Если бы Ты мог видеть то, что вижу я

-Вы ЧТО РЕШИЛИ? Джеймс Графтон, глава Отдела тайн, был совершенно ошеломлен. Откровенное удивление, отразившееся на его морщинистом лице, было почти комичным. -Я решила провести год в Риме, - спокойно повторила она. - Это большая честь и прекрасная возможность учиться в одном из самых красивых и древних мест в мире. И библиотеки...-Она замолчала, улыбаясь. -Да, да, конечно...Я не сомневаюсь, что это будет замечательная возможность во всех возможных отношениях, я просто... Простите меня, но я удивлен. До сих пор вы упорно отказывались от всех предложений итальянцев, несмотря на любые мои уговоры. Я не могу не задаться вопросом, что вызвало эту перемену в моем сердце. Его морщинистое лицо с любопытством смотрело на нее, когда он почесал свою копну густых белых волос. Гермиона улыбнулась ему, но улыбка не коснулась ее глаз, когда она поправляла черную мантию, которая была на ней. -Я ... пообщалась со своими самыми близкими друзьями, мистер Графтон, и я поняла, что это предложение было мне очень выгодно. Я была бы дурой, если бы пустила это на самотек. "Не нужно говорить ему, что потребовалось письмо, в котором, по сути, говорилось, что я не была пятнышком на их коллективном радаре, чтобы помочь мне принять решение"-подумала она. Пронзительные голубые глаза старика заглянули в ее шоколадно-карие. "Гермиона выглядит... ошеломлённый",-подумал он. Что-то случилось. Но это было не его дело давить на нее. -Конечно, моя дорогая, - сказал он вслух,- Я рад, что вы приняли это действительно выгодное предложение. Я полагаю, зарплата и проживание вам по душе? -А как же иначе? - она ответила просто. С предоставленной министерством квартирой на все расходы на потрясающей и эксклюзивной улице Виа Венето и зарплатой в размере 40 000 реджин, что эквивалентно 50 000 галеонов, или 150 000 фунтов стерлингов, предложение было более чем щедрым. Как чиновник министерства, она также имела право создавать международные портключи, что в Британии было гораздо более ограничено. -Тогда ладно, - улыбнулся он,- более того, ваша работа в Министерстве магии будет ожидать вашего возвращения, хотя что-то подсказывает мне, что итальянцы могут попытаться уговорить вас на более постоянное место работы, пока вы там. Она вежливо улыбнулась и ждала. -Да, хорошо, очень хорошо, я передам ваше согласие. Когда бы вы были готовы начать? Я уверен, что они были бы готовы дать вам несколько недель, чтобы привести ваши дела в порядок...- размышлял он. -Это более чем щедро, сэр. Я в их распоряжении с послезавтрашнего дня. Мои вещи были упакованы, мои дела в порядке, и я был бы готова воспользоваться портключом завтра,- она старалась, чтобы ее голос звучал ровно, когда она говорила это. Теперь пути назад не было, и она не хотела выдавать ни малейшего намека на нервозность, поскольку это могло привести к вопросам. -Завтра? Честное слово, вы определенно горите желанием. Что ж, я сообщу им об этом, если вы желаете, хотя не могу не попросить вас отложить свой отъезд на несколько недель. По крайней мере, дайте Департаменту шанс попрощаться с вами! Она снова улыбнулась, но тепло не совсем достигло ее глаз. -Вы очень добры, сэр, но я должен настаивать. Я очень ... горю желанием начать этот новый этап в моем обучении. Графтон нахмурился, его густые брови сошлись вместе. Да, что-то было не так. Старик питал слабость к кудрявой девочке, которая так любила свои книги и жила, чтобы учиться. Она напомнила ему его самого в юном возрасте. Кроме того, у девушки было золотое сердце. Которое невозможно не нравиться. К черту протокол работодателя. Что-то было не так, и он знал, он не мог объяснить как, но он знал, что кто-то или что-то глубоко ранило ее. -Моя дорогая, надеюсь, я не обидел вас за то, что интересуюсь вашими делами, но что случилось, чтобы изменить ваше мнение? Простите меня, но я обеспокоен. Я стал... довольно привязан к тебе, моя дорогая. Она моргнула, услышав этот несколько эмоциональный вопрос от обычно грубоватого главы департамента. -Спасибо вам за вашу заботу, мистер Графтон, но уверяю вас, со мной все в порядке,- "Я не могу вам сказать"-подумала она, польщенная его заботой. -Да, что ж, похоже, вы настроены решительно, мисс Грейнджер, и я немедленно передам ваше согласие синьору Мартинелли. Я уверен, он будет очень доволен. Она вежливо улыбнулась. "Кажется, я сегодня делаю это ужасно часто",-подумала она. -Моя дорогая, я надеюсь, ты простишь старику его безрассудство, но мне было бы очень приятно, если бы ты писала мне время от времени. Я был бы рад услышать, как ты устраиваешься и что ты думаете о Риме. Она не смогла удержаться и снова удивленно моргнула. -Я ... была бы очень счастлива переписываться с вами, мистер Графтон,- она говорила серьезно. Он улыбнулся. -Поскольку я больше не являюсь вашим начальником, пожалуйста, называйте меня Джеймсом. Она кивнула и улыбнулась, довольная и удивленная. -Очень хорошо. Спасибо вам, Джеймс. Пожалуйста, зовите меня Гермиона,- она повернулась, чтобы уйти. -О, и Гермиона? Она повернулась обратно. -Да, Джеймс? -С днем рождения. Гермиона улыбнулась про себя, покидая Министерство магии в последний раз. "Ну, по крайней мере, в последний раз на следующий год",-подумала она. Гермиона была так удивлена, что мистер Джеймс, этот Джеймс, знал, что это был ее день рождения. Было действительно трогательно знать, что он заботился о ней настолько, что заглянул в ее личное дело. "Я напишу ему", - подумала она. С ним будет интерсно переписываться. Он не смог бы никому рассказать, где она будет, из-за Секретности Тайн, как это называлось. Это был обязывающий магический контракт, подписанный каждым Невыразимым, от самого низкого новичка до главы департамента, что они не будут раскрывать ничего, что происходило в Департаменте, никому за его пределами. За нарушение контракта предусматривалось суровое наказание, и двухлетнее тюремное заключение бледнело рядом с потерей магии на год. Она вздрогнула. На самом деле, ее бывшая коллега (сейчас находящаяся в Риме), которая в первую очередь убедила итальянцев нанять ее, подошла очень близко к краю этого контракта, рекомендуя ее и восхваляя ее навыки. Единственное, что его спасло, было то, что он не упомянул ни о каких ведомственных делах, только о ее способностях. К счастью, ее новая работа, своего рода командировка, а не увольнение, подпадала под эту замечательную категорию "ведомственных дел", и поэтому Джеймс ничего не мог сказать. Не то чтобы она ожидала, что кто-нибудь спросит, но, все же, лучше быть готовой. Она ничем не рискнула бы, разрушив свою новую жизнь. "Пришло время отпустить",- подумала она, - "пришло время оставить позади все те вещи, которые напоминают мне о потерях, и начать все сначала." Твердо усвоив эту мысль, она аппарировала к дому Люпинов и постучала в дверь. Она услышала несколько грохотов и чью-то ругань. "Тонкс", - подумала она, ухмыляясь. Дверь распахнулась, и на пороге появилась молодая женщина с розовыми волосами и лицом в форме сердечка, которая гримасничала и потирала левый локоть. - Привет, Гермиона! С днем рождения! Ты пришела рано. Я думала, мы должны были встретиться с тобой в "Трех метлах" сегодня вечером? Мерлин, уже так поздно? - Тонкс ахнула, прижав руку ко рту. -Нет, нет, ужин был запланирован в семь. Сейчас толькочетыре, Тонкс. Все в порядке, я... просто заскочила ненадолго в гости, - она нервно улыбнулась. - О, тогда все в порядке. Фью! Думала, нам конец, Ремус еще даже не вернулся с работы. Заходи, заходи. Гермиона последовала за розововолосым аврором по коридору кремового цвета в гостиную, где маленький мальчик с голубыми волосами в данный момент грыз подлокотник бежевого кожаного дивана. Он немедленно вскочил, увидев Гермиону, и побежал к ней. Она подхватила его в свои объятия и яростно прижала к себе. - Привет, Тедди, дорогой, ты был сегодня хорошим мальчиком для мамы?- она ворковала, терясь носом о его мягкую щеку. - Я был хорошим! Люблю тетю Миону! - воскликнул он. Его волосы быстро стали каштановыми и вьющимися. Она улыбнулась ему и осторожно опустила его на землю. - Я тоже люблю тебя, милый. Он улыбнулся ей и побежал обратно к дивану, продолжая с того места, на котором остановился в своем мебельном пиршестве. Она печально покачала головой и повернулась, чтобы сесть в кресло напротив Тонкс. Женщина с розовыми волосами усмехнулась. - Он - пригоршня необузданной энергии, и это чертовски утомительно, но я бы ни за что на свете не променял ни одного из своих мальчиков, - она мечтательно улыбнулась, думая о своей семье. Гермиона улыбнулась. - У тебя действительно два лучших мальчика в мире, Тонкс -Тедди и Ремус - отличное сочетание. Тонкс дерзко ухмыльнулась. - Разве я этого не знаю! Гермиона прочистила горло. - Слушай, Тонкс, я тут подумала, нам следует перенести ужин на сегодня, но, хорошо, если ты не против, я бы хотела поужинать с тобой и Ремусом здесь сегодня вечером? Видишь ли, Гарри, Рон и Джинни не могут прийти, поэтому я подумала, что нет необходимости планировать что-то настолько масштабное. Тонкс моргнула. - Миона, ты знаешь, что тебе здесь всегда рады в любое время, но, что ж, сегодня твой 21-й день рождения. Тебе не кажется, что это заслуживает какого-то празднования? - её глаза сузились, - и что ты имеешь в виду, что Гарри, Рон и Джинни не смогут прийти? Гермиона поерзала на своем стуле. - Что ж, у меня есть кое-какие новости, которыми я хотела бы поделиться с вами. Это, ну, это сложно. Просто... пожалуйста? Пожалуйста, сделай это для меня. Тонкс посмотрела на нее, задумчиво нахмурив брови. - Хорошо, любимая, мы сделаем это по-твоему. Конечно, мы можем поужинать здесь. Но я настаиваю, чтобы вы позволили мне приготовить торт - никаких возражений! 21-й - это важный день. Гермиона криво улыбнулась ей. - Пока ты его не испечешь, я уверена, что все будет хорошо ... - Нет, не волнуйся, там есть пекарня "Совиный заказ" ... Эй! Меня это возмущает! - обиженный вид Тонкс был несколько подпорчен улыбкой, дрогнувшей в уголках ее рта. Отличным поваром она не была, и она, и Ремус - и все остальные, если уж на то пошло, - знали это. Они с Ремусом по очереди готовили ужин, и, насколько знала Гермиона, большинство людей старались прийти на кулинарный вечер Ремуса. Как правило, так было ... безопаснее. - Слушай, я отправлю сову Ремусу, а ты можешь связаться с Сириусом отсюда. Оооооо, я точно знаю, что приготовить на ужин! - Тонкс взволнованно выскочила из комнаты, чтобы поймать семейную сову Делайлу. Верная своему имени, она была очень красивой совой с серебристо-белыми перьями и единственной черной отметиной над клювом. Она была безупречна, мила и чрезвычайно темпераментна. Гермиона покачала головой, услышав, как Тонкс умоляет Делайлу отнести записку Ремусу. Птица, должно быть, в конце концов подчинилась, потому что попытки подкупить ее шоколадом, казалось, прекратились. Она внезапно хихикнула. "Даже сова Ремуса без ума от шоколада", - подумала она. Гермиона потянулась за своей волшебной палочкой, и быстрым взмахом палочки огонь весело затрещал в очаге. Она схватила маленькую баночку из-под камина и бросила щепотку зеленого порошка в огонь, крикнув "Кабинет Сириуса Блэка, Министерство магии", прежде чем опуститься на колени и сунуть голову в огонь. Мир, казалось, крутился и переворачивался, прежде чем она обнаружила, что смотрит в кабинет Сириуса, где он сидел и что-то записывал за своим столом. Гермиона прочистила горло, надеясь привлечь его внимание. Он немедленно поднял глаза, бросив взгляд сначала на дверь, затем на камин, широко улыбаясь, когда увидел голову Гермионы в камине. - Миона, любимая! Чему я обязан этой очень приятной возможностью поговорить с тобою? - Он подмигнул ей, встал и, подойдя к камину, опустился перед ней на колени. - О, тише, мистер-у-меня-есть-девушка! - Это правда, - вздохнул он, - увы, за меня высказались. Будь я холост, однако... - Ты бы каждую ночь встречался с другой девушкой и полностью забыл бы меня, - она подшучивала. Он ахнул и схватился за грудь, как будто был ранен. - Я? Забыл мою Миону? Вы раните меня, мадам! - Ладно, ты великий шут, будь серьезен на мгновение - и НЕ СМЕЙ нести всякую чушь о том, что ты всегда был "всегда серьёзен"! Он надулся из-за того, что ему отказали в его любимой шутке. - Прекрасно, прекрасно, если ты хочешь лишить жизнь всего самого интересного ... Гермиона нахмурилась. Он непреднамеренно напомнил ей о том, почему она совершала самые большие изменения в своей жизни. Скучная, умная Гермиона была невеселой. Ее друзья бросили ее...Ничего из этого. Она слегка встряхнулась и взглянула на Сириуса. Он хмуро смотрел на нее, озадаченный. - Любовь моя? - спросил он, - ты в порядке? Я сказал что-то не так? Я не это имел в виду... Она улыбнулась красивому мужчине, стоящему перед ней на коленях. - Нет, Сириус, все в порядке, я просто вспомнила кое-что, что мне нужно было сделать позже, - быстро придумала она. Он нахмурился еще раз - черт возьми, он знал ее слишком хорошо - но оставил это в покое. - Так что тебе нужно было мне сказать? - О, это как раз насчет сегодняшнего вечера. Я решила, что лучше просто поужинаю у Ремуса и Тонкс, чем пойду куда-нибудь сегодня вечером. Я думаю, Тонкс ждет всех в любое время, начиная с семи. Он снова нахмурился и действительно посмотрел на нее, его серо-стальные глаза впились в нее. Он не мог точно определить, в чем дело, но что-то было не так. Он озабоченно нахмурился, чувствуя себя очень ответственным по отношению к девушке, которая оставалась с ним во время бесчисленных кошмаров и ухаживала за ним, пока он не выздоровел после возвращения с Завесы. "Что-то определенно не так", - подумал он. Он опомнился и нежно улыбнулся прелестной молодой женщине, терпеливо ожидающей перед ним. - Я думал, раз у тебя день рождения, мы пойдем куда-нибудь? - Ну, да, но поскольку несколько человек не могут этого сделать, я подумала, что было бы неплохо сделать что-нибудь поменьше. Пожалуйста, скажи, что придешь? - с тревогой спросила она. - Конечно, я буду там, любимая. Увидимся в семь, - он улыбнулся, когда ее голова исчезла из камина. Гермиона встала и потянулась, стряхнула пыль с летучего порошка и, взяв на руки Тедди, направилась на кухню, где Тонкс готовила им по чашке чая. - Сириус сказал, что будет здесь около семи. - Великолепно! - рассеянно пробормотала Тонкс. Она продолжала бормотать себе под нос и тыкать в чайник палочкой, ожидая, пока вода закипит. Гермиона улыбнулась про себя, когда усадила Тедди на стул за столом и пошла обратно по коридору, крикнув Тонкс: "Не беспокойся о чае для меня. Я иду домой собираться. Увидимся около семи!" - Отлично, Миона! - она услышала ответ, прежде чем в коридоре раздался всемогущий грохот, сопровождаемый чередой проклятий и бормотания. Гермиона усмехнулась про себя и аппарировала домой. Сириус остался стоять на коленях на полу, гадая, с какой стати она захотела отменить ужин в честь своего 21-летия. Черт возьми, насколько он был обеспокоен, она должна была устроить самую большую вечеринку, какую только можно вообразить, разодетая в пух и прах и выглядящая абсолютно великолепно, прекрасно проводя время в своей жизни. Если подумать, Гарри и всем остальным действительно следовало спланировать все это как вечеринку-сюрприз. Ах, может быть, именно это стояло за изменением плана? Ему следовало бы навестить Гарри, просто чтобы убедиться. Пять минут спустя взволнованный Сириус сидел за своим столом, размышляя. Никто не подошел к камину в домах Гарри или Рона. Или квартира Джинни. Он связывался с ВВВ только для того, чтобы Перси сказал ему, что Джордж уехал в отпуск во Францию с "остальными". Что-то здесь было не так, и ему нужно было поговорить с Ремусом. Как только он схватил перо, чтобы быстро нацарапать заметку, раздался стук в дверь его кабинета. - Иди сюда! - позвал он. Ремус вошел, глубоко задумавшись. Кстати о дьяволе... - Бродяга, ты получил сову о сегодняшнем дне рождения Гермионы? - На самом деле, Миона только что меня навестила. Она сказала мне, что теперь это всего лишь ужин у тебя. Я попытался связаться с Гарри, Роном, Джорджом и Джинни, и все, что я получил, это то, что Перси сказал мне, что Джордж был во Франции с "остальными". Что, черт возьми, происходит, Лунатик? Ремус нахмурился еще сильнее и вытащил из кармана клочок пергамента, протягивая его Сириусу. "Ремус, Миона здесь и спросила, может ли она поужинать в честь своего дня рождения здесь с нами и Сириусом. Очевидно, Гарри и остальные "не смогут прийти сегодня вечером". Что, черт возьми, происходит? Ты можешь спросить Сириуса, знает ли он что-нибудь? Миона сейчас здесь, и я не хочу ничего говорить при ней, она, наверное, и так достаточно расстроена. Конечно, я сказал ей, что она может устроить вечеринку здесь. Я немного волнуюсь, любимый. Дора" Сириус нахмурился. - Гарри и остальные не могут прийти? Что? Они тоже во Франции? Что, черт возьми, здесь происходит? Они бы не пропустили ее день рождения, не так ли? И он, и Ремус все больше беспокоились о Гарри и остальных, и о том, как они, казалось, пренебрегали Гермионой. Она была все более одинокой и все больше замыкалась в себе каждый раз, когда он видел ее. О, она все еще говорила и смеялась, но теперь появились барьеры. Она медленно выталкивала всех вон. "Но, конечно, Гарри и остальные не зашли бы так далеко", - подумал он про себя, - "они просто не захотели бы... Захотели бы они?" Ремус покачал головой, вырывая Сириуса из его мыслей. - Я тоже не понимаю, но, похоже, нам придется подождать, пока мы не вернемся домой и не спросим Миону. У меня плохое предчувствие по этому поводу. Сириус кивнул своему брату во всем, кроме крови. - Ты и я оба, Лунатик, ты и я оба.