Разве можно верить слухам?

С открытого балкона по ногам тянется прохладный воздух, сквозь полупрозрачную ткань занавесок пробивается лунный свет, тускло освещая небольшую комнату. Дождь бьет по пластиковой раме окна, смешиваясь с тишиной. Приоткрыв дверь и пропуская вперед Фёдора, Костя облокачивается о дверной косяк, наблюдая, как Фёдор залезает под одеяло к Саше, укладывая мордочку на соседнюю подушку, мурча. Подойдя к кровати, Костя аккуратно кладет руку на плечо мирно спящего блондину, слегка похлопывая по нему. — Саш, нам через полчаса выезжать, вставай. Приоткрыв веки, парень ощущает на себе чужую руку и рядом спящего кота. Саша кивает, зевая, вытягиваясь во весь рост так, что хруст суставов разносится по всей комнате. Смоляр уже активно шуршит чем-то на кухне. Парадеев проводит рукой по мягкой шерстке кота, второй рукой ворошит светлые кудри и садится на темную простынь, свешивая с кровати ноги, затекшие во время сна. Маленький луч света падает на пол из открытой двери на кухню, откуда доносится какой-то попсовый трек. В комнате темно, и единственный источником света — тот самый луч. Вставая на ноги, к которым уже прилила кровь, Саша на ощупь находит выключатель. Свет неприятно бьет по глазам, заставляя зажмуриться; постепенно он привыкает к яркому свету, потирая глаза. Саша заходит в ванную комнату, его взгляд падает на зеркало. Облокачиваясь двумя руками о раковину, он чувствует, как запястье ломит от боли из-за очередного растяжения. На бледной коже под глазами виднеются синяки тёмно-фиолетового, переходящего в серый, напоминающий грязь, цвета. По светло-розовым губах тянутся алые ранки от постоянных переживаний: парень все время жует губы. Пустые зелёные глаза в отражении перестали пугать Сашу ещё лет десять назад; сейчас они напоминают янтарную жидкость, в которой отчетливо видно только его отражение и ничего более.

***

Третья пара закончилась, преподаватель уже покинул аудиторию, оставляя с третьего курса самых отстающих. Все громко обсуждают скорые зимние каникулы и планы на них. Люди уже начали расходиться, когда раздается хлопок. — Ребят! — запрыгнув на стол и привлекая к себе внимание, парень громко хлопает ладонями. Несколько десятков пар глаз недоумевающе смотрят на Славу. — В честь новенького сегодня бухаем! — кричит Леонтьев, указывая рукой на собирающегося Аня, который явно особо не понимает, чего от него хотят. Он, изгибая бровь, утыкается взглядом в Славу, который на это лишь улыбается. Согласные крики и визги разносятся по всей аудитории. Спрыгнув с парты, третьекурсник подходит к ребятам, обнимая за плечи Ярика. Выходя из аудитории, они обсуждают сегодняшний план действий на вечеринке, список приглашенных и место, где можно подешевле купить алкоголь. Громкий смех разносится по всей улице: компания парней направляется в сторону метро, чтобы добраться до общаги. Под их ногами белоснежный снег мешается с грязью. Убегая от Славы со снежком в руках, Лёша поскальзывается на льду, падая на копчик и громко матеря Славу и погоду. — Сука, Слава, я тебя в рот ебал, с вашим ебаным снегом, су-ука-а! — ругается он, схватившись за зад, протягивая гласные в последнем слове. Обратив внимание на слишком веселого и радостно смеющегося Ярика, Лёша лишь фыркает. Через пару мгновений его губы расплываются в довольной улыбке, когда Слава, который все так же держал в руках снег, решает намылить лицо лысому, подбегая сзади и прислоняя ладонь к лицу Дилблина, растирая по нему снег. — Лошара! — довольно кричит Деревяшкин, подскакивая на ноги. Наблюдая за парнями, Даня тепло улыбается, одними губами произнеся «идиоты» и закатывая глаза. Он прокручивает в голове сегодняшний день в универе, снова задумываясь о том, что новенький довольно неплохо справляется, пытаясь не обращать внимание на все слухи, насмешки и обвинения, делая вид, что не слышит, о чем говорят его одногруппники. Весь день прошел как в тумане, одни лишь фрагменты с тем Анем всплывают в его голове. Лазарев обязательно займется поиском информации об этом Ане, а сейчас ему, кажется, прилетел снежок в спину, и надо бы ответить Славе тем же. Собрав с ограждения прохладный снег, сжав его обеими руками, формируя кривой шар, парень запускает его за шиворот синей куртки, слыша громкие маты и заливаясь смехом вместе с парнями.

***

Поднимаясь по лестнице из чёрного мрамора, у которой освещались ступеньки, Саша улыбается, подмечая, что Костя не изменяет своим предпочтениям. Весь вип зал выполнен в темных тонах с холодной подсветкой. В последний раз Саша был в ресторане у Смоляра лет шесть назад, перед своим отъездом в штаты. Тогда ресторан только открылся и был более освещен и в светлых цветах. Костя долго мечтал о своем ресторане, так что, заработав нужную сумму, он принялся воплощать свою давнюю мечту, кропотливо выбирая все материалы и цвета для ресторана.

***

Восемь лет назад — Саш, ты не понимаешь! Это очень важно, в какой именно бежевый будут обшиты стулья: в холодно-бежевый или тёпло-бежевый! — утверждал низкорослый парень, вглядываясь в цвета на палитре. Взглянув одним глазом на палитру, блондин цокнул, подходя к дивану и усаживаясь на него. «Какая вообще, в жопу, разница, каким цветом будут обшиты стулья: теплым или холодным, они же, блять, одинаковые!» — ругался Саша у себя в голове, не желая спорить с лучшим другом, вытаскивая телефон из переднего кармана джинсов: они тут явно надолго.

***

Вспоминая постоянные их споры по поводу ресторана, Парадеев кивает, радуясь, что Костя все же тогда не послушал его и очень ответственно подошел к этому вопросу. Все же у него вкус будет поутонченнее. Останавливаясь перед дверью, прежде чем войти, парень поворачивает голову назад, оглядываясь ещё раз. Рядом стоящий Смоляр кивает, кладя руку на плечо. — Все хорошо, — тихо произносит парень. Тревога отходит на второй план, а в груди приятно расплывается тепло; уголки губ подрагивают в слабой, но искренней улыбке. Нажимая на ручку, он открывает дверь. Весь шум на момент утихает, повисает гробовая тишина. Несколько человек смотрят на блондинов в проеме с серьезном лицом, после чего переглядываются, усмехаясь, и выскакивают из-за стола, сгребая парней в объятия. — Сашка! — подает голос Горилла, поднимая и кружа Сашу в объятиях. Парни смеются, рассаживаясь за столом. По ноздрям ударяет сладкий запах: в руках у Влада находится виски выдержкой в шесть лет. «Как иронично» — улыбается Саша своим мыслям, забирая свой стакан с уже налитым напитком. Окидывая взглядом пару стоящих рядом со столом бутылок виски, он понимает: он никуда больше не торопится, он дома, он тут надолго. — С возвращением домой! — восклицает Фрама, поднимая стакан с алкоголем над столом, на что остальные согласно голосят, чокаясь. Выпивая залпом целый стакан, Саша морщится. Терпкий вкус обжигает горло изнутри, отдавая легкой сладостью, разбавляющей горький осадок в горле. В глазах все плывет, веки непроизвольно закрываются, а мозг перестает распознавать чей-либо голос; диалоги мешаются в один, и в комнате с каждым вдохом становится все душнее и душнее. Окинув взглядом сидящих рядом спорящих Влада и Сашу, парень кидает нечленораздельное последнему «я выйду покурю» и пытается встать, ухватываясь за плечо рядом сидящего Влада. Вставая все же на свои две, он вытягивает вперед руки, идя на ощупь. В моменте, у него темнеет в глазах: чрезмерное количество выпитого алкоголя дает о себе знать. Холодный воздух окутывает Сашу, мурашки пробегаются по светлой коже. Блондин, обхватывая бледными губами ментоловую сигарету, подносит к ней огонь, рукой закрывая от ветра, и делает затяжку в самые легкие. Убрав руки в карманы, он запрокидывает голову к небу, разглядывая звёзды, и выдыхает дым в пустоту. Тишину нарушает громкий смех: брюнетка в серой шубе на шпильках выходит из кабриолета со своей подружкой, шутя про какого-то Максима. Ее белоснежная кожа на руках и тонких ключицах забита каким-то татуировками, но особого интереса разглядывать их не было. Собираясь уже отвести взгляд, парень цепенеет — внешность этой девушки кажется очень знакомой. Ком встает ему поперек горла, не давая нормально вдохнуть; горло сдавливает так, будто его кто-то душит, крепко сжимая пальцы на шее, желая оставить темные синяки. Голова кажется ватной, мысли путаются в тугой ком, разобрать который будет крайне тяжко. Тревога бьет во всю, мозг дает красный свет, руки судорожно трясутся, тело пробирает дрожь; его кидает в жар. Сердце бьется быстрее, будто вот-вот выпрыгнет из груди, перестав окончательно нормально функционировать. Саша дрожит всем телом, его ноги подкашиваются, роняя парня на асфальт. Казалось, что вот-вот закончится воздух. Распахивая рот, Парадеев пытается ухватить его губами, руками судорожно зарываясь в отросшие волосы, пальцами цепляясь за корни, оттягивая их. Он закусывает губу до крови, пытаясь подавить новую паническую атаку.

***

— Ты на понт меня берёшь? — удивленно спрашивает Ярик. Тёмный переулок тускло освещает практически не работающий фонарь, открывая взору лишь куски асфальта под ногами. Проиграв спор Славе в «камень, ножницы, бумага», Даня вынужден пойти за алкоголем в самый разгар вечеринки, забрав под мышку Ярика. «Чтобы жизнь малиной не казалась, Лысый» — говорит Лазарев, цепляя пальцами ключи, лежащие на тумбе, и надевая кроссовки. На экране разбитого айфона время показывает два часа ночи. Зарываясь носом в шерстяной шарф, Данон наслаждается зимней атмосферой, разглядывая падающий снег, который так и кружится в медленном танце под фонарем, неспеша осыпаясь на асфальт и траву, блестя под ногами. Толкая друга в бок, Ярик выходит из двора, выводя его на какой-то хорошо освещаемый элитный район, объясняя это тем, что так быстрее и безопаснее. Рассматривая здания вокруг и подмечая красивые дизайнерские решения, парень замирает, вглядываясь в даль. Сердце уходит в пятки. Нет, ему не кажется. Хлопая по плечу Ярика, он осматривает дорогу вокруг — довольно тихо для такого района — и перебегает дорогу. Аккуратно подходя ближе, он останавливается на расстоянии вытянутой руки: — Эй… ты в порядке? — он спрашивает тихо, наблюдая за дрожащим блондином. Ответа не следует. Присаживаясь на колени, Лазарев аккуратно коалет руку на его плечо. — Я Даня. Назови мне три предмета вокруг себя. Обратив внимание на рядом сидящего парня, Саша пытается выдавить из себя хоть слово. Вышло это с трудом: голос дрожит, а язык будто разучился произносить буквы; в горле пересохло, а руки трясет неимоверно. Попытавшись оглядеться вокруг себя, парень все же произносит: — Фонарь, — попытка глубокого вдоха. — Сигарета, — недокуренная сигарета все так же валяется на асфальте — Зажигалка. — Окей. Назови два предмета, которые ты можешь взять в руку прямо сейчас. Отвлеченная беседа помогает унять тревогу, и невидимые пальцы будто потихоньку смягчают свою хватку на шее, позволяя вдохнуть, а тремор рук и всего тела начинает утихать. Мозг приходит в себя, унимая тревогу и атаку в целом, напоминая, что все в прошлом и он больше никогда не будет замешан в чьей-либо смерти. Опьянение как рукой сняло, в глазах стоит четкая картинка: вот брюнет сидит перед ним, разглядывая его, вот рядом с ними стоит перепуганный лысый парень, а сам Саша сидит на мокром асфальте, поджимая ноги к себе и залипая на брюнета. Карие глаза напротив, чем-то напоминающие солёную карамель, наполнены тревогой, торчащие из-под кепки «I ❤️ Bebra» темные пряди на свету переливаются от светло-коричневого к темно-коричневому. — Спасибо, мне легче — выдохает Саша. Пальцы полностью отпустили шею, давая вздохнуть, ком в горле рассосался, позволяя нормально говорить. — Я могу чем-то отблагодарить тебя? — потирая шею, интересуется Парадеев. Парень ему помог — не по-человечески будет его не отблагодарить.