Гоблин и предубеждение

По мнению отца и мачехи, Сара тратила свою жизнь на всякие глупости. Ей уже исполнился двадцать один год, а она продолжала витать в облаках. Сара не строила карьеру, как хотел ее отец, а просто работала, чтобы обеспечить себе нормальную жизнь. Девушка не стремилась поскорее обзавестись семьёй, о чем мечтала ее мачеха. Сара считала, что вступать в брак нужно только в том случае, если полностью уверен в партнёре, а не потому, что пришло какое-то мифическое подходящее время. Также ей претила сама идея специально искать кого-то, в ее голове все ещё жили мечты, что настоящая любовь сама найдет, нужно только подождать. Свободное время Сара посвящала участию в спектаклях местного любительского театра, игре на гитаре, встречам с друзьями и написанию сказок. Ее творческие эксперименты были неплохими: «ничего так» (мнение отца), «странно, но интересно» (отзыв Ирэн), «обалденно» (слова Тоби) и «дорогая, я обязательно почитаю, просто пока очень занята» (матери вечно не хватало времени на дочь). Пару раз Сара даже печаталась, но особого успеха пока не достигла. Роберта Уильямса больше всего огорчало отсутствие у дочери высшего образования. Сара отучилась два года в консерватории по классу фортепиано, но бросила учебу, сказав, что это «не ее». Также она посещала писательские курсы и мастер-классы, но никогда не изъявляла желания получить образование, несмотря на то, что отец как-то после особо удачной сделки даже предлагал ей оплатить обучение в полном объёме. Сейчас Сара ехала из родительского дома самым ранним рейсом, чтобы не опоздать на работу. Девушка отчаянно таращила глаза, пытаясь не заснуть. Вчерашняя идея устроить с Тоби марафон просмотра «Звездных войн» уже не казалась такой замечательной. И если у зевающего брата, убирающего видеокассету обратно в коробку, была возможность отоспаться на следующий день, то Сара уже такой привилегии не имела. И, как назло, рядом не оказалось попутчиков, чтобы попросить разбудить ее, когда автобус подъедет к городу. Веки девушки в очередной раз сомкнулись. — У кого-то была веселая ночка? — о, этот голос Сара узнала моментально, несмотря на то, что с момента последней встречи с королем гоблинов прошло уже несколько лет. — Ты! Что ты тут делаешь? — широко распахнутыми глазами Сара уставилась на Джарета. Он изменился и выглядел немного старше. Но любовь к странным и несколько провокационным нарядам все ещё была при нем, равно как и запоминающаяся прическа из длинных светлых встрепанных волос. Видеть короля гоблинов в обычной обстановке было крайне непривычно, однако ухмылка его осталась прежней. — Сара, Сара… — укоризненно произнес Джарет. — Как грубо. Нет, чтобы поприветствовать старого друга. — Какого это ещё друга? — фыркнула Сара. — И, между прочим, ты первый не поздоровался. — Ах, моя ошибка! — Джарет склонил голову. — Здравствуй, Сара! Однако и пленительная улыбка не усыпила бдительности девушки. — Ну, здравствуй, — Сара неприветливо уставилась на своего бывшего врага. — Зачем ты пришел? — Соскучился, — невинно склонил голову набок Джарет. — А ты разве не скучала по мне? — Ни капли! — Сара не погрешила против истины. Да, она неоднократно вспоминала короля гоблинов. Да, он ее по-прежнему интриговал, но скучать по нему — увольте! Память о Лабиринте и испытаниях была слишком свежа. Джарет проглотил этот ответ, не моргнув и глазом, и продолжил расспросы: — Как поживаешь? Сара лишь неопределенно повела плечами и не сказала ни слова. Разговор явно зашёл в тупик. — Что это? — Джарет внезапно указал рукой на окно. Сара машинально развернулась, внезапно ударилась виском об оконное стекло и… открыла глаза. — Приснится же такое, — сама себе сказала девушка, внимательно осматривая салон автобуса и потирая ушибленное место. Как и следовало ожидать, никакого короля гоблинов там не было, только сидели на задних местах несколько болтающих студентов, да в соседнем ряду переругивалась молодая парочка. Передернув плечами и подхватив рюкзак, Сара направилась к выходу. Проснулась она как раз вовремя — перед своей остановкой. В последующий месяц девушка ещё неоднократно вспоминала странный и такой реалистичный сон, но поскольку ничего за ним не последовало, стала мало-помалу забывать его. А король гоблинов все это время выжидал подходящего момента. Когда нужно, он умел быть терпеливым. *** — Сара, это ты? — из подсобки доносилось какое-то шебуршание и тихие ругательства. — Я, кто же ещё! Привет, Бен, — в комнатку за торговым залом заглянула Сара, на ходу стаскивая с себя лимонного цвета куртку. — Слава богу! — оторвался от бумажек ее начальник и потер глаза под очками в металлической оправе. — Нет-нет, не раздевайся, ты сейчас срочно поедешь с ребятами из доставки, проверишь, чтобы его не повредили! — Что за срочность? — чуть округлила глаза Сара, глядя на непривычно взбудораженного работодателя. — И кого — «его»? — Его купили! — Бена переполняли эмоции. — Наш «Стейнвей»! — Да быть этого не может! — тут проняло даже до этого момента спокойную Сару. — Я сам поверить не могу! Но чек уже выписали, бумаги оформили, и с минуты на минуту сюда прибудут грузчики. Упомянутый «Стейнвей» был главным сокровищем и главной же головной болью небольшого и не самого популярного музыкального магазина, в котором работала Сара. Обычными их посетителями являлись начинающие музыканты, как правило, приходящие за относительно дешевыми расходниками вроде струн, медиаторов и смычков. Из этой небогатой публики редко кто решался на дорогие покупки, а иные и вовсе забегали скорее потусоваться и пообщаться с себе подобными. Пару лет назад Бену удалось отхватить на аукционе самый настоящий рояль «Стейнвей» по прямо-таки смехотворной цене. Так получилось, что среди присутствующих на распродаже имущества одного умершего и давно отошедшего от дел бизнесмена не оказалось никого, разбирающегося в музыке. В отсутствие конкуренции Бен урвал этот великолепный рояль по стартовой цене, с величайшими предосторожностями отвез в свой магазин, тщательно отреставрировал, отполировал и понял, что оказался в тупике. Никто, из способных купить такой инструмент, в его магазин не заходил, а перепродавать его конкурентам упрямый мужчина отказывался наотрез. Вдобавок те предлагали цену, гораздо более низкую, чем этот рояль в действительности стоил. Зато теперь Бену и Саре приходилось то и дело отгонять от «Стейнвея» способных причинить вред инструменту детей, которых этот рояль почему-то неизменно притягивал как магнитом. Не говоря уже о том, сколько эта махина занимала места! Зато теперь появится пространство, куда можно будет расставить на днях поступившую новую партию электрогитар, размечталась Сара. — Так, держи. Пусть после распаковки подпишет эти бумаги, что не имеет претензий и инструмент полностью исправен и не поврежден. И проследи, пожалуйста, за грузчиками! Хоть костьми ляг, но чтобы ни одной царапинки на рояле не появилось! — начальник оторвал Сару от мыслей о грядущих перестановках в торговом зале. — А кто покупатель? — Понятия не имею! Некто Дж. К. Г. Смит. Видимо, крупная шишка. Он здесь даже не появлялся. Зашёл его представитель, сходу потребовал «Стейнвей» и даже глазом не моргнул, узнав цену! Так что представься моим главным помощником. — Бен, я твой единственный помощник, — закатила глаза Сара. — Но ему-то об этом необязательно знать, верно? — подмигнул мужчина. — Пусть считает, что и мы не так просты. Авось надумает ещё что-нибудь прикупить, — взгляд Бена затуманился от радужных перспектив. Но делец практически сразу взял в нем верх над мечтателем. — И, Сара, прошу тебя, распакуй «Стейнвей» сама, я не хочу доверять такую работу кому попало. — Без проблем, — согласилась девушка, ее также радовала перспектива сбыть с рук такой шикарный, но уж очень проблемный рояль. Под причитания и поминутные просьбы Бена быть поаккуратнее тщательно упакованный музыкальный инструмент был погружен в фургон и закреплён. Всю дорогу, к счастью, оказавшуюся совсем короткой, Сара практически молилась, чтобы по пути не произошло ничего плохого. Проблем с транспортировкой непосредственно в сам особняк также не возникло. Широкие светлые двери, открытые им чопорной женщиной, очевидно, занимающейся этим огромным домом, оказались огромными. Сюда бы даже концертный рояль прошел, прикинула про себя Сара. Внутри, как и снаружи, дом выглядел очень богато. Не исключено, что рояль был куплен из-за мимолётной прихоти покупателя, который, очевидно, мог себе позволить такие траты. На мгновение Саре стало грустно: она всегда хотела, чтобы музыкальные инструменты обретали таких владельцев, которые бы действительно на них играли, а не простаивали бы, будучи куплены лишь для красоты или для коллекции. А наличие в комнате стойки с несколькими гитарами, клавесина и висящего на специальной подставке саксофона говорило в пользу последней версии. Девушка вздохнула про себя и принялась за распаковку. Закончив с делом, Сара вышла в длинный коридор и задумалась, где ей отыскать хозяина. В третьей комнате по счету ей наконец улыбнулась удача: уже знакомая женщина согласилась отвести девушку к своему нанимателю. Сара вслед за нею поднималась по лестнице, украдкой посматривая на многочисленные картины и предметы искусства. — Прежде чем зайти, извольте постучаться, — приказным тоном сказала женщина, указав на дверь. — Разумеется! — уязвленно ответила Сара. Женщина недовольно поджала губы и направилась вниз. Сара, сделав пару вдохов и выдохов, осторожно постучалась. — Войдите! Внутри оказалось несколько книжных шкафов, полки которых проседали под тяжестью многочисленных книг, два уютных глубоких кресла и невысокий деревянный столик, на котором лежала ручка и несколько исписанных мелким почерком листов бумаги. Самого владельца кабинета ещё не было видно. — Проходите сюда, — раздался властный приказ откуда-то слева. Сара аккуратно двинулась туда, откуда раздавался голос, на ходу объясняя цель своего визита: — Здравствуйте, мистер Смит. Я Сара Уильямс, главный помощник владельца магазина «Музыкальная пауза». Ваш рояль доставлен. Прошу убедиться в его исправности и комплектности, — не останавливаясь, махом выпалила Сара и замерла, ожидая ответа. Из-за одного из шкафов на свет вышел мужчина. Из окна ярко светило солнце, и Сара прищурилась, пытаясь разглядеть внешность нового обладателя «Стейнвея». — Вот так встреча! — голос показался девушке странно знакомым. — Ну, здравствуй, Сара Уильямс. Мужчина подошёл ближе и Сара во все глаза уставилась на короля гоблинов. В голове билась только одна мысль: «Что же делать?» Выглядел Джарет не так, как в ее сне: намного более современно, с относительно короткими и аккуратно уложенными назад волосами. Одет он был в светло-серые классические брюки и белую рубашку с закатанными до локтей рукавами. В его внешности не осталось ничего нечеловеческого: брови были обычными, кожа не блестела, и метки возле глаз также пропали. Лишь глаза со зрачками разных размеров смотрели все так же насмешливо и с любопытством, как и несколько лет назад при их первой встрече. — Что ты здесь делаешь? — ничего другого на ум ей не пришло. — Живу, — слегка развел руками в ответ Джарет. — Это какой-то твой новый план? — незаметно, как ей показалось, Сара сделала шаг в сторону двери. — С чего ты это взяла? — ответил вопросом на вопрос Джарет и решил взять инициативу в свои руки. — У тебя, помнится, были вопросы по поводу рояля. Давай продолжим разговор там. Он грациозно обогнул стоящую столбом Сару и направился к двери. Девушке ничего не оставалось, как последовать за ним. В комнате, которую Сара про себя уже окрестила «музыкальной», Джарет на несколько секунд остановился, с наслаждением истинного ценителя осматривая роскошное отполированное дерево и ряды чёрно-белых клавиш. Затем подошёл ближе и на пробу нажал на некоторые из них. — И зачем весь этот фарс? — не выдержала Сара. Она решительно не понимала, чего стоит ждать от короля гоблинов. В прошлый раз все правила были известны, а сейчас в ее голове одна безумная догадка сменяла другую. — Какой ещё фарс? — с удивлением посмотрел в ее сторону Джарет, с трудом отрываясь от созерцания великолепного инструмента. — То есть ты хочешь мне сказать, что совершенно случайно так получилось, что ты решил купить рояль именно в том магазине, в котором я работаю? Чего тебе от меня нужно? — Во-первых, Сара, я не давал тебе никаких поводов так предвзято ко мне относиться, — в ответ на громкое хмыканье девушки он добавил. — По крайней мере, в этот раз. А во-вторых, я уже давно хотел купить рояль. — И так случайно получилось, что нашел его именно в нашем магазине? — Сара не торопилась верить в слова короля гоблинов. — Ваш магазин оказался ближайшим, в котором была в наличии эта модель. Клянусь тебе, я действительно уже давно хотел его купить. Джарет говорил абсолютно искренне, и Сара это чувствовала. Поэтому позволила себе немного расслабиться. В наивности своей девушка не обратила внимание на то, что Джарет ни словом не обмолвился о том, что она здесь не причем. Магазин и вправду был ближайшим, но Джарет легко мог выбрать другую модель рояля. Но куда Саре было тягаться с мастером в сфере полуправды, она и не поняла, что тот просто недоговаривал. — А ты умеешь на нем играть? — Разумеется! Он сыграл несколько первых секунд «Twinkle, twinkle, little star». — Серьезно? — Сара фыркнула. — И ради этого стоило покупать такой шикарный рояль? Джарет только улыбнулся и заиграл уже по-настоящему. С лёгкой заминкой Сара опознала первую композицию из «Образов» Дебюсси. Поразительно, как эта музыка подходила королю гоблинов. Что-то непостоянное, изменчивое, завораживающе прекрасное и в то же время неуловимое. Сара прикрыла глаза, вслушиваясь в мелодию. Играл он легко и как будто без особого труда, однако девушка не понаслышке знала, сколько лет постоянной практики требуется для достижения таких результатов. Она подошла чуть ближе и всмотрелась в лицо Джарета. С него пропало обычное для короля высокомерное и насмешливое выражение, казалось, он весь погружен в музыку. Эмоции то и дело сменяли друг друга, подчиняясь прихотливой мелодии. Сара ещё никогда не видела Джарета таким искренним и, наверное, настоящим. Но отзвучали последние ноты, и привычная маска вернулась обратно, а самодовольства, пожалуй, даже прибавилось. Хотя на самом деле Джарет был недоволен собой: он всегда стремился скрывать эту уязвимую сторону от остальных, а сейчас сам же и подставился. Утешало его только то, что моральные принципы Сары были гораздо выше, чем у большинства существ из его окружения. — Удовлетворена? — Вполне, — тешить его эго и рассыпаться в похвалах Сара и не подумала. — Недурно. Но я все ещё не убеждена, что наша с тобой встреча — случайность. Упоминать про свой недавний сон она не решилась: с короля гоблинов сталось бы просто посмеяться над нею или, того хуже, начать задавать двусмысленные вопросы насчёт того, какого рода был этот сон. — О, узнаю твое упрямство. Но подумай сама. Как видишь, здесь довольно много музыкальных инструментов. Если бы я так жаждал встречи с тобой, то мог бы явиться и раньше. За теми же гитарами, например. Сара с неудовольствием признала его правоту. — Допустим. — А впрочем, думай, что хочешь. Но не скрою, я рад нашей встрече, — так Джарет ненавязчиво намекал на то, что может ещё не раз появиться в жизни девушки. — Давай сюда свои бумаги, я подпишу. — Вот здесь и здесь, пожалуйста, — Сара указала на нужные строчки. Говорить привычное «будем рады видеть вас снова» она остереглась. — Тебя подбросить до работы? — буднично и как-то слишком нормально для такого сверхъестественного создания предложил Джарет. — Благодарю, но нет, — Сара поспешила тут же откреститься от щедрого предложения. — Как хочешь, — Джарет не стал настаивать. Он знал, что иногда не стоит давить, чтобы вызвать к себе доверие и расположение. А там уже недалеко и до более близких отношений… Пока все шло в согласии с его планом. Одно не давало покоя: Джарет уж слишком часто возвращался мыслями к Саре и это отличалось от его обычных мыслей о женщинах, как правило, носящих сугубо практический и/или сексуальный характер. Сейчас же он вспоминал то, как Сара щурилась от солнечных лучей, как заправляла непослушную прядь каштановых волос за ухо, как нетерпеливо барабанила пальцами по дверному косяку, пока он вчитывался в принесенные ею бумаги. Последнее вызвало у Джарета невольную улыбку, которую он тут же недовольно стёр с лица. Не хватало ему ещё каких-то романтических бредней, как он презрительно называл про себя симпатию, привязанность и прочие нежные чувства. В любовь король гоблинов не верил вообще. Впрочем, Джарет быстро себя успокоил: ещё несколько недель и Сара точно будет его. Тогда он и обретёт наконец покой, и перестанет вспоминать эту в сущности довольно заурядную особу. Занятную и красивую, конечно, этого не отнять, но бывали в его окружении экземпляры с куда как более впечатляющей внешностью. *** Прошло не менее десяти дней со встречи Джарета с Сарой, прежде чем пришло подходящее время для следующего шага. Время уже клонилось к вечеру, и Сара планировала закрыть магазин, как на пороге появился король гоблинов собственной персоной. — Здравствуй! Рад, что сегодня здесь ты, — легко вырвалась из его уст очередная полуправда. Он определенно был рад видеть Сару, но то, что сегодня именно ее смена, отлично знал, так как предварительно послал гоблина на разведку. — Здравствуй, — Сара с возрастом стала поосторожнее и не стала сходу бросаться обвинениями. — Ищешь что-то конкретное? — Пожалуй, да, — лёгким пружинистым шагом Джарет подошёл к стойке с гитарами. Особо не вглядываясь, выбрал две (на ценники он, разумеется, не смотрел) и указал на них подошедшей Саре. — Вот эти. Сможете их завтра доставить? Адрес тот же. — Да, конечно, — Сара упорно притворялась простым сотрудником магазина. Она приняла деньги, выдала чек и оставила Бену записку, чтобы отправил завтра кого-нибудь с купленными гитарами: звонить в службу доставки было уже поздно. Делала все Сара неторопливо, надеясь, что Джарет уйдет, однако тот, похоже, вознамерился ее дождаться во что бы то ни стало, а пока рассеянно посматривал на застекленный стеллаж с губными гармониками. — Прошу прощения, но мы уже закрываемся, — сообщила Сара. — Не возражаешь, если я тебя провожу? Уже довольно поздно. — Я в состоянии постоять за себя, — прохладно напомнила Сара. — О, поверь, я нисколько в этом не сомневаюсь, — угол рта Джарета слегка дернулся. О да, уж что-что, а полуразрушенный город гоблинов после вторжения Сары с ее мини-армией он не забыл. — Но мне было бы отрадно провести время в такой приятной компании. Постоянно скрывать свою истинную сущность очень утомительно, поверь мне. Смена тактики с напористости на воззвание к сочувствию помогла: Сара ощутимо колебалась перед ответом. Но окончательно определиться ей помогло осознание того факта, что потерю такого денежного клиента Бен ей никогда не простит. — Может, не стоит? Мне ещё надо зайти за покупками, — предприняла девушка последнюю попытку отвязаться от короля гоблинов. — Так это отлично! Мне не так часто доводиться бывать среди… обычных людей, — паузу перед словом «обычных» Сара заметила, как и несколько неприязненный тон, и внутренне поморщилась: король определенно невысоко оценивал человечество. — Заодно, возможно, тебе нужно будет с чем-нибудь помочь? Джарет небезосновательно предполагал, что даже небольшая услуга с его стороны поднимет его в глазах нынешней добычи. От него, правда, ускользнула промелькнувшая на губах Сары улыбочка, не сулившая ему ничего хорошего. Девушка твердо решила сделать эту прогулку максимально ужасной, чтобы Джарет впредь зарёкся куда-либо с нею идти. Сара знала, что в такое время в ближайшем супермаркете всегда аншлаг, а Джарет явно не из тех, кому нравится протискиваться между полками и тележками. Однако ее ожидания не оправдались: казалось, остальные покупатели будто неосознанно разбегались при виде короля гоблинов. Пришлось взять все в свои руки: — Ты же мне поможешь, да? — невинно спросила Сара, снимая с полки коробку с хлопьями для завтрака. — Конечно, я же обещал, — попался на удочку Джарет. — Отлично! Мне столько всего надо купить! Джарет озадаченно наблюдал за все растущей в тележке горой всевозможных коробок, пачек и пакетиков. — Прости за любопытство, но зачем тебе столько всего? — наконец не выдержал Джарет, глядя на то, как одна за другой в тележку опустились сразу три большие банки арахисовой пасты. — Они со скидкой! — радостно сообщила Сара, без колебаний беря четвертую. От ее глаз не укрылось, как Джарет слегка поморщился при слове «скидки». С его средствами он о таком явно не задумывался, поэтому Сара, в пику ему, решила демонстрировать противоположный подход. Ее жажда деятельности несколько стихла только возле замороженных продуктов: в морозильную камеру ее древнего холодильника мало что помещалось. Следующим испытанием для терпения Джарета стала километровая очередь в кассу. Сара с радостью отметила, что перед ними стоит женщина с двумя крайне активными и любознательными детьми. Мальчики изнывали от скуки, вертелись и приставали к окружающим. Когда дети дошли до Джарета, Сара напряглась. В ее намерения входило только довести короля гоблинов до ручки, а не подвергать ни в чем неповинных детей опасности. Но вопреки ее опасениям Джарет совершенно спокойно отнёсся к дергающим его за одежду и задающим разные вопросы мальчикам. Напротив, он с удовольствием отвлекся на беседу с ними и даже показал пару фокусов с кристаллами, которые, впрочем, больше походили на обычную ловкость рук, поэтому Сара вмешиваться не стала, хотя и хотела поначалу. Расстались дети и Джарет абсолютно довольные друг другом. Следующим пунктом в доведении Джарета была необходимость нести многочисленные и тяжёлые пакеты. — Ты же поможешь? — ангельски невинным голоском спросила Сара. Пакеты неторопливо взмыли вверх. Сара ахнула: — Да не так! Все же увидят! Поставь их на место! — Расслабься, никто ничего не заметит. Если только я не захочу, — скрыть самодовольную улыбку он и не пытался. Общество короля гоблинов оказалось вовсе не таким ужасным, как полагала Сара. И в музыке он смыслил даже побольше нее самой, поэтому с темой для разговора проблем не возникло. Потом переключились на литературу и обнаружили удивительное сходство во вкусах. Время, пока они шли до ее дома, пролетело незаметно. По мере приближения к своей квартире Сара начала нервничать. Приглашать Джарета в гости она не планировала и теперь пыталась придумать способ ненавязчиво спровадить его прочь. — Спасибо за помощь. Что ж, я думаю, тебе пора, — нейтральным тоном сказала Сара, наблюдая, как плотно набитые пакеты аккуратно опускаются на пол перед входной дверью. — Я не тороплюсь и не отказался бы от чашечки чая, — намеки Джарет понимал отлично, но делал вид, что не догадывается, чего от него хотят. — У меня не убрано, — сообщила Сара. — А насчёт чая… Секундочку. Она закрыла перед Джаретом дверь. Он прислушался. В квартире что-то загрохотало, затем послышалось раздражённое ругательство, снова грохот и шум приближающихся шагов. Король гоблинов поспешно отпрянул от двери. — Вот! — Сара сунула ему в руку что-то маленькое. — Больше не задерживаю. Хорошего вечера! Дверь снова закрылась, уже окончательно, прежде чем Джарет успел вставить хоть слово. Он перевел взгляд на руку: в ней лежал пакетик чая с ароматом персика. Вопреки обыкновению, король гоблинов не разозлился, а расхохотался: — Я выпью его с мыслями о тебе! — пообещал он и ушел. Злиться на Сару у него категорически не получалось.