у стены, вне зоны поражения тренировочного манекена, Хвост делал вид, словно отдыхает, но на самом деле неотрывно следил за каждым движением Сириуса. Сейчас план в его голове созрел окончательно, и он, по мнению самого Хвоста, должен был сработать безупречно, а главное — он мог реализовать его сам, без посторонней помощи. Все, что ему нужно было — подходящий момент. В конце концов, на руку ему также играл факт того, что мало кто обращал на него внимание, а насмехаться над неуклюжим и неумелым волшебником быстро наскучивало, так что, в случае чего, он был вне подозрений. Прямо сейчас Барти был занят флиртом с толстой старой ведьмой, показывая и объясняя, что и как надо делать. Внимание их Господина также было переключено на подопечного, и он, стараясь не выйти из себя, доходчиво объяснял суть заклинания. Насчёт Поттера… Он не был уверен, где именно находился этот сопляк, но, учитывая то, как он приклеился к своему Лорду, Питер готов был поспорить, что мальчишка находился неподалёку от него. Согнувшись, делая вид, что у него перехватило дыхание, Петтигрю наблюдал, как Сириус удаляется ото всех. Это было ему на руку. Подняв палочку и не сводя глаз со «старого друга», он послал Смертельное проклятие, заранее убедившись, что никто не обращает на него внимания. Но после его охватил ужас. Внезапно Питер увидел, что Сириус медленно приближался к Тёмному Лорду, и вместо того, чтобы попасть в Сириуса, заклинание летело прямо в Волдеморта. Переведя взгляд с заметок на зал, чтобы посмотреть, где Том, глаза Гарри расширились, когда он увидел зелёный луч Убивающего заклятия, выпущенного Хвостом. Когда он понял, что луч летел прямо в направлении Реддла, его тело само бросилось вперёд. Отчёты выпали у него из рук, когда он встал перед возлюбленным стеной и инстинктивно выкрикнул: «Нет!». Прежде чем он смог поднять свою палочку в попытке хоть как-то отразить неотразимое, заклинание ударило прямо в его грудь. Стиснув зубы от боли, он почувствовал, словно его тело распадается на тысячи и тысячи мелких кусочков. После этого пропало все: боль, страх, ощущение ужасного жара и холода одновременно; и Гарри безжизненно упал на пол. Услышав крик Гарри, голова Тома дернулась в его направлении, а палочка уже была на голове. Понадобилась доля секунды, чтобы увидеть летящее в него заклинание, остановленное чем-то невидимым. Мгновенно определив заклинание по цвету, он ринулся туда, где предположительно мог находиться Гарри. — Эван! Повернув голову в направлении голоса крестника, Сириус так же уловил ядовито-зелёный луч, который врезался в тело под мантией-невидимкой, осветив его мертвенно-красным, совершенно не естественным для Авады, цветом. Он уже хотел закричать, однако увидел Хвоста и понял, откуда вылетело заклинание и куда оно направлялось. Зная нелюбовь «старого друга» к Эвану, шестерёнки в его голове начали вращаться. Утробно зарычав, Блэк поднял палочку и послал в крысу заклинание, пригвоздившее его к стене. — Ты, гребанный бесхребетный ублюдок! — шипел он, а глаза его горели яростью. — Сдохни… Однако вместо того, чтобы отомстить, он побежал к Гарри. Опустившись на колени рядом с Волдемортом, он аккуратно стянул с крестника мантию. — Нет… — пробормотал он подрагивающим голосом. Осознавая бесполезность всех своих действий, ведь проклятие дошло до его крестника прямым попаданием, он начал нащупывать пульс на шее Гарри, хоть его взгляд и был прикован к лицу мальчика, к его закрытым глазам. Пальцы не чувствовали ничего. Тело начало медленно подрагивать, секунды растягивались в минуты, те в часы, и, казалось, целый мир в одно мгновение перестал существовать. Затем, спустя, как казалось Сириусу, целую вечность, все еще покоящаяся на шее Поттера рука ощутила слабый толчок — удар сердца. Издав тихий сдавленный всхлип, он не отрывал глаз от лица Гарри и молился, чтобы этот миг не стал принятием желаемого за действительное. Подняв глаза на крысу, пригвозжденную к стене заклинанием Титуса, Тёмный Лорд молчал. Направив палочку в сторону Хвоста, он бросило в него невербальное Круцио, вложив в него столько силы, что никчёмный маг завизжал практически сразу. Прервав заклинание, он присел на колени, слегка оттолкнув Сириуса. Сердце бешено колотилось в груди от страха, когда Том положил руку на шею Гарри и нащупал медленный, слабый, но ровный пульс. Стараясь скрыть мелкую дрожь, он вновь поднял глаза. В этот момент его взгляд упал на Барти, стоящего в стороне, ошеломлённого. Палочка сжималась в безвольно висящий руке. — Отведите крысу в камеру и заприте, сейчас же. — сделав несколько глубоких вдохов, прошипел Волдеморт. С широкими от шока глазами, Крауч кивнул и, взяв несколько людей в помощь, попросил их связать Петтигрю и отвести в подземелья. Ему было слишком плохо, чтобы он мог сделать это сам. Никто не мог пережить смертельного проклятия! Да, один раз Гарри смог его одолеть, но сделать это дважды… Он не думал, что Поттер справится и на этот раз. Не обращая абсолютно никакого внимания на всех присутствующих и воцарившуюся в зале тишину, Лорд еще раз нашёл пульс, чтобы окончательно убедиться, что он есть. Когда он вновь почувствовал ритмичные удары, он испустил то, что другие бы назвали вздохом облегчения. Глядя на трясущегося Блэка, он тихо сказал. — Он жив. Его нужно отнести в наши покои. — оглядевшись по сторонам, пытаясь сообразить, кто бы смог им помочь, он заметил поглощённых ужасом Нарциссу. Кивнув самому себе, он жестом подозвал женщину. Когда та оказалась достаточно близко, чтобы не повышать голос, он обратился к леди Малфой. — Позови колдомедика и скажи ей ждать меня у входа в хозяйское крыло. — Он… Это… Он… — заикаясь, бормотала Нарцисса, все еще поражённая. — Нет, он не умер. — покачал головой Волдеморт. — Идите за медиком, сейчас же! Увидев, как она кивнула, он повернулся к Блэку. — Левитируй его в нашу спальню. Я позабочусь об остальном. Неуверенно кивнув, Сириус бросил на Гарри Левиосу, осторожно «вытягивая» его из тренировочного зала, подхватив мантию-невидимку с собой. В этот момент он не знал, о чем думать. Его крестник пережил Аваду, он не знал как, но пережил. Второй раз в своей жизни и первый в истории. Но сейчас не эти мысли заполняли его голову — он просто был благодарен самому мирозданию за то, что Гарри был жив. Поднявшись с колен, Волдеморт огляделся, впервые не зная, что делать. Ярость нескончаемым потоком бурлила в его теле, и он спросил резким и громким тоном. — Кто-нибудь это видел? — Хвост целился в Титуса, мой Лорд. — сказала Белла, склонив голову. Широко раскрыв глаза, она смотрела на своего Господина, а после перевела взгляд на дверь, за которой только что скрылись Нуар и Гаррис. — Он промахнулся, и, вероятно, Эван решил закрыть вас собой, когда увидел, что заклинание направляется в вашу сторону. Стараясь не дрожать от ярости, Волдеморт кивнул. — Все свободны. — оглядев ошеломлённые лица, сказал он. Затем, не дожидаясь, когда все выйдут, он практически вылетел из зала, спеша к Сириусу с Гарри. Войдя в личные покои с ведьмой-медиком, взгляд Тома остановился на двух людях на кровати. Гарри лежал на спине, а голова его покоилась на коленях Блэка. Мужчина все еще подрагивал, поглаживая крестника по волосам. Подойдя к постели, он, стараясь говорить как можно мягче, сказал. — Тебе нужно на минуту оставить его, чтобы медик смогла провести обследование. Сам Том, несомненно, был хорошим целителем, но в данной ситуации он чувствовал себя абсолютно беспомощным, поэтому посчитал правильным доверить это дело профессионалам. В который раз потирая красные глаза, Сириус медленно кивнул, а затем со всей той осторожностью, на которую был способен, поднял голову Гарри со своих колен и плавно опустил ее на пуховую подушку, прежде чем соскользнуть с кровати лёгкой тенью. На трясущихся ногах он встал, взмахом палочки наколдовал себе стул неподалёку от койки и устало плюхнулся в него. Протянув Блэку успокаивающее зелье, которое он предусмотрительно захватил из медицинского кабинета, Том впился взглядом в лежащего на кровати Поттера, пока колдомедик проводила обследование. На самом деле, он не был уверен, что делать дальше — слишком обескураживающий эффект на него произвело это событие. Но одно он знал точно — Хвост заплатит за содеянное сполна. Но сейчас пусть висит на той стене в одиночестве и в смертельном ужасе ждёт расплаты. На данный момент Гарри больше нуждался в нем самом, нежели в возмездии. Наряду с этим, его разум медленно вернул его к эксперименту с мантией-невидимкой и гусем, которое они проводили из искреннего интереса о свойствах реликвии Поттеров. Если он правильно помнил, зверь пробыл в бессознательном положении около суток, после чего еще несколько дней пытался прийти к нормальному состоянию, весьма успешно, кстати. Это давало ему какую-никакую, но надежду. Как бы ему ни хотелось, но мысли в его голове путались и мешались одна с другой. Все, что он мог сейчас, это переключить все своё внимание на Гарри, обследование которого было завершено. Спустя, казалось, целую вечность, ведьма выпрямилась и посмотрела прямо в глаза Темному Лорду. Было видно, что она была ошеломлена, но годы, проведённые за изучением и лечением больных, требующие максимальной сдержанности и самоконтроля, взяли верх, и она смогла промолвить нужные слова. — Его состояние чем-то похоже на кому, но отличается от неё. Чем именно, я понять не смогла. Его мозг в абсолютном порядке, как и другие жизненно важные органы, но он никак не реагирует на внешние факторы. Это… Честно говоря, я никогда не сталкивалась с чем-то подобным, поэтому не могу сказать, какие действия надо предпринять, чтобы вывести его из этого состояния и не сделать хуже. Простите, мой Лорд. В некоторой степени обрадованный и намного более спокойный за жизнь любимого, Волдеморт кивнул женщине и отпустил ее. Он предположил, что, как и в случае с птицей, Гарри просто потребуется время, чтобы прийти в себя, но не знал, сколько именно времени на это уйдёт. Он старался мыслить здраво даже в такой ситуации, а потому понимал, что различия между птицей и человеком в физиологическом плане колоссальны, а оттого было предельно ясно, что в этом случае нельзя было полагаться на прошлый опыт. Тем не менее, Том был уверен, что Гарри придёт в себя. Неважно когда, но придет. Покачав головой, Реддл посмотрел на Гарри. Блэк тем временем подвинул свой стул ближе к кровати и взял крестника за руку, мягко сжимая ее. Полностью осознавая, что в данный момент чувствовал мужчина, Том промолчал, ведь этого и следовало ожидать от человека, чуть не потерявшего ребёнка, пусть и не родного. Больше для своего собственного спокойствия, он проскользнул в подсознание и с облегчением обнаружил, что дверь, ведущая в сознание Поттера, была на месте. Не думая ни секунды, он открыл ее и вошёл внутрь. Около минуты в ушах стояла звонкая тишина, а затем послышался тихий голос. — Горячо, Том. — Где горячо, Гарри? — выдыхая от нахлынувшего на него облегчения, спросил Том. — В г-груди. — выдавил Гарри, застонав от боли. — Я принесу тебе что-нибудь, чтобы было не так больно. А сейчас отдыхай, любовь моя. — мягко сказал ему Том, выныривая из подсознания и смотря на спящего Гарри уже своими глазами. — Хорошо. — еле слышно донеслось до Реддла. Окончательно выйдя из своего подсознания, он посмотрел на Блэка. — Останься здесь с ним. Мне нужно кое-чем заняться. — Это связанно с Хвостом? Что ты собираешься с ним делать? — спросил Сириус, кивнув на просьбу Волдеморта и не сводя глаз с Гарри. Понимание того, что жизни его крестника ничего не угрожает, вернуло его в чувство, и он посмотрел на Темного Лорда в ответ. — Есть вещи похуже смерти, и одна крыса скоро испытает на себе парочку таких… — прошипел Том, свирепо нахмурившись, однако, он быстро успокоился и продолжил, вздохнув. — Сейчас у нас есть и другие дела. Гарри… Он справится, даю тебе слово. Просто будь с ним, пока я буду занят. Я быстро вернусь. Глядя на Темного Лорда, Сириусу было трудно определить по лицу, что у него на уме, но его алые глаза… В них словно отражались все его эмоции, и Блэк видел, что Том, как называл его Гарри, был встревожен всем этим не меньше, чем он сам. Просто Волдеморт справлялся с проблемами по-другому, по-своему. Положив руку на лодыжку Гарри, Том мягко огладил ее, блуждая взглядом по лицу юноши, прежде чем кивнуть Блэку и быстрым шагом выйти из комнаты. Спустившись вниз по главной лестнице, Том отправился на поиски Барти. Спустя пару минут он нашёл его в тренировочном зале, все еще полном людьми. Как оказалось, никто не ушёл. Несколько озадаченный данной картиной, ведь Реддл точно помнил, как отпустил всех по домам и по комнатам, он уже собирался что-то сказать, как Нарцисса медленно шагнула вперёд, выбиваясь из общего строя. Склонив голову, она подняла испуганные глаза на Темного Лорда. — С Эваном все в порядке? Он… Это было Смертельное заклятье, мы все это видели! — спросила одна дрожащим голосом. Хотя к распространению слухов и прочим подобным радостям Лорд относился неодобрительно, и все это прекрасно знали, этого следовало ожидать. В конце концов, все присутствующие здесь стали свидетелями некоторой части произошедшего. — Эван жив, и медики прогнозируют его скорое выздоровление. С ним все будет в порядке. — выпрямившись и оглядев толпу, сказал Волдеморт. Когда мужчина заметил приближающегося Барти, он повернулся к нему и кратко проинструктировал так, чтобы слышал только мужчина. — Я собираюсь вызвать в поместье двух человек. Когда они появятся здесь, отведи их ко входу в хозяйское крыло и извести меня об этом. После можете подняться в мои покои. И держись поближе, ты мне кое для чего понадобишься. — Да, милорд. — кивнул с решительным видом Барти. Слегка замявшись, он тихо спросил. — Эван… Я могу его увидеть? Или мне лучше не делать этого? — Думаю, что можешь. — немного подумав, ответил ему Реддл. — Просто не прямо сейчас. Почувствовав такое облегчение, словно в его плеч упали целые горы, Барти кивнул, развернулся и вышел из зала. Направляясь в лазарет за обезболивающим для его молодого возлюбленного, Том, используя метку, вызвал двух единственным людей, которые могли бы помочь в данной ситуации. Только им двоим он мог доверить секрет двойной жизни Гарри Поттера. Но он должен был обдумать все до мельчайших деталей, ведь кто знает, как отреагируют его верные подчинённые на их маленькую тайну. Нет, ошибкам здесь не было места. Сейчас слишком многое зависело от того, какое решение он примет, и насколько верным оно окажется.