Angel in the stairwell

сону не помнил, как заснул и оказался в кровати. оставалось лишь догадываться, что притащил его сюда, вероятнее всего, хун, после вчерашнего долгого и тяжёлого разговора. однако сейчас он проснулся от шума за пределами своей комнаты, лениво потёр руками глаза, разъединяя слипшиеся между собой ресницы от вчерашних слёз, и прошёл к источнику этого самого назойливого звука. на кухню. каково было удивление, когда за плитой в своей квартире ким увидел сонхуна в фартуке, непонятно где нашедшемся, который готовил яичницу с беконом. банально, но пахнет чертовски приятно и ароматно. желудок скрутило в узел, и ким почувствовал, насколько сильно хотел есть всё это время. – о, доброе утро, сону, – заметив удивлённого парнишку в дверном проёме, поздоровался пак, – ты рано. ещё только восемь утра, мог бы поспать ещё. или я тебя разбудил? – доброе. нет, ты совсем не помешал, забудь. а восемь утра... какого дня недели? – рассеяно поинтересовался тот. – четверга. ты совсем во времени потерялся? – похоже на то. знаешь, если задернуть шторы и выключить телефон, то не поймёшь даже, сколько прошло. трое суток как одни. а ты... – он в недопонимании кивнул на стряпню, которой был чересчур увлечён парень. – у меня же холодильник был буквально пустой, где ты продукты достал? – извини, слегка похозяйничал. я сходил в круглосуточный, который через дом отсюда, и прикупил тебе немного. признаюсь, был велик соблазн купить какой-нибудь кимпаб или онигири, но решил, что твоему пустому желудку будет лучше от чего-то горячего. хоть и жареные яйца не совсем полезные, но получше, чем ничего с водой. – ты готовишь для меня? зачем? не нужно было, ты чего... ещё и потратился. я обязательно верну! – ни в коем случае, я запрещаю, – сонхун выключил огонь и потянулся за тарелкой, перекладывая туда всё ещё шкварчащую яичницу. пара секунд, и тарелка вместе со столовыми приборами оказалась перед сону, – приятного. давай поставлю чайник? – да я и сам могу, – парнишка похлопал глзенками, и уже собирался встать, но его собеседник лишь вздохнул в ответ на это, и мигом прошёлся до чайника, нажав кнопку, чтобы он начал подогреваться, – да блин. теперь уже совсем как инвалид. неужели так плохо выгляжу? ладно, в любом случае, спасибо за еду. пак со вздохом опустился на стул напротив, разглядывая то, как худощавый парнишка перед ним приступил к еде. тяжело было смотреть на него: такого тонкого, как догорающая спичка, которая уже почти истлела до самого конца. но что-то живое в нём всё же осталось. что-то, что до сих пор заставляло сидеть здесь и с аппетитом уплетать горячую яичницу. тот огонёк, который не позволил ему пойти на какой-нибудь отчаянный шаг: сделать с собой что-то непоправимое, навредить своему телу ещё больше, стараясь заглушить душевную боль. и слава богу, что всё сложилось именно так. через минуту хун снял чайник, заварив единственный ароматный пакетик черного чая, и поставил стакан рядом с сону. тот благодарно кивнул, жуя свой первый завтрак за пятые сутки и не смея оторваться. – я, конечно, возможно, сейчас тебя обижу, но выглядишь ты правда не очень. такой худой, что по ощущениям, сейчас рухнешь. надо это исправлять. парнишка прожевал последний кусочек, по ощущениям, самой вкусной еды, которая только могла оказаться в его желудке, и уставился на хуна недоумевающим взглядом. – спасибо за беспокойство, но я справлюсь. а ещё смотри, как можно это быстро исправить, – он вскочил с места, поставил грязную посуду в раковину и пропал в дверном проёме. спустя какую-то минуту шуршания в комнате, ким вернулся на кухню в широченном худи, прямо как любил, – вот и всё! и не видно никаких костей и худобы. говорю же, работает отлично, – после этой фразы он сделал щедрый глоток чая. – но ты же так не вылечишь своё расстройство пищевого поведения. неужели ты правда не понимаешь? – ты думаешь, я настолько идиот? ну, спасибо, – очередной глоток, – ещё скажи, что я не смогу излечить свою боязнь выйти за порог, просто не выходя из дома. вот удивишь. может, стоит напомнить, что мне уже не четырнадцать? сону прекрасно знал, что широкой одеждой не исправит ровным счётом ничего. но это уже как главный страх и зависимость: не дай бог наденет что-то облегающее, так сразу появится куча вопросов и молча сожалеющих взглядов. всё это ему к чёрту не сдалось, только бы все оставили в покое. однако даже вещи на размер больше не спасают из такого положения, и пак – наглядный тому пример. – да. да, ты прав, прости, – сонхун поставил локти на стол и сложил пальцы в замок, опустив на эту ненадёжную конструкцию свой лоб. – да ладно тебе. для того, чтобы я позволил себе нормально есть и существовать в принципе, мне нужны либо здоровые отношения с адекватным партнёром, которых мне, гею, вряд-ли добиться, либо сессии с психологом. очень много сессий с психологом. и ещё нужно платить за обучение. кстати, к слову об этом. ты же не пошёл в институт из-за меня? – фигня. один день погоды не сделает, ты важнее какой-то лекции по истории искусств или двух часов рисования гипсовых голов, – пак слегка задумался, до сих пор не поднимая головы, – почему ты решил, что не найдешь пару? – серьезно? что за вопросы? сам пораскинь мозгами: я травмированный, боящийся каждого незнакомца парень. никакие сайты и приложения для знакомств не спасут из подобного положения. кому я такой нужен? людям бы со своим дерьмом разобраться, – он допил чай и загремел посудой в раковине в попытках ее помыть, оставляя только что сказанное на размышления хуну. – погоди, но мне же ты оказался нужен, не так ли? я же зачем-то прибежал сюда под вечер, только чтобы убедиться, что с тобой всё в порядке. так что прекрати строить из себя одинокого, никому не нужного, и отгораживаться от всего света. пойми, ты нужен. как минимум мне. сону замолк, не зная, что и ответить. шум воды вскоре прекратился, и парнишка сел обратно на свое место, вперив взгляд в пустоту перед собой. он совсем не понял, почему хун сейчас напомнил об этом, но сердце от чего-то сжалось в тиски, а к горлу подступил ком. кто-то разбил так старательно выстроенную манеру поведения, и оттого по коже пробежались мурашки, а привычная картина мира постепенно начала рассыпаться. по кирпичикам. – ты вообще слушаешь? – пак поднял голову с рук, однако, увидев подвешенное состояние юноши перед ним, чуть сбавил обороты и смягчил тон, – сону? я был слишком груб, да? – нет. ты чертовски прямолинеен, и это режет без ножа лучше, чем любая грубость. мне нужно прекратить строить из себя жертву и просто жить нормально, так какого хрена это настолько сложно?.. – прости. не стоило тебя грузить после такого, – он замолк на пару секунд, не зная, как направить и что предложить киму. однако мысль быстро приходит в голову, и с помощью нее тема быстро меняется. – может, лучше ответишь чонвону? я не писал ему со вчерашнего, а ещё не пришёл на занятия... думаю, он места себе не находит. я поставил твой телефон на зарядку, кстати, так что можешь спокойно брать и писать. сону долго думать не стал, кинулся к розетке с зарядным устройством и подключенным к нему телефоном. шнур быстро отлетел в сторону, а сам парнишка уселся на диване в гостиной, слушая, как сонхун усаживается рядом, точно так же утыкаясь в свой мобильный. ким не стал читать всё – сердце бы не выдержало, да и совесть замучила, поэтому он пролистал чат с другом на самое последнее сообщение, датированное вчерашним вечером.

***

wonnie сону, пожалуйста, мне страшно за тебя! просто напиши хоть что-то [20:37] отлично, теперь сонхун пошёл к тебе и пропал. я точно помру тут из-за вас [21:45]

янвони, все хорошо. прости, что не отвечал. я в порядке, ты можешь не переживать [8:34]

***

ответ последовал в ту же секунду.

***

wonnie КИМ СОНУ Я УБЬЮ ТЕБЯ [8:34]

не надо, мне уже хватило страха в этой жизни [8:34]

как только у меня закончится эта пара, я вынесу тебе все мозги вопросами, готовься [8:34]

ага, удачно вытерпеть ещё час [8:34] только не звони, я ещё не готов говорить об этом вслух [8:34]

***

– сонхун, он грозится меня убить. – кто?! – подорвался парень, тут же выпрямляясь и шокировано пялясь на кима. – чонвон. кажется, он очень зол. – пожалуйста, не говори так больше, иначе я сойду с ума, – он с облегчением откинулся обратно на мягкие диванные подушки, – я подумал, что это очередное сообщение с неизвестного. а по поводу чонвона... это пока он кажется злым, я не думаю, что он будет кричать на тебя или типа того. не беспокойся. – угу. только что делать с учёбой? – в плане? что ты собрался с ней делать? – мне страшно выходить из дома, сонхун. и даже больше, – ким судорожно вздохнул, обхватывая свои выступающие ребра руками, – джеха знает, где я учусь. больше чем уверен, расписание у него тоже имеется. если он заявится в институт с ножом... – с каким ножом? подожди, он угрожал тебе ножом? вместо слов сону поднял толстовку, открывая вид на плоский живот, на котором, чуть ниже солнечного сплетения, алела небольшая рана, по видимому, сотню раз содранная и ногтями, и мочалкой. она уже начала затягиваться, но, вероятнее всего, ким несколько раз сцарапывал запёкшуюся кровь, поэтому столь небольшой порез остался на этом месте надолго. – у него ещё был вариант с кислотой, так что это – самый лучший из возможных исходов событий. пока что. у пака просто не было слов, чтобы описать, что он сейчас чувствовал. бледная кожа, которая в определенных местах была до сих пор красной от того, что ким постоянно пытался стереть с них чужие касания, была настолько тонкой, что казалось, ее можно повредить только коснувшись пальцем. что будет, если на нее попадет кислота? а если на лицо? он же может ослепнуть, а шрамы от химических ожогов останутся надолго, если не навсегда. от одной только мысли об этом сонхуну поплохело, он резко отвернулся, не в силах больше смотреть на чужие увечья, и прикрыл рот рукой. хотя почему же они чужие? уже ощущаются как свои. – прости. прости, что уехал тогда, и позволил ему сделать это с тобой. если бы я остался ещё хотя бы на полчаса... – он чувствовал, что обязан попросить прощения. даже если нельзя было вернуть время вспять, хотя очень этого хотелось, извиниться – это всё, что можно сделать на данный момент. – сонхун, всё нормально, ты не виноват в том, что у меня отбитый бывший. ты не мог предугадать это, да ты вообще был не в курсе... – вот именно. я был не в курсе, что на свете всё ещё существуют настолько конченые твари. можно было догадаться, что ты не сам загнался, а тому есть виновник, – тяжёлый вздох. тяжело было это осознавать, но в мире действительно слишком много таких людей. ублюдков. сону не понимал, что ему сделать и как перевести тему, чтобы всё вновь не покатилось к чертям и не свелось к обсуждению его проблем. не придумал ничего лучше, кроме как вновь вернуться к учебе. – сонхун, тебе ещё нужно мое расписание? думаю, я буду чувствовать себя безопаснее, если ты будешь знать, где я нахожусь и когда закончу. нужно же ещё проект как-то сделать... – не просто нужно, мне оно жизненно необходимо. я постараюсь приходить к твоей аудитории сразу, как освобожусь, чтобы ты не беспокоился так сильно. хорошо? – отвлечь получилось, теперь доблестный рыцарь сфокусировался на другой задаче: защите. – хорошо. а ты не устанешь так со мной? у тебя же работа ещё... фотостудия ведь твоя? – это не работа, так... балуюсь иногда. родители видели во мне творческого человека, поэтому дали так много возможностей для развития. я конечно благодарен, но счета за аренду того помещения оплачивать приходится мне. сону расхохотался, и стал рассказывать, как в детстве мечтал стать актером или моделью, и даже ходил на кастинги, но никогда не проходил их. и поэтому решил оставаться за кулисами: писать истории, по которым будут играть актеры, разрабатывать сценарии в свободное время и продумывать диалоги. всё это казалось таким манящим и интригующим, что даже страшно становилось порой.

***

парни валялись на диване и болтали о всякой ерунде, больше не затрагивая темы, которые могли бы испортить настроение. сону дал честное слово, что пойдёт завтра в университет и познакомится со всеми парнями из группы, с которыми предстоит ещё работать, и там они распределят роли в создании проекта. на словах звучит отлично, осталось только воплотить всё в жизнь. сонхун решил остаться в чужой квартире ещё ненадолго, но вечером уехать домой, чтобы закончить работу по рисунку и хотя бы немного попробовать выспаться, так как не сделал этого сегодняшней ночью: слишком много думал и переживал. потом оказалось, что хун купил мятное мороженое и рамен, поэтому пообедали они вполне неплохо, и завершили юноши свои посиделки просмотром "хартстоппера". в прошлый раз уснули слишком рано, но в этот раз такого точно не случится. наконец-то ким почувствовал себя живым.