Искусство воспламенения

Какаши проснулся незадолго до рассвета и его сразу же окутал аромат жасмина и ванили. Рядом с ним, прижавшись спиной к его груди, лежала женщина его мечты, уютно устроившись в изгибах его тела. За пределами их палатки гремел гром, и Какаши чувствовал запах приближающегося дождя. «Чудо, что Сакура ещё спит», — подумал он, медленно скользя кончиками пальцев от её плеча к внутренней стороне запястья, наслаждаясь мягкостью её кожи. Прошлая ночь была для него первой — впервые он был близок с кем-то, в кого был глубоко влюблён, и Какаши удивлялся, как он так долго мог обходиться без подобных чувств. Он не был высокомерным человеком, но он знал, что у него хорошо получается быть ниндзя. Он был опытным воином, хорошим лидером, несмотря на то, что не хотел им быть, и он отлично справлялся с одиночеством... Однако Какаши ужасно боялся, что он не сможет быть хорошим в отношениях. Он очень долго был сам по себе и не знал, как принадлежать кому-то другому. Но ради неё он попытается. Какаши не мог припомнить случая, когда бы он хотел чего-то больше, чем её. В каком-то смысле это было корректировкой, но Сакура всегда так или иначе присутствовала в его жизни. Она вплеталась в его жизнь без его ведома, и эти нити были слишком крепко сплетены, чтобы их можно было разорвать. Над ними прогремел гром, и Какаши услышал, как первая капля дождя с глухим стуком упала на брезентовую палатку. Он почувствовал, как изменилось дыхание Сакуры, и, наклонившись вперёд, поцеловал её в лопатку. — Который час? — сонно пробормотала Сакура. — До рассвета ещё час или около того, — ответил Какаши. Сакура повернулась к нему лицом, уткнувшись носом в его грудь, а её рука ухватилась за одеяло и стянула его ниже бёдер. Какаши усмехнулся. — Что ты делаешь, Сакура? — Любуюсь видом, — ответила она без запинки. — Твоё тело подобно скульптуре. Не стоит постоянно прятать его за множеством слоёв. — Учитывая должностную инструкцию, у меня нет особого выбора. — Какаши положил ладонь на изгиб её талии, очерчивая дорожку до бедра. Он наблюдал, как дрожит её кожа, когда кончики его пальцев скользнули по её животу, и его собственное тело ответило тем же. Сакура заметила это, и её рука отважилась проникнуть на опасную территорию, которая озарила его тело жгучим желанием. После этого в словах не было нужды. Какаши притянул Сакуру к себе, жаждя ощутить прикосновение её розовых губ. Он обхватил её лицо ладонью и провёл большим пальцем по линии челюсти, целуя её. Какаши начал понимать, где находятся её чувствительные зоны, и уделял им особое внимание, исследуя её тело губами и языком. Ему нравилось слышать, как она вздыхает, и нравилось, как звучит его имя на её губах, когда она выдыхала его. Снаружи зарядил ливень, барабаня по полотну палатки. Какаши занимался с ней любовью в ритме дождя, а Сакура вторила его темпу. Ему нравилось всё, что она делала, и он приходил в восторг от её прикосновений. После, когда оба были совершенно измотаны, они прильнули друг к другу и не собирались отпускать, пока над горизонтом не забрезжил рассвет. — Знаешь, — сказала Сакура, — нам, наверное, стоит найти какой-нибудь ручей, чтобы ополоснуться, прежде чем вернёмся в лагерь. Какаши уткнулся носом в мягкие розовые волосы Сакуры и глубоко вдохнул. Она вся была пропитана его запахом, но это заставило его улыбнуться. — Ты по-прежнему пахнешь жасмином и ванилью, — заметил Какаши. В её аромате присутствовали нотки пота, мыла и секса, но никто другой не смог бы их уловить. — Всё равно идёт дождь. — Весёленький будет поход, — сказала Сакура со вздохом. Она лежала на боку, проводя указательным пальцем по сухожилиям на предплечье Какаши. — Мы будем дома раньше, чем ты успеешь оглянуться, — сказал Какаши. Её пальцы замерли на его руке. Какаши приподнялся на локте и заглянул ей в лицо. Сакура продолжила гладить его предплечье, рассеянно глядя на стену палатки перед собой. — О чём ты так усердно думаешь? — О паре вещей, — сказала она. — Я думаю о приговоре, который Цунаде вынесет Сумирэ, и о том, что это будет значить для неё. А ещё я думаю о нас, о том, что изменится в наших отношениях, когда мы вернёмся домой. Какаши поразмыслил над этим, прежде чем ответить. — Что ж, — начал он, — нам просто придётся решать проблемы по мере поступления. Что касается Сумирэ, то мы должны верить, что Цунаде знает, что делать. — Какаши понимал, что его ответ несколько не соответствует вопросу Сакуры, но у него не было ответов. По правде говоря, что будет с Сумирэ после их возвращения, решал не он, и он полностью доверял Хокаге в том, что касается вынесения приговора. Вот цель миссии была в его компетенции: вернуть пленника в Коноху невредимым. Он мог сделать это с закрытыми глазами, со связанной за спиной рукой и без помощи АНБУ. Что же касается другого вопроса Сакуры... что ж, он тоже лежал на его плечах тяжёлым грузом. Что изменится в наших отношениях, когда мы вернёмся домой? Какаши знал только одно: он не хотел проводить ни минуты в разлуке с ней. Конечно, не стоит драматизировать — есть необходимые вещи, такие как работа и миссии, рутинные дела, которые могут помешать, но он хотел приходить домой в конце дня и знать, что она будет ждать его там. Какаши провёл рукой по лицу, лежа на спине. Это осознание было новым... — О чём ты думаешь? — спросила Сакура, переворачиваясь на бок, чтобы посмотреть на него. Она положила ладонь на его сердце и погладила кожу краем большого пальца. — О том, как мне невероятно повезло, — искренне сказал Какаши, взяв её руку в свою и прижавшись губами к костяшкам пальцев. — Не забывай об этом, — поддразнила его Сакура. Наклонившись вперёд, она прижалась тёплыми губами к его виску, а затем откинула одеяло. К несчастью для Какаши, Сакуре не потребовалось много времени, чтобы найти свою одежду. Она провела пальцами по волосам, пытаясь разгладить спутанные сном и занятиями любовью пряди. Найдя штаны Какаши, она бросила их в его сторону. — Тебе тоже лучше одеться, думаю остальные в лагере уже встали и морщатся от досады из-за дождя. Какаши вздохнул и поднялся на ноги, натягивая на себя одежду. Снаружи гром сотрясал небо, и Какаши выглянул через отверстие палатки, чтобы получше рассмотреть происходящее. Небо было тускло-серого цвета с низко нависшими тучами, которые закрывали все шансы на солнечный свет. Дождь лил не переставая, но был не настолько сильным, чтобы они не могли ничего разглядеть. Какаши вытянул руку, позволяя прохладным каплям стекать по ладони. — Холодно? — спросила Сакура. Она была занята тем, что сворачивала спальные принадлежности и запихивала их в рюкзак. — Я предпочитаю думать, что освежающе, — сказал Какаши с кривой усмешкой. Сакура фыркнула, достала из рюкзака дождевик малинового цвета и накинула его на плечи. Какаши никогда не утруждал себя упаковкой подобных вещей. По большей части их снаряжение было рассчитано на самые разные климатические условия. Обычно Какаши не беспокоила промокшая одежда, но он знал, что без экипировки поход будет неприятным. По какой-то причине ему вспомнилось время, проведённое в Стране Снега пару лет назад. Из-за необычной для того времени года погоды и большого количества снега миссия, которая должна была продлиться одну неделю, превратилась в полтора месяца. Он был без своей толстой военной куртки и в итоге вернулся домой с гриппом. Неделю он провалялся на диване у Сакуры, пока она выхаживала его. Она, конечно, ругала его за глупость и отсутствие надлежащего снаряжения, но ни разу не пожаловалась, что ей приходится о нём заботиться. Какаши улыбнулся про себя, в очередной раз подумав, что ему действительно очень повезло. — Почему бы тебе не отправиться в лагерь, а я встречу тебя там, как только соберу палатку. — Я могу помочь с палаткой, Какаши, — настаивала Сакура. — Если я знаю тебя достаточно хорошо... то ты, вероятно, волнуешься за Сумирэ и хочешь убедиться, что прошлой ночью всё прошло хорошо. Сакура открыла рот, чтобы ответить, но тут же захлопнула его. Черты её лица смягчились, и она тепло улыбнулась Какаши. Прекрасная куноичи взяла его за жилетку и, встав на носочки, поцеловала. — Встретимся в лагере, — сказала она. ~/~ Наруто был первым, кого Сакура заметила, как только пересекла линию деревьев. Даже под дождём эту копну золотистых волос можно было разглядеть за милю. Он возился с шестами своей палатки и, похоже, изо всех сил старался сложить их в более удобное положение. — Тебе помочь, Наруто? — спросила она. Наруто поднял голову и, щурясь от дождя, посмотрел на Сакуру и её плащ с капюшоном. — Эй, — сказал ниндзя, — этот дождевик не военного образца. — Говорит парень, который при любой возможности надевает ярко-оранжевые вещи, — парировала Сакура, выхватывая палки из его рук. — Оранжевый — мой любимый цвет, — сказал он в своё оправдание. — К тому же, это выглядит круто. — Конечно, если ты хочешь стать мишенью для врагов. Ты выделяешься, как мигающий неоновый рекламный щит. — Говорит девушка, которая носит красное, — хихикнул Наруто. — Ты просто завидуешь, что я догадалась взять с собой дождевик, — ответила Сакура. Использовав чакру, она сломала шесты там, где маленькое соединение отказывалось поддаваться, и вернула их Наруто. — Спасибо, — кисло ответил он. — Всегда пожалуйста, Наруто, — Сакура наклонила голову и улыбнулась своей самой слащавой улыбкой. — Так куда ты сбежала прошлой ночью? — спросил Наруто, засовывая сломанные палки в маленькую кобуру, прикреплённую к его рюкзаку. Сакура почувствовала, как её щеки слегка порозовели. — Э-э, ты, наверное, предпочёл бы не знать, — ответила она. — Вот мерзость, — Наруто толкнул её плечом и улыбнулся. — Он лучше в постели, чем Сас... — Наруто внезапно подавился последними словами, потому что получил резкий удар в живот. — У-уф. Саске пробирался через лагерь, направляясь в сторону своих солдат в масках, но Сакура знала, что он слышал Наруто, хоть и притворялся глухим (вероятно, ради Сакуры). Обращаясь к Наруто, она спросила: — Ты когда-нибудь думаешь, прежде чем говорить? — Обычно нет, — сказал Наруто, массируя больной живот. К счастью, из палатки вышла Хината в белом дождевике, который подчеркивал опаловый блеск её лавандовых глаз. — Доброе утро! — Она сияла так, словно дождь её ничуть не беспокоил. — О, привет, Хината, как насчёт завтрака? — Наруто улыбнулся темноволосой девушке и предложил свой локоть. Сакура воспользовалась их уходом, чтобы проведать Сумирэ. Остальные члены лагеря были заняты разбором палаток, и Сакура слышала отдалённые звуки металла и шум спускаемых под дождем палаток. Сакура не успела отойти далеко, как увидела, что один из АНБУ проталкивает Сумирэ через отверстие в палатке. Она споткнулась и успела подставить правую ногу, чтобы не упасть в грязь. Сакура положила руки на бёдра. — Это действительно необходимо? — спросила она АНБУ, прищурив глаза. Охранник не ответил. Его плечо намеренно столкнулось с плечом Сакуры, когда он направился к импровизированной кухонной палатке, где через отверстие наверху поднимался дым. В воздухе витал запах вчерашнего ужина, и она поняла, что на завтрак они будут довольствоваться объедками. «Такова жизнь в дороге», — подумала Сакура, глядя на фиолетововолосую девушку. — Должно быть, ты здорово его разозлила, если он оставил тебя без разрешения Саске, — прокомментировала она. Сумирэ хихикнула. — Это показывает, как много ты знаешь. Саске сказал, что меня не нужно охранять, если ты будешь рядом. Он очень верит в тебя, Харуно, — задумчиво сказала Сумирэ, разглядывая свои ногти. Сакура приподняла бровь от её выбора слов и перевела взгляд на палатку для завтрака, где стоял Саске с несколькими охранниками. Он не смотрел на неё, но губы Сакуры всё равно скривились в улыбке. Он никогда не считал её равной себе, но было приятно осознавать, что он доверяет ей настолько, чтобы справиться с Сумирэ без участия его АНБУ. — Итак, — продолжила Сумирэ спустя некоторое время, — как я поняла, вы с Учиха когда-то были парой? — Это не твоё дело, — ответила Сакура. — Ты голодна? — Сначала я бы хотела воспользоваться великолепными удобствами природы, если ты не возражаешь. Я сдерживаю свой мочевой пузырь с самого ужина и отказываюсь мочиться на глазах у охранников. Они жуткие, как черти. — Сумирэ вздрогнула в подтверждение своих слов. — Все эти пустые взгляды за масками со звериными лицами, не говорящие ни слова, просто... странные. — Пойдём, — Сакура провела Сумирэ через первую линию деревьев и нашла большое дерево, которое как раз подходило для этой цели. Видимо, в какой-то момент стражники переместили кандалы Сумирэ так, что её руки оказались связаны спереди, а не за спиной. — Они достаточно свободны? — Сакура кивнула на запястья девушки. — Думаю, я справлюсь. Сакура повернулась к ней спиной и позволила Сумирэ заняться своими делами в полу-приватной обстановке. Она смотрела на небо над ветвями окружающих их деревьев, щурясь от прохладных капель дождя, падавших ей на лицо. — Так что же всё-таки произошло между тобой и Учиха? — спросила Сумирэ, подходя и становясь рядом с Сакурой. — Он красивый, если тебе нравятся высокие угрюмые парни, как мне например. Сакура закатила глаза. — Я же говорила тебе. Это не твоё дело. — Могу поспорить, — продолжала Сумирэ, игнорируя её, — что он порвал с тобой, потому что ты ханжа. Он кажется слишком крутым для тебя. Сакура ничего не ответила. Она не собиралась поддаваться на её подстрекательство. Вместо этого она держала голову высоко поднятой, а плечи расправленными, пока они шли обратно к лагерю. — Насколько я могу судить, Хатаке просто великолепен. Он сложен как бог, и я бы с удовольствием запустила пальцы в его волосы и... Сакура развернулась так быстро, что Сумирэ даже подпрыгнула. Наклонившись вперёд, она приблизилась к глазам девушки и улыбнулась ей прямо в лицо. — Послушай, Сумирэ, я знаю, что ты думаешь, что у тебя хорошо получается манипулировать, но я выросла с мастером по подливанию масла в огонь, и у тебя нет ничего общего с Ино, поверь мне. Мне кажется, ты забываешь, что я могу быть твоим единственным союзником, и тебе это понадобится, когда мы вернёмся в Коноху, если ты не хочешь провести остаток своих дней, гния в тюрьме. Так что можешь прекратить свою игру, чтобы попытаться прогнать меня, потому что это не сработает. Глаза Сумирэ метались туда-сюда между глазами Сакуры, пока её губы не скривились в усмешке. — Ладно. Я буду вести себя хорошо, Сакура. Пока что. Сакура очень сомневалась, что она дослушала до конца, но, по крайней мере, девушка замолчала... пока что. Она провела девочку через очередь за завтраком и усадила её под деревом, листья которого создавали эффект зонтика. К тому времени, когда Какаши подошёл, большая часть лагеря уже была убрана. — Привет, — сказала Сакура, одарив его быстрой улыбкой. — Ты позавтракал? Какаши провёл рукой по волосам, пытаясь пригладить мокрые локоны, упавшие на его хитай-атэ. Сакура прикусила нижнюю губу, стараясь не думать о том, как хорошо этот мужчина выглядит в мокром виде. — У меня был протеиновый батончик и немного сухофруктов, — сказал ей Какаши. — Ты жулик, — поддразнила Сакура. — Остальные довольствовались остатками ужина. — Мисо — твоё любимое блюдо, — сказал он, нисколько не купившись на её бедственное положение. Сакура могла сказать, что он улыбался ей под маской, но улыбка длилась недолго. — Я поговорил с Саске; похоже, что Сумирэ теперь на твоём попечении. Сумирэ, сидевшая у подножия дерева, фыркнула в свою миску. Какаши даже не удостоил девушку взглядом. — Дайджи и Акио будут в пределах слышимости, если ты решишь, что тебе нужна помощь, или просто начнёшь... раздражаться. Сумирэ разразилась смехом. — О, он наблюдательный, не так ли? — Сумирэ продолжала хихикать. Когда она так смеялась, Сакуре казалось, что в ней проскакивает искра её истинного возраста. Но это было фальшью... Казалось, девушка могла буквально повернуть любую ситуацию в свою пользу и надеть любую маску, чтобы создать определённый образ, который защитит её. В этом смысле она была похожа на хамелеона. Сакура восхищалась её инстинктом выживания, каким бы извращённым он ни был. Обращаясь к Какаши, она сказала: — Ты так говоришь, будто не собираешься идти со мной. — Потому что так и есть, — Какаши протянул руку, обхватив её предплечье ладонью. — Мы с Наруто и Хинатой возглавляем группу. Поскольку идёт дождь, я подумал, что те из нас, кто обладает более сильным чутьём должны быть впереди. — Наверное, ты прав, — сказала Сакура со вздохом. — Ты бы тоже пошла с нами, если бы не твоя подопечная. — Во что бы то ни стало, — драматично произнесла Сумирэ, — пожалуйста, не позволяйте мне помешать вашему многообещающему роману. Когда свадьба? Не то чтобы я рассчитывала получить приглашение. Теперь Какаши действительно смотрел на неё. Несмотря на то, что большая часть его лица была скрыта за складками маски и хитай-атэ, ему удалось бросить на неё взгляд, который мог бы заморозить озеро в жаркий летний день. Это был тот Какаши, у которого Сакура училась на поле боя. Это был тот Какаши, от которого её пробирал холод до костей. Ему не нужно было произносить ни слова, чтобы донести свою мысль, и это было видно по напряжённому лицу Сумирэ. Какаши перевёл этот ледяной взгляд на Сакуру. — Будь начеку, — сказал он ей. — Всегда, — ответила она. ~/~ Унылое серое утро вскоре сменилось унылым серым днём. Несколько часов ниндзя из Конохи шли под проливным дождем, пробираясь по раскисшей местности, которая почти превратилась в грязевое месиво. Ботинки Сакуры промокли насквозь, а носки начали сползать с пяток. Начали образовываться волдыри, поэтому она сконцентрировала небольшое количество целебной чакры на ногах, чтобы не жаловаться — ведь если Сакура и ненавидела что-то, так это холодные, липкие, мокрые ступни. К удивлению Сакуры, Сумирэ вела себя довольно тихо, пока они шли. Даже с чакрой путь был не самым лёгким, и Сакура знала, что Сумирэ приходилось прилагать немало усилий, чтобы не сбиться с ритма. Небо над головой свидетельствовало о том, что надежды на передышку нет, а вероятность того, что солнце проглянет сквозь тусклый свет, очень мала. На горизонте виднелся лишь отважный беркут, который время от времени опускался над долиной, выискивая себе пищу под непрекращающимся моросящим дождем. Группа приближалась к окраине Танигакуре, а вдали виднелся лес Страны Огня. Как только они переступили изумрудный порог, Сакура едва не вздохнула от облегчения и, сняв с плеч рюкзак, опустилась на бревно. Сумирэ села рядом с ней, скрестив руки и дрожа. Когда Сакура посмотрела на неё, ей показалось, что её лицо побледнело, а уголки рта слегка посинели. — Вот, — сказала Сакура, снимая дождевик. — Мне следовало предложить его раньше. Извини. — Она сжала губы в сочувственной улыбке и протянула плащ. — В-в этом н-н-нет с-смысла, — сказала Сумирэ сквозь стучащие зубы, — я п-промокла насквозь. — Может, и так, но это хотя бы согреет тебя. — Когда Сумирэ не попыталась схватить куртку, Сакура накинула её на плечи, как накидку. — Отсутствие чакры не помогает, и мне жаль, что так вышло, — снова извинилась Сакура. В ней проснулся медик, и она провела ладонями по рукам Сумирэ, создавая трение, и вызвала немного целительной чакры, чтобы помочь ей. — П-почему т-ты в-всё ещё т-такая д-дружелюбная? Сакура нахмурила брови. — Это просто порядочность, Сумирэ… Вопреки тому, что тебе говорили, большинство людей в Конохе хорошие. Мы все иногда совершаем ошибки, но такова человеческая природа. — Сакура провела ладонями по плечам Сумирэ, и её дрожь утихла. Сумирэ молчала, пока Сакура работала над её спиной. Когда чакра подействовала, и ей стало теплее, она тихо прошептала: — Спасибо. Сакура улыбнулась. — Тебе не нужно меня благодарить. Губы Сумирэ приоткрылись, словно она собиралась сказать что-то ещё, но тут её внимание привлекло нечто, и она посмотрела вверх, на верхушки деревьев, высоко над головой Сакуры. Сакура подняла голову и увидела, как золотое крыло взмыло над линией деревьев и снова исчезло из виду. — Странно, — сказала Сакура, нахмурив брови. — Похоже, это тот самый орёл, которого я видела в долине сегодня утром и днём. — В Стране Огня, вероятно, много орлов, — тихо прокомментировала Сумирэ, словно пыталась успокоить саму себя. — Это одна и та же птица, — раздался сзади мужской голос. Обернувшись, Сакура увидела, что к ним приближается Сай. — Он ведёт себя странно. — В каком смысле странно? — спросила Сакура темноволосого парня. — Странно, как будто он следовал за нами, — Сай сделал паузу. — Мы с Какаши-саном заметили его сегодня утром, а около полудня снова обратили на него внимание. Я разбираюсь в животных, Сакура, и этот орёл ведёт себя не как обычный. — Где сейчас Какаши? — спросила Сакура, придвигаясь к другу. — Он сообщает Саске и солдатам АНБУ об орле. За нами следят, Сакура. — Кто? — раздражённо спросила Сакура. Никто не следовал за ними от Суны — Сакура была в этом уверена. Они передвигались по малоизвестным маршрутам, чтобы ни с кем не пересекаться. Да и вообще, тропа, по которой они шли, принадлежала только ниндзя Конохи — никто другой не мог знать, как ориентироваться на местности... Это было достаточно сложно, когда погода благоприятствовала, не говоря уже о том, чтобы эффективно маневрировать под проливным дождём. — Мы не знаем, — сказал Сай. — Я собирался послать одну из своих птиц, но под дождём чернила долго не продержатся. — Проклятье, — Сакура выругалась себе под нос, разминая костяшками пальцев напряжённую мышцу на шее. — Таким образом, мы являемся лёгкой добычей. В этот момент рядом с ними появился Наруто, его золотистые волосы блестели даже в тусклом свете леса. — Никто не знает лес Страны Огня так, как мы, — сказал Наруто, — это даёт нам преимущество. — До ворот Конохи осталось меньше дня пути, — добавила Хината, выходя из-за дерева. — Мы можем послать нескольких АНБУ вперёд и запросить подкрепление. — Нет, — раздался голос Саске, когда он приблизился с Какаши всего на шаг позади, — мы не можем позволить себе послать кого-то вперёд группы, так как не знаем, каков размер отряда, который нас выслеживает. — Хотя это была хорошая идея, Хината, — похвалил Какаши, положив ладонь ей на плечо, прежде чем обойти своих друзей и встать рядом с Сакурой. — Так какой у нас план? — спросил Сай. — Мы продолжим путь, — сказал Саске. — Они будут ждать, пока мы разобьём лагерь. Если мы не будем двигаться, то станем лёгкой мишенью. — Мы будем держаться деревьев, — сказал Какаши. — С ветвей у нас будет больше преимуществ. — Да, насчёт этого, — сказала Сакура. — В Суне Сумирэ ввели препарат, который подавляет её чакру, так что о лазании по деревьям для неё не может быть и речи. — Значит, мы выделим пару охранников, чтобы они шли с ней по земле, а остальные будут на деревьях. — Саске вызвал нескольких оперативников АНБУ, и Сакура наблюдала, как они появляются из тени, двигаясь по деревьям как молчаливые стражи. — Я останусь с ней, — сказала Сакура. Она взглянула на Сумирэ, крошечную девочку с огромными глазами, свернувшуюся калачиком в красной куртке Сакуры. В тот момент она была так похожа на ребёнка, что Сакуре трудно было поверить, что она способна на такой обман и манипуляции. — Хорошо, — сказал Саске, — но с тобой всё равно будут два охранника АНБУ. Никто не остановится, пока мы не доберёмся до Конохи. Если понадобится, прими солдатскую таблетку. Сакура кивнула. Она знала, что Какаши пристально смотрит на неё, и один быстрый взгляд подтвердил, что его руки были сжаты в кулаки. После этого все направились к деревьям, за исключением двух охранников, которых Саске приставил к ней, и Какаши, который смотрел на деревья, когда Наруто метнулся по покрытой мхом ветке и исчез из виду. Когда они остались почти одни, Какаши сказал: — Я когда-нибудь говорил тебе, что ты сводишь меня с ума? — Не раз, — призналась Сакура. Она шагнула к нему, взяла за руки и разжала его жёсткие пальцы, обхватив своими тёплыми. — Хорошо. Я переживал, что ты забыла, — произнёс он язвительным тоном. — Я буду осторожна, — сказала Сакура, прекрасно понимая, к чему приведёт этот разговор. — Просто сосредоточься на миссии, и мы скоро увидимся. — Сакура встала на носочки, обхватила рукой воротник его кофты и прильнула к его рту, закрытому маской. Какаши дотронулся до её щеки, едва касаясь кончиками пальцев её кожи, и пробормотал что-то, чего остальные не могли расслышать, прежде чем скрыться за деревьями. Сакура заметила, что Сумирэ наблюдает за ней, и протянула ей руку, чтобы помочь встать. — Пошли, — сказала она, — нам пора. Сумирэ медленно встала, слегка спотыкаясь, и два охранника АНБУ двинулись за ними. В лесу уже стемнело, и Сакура знала, что пройдёт совсем немного времени, прежде чем солнце — хотя оно всё равно скрылось — опустится за горизонт и окутает их полной темнотой. Чтобы избежать неприятностей, ей, вероятно, придётся нести девушку на руках. — Он ведь готов умереть за тебя, правда? — спросила Сумирэ. — Прошу прощения? — Какаши-сан, — сказала Сумирэ таким мягким тоном, какого Сакура никогда раньше не слышала. — Он готов умереть за тебя, если считает, что это может тебя спасти. Сакура сначала не знала, что ответить. Она также не обратила внимания на то, что Сумирэ приложила к его имени почтительный суффикс. Это был первый раз, когда девушка проявила хоть какое-то уважение. — Ну, — сказала Сакура, — я думаю, мы все готовы умереть друг за друга... Мои друзья — моя семья, и нет ничего, на что бы мы не пошли, чтобы защитить друг друга. Сумирэ задумалась, осторожно переступая через поваленное бревно, пока Сакура придерживала пучок зелени. Когда девушка заговорила, Сакуре пришлось напрячься, чтобы разобрать слова. Сакура подумала, что они прозвучали как глубокое признание, как откровение света и печали одновременно. — Так вот что такое любовь, — сказала Сумирэ, уходя в ночь.