Искусство воспламенения

Какаши разбудил её за несколько часов до рассвета. Всё это время он поддерживал огонь, и Сакура сквозь спальник чувствовала исходящее от него тепло. Она зашевелилась только когда ей на плечо легла ладонь, а большой палец скользнул по коже. Когда она приподнялась, он протянул ей кружку с дымящимся чаем. — Спасибо, — сказала она. — Ты позволил мне спать слишком долго. — Я всё равно хотел дочитать пару глав, — сказал ей Какаши. — Разбудишь меня в три? — Тебе нужно побольше поспать, — Сакура отхлебнула чай, наблюдая, как Какаши стягивает кофту через голову, предпочитая спать в одной майке, и забирается в постель. — Трёх часов достаточно, — настаивал он. — О, и я люблю глазунью. Сакура закатила глаза в ответ на его улыбку. — Я обязательно раздобуду парочку цыплят в их естественной среде обитания, пока ты будешь дремать, — её тон был пропитан сарказмом. — Это всё, о чём я прошу, — поддразнил Какаши, укладываясь на живот и подпирая рукой голову. Он натянул протектор на оба глаза, чтобы защититься от утренних лучей, которые через каких-то пару часов начнут пробиваться сквозь ветви. Сакура молча допила чай и, дождавшись пока дыхание Какаши изменится, расстегнула молнию и потянулась за рюкзаком. Неподалеку протекал ручей, поэтому она отнесла вещи на берег и, дрожа в бледно-фиолетовом свете раннего утра, ополоснулась и переоделась. Она прокралась обратно в лагерь и присела у костра: прохладный воздух прошёлся по плечам, вызвав мурашки на руках. Какаши был в отключке. Она завидовала тому, как быстро тот засыпает, и, наклонив голову, следила за тем, как равномерно поднимаются и опускаются его плечи. Сакуре хотелось свернуться калачиком в тепле спального мешка, но она знала, что рискует снова заснуть. «Ожидание» всегда было её наименее любимой частью миссии. Обычно она не скучала, поскольку большинство её миссий предназначались более чем двум людям, и можно было поспаринговать, пока другие спали. Если бы только у неё было что-то, что могло помочь скоротать время, пока Какаши спит… Сакура прикусила щеку, заметив кусочек оранжевой книги, торчащей из рюкзака Какаши, который лежал на противоположной стороне его спальника. Нет. Ни за что. Она не была настолько отчаянной. Или была? Сакура побарабанила кончиками пальцев по колену, на миллисекунду задумавшись, стоит ли чтение непристойного любовного романа Какаши тех издевательств, которые наверняка последуют, когда он поймёт, что она поддалась искушению. Она всегда могла сказать, что её интересы чисто клинические, что она занимается исследованиями в области... анатомии и физиологии. Ага. Это точно сработает. Нет! Затаив дыхание, Сакура преодолела расстояние между двумя спальниками. Приблизившись к его голове, она встала на колени и медленно потянулась за книгой. Какаши вздрогнул и схватил Сакуру за колено. Она замерла: сердце подскочило к горлу, когда она взглянула на Копирующего, который, как оказалось, всё ещё спал. Сакура боялась пошевелиться. Она наблюдала, как рука Какаши расслабляется, скользит по ноге, но не отпускает. Она была так близко… ещё чуть-чуть и... вот она! Достала. Она прижала книгу к груди и медленно убрала пальцы Какаши со своей ноги. Даже во сне инстинкты Какаши были остры — может быть, не так остры, как лезвие куная, а скорей как нож для масла. Или, может быть, ему на подсознательном уровне было комфортно в присутствии Сакуры, и он так реагировал на её близость. В любом случае, Сакура как можно тише вернулась к своей лежанке и примостилась у основания дерева. Если она собиралась читать эту непристойную вещь, то, по крайней мере, хотела чувствовать себя комфортно. ~/~ Какаши проснулся от аромата жасмина и ванили. Протектор сполз с лица, и яркий свет пробился сквозь закрытые веки, окрашивая всё в красный цвет. Он прикрыл глаза тыльной стороной руки и пробормотал что-то, что со стороны наверняка звучало как неразборчивая болтовня, но в голове Какаши прозвучало что-то вроде: «Слишком ярко. Надо ещё поспать». Музыкальный смех наполнил его уши, и он вспомнил, где находится. Он приподнял веко и посмотрел на розоволосую куноичи, сворачивающую спальник. Как он мог забыть? Сакура представляла собой видение в розово-красных тонах, и когда она наклонилась, чтобы запихнуть что-то в сумку, он мельком увидел крошечные чёрные шорты и отметил, насколько подтянутыми выглядели её ноги — при этом он мысленно отвесил себе пощёчину за то, что эти мысли пришли в голову первым делом после пробуждения. Она повернулась и посмотрела на него, розовые волосы рассыпались по плечам. — Доброе утро, семпай. Хорошо спалось? — Недостаточно, — проворчал Какаши, перевернувшись на спину, и снова прикрывая глаза рукой. Сакура украла его хитай-ате. Он заметил его за поясом её розовой юбки. Заманчиво… — Я дала тебе поспать четыре часа вместо запрошенных трёх, — сказала она. Какаши слышал, как она копошится рядом с ним, видимо, собирая его вещи. — Что-то я не чувствую запаха яичницы, — пожаловался он с намёком на улыбку, которую она не могла разглядеть. — Думаю, тебе придётся довольствоваться сухофруктами и протеиновым батончиком, — тон Сакуры был лёгким и непринуждённым, как у матери, успокаивающей капризного ребёнка. Какаши это не понравилось. Он приоткрыл глаз и сердито посмотрел на неё, но она только рассмеялась. — Давай, Какаши, мы теряем дневной свет, пошевеливай своими ленивыми косточками. — Говорит женщина, которая не спит уже четыре часа, — Какаши сдался, перекатившись в полусидячее положение, вытянув одну ногу, а другую подтянул к груди и наклонился вперёд. Он провёл рукой по волосам, стряхивая пряди, падавшие на глаза без хитай-ате. Когда он закончил протирать заспанные глаза, Сакура протянула ему кружку с тёплым чаем: кончики её пальцев коснулись его при обмене. Ему показалось, или её прикосновение намеренно затянулось? Какаши поднял голову и встретился взглядом с весенне-зелёными глазами. В том, как она смотрела на него, было... что-то новое. — Как думаешь, мы успеем добраться до Танигакуре к обеду? — спросила она. — Скорее всего, — ответил Какаши. — Уже надоел сухой паёк? — Я просто подумала, что было бы неплохо заглянуть к Кайо в тот маленький ресторанчик, которым владеет её семья, — сказала Сакура, посыпая землёй костёр, гася оставшиеся едва тлеющие угольки. Пепел поднялся в воздух, танцуя по запутанной спирали. — Кайо, — повторил он, пытаясь вспомнить это имя. Звучало знакомо, но он не был уверен почему. — Они делают очень вкусные дайфуку, помнишь? Какаши не был сладкоежкой, но знал, что Сакура взяла за правило пробовать местные десерты, когда у них был перерыв на миссиях. — Ах да, дайфуку, — сказал он. Сакура бросила на него взгляд. — Ты не помнишь. — А должен? — он почесал подбородок. Сакура закатила глаза, заканчивая укладывать припасы. — Мы были там в твой день рождения, — сказала она. — Мы возвращались с курьерской миссии, и мы с Наруто угостили тебя ужином, а персонал спел для тебя. Я думала, ты вспомнишь, учитывая, как ты смущался, — хихикнула она. Ах да, теперь он вспомнил. — Сакура, — Какаши выдохнул её имя, — я никогда не смущаюсь. — Как скажешь — фыркнула она. — Кажется, я припоминаю, что твоя щека приобрела розовый оттенок, гораздо темнее моих волос. Какаши вылез из спальника и начал его укладывать. Это правда, что ему было не по себе от такого внимания, в основном потому, что обычно он не отмечал дни рождения, а Сакура придавала этому гораздо больше значения, чем необходимо — хотя, он предполагал, что если бы не она, никто бы и не стал этого делать. И если быть честным, ему было приятно осознавать, что она помнит и заботится о нём настолько, чтобы устроить ему праздник. — Мне нужен хитай-ате, — пробормотал он. — Тебе нужно подстричься, — ответила Сакура, протягивая кусок синей ткани. Она выхватила кунай из набедренной сумки и покрутила рукоятку вокруг указательного пальца. — Буду рада помочь с этим, — она лукаво улыбнулась. — Ты позволяешь своим отрасти, — Какаши повязал протектор вокруг головы, натянув ткань на глаз с шаринганом. Тонкие брови Сакуры взметнулись, как будто она была удивлена, что он заметил. «Трудно не заметить», — подумал он, когда она заправила прядь волос за ухо. Её волосы выглядели красиво при любой длине, но ему особенно нравилось, как они спадали на лопатки. Сакура взвалила на плечи рюкзак, пока Какаши натягивал кофту. — Это не одно и то же, — настаивала она, когда они тронулись в путь. Какаши закинул собственный рюкзак на плечи, регулируя лямки, пока они дрейфовали под изумрудным пологом деревьев. — Итак, — сказал Какаши мгновение спустя, — как далеко ты продвинулась? Тонкая морщинка прорезала брови Сакуры, когда она взглянула на него. — Ты о чём? — Ича-Ича, — заявил он, наблюдая, как краска покрывает острые скулы Сакуры. Её губы приоткрылись, когда она уставилась на свои ботинки, и Какаши ухмыльнулся. — Как ты узнал? — спросила она с лёгким недоверием в голосе. — Ты положила его не в то отделение, — сказал он, всё ещё ухмыляясь под маской. — Чёрт, — прошипела она. — Я должна была догадаться. Какаши отодвинул слой толстых лиан, и Сакура шагнула сквозь созданный природой занавес. На краткий миг ему захотелось, чтобы это не было заданием. Он подумал, каково это — просто прогуляться по лесу, не потому что он вынужден, а потому что ему хотелось гулять с ней и наслаждаться общением, не обременяя себя сроками и не подвергаясь риску. Жизнь шиноби была единственным путём, который знал Какаши — он шёл по нему так долго, что думать о таких простых вещах, как разговор с красивой женщиной ни о чем конкретном, просто потому, что он хотел разделить её общество, было для него почти чуждой концепцией. Он знал, что эти миссии, этот образ жизни сблизили их двоих и каким-то образом сформировали дружбу, которую Какаши считал настоящей. Все эти мелочи давали понять — миссия это или нет, но Сакура хотела, чтобы он был частью её жизни. — Я осилила только пять глав, — сказала Сакура, отвлекая его от его внутреннего монолога. — Я читала медленно, впитывая детали, чтобы не пропустить ничего важного. Какаши приподнял бровь и посмотрел в её сторону. — Ты ведь не забросишь? — О нет, — сказала Сакура, — у меня такое чувство, что мне это начинает нравиться. ~/~ Мышцы Сакуры горели, когда они вышли из леса и направились в Танигакуре. Деревня была немного сельской: она распологалась в низкой долине, где протекала река, а пейзаж усеивали цветущие магнолии. Солнце палило с безоблачного лазурного неба, и Сакура собрала волосы на макушке, пытаясь не зажариться. Они нырнули под навес магазина, укрываясь от палящего жара неумолимого солнца. — Всегда понятно, когда приближаешься к Суне, — прокомментировала Сакура, прислонившись к стене здания. Лёгкий блеск пота покрывал её кожу, а ветерок, блуждающий под навесом, казался невероятным. — Хочешь есть? — спросил Какаши, небрежно прислонившись к стене рядом с ней и засунув руки в карманы. Он закатал рукава, обнажив упругую кожу предплечий. — Немного, — сказала Сакура. Она услышала, как звякнул маленький латунный колокольчик, и, повернув голову, увидела женщину с длинными тёмными волосами, выходящую из магазина. С ней был маленький ребёнок, вероятно, лет четырёх, с большими карими глазами, которые устремились на Какаши — точнее, на его маску и прикрытый глаз. — Мамочка, смотри, какой странный дядя. Почему он в маске? — спросила маленькая девочка, указывая слюнявым пальчиком в сторону Какаши. — Маю! — ахнула женщина, расширив глаза от выходки дочери. — Мне так жаль, — извинилась она перед Какаши, стараясь не смотреть ему в глаза. Дочери же она сказала: — Невежливо говорить такие вещи. Этот человек — ниндзя. Тебе следует извиниться. — Извините, — ответила девочка с безразличным видом, после чего женщина поспешно потащила её прочь от входа в магазин. — Всё в порядке, — сказал Какаши, но они уже прошли половину улицы, и Сакура была абсолютно уверена, что они не слышали. — Легендарный Копирующий ниндзя, пугающий матерей и очаровывающий детей с самого зарождения цивилизации, — пошутила Сакура. Какаши стрельнул в неё острым взглядом, отталкиваясь от стены. — Да ладно, Какаши, не напрягайся так. Эти люди не так часто видят ниндзя, и, честно говоря, ты действительно выглядишь устрашающе. — Почему? — Ты ведь шутишь, да? — Сакура спрыгнула с крыльца и приземлилась рядом с ним. Солнце светило ей в затылок, и она почувствовала, как ожог, который, должно быть, она получила во время похода, ужалил кожу. — Да у тебя только десять процентов лица видно. — Это делает меня пугающим? — Какаши приподнял бровь. — Это относится и к форме, и к смертоносному оружию, которое ты прячешь по всему телу, — Сакура потянулась к его набедренной сумке и достала кунай быстрее, чем он успел моргнуть. Она покрутила рукоятку на указательном пальце и усмехнулась. — Неужто теряешь форму? — Где тот ресторан, в который ты хотела зайти? Ухмылка Сакуры стала только шире. Она сунула кунай обратно в его сумку и подхватила под локоть. Дразнить Какаши было так весело. — Я думаю, это прямо здесь, за углом, — они свернули в узкий переулок, и Сакура вдохнула различные ароматы, витавшие в воздухе. Там стояли уличные торговцы с тележками забитые едой, от аппетитных запахов которых у неё заурчало в животе. Наконец она узнала голубой обшарпанный навес ресторана и потянула Какаши за собой. — Добрый вечер, — поприветствовала их хозяйка. Она была одета в белую юкату с вышитыми зелёными и розовыми цветами на рукавах. — Столик на двоих? — Да, — ответила Сакура. — Кайо-сан сегодня работает? Хозяйка оглянулась через плечо, ведя пару в зал. Народу было немного, но Сакура заметила, что, пока хозяйка вела их к столику, они привлекали к себе блуждающие взгляды. — Вы знакомы с Кайо? — удивилась она. — Пару лет назад мы отмечали здесь день рождения этого парня, и она принесла нам поднос со своим лучшим дайфуку, — Сакура мягко положила ладонь на бицепс Какаши. — Мы просто хотели поздороваться, если она здесь. — Я передам ей, — хозяйка вежливо поклонилась и оставила Какаши с Сакурой наедине. Какаши вытащил ламинированные меню из металлического держателя и протянул одно Сакуре, прежде чем открыть своё. Сакура нашла то, что хотела заказать, меньше чем за минуту и решила, что меню можно использовать как веер и начала им обмахиваться. В ресторане был кондиционер, но циркуляция воздуха была слабой, а их кабинка располагалась в дальнем углу помещения, рядом с кухней. Жар от духовок просачивался сквозь щели, и она неловко поёрзала, чувствуя, как прилипает к виниловой обивке. Во главе столика появилась блондинка с короткой стрижкой и достала из кармана фартука блокнот, держа ручку наготове. — Добрый вечер, меня зовут Рейна, и я буду вашей официанткой. Могу я предложить вам что-нибудь для начала? — Девушка улыбнулась. Какаши и Сакура сделали заказ и наблюдали, как официантка скрылась в дверях кухни. Хозяйка провела мимо их столика другую пару, показывая им на кабинку, расположенную в другом конце зала, по диагонали от их столика. Сакура заметила, как Какаши напрягся. Его глаз метнулся к ней, а тело приняло позу, напоминающую собаку со вздыбленной шерстью. Она слегка повернула голову в сторону, делая вид, что уронила салфетку, чтобы иметь повод оглянуться, когда она будет её подбирать. Сакура осмотрела пару, отметив неважное состояние их одежды, и заметила, что на мужчине был хитай-ате Тумана, а на женщине, хотя и одетой аналогично, он отсутствовал. Сакура негромко спросила: — Что ниндзя Тумана делает в Стране Рек? — Ужасно далеко от дома, — прокомментировал Какаши. — Один из них недавно был ранен. Я это чувствую. Сакура вздрогнула. — Думаешь, они следили за нами? Какаши не успел ответить. Перед ними появилась женщина в светло-фиолетовой юкате с вышитыми белыми лилиями по бокам. Длинные волосы цвета оникса были заплетены в богато украшенную косу, толстый конец которой спадал на плечо. — А вот и я, — сказала женщина, положив руки на стройные бедра. — Я не поверила Шине, когда она сказала, что ко мне пришли розоволосая девушка и мужчина в маске. Сакура улыбнулась женщине. — Привет, Кайо-сан. Рада вновь вас видеть. — Приятно видеть вас обоих, — поклонилась Кайо. — Насколько я помню, у этого парня день рождения только осенью, — сказала она, положив руку на плечо Какаши, — хотя я не против спеть, если это заставит его снова покраснеть. — Она рассмеялась. Какаши прочистил горло, стягивая часть маски, закрывавшую шею, и Сакуре пришлось прикусить губу, чтобы не улыбнуться. — Что привело вас в Танигакуре — кроме дайфуку, конечно? — спросила Кайо. — Мы навещали друзей в соседней деревне, — соврала Сакура. Ей претила ложь, но она не могла рисковать разоблачением — особенно теперь, когда у них появилась ещё одна загадка, сидящая слишком близко, чтобы чувствовать себя комфортно. — Мы хотели зайти поздороваться, прежде чем отправимся в обратный путь. — Что ж, рада, что вы зашли. Я позабочусь, чтобы Рейна упаковала вам коробку сегодняшнего дайфуку за счёт заведения. — Кайо сжала плечо Какаши и похлопала Сакуру по руке. — Как поживают остальные ваши спутники? О, как же их звали, Нар... — ...У них всё отлично! — Сакура оборвала женщину, прищурившись и расплывшись в неестественно широкой улыбке. Возможно, зайти сюда было не самой удачной идеей. Если два ниндзя, сидящие напротив, не знали кто они такие, то теперь наверняка знают. Кайо хихикнула, прикрыв рот изящной ладошкой. — Не забудьте передать им привет при встрече. — Обязательно, — заверила её Сакура. — Я хотел спросить, — начал Какаши ровным голосом, — поскольку после ужина уже будет поздновато куда-то идти, где бы вы порекомендовали остановиться на ночь? Сакура уставилась на Какаши, но его взгляд оставался прикованным к Кайо. — Ну, — сказала женщина, — в миле отсюда есть причудливая гостиница, но обычно у них нет свободных мест для прибывающих в последнюю минуту, — Кайо в раздумье постучала по нижней губе. — Если вы просто ищете удобное место для ночлега и не слишком заботитесь об изысках, есть «Нефритовый дракон». Этим заведением управляет милая пожилая пара, но оно немного устарело. — Устаревшее обычно означает более дешевое, — отметил Какаши. — Спасибо, Кайо-сан. — Конечно, — она поклонилась. — Обязательно дайте мне знать, если вам понадобится что-нибудь ещё. Было приятно увидеть вас снова. — Кайо улыбнулась двум ниндзя и ушла. Не прошло и минуты, как Рейна вернулась с заказом и поставила перед ними дымящиеся тарелки. Какаши взял в руки рулон с утварью и начал медленно распутывать его от креплений. — Они следят за нами? — прошептала Сакура, разламывая палочки одной рукой. — Просто слушают, — Какаши ответил настолько тихо, что Сакура усомнилась в том, что он сказал. — Мм, — проворчала она в ответ. — Хочешь поменяться местами, чтобы они не застукали тебя со спущенной маской? Взгляд, которым одарил её Какаши, мог бы остановить движение пешеходов в час пик. Сакура поджала губы и вернулась к еде. Ужин должен пройти в тишине, но так будет безопаснее. Она могла только догадываться, что задумал Какаши, расспрашивая Кайо о том, где можно остановиться на ночь. Сакура по опыту знала, что он предпочитает лес комнате – если только миссия не покрывает расходы на гостиницу. Она предположила, что Какаши пытался заманить ниндзя, чтобы те последовали за ними. Когда они покончили с едой и оплатили счет, Рейна передала им коробку, доверху набитой разноцветными дайфуку. Сакура баюкала белую коробку на руках, пока они неторопливо шли по улице. Солнце уже село, и температура немного снизилась. Однако вечер был приятно тёплым, и в воздухе не чувствовалось тяжести влаги. Какаши шёл рядом с ней, так близко, что её плечо задевало его бицепс. — Красивая ночь, — прокомментировал он, глядя на мерцающие серебристые звезды, усеивающие тёмно-синее небо. Его руки были засунуты в карманы, но по напряжённым плечам Сакура поняла, что он, скорее всего, сжимает рукоять куная. — Красиво, — согласилась Сакура. Они прошли ещё несколько метров, прежде чем улицы поредели, а фонари обозначили конец центра города. Кайо сказала им, что «Нефритовый дракон» находится на окраине: — Просто идите по дорожке, пока она не закончится, и тогда вы увидите маленький зелёный фонарь, свисающий с козырька гостиницы. — За нами следят, да? — Слева от нас, за деревьями, — невозмутимо ответил Какаши. — Думаешь, они знают, кто мы такие? Какаши кивнул. — Думаю, что они разведчики. Сакура, мы не можем им позволить сообщить о нашем местоположении. Сакура вздохнула. — Мне придётся расстаться с этой коробкой дайфуку, да? — Скорее всего. — Проклятье, — она с нетерпением ждала вкусного угощения и надулась, когда посмотрела на коробку обёрнутую розовым бантом в тон её волосам: она уже оплакивала свою потерю. — Я куплю тебе другую. По какой-то причине это заявление заставило Сакуру замереть на месте и взглянуть на мужчину, стоявшего рядом с ней. Не то чтобы Какаши и раньше не проявлял заботы о ней, но в этот раз в его тоне было что-то такое, чего она ранее не слышала... К сожалению, у неё не было времени подумать об этом, так как в поле её зрения появился сверкающий предмет. Не успела Сакура и глазом моргнуть, как Какаши выхватил из кармана кунай и, крутанувшись, отразил лезвием брошенный сюрикен. Сакура бросила коробку и пнула её ботинком через дорогу в тщетной попытке спасти своё угощение, когда два ниндзя выпрыгнули перед ними. — Ниндзя из Скрытого Листа, — заговорил мужчина: его голос резанул Сакуру по ушам, как хруст гравия. — Что привело вас в Танигакуре? — Может быть, вы направляетесь в Суну? — спросила женщина. Она была немного выше Сакуры, и подобно Какаши носила маску, а её голову скрывал капюшон песочного цвета. Пряди светло-голубых волос спадали на лоб. — Просто навещаем друзей, — скучающим тоном ответил Какаши. — Что привело вас сюда из Тумана? — Рассвет новой эры, — ответил мужчина с дикой ухмылкой, от чего по спине Сакуры пробежала ледяная дрожь. Его зубы были заточены под острые иглы. Он напомнил ей Кисаме Хошигаки, и она задалась вопросом, не родственники ли они. Этот мужчина был таким же огромным. — Прости, Шаринган Какаши, но, боюсь, твоё путешествие заканчивается здесь. — Мужчина достал из-за спины меч, и на остром лезвии мелькнули отблески лунного света. Сакура направила чакру в руки и нанесла первый, наполненный силой удар в живот мечника. Он отлетел назад, и его тело изогнулось, когда он приземлился на ствол дерева, от удара которого разлетелись ошмётки коры и веток. Воспользовавшись случаем, ниндзя бросила в Какаши горсть сенбонов, но он с лёгкостью отразил их кунаем. Другой рукой он выхватил меч и бросился на мужчину, в то время как Сакура пригнулась к земле, выбивая равновесие из-под ног женщины. Не успела та выпрямиться, как Сакура нанесла ей удар прямо в живот. — Кто вас послал? — Сакура бросилась на женщину, одной рукой сжимая её запястья, а другой прижимая лезвие куная к горлу. Она опустила маску, чтобы убедиться, что лезвие расположилось у жизненно важной артерии. — Зачем мне говорить, если ты всё равно убьёшь меня? — выплюнула женщина. В ответ Сакура вдавила острие куная в горло женщины, прочертив алую линию. — Кто вас послал? — повторила она сквозь стиснутые зубы. Если понадобится, она будет пытать её и дальше, чтобы получить ответы. — Мы разведчики из армии Сумирэ, — ответила женщина, пытаясь вырваться из хватки Сакуры. — Нас послали на поиски пропавших товарищей. — Вы были в Скрытом Листе? — Туда мы и направлялись, — женщина стиснула зубы и крепко зажмурила глаза, изо всех сил пытаясь обрести контроль над Сакурой. Её бедра были прижаты коленями Сакуры, и у неё не было никакой надежды вырваться, пока Сакура одерживала верх в контроле над чакрой. Это всегда было первой ошибкой врагов — они недооценивали её способности, основываясь только на внешности. — Сколько человек в вашей армии? Где находится ваша база? — Иди к чёрту, — сказала женщина, плюнув Сакуре в лицо. Она маниакально улыбнулась, прокусывая что-то, что прятала в мешочке под верхней челюстью. Через несколько секунд глаза женщины закатились, тело начало биться в конвульсиях, а изо рта полилась белая пена. — Цианид, — выдохнула Сакура, скатываясь с женщины и оглядываясь в поисках Какаши. Она слышала, как он бьётся в лесу справа от неё, и бросилась сквозь ряд деревьев, пока не заметила вспышку его белых волос, освещённых светом луны. — Какаши! Здоровяк промелькнул за спиной Какаши, заехав ему локтем в позвоночник – прямо между лопаток. Сакура услышала тошнотворный хруст ломающихся костей, когда Какаши рухнул на колени, выставив перед собой ладони, прежде чем впечататься лицом в землю. Какаши перекатился на спину, подняв меч, когда мужчина опустил свой: раздался скрежет металла. Сакура побежала к ним, метнув кунай в шею мужчине. Лезвие попало в цель, вонзившись в плоть мужчины, а из открытой раны хлынула кровь. Он ослабил хватку, чтобы проверить рану. Воспользовавшись моментом, Какаши вогнал клинок ему в живот и ударил ногой, отчего тот с грохотом рухнул на землю. — Какаши! — Сакура сползла на землю рядом с ним, поцарапав при этом колено. — Ты в порядке? — Её светящиеся руки легли на его грудь, посылая чакру в тело в поисках следов повреждений. Несколько позвонков было сломано, а в мышцах живота виднелся разрыв. Сакура посмотрела вниз, уставившись на сюрикен, наполовину засевший в нижней части его живота. — Ты можешь пошевелить ногами? — спросила она, пытаясь скрыть панику в голосе. Какаши кивнул. — Я всё чувствую, честное слово, — он застонал от боли, пытаясь поднять голову, но Сакура провела рукой по его волосам, призывая его лежать спокойно. — Ты добралась до девчонки? — Она проглотила капсулу с цианидом, чтобы не отвечать на мои вопросы, но да, она мертва, — Сакура расположилась за головой Какаши, упираясь большими пальцами по обе стороны от его позвоночника, и положила его голову себе на колени в качестве рычага. — Я собираюсь поработать над твоим позвоночником, но я бы предпочла достать этот сюрикен в более стерильном месте. — Всегда есть «Нефритовый дракон», — сказал Какаши, зажмурив глаза, когда Сакура послала исцеляющее дзюцу через его повреждённые позвонки. Сакура приподняла брови. — Ого, тебе, должно быть, действительно больно, если ты готов раскошелиться на номер в гостинице. Какаши попытался рассмеяться, но звук застрял в глубине горла, превратившись в страдальческий стон. — Мы должны использовать транспортный свиток, чтобы отправить их тела к Цунаде. Она должна знать, что у нас была стычка с разведчиками-отступниками. — Позволь мне позаботиться об этом. Не перенапрягайся, хорошо? — Сакура закончила лечение и помогла ему сесть, прислонив к дереву, а сама занялась свитком. Ей нужно было продолжать двигаться. Её руки дрожали, и ей плохо удавалось скрывать множество эмоций, которые выходили из-под контроля. Она чуть не потеряла его... снова. Она видела, как он сражался с более сильными противниками и получал более серьёзные травмы, но на этот раз, наблюдая за падением Какаши, по её венам пробежала волна раскалённой добела паники, а сердце сжалось от чего-то ещё, чего она не могла понять. Она знала, что это был не просто страх или беспокойство за товарища. Это было гораздо глубже, что разжигало в ней какой-то первобытный инстинкт. Когда она оглянулась через плечо, наблюдая за тем, как лунный свет окутывает Какаши сиянием, у неё промелькнула мысль, что, возможно… она влюбилась в него.