Колесо фортуны

      Чонгук просыпается от резкого чувства голода. Он вообще после бурного секса всегда не прочь плотно подкрепиться, каким бы не было время суток. А ночью на это не осталось совершенно никаких сил. Да и Тэхёна не так-то просто было выпустить из объятий хоть на мгновение. Не мог Чонгук от него оторваться.       Поблизости доносится аромат свежесваренного кофе. Он обожает с утра это ощущение. И это Тэхён его приучил и разбаловал вниманием. Поэтому охотно разворачивается к источнику дурманящего запаха и приоткрывает один глаз.       Он оценивает обстановку вокруг. Практически перед ним в кровати стоит компактный столик-поднос из светлого дерева. А на нём Чонгук, открыв уже второй глаз, замечает две парные керамические кружки. Как раз они и были наполнены ароматным напитком. Кружки, к слову сказать, весьма забавные и необычные. По крайней мере, Чонгуку раньше не доводилось такие видеть. Одна была белого цвета, а вторая — черная. Выполнены они таким образом, что если их соединить, то пара лиц сливается в поцелуе, а на поверхности стенок соединившихся кружек вырисовывается надпись красным цветом: «I love you» с огромным алым сердцем. Чонгук находит в этом символику. Будто две противоположности объединяются в желании любить друг друга и им никто и ничто не способно помешать осуществить желаемое. Вот так и они с Тэхёном. Ну очень разные люди. Словно два полюса сошлись в одной точке. Удивительно, как вообще смогли встретиться, познакомиться и сблизиться. Но Чонгук благодарен. Сам не знает, кому благодарен. Как сказала бы его бабуля: Высшие силы на страже. Вот им, наверное, и стоит сказать спасибо за это улыбчивое чудо, что сидит сейчас рядом с ним и одним своим присутствием делает новый день Чонгука счастливее, а мир ярче.       И когда Тэхён успел только купить эти кружки? Где вообще такое продают? Чонгук на эти мелочи в магазине и внимания бы не обратил. Он не так устроен. До встречи с ним о романтике он слышал отдаленно. Его это абсолютно не влекло, и не думал даже, что захочется погружаться в подобную тему. Но ему безумно приятно, что Тэхён позаботился о такой детали. Значит, думал о нем во время покупки. Интересно, а когда он начал воспринимать его не как соседа и старшего друга? С мыслями об этих милых кружках Чон не сразу понял, что и столик этот для завтраков — что-то новенькое в его доме. Не было его раньше. Его тоже Тэхён купил?       Он улыбнулся и перевел взгляд на сидящего рядом парня. Если бы сейчас Чонгук захотел выразить словами то, как хорош в эту минуту Тэхён, не смог бы точно. Слова позабылись. Разлетелись, как мелкие пугливые птички, рискнувшие погреться у окна.       От Техёна веет безграничным счастьем и добром. Глаза, кажется, со вчерашнего дня стали еще синее, а взгляд ярче. И он ещё пытался прятать когда-то такую невероятную природную синеву под линзами? Это возмутительно.       Чонгук понимает, как повезло ему, что Тэхён ответил взаимностью. Такого, как он, можно ждать всю жизнь. И Чонгук готов был ждать, несмотря на те слова, что в разобранном состоянии произнес недавно в доме бабули. В тот момент в нём кричало отчаяние. Нет. От Тэхёна он бы не отказался ни за что. Если бы не добился взаимности, то был бы просто рядом. В качестве кого угодно: друга, старшего брата, жилетки, спонсора. Не имеет значения, в качестве кого. Он давно уже понял: без него ему трудно дышать. Убедился, когда его не было рядом две недели.       — Доброе утро, Гуки, — мягко произносит парень и тянет руку, чтобы поправить его сбившиеся волосы. Чонгук не теряется и ловким движением притягивает его на себя, уложив рядом. А потом, немного помедлив, подминает под себя, оказавшись сверху. Тэхён, понятное дело, охает от неожиданности и останавливает на Чоне полный любви взгляд. Такое выдержать Чонгуку крайне сложно. Он тонет в этом бескрайнем омуте.       — Ты моё самое доброе утро, Тэхён, — Чонгук дышит им и не может надышаться. Его шея такая тонкая. А кожа на ней такая нежная. От Тэхёна пахнет хвоей. Чонгук подмечает: он пользовался сегодня его гелем для душа. Это будоражит и заставляет окончательно проснуться.       — А ты моё, — отвечает приглушенно Тэхён. Он мило улыбается и смотрит так открыто. У Чонгука сердце замирает. Этот момент хочется продлить.       Если бы только мог, Чонгук бы всю жизнь вот так провел рядом с ним. Кожа к коже. Глаза в глаза. Тэхёна ему становиться катастрофически мало.       — Я приготовил нам кофе, — он улыбается и сам не понимает, что его простые поглаживания по спине для Чонгука как цунами. Спина — самая чувствительная его зона. А Тэхён пока не знает этого и легонько поглаживает его, не подозревая, что пробуждает желание. Чонгук стискивает зубы. Это до боли приятно и горячо для него.       — Завтрак в постель? Такое у меня впервые, — Чонгук глубоко вздыхает и прикрывает глаза. Он возбуждается. А это сейчас некстати. Для начала бы в душ. Да и кофе обязательно надо попробовать. Он то готов семь дней в неделю без перерыва «любить» его. Но вот как на это посмотрит Тэхён? Возможно, он утомился. Ночь была слишком жаркой. Возможно, ему вообще не надо так много и часто. Есть сомнения. Пока они не так хорошо изучили друг друга. Его многое волнует. Например, не сделал ли он ему больно этой ночью? Ведь знает за собой грешок. Иногда в порыве страсти срывает крышу. И он не способен контролировать ни руки, ни язык.       — Это не завтрак. Так, легкая разминка. Основное и самое главное ждёт тебя на кухне. Так что поспеши в душ и приходи.       Конечно, Чонгук поспешит. Потому что ещё несколько минут в таком положении и он уже не сможет за себя отвечать. Но уйти без поцелуя позволить себе не может.       — Очень хочу попробовать всё. И кофе твой фирменный, и завтрак твой вкуснейший. Но сначала… — Чонгук несдержанно целует его в губы. На них сладковатый бальзам. Сразу заметил, когда навис над Тэхёном. Розовые, чуть блестящие губы так и манили к ним прикоснуться.       Чонгук удивлен, но Тэхён ему отвечает в том же несдержанном порыве. Сразу же углубляет поцелуй. Не убирает руки со спины. И этим заводит ещё больше.       — Мм… Тэ… Знал бы ты, как я хочу тебя снова, — думает Чонгук и отстраняется, заглядывая в потемневшие и помутневшие глаза Тэхёна.       Вопрос, звучащий следом, напрочь сбивает с толку. В это интимное мгновение и вдруг такой вопрос. Но, наверное, хорошо, что он звучит. Иначе, Чонгук не сдержался бы точно.       — Ты не против этих кружек? — невинно спрашивает Тэхён, переводя его внимание с себя на два милейших предмета.       — Нет. Они классные. Мне нравится, — Чонгук, пользуясь моментом, высвобождает его из хватки и отодвигается, прикрывая одеялом своё дикое желание. Надеется, что Тэхён не заметил. Хотя, возможно, почувствовал.       — Я думал, будешь смеяться. Я купил их в Штатах. Очень понравились. Я тогда подумал о нас.       Чонгук смотрит на него с умилением. Тэхён вспоминал его. Это же лучшее, что можно услышать с утра.       — Ты думал о нас там?       — Да. Мне тебя очень не хватало. Я скучал, — признается нерешительно Тэхён. Его милые щечки загораются алым цветом. Как же идет ему румянец!       А после признания он сам тянется к нему и ложится рядом, обвивая руками и ногами. Чонгук млеет от таких его движений. Он же старательно отстранялся. И что теперь?       — Я тоже скучал. Не знаю, как бы перенес разлуку, если бы не наши ежедневные разговоры по видео.       Чонгук целует алую щечку и, блаженно прикрывая глаза, обнимает его крепче. Он снова тяжело дышит. И это вполне объяснимо. Не может его тело не реагировать на любимого человека. Интересно, так будет всегда? Усилием воли он успокаивает свой вулкан.       — Иди, Тэ. А я в душ и сразу к тебе.       Ему надо сейчас незаметно от Тэхёна пройти в душ. И, наконец, принять его. Просто Чонгук не хочет показывать силу своего возбуждения. Поэтому пока лежит в постели, не торопясь вставать при нём.       Тэхён недоуменно смотрит ему в глаза. Но не споря с ним, поднимается с кровати и протягивает кружку.       — А как же кофе?       Чонгук принимает из его рук уже остывший напиток и выпивает ароматный кофе.       — Очень вкусный. Но не вкуснее тебя. Теперь я знаю, какой ты вкусный, — подмигивает ему Чонгук, чем в край смущает.       — Я жду тебя, — бросает Тэхён, поспешно выходя за дверь. Как и всегда, смутился и сбежал.       А Чонгук может, наконец, убрать с себя одеяло, под которым стало слишком жарко. Его тело в определенном месте буквально горит. Пора успокоиться и перестать идти на поводу у гормонов. Но он не может. Тэхён для него как стимулятор потенции.       — Что я за животное такое? На уме только одно. И это после трёх раз за ночь, — мысленно ругает себя, входя в кабинку душа. Он не ищет себе оправданий. Бесполезно.       Завтрак и такой желанный Тэхён ждут его на кухне. Как всегда, стол ломится от разнообразия блюд. И когда только Тэхён всё успел? Снова загадка для Чонгука. Но о еде думать сложно, когда его теперь уже парень то и дело пропускает блестящие пряди сквозь свои длинные пальцы и облизывает губы, стараясь убрать с них прилипшие частички еды. Чонгук сражен всем этим. А как же раньше он такое выдерживал? Теперь это кажется подвигом.       — У меня есть для тебя кое-что, — тихо сообщает Тэхён, смущаясь под пристальными взглядами напротив.       — Правда? А что?       — Небольшие подарки. Вот, — он протягивает ему огромный пакет и ждёт, пока Чонгук начнет доставать содержимое.       А Чонгуку становится очень интересно и не терпится скорее всё увидеть. Фокус внимания переключается на пакет с сюрпризами. И Чонгук находит в этом спасение. Первой он достает футболку с изображением статуи свободы. Очень симпатичная и в тему. Что ещё привезти из Штатов в подарок?       — Спасибо, Тэ. Наденешь на меня её прямо сейчас? — Чонгуку снова срывает крышу. Да что такое с ним происходит? Сам от себя в шоке.       Тэхён мило хихикает, но с места не двигается.       — Это ещё не всё. Смотри дальше.       Чонгук обиженно вздыхает и углубляется в процесс распаковки снова. Дальше он достает упаковку конфет. Удивляется.       — Это конфеты с арахисовым маслом. Очень вкусные. У нас такие просто так не купишь, — объясняет с деловым видом Тэхён.       — Мм… Надо попробовать. Покормишь меня? — продолжает свою игру Чонгук. Его неуемные фантазии снова пробуждаются от вида сладостей.       Тэхён наивно смеется и указывает на пакет, давая понять, что и это не всё.       Чонгук нащупывает бутылку и достает её, вчитываясь в название.       — Бурбон? О-о! Тэ… Да ты решил меня споить?! — шутит Чонгук и понимает, что вот за это Тэхёну отдельное спасибо. Он не пробовал такое ни разу. Но уверен, что не разочаруется во вкусе.       — Ну… Просто… Это же самый настоящий. Не подделка какая-то. Намджун помогал выбирать.       — Спасибо, Тэ. Я же пошутил. Ну что ты все за чистую монету принимаешь?       — Смотри дальше, — продолжает наставлять его Тэхён в нетерпении.       Чонгук достает из пакета последнюю вещь. Она запакована в непроницаемый тканевый чехол. Он долго развязывает узел.       — Тэ, это же… я так хотел его. Но как ты узнал? А где смог достать?       Чонгук поражен. Он держит в руке рюкзак известного бренда. У него есть точно такой же, но от времени и долгого использования в некоторых местах он пообтрепался. Чонгук хотел себе ещё один точно такой же. Но коллекция та была лимитированная и ему не удалось найти идентичный.       — У нас как-то с тобой был об этом разговор. Ты рассказал, что хочешь такой же, но найти не можешь. А я нашел. Чисто случайно. Вспомнил и решил привезти его для тебя. Наверное, он ждал именно меня. Продавец так и сказал.       Чонгук радуется этому подарку. Во-первых, потому что Тэхён запомнил его слова. Во-вторых, что так потратился. Ведь эта вещь далеко не дешевая. В-третьих, угадал стопроцентно. И как же приятно будет теперь ему носить подарок Тэхёна.       — Иди ко мне, — просит Чон и откладывает подарки подальше.       Завтрак теперь уже точно окончен, подарки разобраны. А Чонгуку очень хочется за всё сказать ему спасибо. Но не словами. Тэхён приближается к нему медленно и сам не понимает, как оказывается на коленях у Чонгука.       — Спасибо тебе за всё. Мне очень понравилось.       Чонгук благодарно целует сладкие губы и растворяется в моменте. Тэхён отвечает и обвивает руками его шею. Он такой легкий, его Тэхён. Можно сказать, невесомый. Чонгук абсолютно не чувствует тяжести его тела. А тот жмется всё ближе. Оказывается, он очень отзывчивый к ласкам. Чонгуку это безумно нравится.       Это самое доброе начало дня для Чонгука. Хотя уже и не начало, а его середина. Обеденное время, а они только позавтракали.       — Какие планы на сегодня? — интересуется Чонгук, перебирая пальцами его шелковые пряди.       — Я хотел навестить Минхи. Но перед этим надо заехать в магазин. Хочу купить ему кое-что из одежды. На нём вся одежда горит, когда они с ребятами играют на улице.       — Отличная идея. А меня возьмешь с собой? Везде заедем.       — А тебе разве не надо на работу?       — Я решил взять небольшой отпуск. Юнги в курсе. Справится без меня. Так что до понедельника я весь твой.       Чонгук взял бы и побольше дней, чтобы все их провести с Тэхёном. Но это для него пока непозволительная роскошь.       — Ты ради меня берешь отпуск? — он смотрит, не моргая. Видно, как рад этой новости.       — Ради тебя и ради себя тоже. Хочу побыть с тобой подольше. Ведь и тебе в понедельник уже на работу. Не забыл? Не передумал?       — Не забыл и не передумал. Очень жду, как бы поскорее начать работать.       — Тэ… а может, ну её, эту работу? Отдохнешь летом, а потом с новыми силами за учебу. Я серьёзно. Не хочу, чтобы ты перегружал себя.       — Ну уж нет! Я хочу работать, Чонгук. И это не обсуждается. Я и так живу у тебя бесплатно…       Чонгук не дает ему договорить, прижав указательный палец к его губам.       — Тэхён, я даже не хочу об этом слышать. Мой дом — твой дом. Теперь это наш дом. Ты здесь живешь, потому что мы вместе. Я люблю тебя, а ты меня. По другому никак. Я понимаю, ты не хочешь ни от кого зависеть. Но я тебе не посторонний. На меня ты можешь во всем рассчитывать.       — Спасибо, — ласково мурлычет Тэхён, уложив голову на его плечо. Ему никто не говорил таких слов. Никто не брал за него ответственность, не прося ничего взамен. Разве что только родители. Но не о них речь.       — Поехали, Тэ. Если мы хотим сегодня успеть к Минхи, то надо поторопиться.       Поэтому, быстро собравшись, они спешат за покупками, где застревают надолго. Тэхён старательно выбирает одежду для ребенка. Примеряет на глаз и подбирает цвета. Хочет купить такое, чтобы и Минхи понравилось. За всеми этими подборами одежды он и не заметил как, отстал от него Чонгук. Изредка краем глаза он видел его в другой части магазина, где была выставлена одежда для взрослых. Тэхён же задержался у манекенов с подростковой одеждой. Вновь бросив беглый взгляд в сторону, где должен был быть Чон, он заметил неприятную для себя картину.       Рядом с Чонгуком остановилась и что-то, мило улыбаясь, рассказывала молодая и очень привлекательная девушка-консультант. Она определенно заигрывала с ним. Такое не может померещиться. Чонгук же особо на неё не смотрет, копаясь в горе футболок, разложенных на выставочном столике. А Тэхён моментально почувствовал резкий укол где-то в области груди и горький привкус во рту. Вроде ничего необычного нет в их общении. Она болтает, а он на неё ноль внимания. Но Тэхён продолжает наблюдать и вот она уже тянет к нему руку и что-то стряхивает с его плеча. Тэхёну смотреть на такое становится невыносимо, и он, захватив с собой всю выбранную одежду, спешит к ним.       — Я рекомендую вам примерить эти джинсы. Они из новой коллекции. Только вчера поступили к нам. Эта модель в единственном экземпляре. Вам точно пойдет. Они шикарно сядут по вашей фигуре. Не пожалеете, — предлагает девушка, при этом нагло залипая на упругие бёдра Чонгука.       Тэхён же подойдя, останавливается рядом. Стоит возле них как в тумане. Он и не услышал даже, что Чонгук ответил ей. В себя пришел только, когда Чон коснулся его руки и позвал.       — Тэ? Всё в порядке?       — В порядке, — отвечает Тэхён громко и грубо. Он и сам от себя не ожидал такой реакции. Девушку от них словно ветром сдувает. Она, поняв, в чем дело, скрывается за стендом, делая вид, что складывает разбросанную покупателями одежду.       Чонгук сначала было замер с немым вопросом в глазах, а после повел себя крайне странно.       — Смотри, какая маечка, — обращается он к Тэхёну, снимая с вешалки персикового цвета майку с ярким принтом, — Пойдем-ка, примеришь её.       Он берет Тэхёна за руку и ведёт за собой в сторону примерочных. Покупателей в магазине в этот час немного, и большая часть примерочных пустует. Чонгук же выбирает для них самую дальнюю от входа и подталкивает туда Тэхёна. Сам входит следом за ним, закрывая дверь.       Естественно, он сразу понял, что произошло в зале. По глазам и голосу Тэхёна стало очевидно, что тот приревновал. Это, безусловно, льстит ему. Но ревность — это совершенно бесполезное занятие со стороны Тэхёна. Чонгук даже лица той девушки не запомнил. Он и не смотрел на неё толком. Слушал вполуха о том, что она там ему говорила. Противным, кстати, голосом, скрипучим. Вот это как раз Чон уловил сразу.       Чонгук понимал, откуда взялась эта ревность. Только лишь от неуверенности в себе. Да и, похоже, в чувствах Чонгука он тоже не до конца уверен. Но это не обидно для Чона. Мало они ещё пока вместе. Тэхён, конечно, не закатил грандиозную истерику и не высказал недовольство в грубой форме. Не в его это характере. Но Чонгук по глазам его угадал те мысли, что возникли в его голове.       Девушка вела себя крайне некорректно. Такое поведение недопустимо со стороны персонала, но видимо она в активном поиске. Оттуда и явный флирт с её стороны. Она всячески пыталась понравиться и привлечь к себе внимание. Только Чону было параллельно до её манипуляций. А вот Тэхён заметно расстроился. И это надо было срочно исправлять. Хотя сама по себе ситуация возникла забавная. И можно даже посмеяться, если бы не Тэхён, стоящий сейчас перед ним с потухшим взглядом и без тени того солнечного настроения, что было у него до прихода в этот магазин.       — Какая классная маечка, Тэ. Ну, примерь. Давно тебе её приглядел. Ещё при входе. Уверен, что подойдет.       Чонгук пытается выглядеть и звучать непринужденно. Гладит Тэхёна по руке и следит неотрывно за реакцией. А тот поднимает на него уничтожающий взгляд. Чона аж холодом обдает, но лишь на мгновение. Потом глаза Тэхёна резко грустнеют, и он, взяв в руки майку, без интереса рассматривает её.       — Я не ношу майки на улице, — с грустью в голосе произносит, наконец, Тэхён.       — Почему? — Чонгуку странно такое слышать.       — У меня слишком худые руки. И вообще я… — Тэхён говорит это тихо и даже не смотрит в глаза.       — Дурачок. У тебя самые прекрасные руки, — мягко протестует Чонгук.       Чонгуку снова удивительно. «Не ношу майки… худые руки». Что за ерунда такая? Откуда это всё взялось?       Чонгук не тратит время на догадки и без слов стягивает с него футболку, разворачивая Тэхёна к зеркалу. А тот округляет от неожиданности глаза. Чон стоит позади него и невесомо гладит тонкие предплечья. Тэхён очевидно в шоке. Он таких действий точно не ожидал. Ситуация выходит довольно неловкая.       — Никогда. Ты слышишь? Не говори больше так о себе, — произносит чуть слышно Чонгук и целует его в плечо.       — У тебя гладкая, идеальная бархатная кожа, — Чон нежно целует шею.       А Тэхён смотрит на них обоих и тяжело дышит. Он молчит и ждет продолжения. Не останавливает.       — Я не видел никого прекраснее тебя, Тэ. Ты мне веришь?       — Да, — на выдохе произносит он.       Чонгук обнимает его со спины и прижимается плотнее бедрами.       — Перестань сомневаться в себе. Тэ, тебе нет равных.       Чонгук гладит его плоский живот, перемещая руку к груди. Тэхён следит за этими движениями, стоя в оцепенении.       — Мне не нужен никто другой. Я вижу только тебя. Не ревнуй, — руки продолжают гладить участки обнаженного тела, а губы плавно перемещаются от шеи к плечам.       — Разверни меня, Гуки, — просит его Тэхён. Ему неловко вот так стоять и снова становится стыдно. На себя смотреть совершенно не хочется. Ну что он там не видел? И слова Чонгука… Их, безусловно, приятно слышать. Но у Тэхёна о себе иное мнение.       — Нет, Тэ. Смотри на себя. Привыкай к себе настоящему. Пора уже полюбить себя, — Чонгук шепчет ему это на ухо и сам смотрит на них обоих в зеркало. Синие и черные глаза в зеркальном отражении. В них любовь и грусть.       — Твои глаза, Тэхён… Жаль, я не умею рисовать. Иначе все стены в квартире расписал бы… — томно и тихо в самое ухо.       — Твои губы, Тэ. Такие мягкие и сладкие, а когда ты их прикусываешь, я забываю как дышать, — с придыханием уже во второе ухо шепчет ему Чонгук и касается кончиками пальцев его губ.       — А эта линия скул… Очнись, Тэхён! Тэ прекрасен. Я не знаю, какими ещё словами и на каком языке тебе об этом сказать, — Чонгук гладит его линию подбородка и целует. Другая рука нежно поглаживает живот и опускается ниже.       Тэхён смиренно молчит и слушает его. В его глазах вспыхивает желание. Чонгук видит это и загорается сам.       — Тебе не нужны все эти мышцы, Тэхён. У тебя отличное подтянутое тело. Но если из-за этого ты чувствуешь себя неуверенно, то я могу стать твоим тренером, и мы сделаем тебе тот рельеф, который тебя устроит. На это уйдет немного времени. Но я люблю тебя таким. Таким я тебя полюбил. Ничего не изменится. Для меня ты совершенен.       Чонгук не убирает руку. Гладит живот, опускается всё ниже.       — Что ты делаешь, Гуки? Ведь мы в магазине, — загнанно шепчет ему Тэхён. Видно, как хочет он продолжения. Но ему снова мешают зажимы и моральные принципы. Чонгуку же не мешает абсолютно ничего.       — Не бойся, я не съем тебя. Максимум немного понадкусываю, — шепот в шею, не отрываясь взглядом от отражения в зеркале. Руки Чона касаются предплечий, ласково скользят по шее.       — Мы же не одни тут, — пытается слабо протестовать Тэхён. Ему не удается. Волна удовольствия поглощает его, а ещё через зеркальное отражение его дразнит взгляд черных глаз.       — Мы будем тихо, как мышки, — успокаивает его Чонгук и вжикает молнией на джинсах Тэхёна, захватывая его член в плотное кольцо руки.       Чонгук спокоен за их безопасность. Да. Это тот самый магазин, где в примерочных не шторки, а двери с замками. Замок уже давно предусмотрительно закрыт. Это спасает обоих от опасного вторжения и вдохновляет на самые смелые действия.       Тэхён уже не так стесняется, а Чонгук совершенно раскрепощается. Плевать становится на тех, кто может оказаться по соседству, за тонкими перегородками. Но они постараются быть менее заметными.       Чонгук решает, что это будет первым шагом к стиранию всякого рода фобий Тэхёна. Операция «раскрепощение» запускается. Эти действия перед зеркалом обоих распаляют. Тэхён уже не просит развернуть его. Он сам поглощен наблюдением за Чонгуком и за собой, конечно, тоже. Ему нравится всё, что тот делает с ним. Чонгук снова делает всё сам. Тэхён не против. Его это заводит, как никогда.       Пальцы Чонгука натирают уздечку, проходятся нежно и плавно по контурам влажной головки, оглаживают венки на стволе и сжимают раскрасневшийся от возбуждения член.       Тэхён смотрит на это как завороженный и чувствует позади себя движение. Чонгук спускает до колен его джинсы с бельем. Точно также освобождает от одежды и себя.       Он трётся своим крепким стояком между ягодиц Тэхена. Знает, что проникновения здесь и сейчас не будет точно. Не место. Между ними будет другое. Фроттаж. Чонгук это очень любит. Трение без проникновения — как раз то, что им сейчас подходит. Надеется, что понравится и Тэхёну. Но, судя по тому, что он видит в зеркале, Тэхёну очень даже нравится. И он, не выпуская из руки его члена, начинает скользить своим возбуждением по его телу.       Тэхён выгибается навстречу. Как же тяжело он дышит. Его кожа горит огнем. Чонгука это сводит с ума. Тэхён пытается завести руку назад и помочь ему, но его рука плавно отодвигается.       — Смотри, Тэхён. Наслаждайся и ни о чём не думай. У тебя будет ещё возможность коснуться меня, но не сейчас.       Тихий стон рвется из груди Тэхёна. Сдерживаться нелегко, когда Чонгук наращивает темп рукой, при этом толкаясь сзади. Головка его члена задевает мошонку. Это невыносимо приятно. Тэхёну хочется стонать, скулить, кричать. Но нельзя.       — Ты ласкал себя, думая обо мне? — Чонгук своим вопросом вырывает Тэхёна из эйфории.       Вопрос в лоб. Тэхён потрясен им. Он такое обсуждать не привык.       — Нет, — сдавленно от уколовшего возбуждения хрипит Тэхён. Ему хотелось этого, но он не делал.       — А я делал это, и не раз. Представлял, как мой член скользит в тебе… как внутри тебя узко и влажно. Так и есть… Я от тебя без ума, Тэхён-и.       — Гуки… Ты сумасшедший, — Тэхён прикрывает рукой рот, блокируя рвущиеся наружу стоны. Он даже включил на миг фантазию и представил такое. Что же Чонгук вытворяет с ним? Да ещё и в таком месте. Им нельзя выдавать себя. Но как же это сдержать?       Чонгук не смолкает и говорит то, отчего у Тэхёна внутри всё взрывается. У него внутри пожар и снаружи тоже. Он совершенно теряет самоконтроль.       — Взгляни на себя, Тэхён. Видишь, как идеально смотрится в моей руке твой член. А знаешь, какой он вкусный? — Чонгук методично толкается членом между двух половинок и кусает его за мочку. И похоже, это крайняя точка кипения. Тэхёну ни в жизни такого не выдержать: смелые фразы, огненное дыхание, волнующие движения по его коже, прожигающий насквозь взгляд. Это за гранью его силы воли.       Он не выдерживает. На его критический взгляд, слишком быстро кончает и обильно пачкает зеркало густыми белыми брызгами. Это провал для них обоих. Но в этом то и вся прелесть момента. Тэхён себя отпустил. У него получилось.       — Плохой мальчик, Тэхён-и! Что же ты наделал? Я «накажу» тебя за проделки этой ночью, — тянет Чонгук ему на ухо. Он ещё какое-то время продолжает резкие движения бедрами и замирает, хватаясь за свой член. Чон контролирует ситуацию. Оттягивает крайнюю плоть, закрывая натянутой вверх кожей поток выделяемой наружу спермы. Его трясет от невообразимых эмоций, от Тэхёна, такого соблазнительного у этого зеркала.       Чонгук, как изголодавший зверь, не успев кончить, уже мечтает о бессонной ночи, когда «накажет» его за испачканное зеркало. Может, ему надо к врачу? А кто такое лечит? Есть ли в мире специалист, способный вылечить его страсть к Тэхёну?       Тэхён упирается ладонями в многострадальное зеркало, а Чонгук утыкается лбом в его спину. Сил нет даже пошевелиться и начать хоть что-то исправлять.       — У вас все в порядке? Я могу вам помочь? — кто-то громко, откашлявшись, даёт о себе знать.       За дверью звучит мужской голос. Скорее всего, это консультант.       — Ага, вот ещё. Размечтался. Нам и вдвоем хорошо, — сбивчиво шепчет Чонгук, утыкаясь носом в спину Тэхёна, и целует её.       А тот прыскает со смеху. Чонгук насмешил сейчас. Адреналин у обоих буквально зашкаливает. Мозг не соображает, тело не слушается. Ситуация щекотливая. Их застали врасплох.       Снаружи ждут ответа. И Чон громко, твердым, поставленным голосом произносит.       — Все хорошо. Тут молнию заело. Мы скоро.       А Тэхён поражается, как Чонгуку удается собрать себя и прозвучать так непринужденно. Он то, весь обмякший и раскрасневшийся после оргазма, уже сидит на кожаном пуфике, пытаясь отдышаться, и размышляет про себя.       — Какая молния? У них ничего нет из выбранного в зале с молнией. Чонгук ляпнул, не подумав.       — И как нам теперь выйти? Стыдно то как! — вслух паникует Тэхён. Он уже нарисовал в своей голове те минуты позора, что предстоит пережить. Или не минуты. А вдруг продавцы вызвали охрану? А охрана — полицию? Одним словом, Тэхён тот ещё паникер.       — Я пойду первым и сразу на кассу, а ты выходи за мной и на выход. Встречаемся снаружи. Не переживай и сделай лицо попроще. В случае чего я прикрою, — даёт ему четкие указания Чонгук.       Он целует губы Тэхёна, оставленные в этот раз без ласк, и успокаивает его слабыми поглаживаниями по плечам. А потом быстро приводит себя и его в порядок. Вместе они очищают зеркало влажными салфетками и полируют сухими. Оно становится чище, чем было до их прихода. Чон поправляет одежду и волосы. Теперь всё идеально, словно ничего и не было. Выдает его только бешеный блеск в глазах.       Он выходит первым, щелкая замком, держа в руке одежду для Минхи и майку для Тэхёна. Возле примерочных уже никого. Его никто не встречает. Он замечает, что консультанты рассредоточены по залу, помогая покупателям с выбором. Это им с Тэхёном на руку.       По дороге к кассам он захватывает, почти не глядя, пару-тройку футболок и худи, как компенсацию за доставленные магазину неудобства. Девушка-кассир сверлит его взглядом недовольной училки. Но не на того напала. Чонгуку всё равно. Хотя спасибо ей, что охрану не вызвала. Он принимает отстраненно надменный вид и наблюдает краем глаза, как Тэхён выходит из магазина. Чонгук расплачивается картой, дожидается чека и дежурной фразы кассира: «Мы ждем вас снова».       Он удаляется прочь медленной и уверенной походкой. Выдержка у него в крови. Видит Тэхёна, стоящего рядом со входом в другой магазин, и кивком головы показывает следовать за ним на улицу.       Уже выйдя на свежий воздух, они дают волю эмоциям. Смеются, как умалишенные. Кажется, кто-то даже делает им замечание. Такое приключение запомнится надолго. Чонгук не прочь даже повторить, о чём не в силах унять смех, сообщает Тэхёну. Тот соглашается. Они обязательно повторят, но уже в другом магазине. В этот им путь заказан.       — Гуки, ты сумасшедший! — заявляет ему Тэхён, оказавшись наедине в машине. Он снимает свою футболку и тянется к пакету с одеждой.       — Знаю. Но ведь весело же… А что ты делаешь?       — Как что? Хочу надеть эту майку. Она мне очень понравилась, — не может сдержать смеха Тэхён и, откусывая зубами бирку от вещи, легко натягивает её на себя.       Чонгук подмечает, что не ошибся ни с цветом, ни с размером. Тэхёну очень идет. Да ему вообще всё идет.       А тот приглаживает приятную ткань к телу и рассматривает себя. Это его первый шаг к принятию своей личности. А делает он его благодаря Чонгуку.       И весело в эту минуту им обоим. Они смеются в голос, выезжая с парковки торгового центра, вспоминая лицо кассира. Тэхён захлебывается от смеха, замечая у себя незастегнутую ширинку. Так перенервничал, что упустил важную деталь. Чонгук в своей привычной манере отвечает, что ему и вовсе не стоит трудиться и застегивать молнию. Бессмысленно. Ведь через полчаса, когда они выедут за город, Чон остановит машину в укромном местечке, и им обоим одежда не понадобится вообще. Тэхён крутит пальцем у виска, обзывая его озабоченным маньяком. Чонгук соглашается и подмигивает. Попадут ли они сегодня к Минхи? Неизвестно. И это только первый день их отношений.