Колесо фортуны

      — Доброе утро, соня. Уже почти полдень, — шепчет Чонгук и любуется им. Во взгляде восхищение, а в мыслях только одно: мой… как же долго я этого ждал.       Чонгук устроился на коленях перед кроватью со сладко спящим Тэхёном. Пришло время его разбудить. Он уже достаточно долго наблюдает за ним, находясь в одном положении. Спящий Тэхён, он же как ангел. Мягкие густые реснички мило подрагивают на сомкнутых веках. Слабая улыбка играет на пухлых губах. Выражение лица умиротворенное и расслабленное. Наверное, ему снилось что-то приятное. Пару раз он тихонечко вздыхал, подкладывая сложенные вместе ладони под щеку, группируясь поудобнее. Чонгук не замечал течения времени, сидя перед ним.       Говорят, сложно описать словами нежность. Это что-то невесомое и личное. Для каждого она своя. Чонгук охвачен был этим чувством, находясь рядом с Тэхёном. Если бы тот видел, в какой позе Чонгук застыл, явно бы подшутил и потом долго припоминал. Поза была откровенно смешной. Чон замер на коленях, максимально отклячив пятую точку, уронив голову на сложенные руки, с мечтательной улыбкой на губах. Сам себе удивлялся. Тэхену бы точно понравилось. Они с ним вообще стали настолько непринужденно и весело общаться, что Чонгук диву давался. Оказывается, у Тэхёна отличное чувство юмора, а раньше он и не замечал. Каждый его рассказ о чем-то сопровождался шутками, от которых Чонгук складывался пополам. Тэхён становился с ним самим собой. Раскрывался перед ним с тех своих потаенных сторон, о которых Чонгуку было даже неведомо. И эти метаморфозы с Тэхеном стали происходить только за один истекший день.       Вчера к Минхи они всё-таки попали и пробыли у него долго, общаясь и играя. К слову сказать, по дороге в приют вовсе не Чонгук, а сам Тэхён несколько раз пытался его соблазнить. Он строил глазки и заигрывающе улыбался. Опускал ладонь на бедро Чона, чем чуть не создал аварийную ситуацию. Чонгук, засмотревшись на длинные пальцы на себе, едва не вылетел на встречку. Тэхён после этого не особо утихомирился. У Чонгука вообще сложилось впечатление, что того как подменили. Ну, или он тайком принял для храбрости, и его понесло. Тэхён щебетал всю дорогу, не смолкая. Он в буквальном смысле заменял радио. Рассказывал восторженно о поездке к брату, о своих племянниках и их маме, о своих родителях и их общих приятных вечерах в доме брата. Чонгуку интересно было его слушать. Особенно приятно Чону было слышать звучание его голоса. Он поймал себя на мысли, что голос Тэхёна стал для него как успокоительное, только природное и нетоксичное. Этим успокоительным невозможно перенасытиться, но и напитаться до краев тоже не удастся. Чону всегда мало его голоса и взглядов. Хочется ещё и ещё.       — Тэ, мой хороший. Просыпайся… — Чонгуку, никак иначе и не хочется его называть. Сейчас это чудо проснется, улыбнется и не оставит ему шансов выплыть из синевы своих бездонных глаз. Это потрясающее чувство — смотреть в любимые глаза.       Тэхён мычит и морщится. Он не выспался. Ночь была беспокойной и жаркой, как и предыдущая. Всё началось прямо на пороге квартиры после их возвращения от Минхи. Началось с простого невинного поцелуя, переходя молниеносно в захватывающие ласки.       Продолжилось в душе под струями воды. А завершилось в комнате Чонгука. Точнее, это была уже их общая комната. Только в ней была огромная удобная кровать. Эта кровать, похоже, скоро потребует ремонта. Судя по тому, как она скрипит, осталось ей недолго. Чонгуку всё равно, ведь причина её скорой поломки и истошных скрипов — их с Тэхёном безудержная страсть. А ради такого он готов менять этот предмет мебели хоть каждый день. Не жалко денег и усилий.       Тэхён был неутомим этой ночью. Что его так распалило, осталось загадкой для Чона. В кабинке душа Чонгука ждал умопомрачительный минет. Он подобных ощущений не испытывал давно. Чувственности моменту придавала теплая вода в сочетании в горячими губами Тэхёна на его члене. В спальне его ждало продолжение. Наспех обтерев его и себя полотенцем, Тэхён увлек его в комнату. Уложил на спину, устроившись сверху. Чонгук потерял всё, что только мог: дар речи, возможность соображать трезво. Да что там! Он себя потерял. Им завладел Тэхён, который целовал его везде, растягивая удовольствие обоих. Снова ласкал член так, что Чонгук уже готов был кончить во второй раз. Это безумие. Конечно, такое доминирование Тэхена длилось недолго. Чонгук не мог так просто лежать и принимать ласки. Его на части разрывало, как хотелось самому дотронуться до Тэхёна и уже, наконец, заполнить его собой. Заполнил. Не раз и не два.       Рассвет застал их за разнеженными поцелуями. Страсти утихли, но оторваться друг от друга не было сил. Тэхён заснул в крепких объятиях, тычась носом в мощную грудь. Он уже начал привыкать к жару тела Чонгука. Тот всегда жарче печки. В холодное время года это огромный плюс, а летом — бесспорный минус. Но Тэхён даже не пытался выбраться. Понимал, что бесполезно. Его вернут на место, а ещё и выскажут о том, как это он посмел слиться от Чонгука и что за это обязательно будет «наказан».       Поэтому Тэхён без сил. Поэтому сегодня не проснулся раньше Чонгука и не фонтанировал идеями на кухне. Чонгук всё сделал за него. Проснулся на два часа раньше. Сразу в душ и полчаса изнурительной тренировки. Не пожалел себя. У него ломка без спорта. Как смог, пользуясь рецептами из интернета, приготовил нехитрый завтрак. Во время готовки поговорил по телефону с бабулей. Успокоил её, что наконец, у него всё хорошо. А она из без слов всё знала. А ещё успел приготовить Тэхёну сюрприз, который уже подогнали под окна. Осталось только разбудить и накормить его.       — Тэ, просыпайся, — слабо тормошит его Чонгук, ерошит волосы и легонько царапает спину.       А тот лежит на животе. Уже не спит. Притворяется. Прячет улыбку в подушке.       — Что, уже утро? Но я не выспался, — не соглашается он, сладко зевая.       — Утро? Да уже давно полдень. Тэ, я приготовил завтрак. Не хочу есть без тебя.       Тэхён хитро щурится. Ехидная улыбочка зарождается на его сонном лице.       — Завтрак? А почему не в постель?       — Всё будет, но не сегодня. Вставай, соня. А то опоздаем.       Чонгук гладит ровную спину, ласкает взглядом. Кожа Тэхёна нежная и гладкая. Так и просится на поцелуй.       — Куда опоздаем? — он млеет от невесомых поглаживаний и не торопится покидать постель.       — На встречу приключениям, — смеется Чон и целует кончик его носа.       — Ну, Чонгук. Расскажи, — вытягивается он и подползает ближе.       — Не расскажу, а покажу. Только после завтрака.       А потом, не дожидаясь, пока Тэхён раскачается и сам встанет, он подхватывает его на руки и несет в душ. Он бы вот так всю жизнь носил его и не выпускал.       — Вот это сервис! — смеется задорно Тэхён по пути, — Может, и спинку потрешь? — шутит он, быстро моргая ресницами.       — Ох, Тэ… Уйми свои желания. Если я начну это делать, то мы застрянем на сегодня дома.       Чонгук ставит его на ноги и долго смотрит в глаза. Сонный и помятый, уже без тени улыбки на лице, но такой любимый. Чонгук обнимает его и клюет в губы. Лишнего себе не позволяет. Опасно. Может затянуть.       — Да понял я. Понял. У нас по плану приключения, — обиженно дует губы и заходит в душевую кабинку, закрываясь там наглухо. Понятное дело. Ведь настал световой день. А с рассветом вернулось и смущение.       Чонгук честно ждет на кухне своего обиженного медвежонка, не притрагиваясь без него к завтраку.       — Тебе настолько вкусно? — интересуется Чонгук, видя, как Тэхён облизывает пальцы, сладко причмокивая. Он с аппетитом съел всё, что было на тарелке. Ему явно пришелся по душе завтрак от Чона.       — Вкуснятина! Вот бы так каждый день, — расплывается в довольной улыбке Тэхён.       — Хочешь? Будет каждый день! Для тебя любой каприз! — уверяет его Чонгук. Он не любит готовить. Не его эта тема. Но ради Тэ готов пересилить себя.       — Ага… А что тогда буду делать я, если ты станешь готовить? — недовольничает в ответ Тэхен.       — А ты будешь меня любить. Всё очень просто, Тэ, — Чонгук одаривает его прожигающим взглядом и ждёт реакции.       — Любить? В смысле… Любить как? — он хмурит брови и вдумывается в смысл слова.       — В прямом, без подтекста, — взрывается от смеха Чонгук. К такому Тэхёну ему надо привыкнуть. Временами непонятливый, наивный ребенок, а моментами взрослый и рассудительный.       С завтраком они успешно справились. После него, вкусного и сытного, осталась гора посуды. И Чонгук добросовестно, как ему казалось, мыл тарелочки, а Тэхён неустанно мешал советами: то слишком много он наносит моющего средства, а оно вредно для организма, и если так неэкономно расходовать, то никаких денег не хватит. То мало трёт губкой тарелку, не промывает совершенно. То не до конца смывает пену от моющего, а так нельзя. Ведь нужно дочиста смывать, чтобы до противного скрипа доходило. Ну а сколько брызг после себя оставляет на поверхности вокруг. Так ведь можно очень быстро распрощаться с кухонной мебелью. Да просто ужас. Оказывается, Тэхён может быть и занудным. Чонгук демонстративно кидает недомытую посуду и затыкает его глубоким поцелуем, выбивая воздух из легких. Вжимает в себя этого советчика и гуляет ладонями по податливому телу. А после ставит вместо себя у раковины со словами:       — А дальше сам, малыш. У меня другие дела, — и смачно хлопает его по ягодице, удаляясь чистить зубы и собирать свои вещи с деланно обиженным видом. Ему то это на руку. Он ненавидит мыть посуду. Хорошо, что Тэхён затеял придирки. Появилась законная причина сбежать, кинув всё на хрупкие плечи Тэхёна.       А уже в ванной, в разгаре самого процесса чистки, его нежно обнимают со спины, и слышится робкое:       — Прости. Что-то меня занесло.       Тэхён виснет на нём, ласково обвив руками талию и ждет прощения.       — Прощу, если за пять минут покидаешь в дорожную сумку всё необходимое: пару сменного белья, теплую одежду, удобную обувь, ну и средства гигиены. О’кей? — конечно, его прощает. Да он и не обиделся. Тэхёна он любит всяким. В конце концов, у всех свои заскоки. А Тэхёну придется очень постараться, чтобы основательно разозлить его. Чонгук даже не представляет, что такого должно произойти.       — А мы куда вообще? — он растерянно хлопает глазами. Ведь не планировал скорый отъезд. Думал, они максимум погуляют сегодня. В парк или в кино сходят. А может, вообще останутся дома. Для Тэхёна это стало бы лучшим вариантом.       — Мы едем смотреть красивые закаты. Если повезет и не проспим, то и рассветы увидим, — специально мажет его щеку зубной пастой Чонгук и отправляет собираться звонким шлепком по второй ягодице. И как же нравится ему шлепать Тэхёна. С радостью подмечает, что тот нисколько не против таких игр. Он иногда даже сам на это напрашивается.       Основательно собравшись, оба они стоят на улице под палящим солнцем. Тэхён стоит рядом с ним и в удивлении оценивает огромных размеров мятного цвета фургон. Чонгука забавляет его реакция. Он, в принципе ожидал примерно этого.       — Что это? — спрашивает наконец он, указывая на транспорт.       — Это наш с тобой дом на ближайшие несколько дней, — сообщает ему с деловым видом Чонгук и звенит ключами перед носом ошеломленного Тэхёна. Он открывает перед ним дверь и впускает внутрь. Прохожие, идущие мимо, с интересом заглядывают туда. А там всё такого же цвета, как и снаружи — мятного. И Тэхён искренне восторгается всему, что видит. Медленно ходит по салону и только охает и ахает.       — Гуки, да тут же всё есть для жизни. Я в шоке. Нет. Я слышал о таком, но ничего подобного в реальности не видел. Это же чудо какое-то! Где ты его взял?       — Где взял, там уже нет. Секрет. А чудо — это ты, Тэхён. Моё сбывшееся чудо.       Чонгук входит в салон вслед за ним и блокирует двери. Он наблюдает за тем, как Тэхён с интересом проводит инспекцию содержимого всех полочек и шкафчиков. Подмечает наличие большого количества напитков: соки, газировка, минералка и даже спиртное. В другом шкафчике различные печенье, чипсы, сладости.       Тэхён моментально превращается в сплошное междометие. Слов у нет нет. Одни эмоции и возгласы.       — Гуки, да это же безумно дорого! — он переводит на него изумленные бирюзовые глаза и подлетает, благодаря нежным поцелуем за необыкновенный сюрприз.       — Тэ, вообще не думай об этом, — целует его в ответ Чонгук, крепко сжимая в руках.       Чонгук давно хотел уехать на пару дней или дольше в подобное путешествие. Но не с кем было. Он всё размышлял, а понравится ли Тэхёну такая идея? Теперь сомнений нет. Тэхён в восторге. Этот фургончик он присмотрел среди возможных арендуемых уже давно. Ещё когда не знал Тэхёна. И, к счастью, в нужные ему дни он оказался свободен.       Аренда была недешевой. Да, только какая разница? Он для того и работает, чтобы позволять себе желаемое.       Отойдя от размышлений, он заметил, как Тэхён прилег на большую кровать и пробует её на прочность. Вот же негодник! Чонгук его действия никак не прокомментировал, хотя очень хотелось прилечь рядом. Но не до этого сейчас. Сперва надо приехать на место. Поэтому он молча занял водительское сидение и принялся разбираться с тонкостями управления. Всё же это непривычный для него автомобиль. А Тэхён тем временем разобрал их вещи и уселся рядом на пассажирское сидение.       — Гуки — это просто сказка! А куда мы поедем? — восторг не покидал его, а глаза буквально сияли.       — Есть у меня пара местечек на примете. Там и остановимся. Не переживай. Со мной ты в безопасности, — успокоил его Чонгук.       — Да я и не переживаю. С тобой хоть на луну. Но только мы же вообще не взяли еду.       — Это не проблема. Питаться в основном будем в кафе или ресторанах. А всё для перекуса купим по дороге. Мини-кухня здесь есть, но вряд мы захотим готовить. Да и времени на это не будет. В эти дни мы отдыхаем от всего.       Чон повернулся к нему и игриво подмигнул. А Тэхён заерзал на сидении. Он уже предвкушал долгую дорогу наедине на этом потрясающем транспорте.       Вообще, фургончик и впрямь оказался сказочным. Гораздо лучше, чем на фото. Имелось в нем всё, что только нужно человеку для комфортной жизни в наземном путешествии. Настолько компактно и удобно было все размещено на столь малом метраже. Всё было идеально продумано до мельчайших деталей. Было где посидеть и полежать. Недалеко от вместительной двуспальной кровати висел телевизор. Имелся небольшой холодильник. На кухоньке была раковина. В отдельной зоне располагался биотуалет и душ. И то, что понравилось им обоим — это цвет внутренней отделки. Мягкий и успокаивающий. В салоне приятно пахло чистотой и свежестью.       Тэхён неизменно сидел рядом. Он всю дорогу улыбался и не мог скрыть своей радости. Чонгук же радовался всему. Погода отличная. У него наконец-то выдался небольшой отпуск. Они с Тэхёном вдвоем. Едут туда, где их никто не потревожит и не отвлечет друг от друга. Тэхён счастлив, и Чонгук автоматически тоже. А что ещё нужно?       Чон вёз их в определенное место. Оно было далеко за городом. Он был там один единственный раз, много лет назад со студенческой туристической экспедицией. Они тогда в том месте простояли дня три. И оно, похоже, навсегда запало в душу Чонгуку. После он долгие годы с теплотой вспоминал тот отдых и мечтал очутиться там снова. Там было всё то, что он любит и в чём нуждается: тишина, покой, песчаный берег прозрачного озера, живая природа и чистый воздух, нетронутый парами душного мегаполиса.       Ехали до места они почти шесть часов. Частые остановки увеличивали время в пути. Тэхён сбивал Чонгука с толку, просив остановить то тут, то там, чтобы сфотографироваться на фоне природы. Чонгук не сопротивлялся, паркуясь где можно, и брёл вразвалочку за бегущим к месту предполагаемого фото Тэхёну. По всей видимости, фотографий они привезут с этого отдыха очень много, потому что Тэхён обожал фотографироваться на память. Потом они заехали плотно поесть в известной сети ресторанов. Захватили готовой еды и с собой, запихнув её в холодильник, чтобы не думать по прибытию на место, чем подкрепиться.       Чонгук не узнал то место, которое мечтал посетить снова. Они приехали туда уже когда начало темнеть. Как он и хотел, успели к закату. Не узнал, потому что оно стало ещё более красивым и благоустроенным. Найдя подходящее место для стоянки, они с Тэхёном выбрались на воздух. Место, как и тогда, было тихим и в это время суток уже безлюдным, так как от него до ближайшего населённого пункта добираться больше часа. Автобусы сюда ходили не так часто.       В глади воды отражалось засыпающее солнце. День близился к концу. Вокруг стояла звенящая тишина. С одной стороны располагалась густая лесополоса, а с другой пляж. Чонгук вдохнул полной грудью чистый воздух и обнял Тэхёна, который, сбегав в «домик» принес оттуда плед. Он расстелил его на берегу, и они присели рядом, любуясь красотой уходящего солнца. Разговаривать не хотелось. У обоих не было желания нарушать лишними словами магию момента. Тэхён лишь опустил голову на его крепкое плечо и наслаждался тишиной, свежим прохладным воздухом и присутствием Чонгука рядом, руки которого так любовно его обнимали.       Солнце ушло, а вместе с ним и тепло. Неприятные комарики и мошки стали беспокоить их, садясь на кожу. Становилось ощутимо прохладно. И Тэхён, почесываясь от укусов и ежась от холода, предложил вернуться в укрытие.       Так они и сделали. Чонгук чувствовал легкую усталость от непривычно долгой дороги. Такие расстояния он давно не преодолевал за рулем. Тэхён заметил его состояние и принялся подогревать купленную в ресторане еду. Самому есть особо не хотелось. Но Чонгука надо было накормить. Он заварил для них ароматный чай и накрыл компактный выдвижной столик, в который раз убеждаясь, насколько с умом всё продумано в этом домике.       А Чонгук пока присел за руль, чтобы кое в чём разобраться. Всю дорогу его смущал мигающий индикатор на приборной панели. И он решил выяснить в интернете, что это может быть, пока не забыл о неполадке. Он опасался, что это вполне может оказаться сигналом о серьезной проблеме, мешающей их дальнейшему движению. Поэтому полностью погрузился в чтение форума, где пользователями активно велось обсуждение всевозможных вопросов касательно этой модели и не только. Но совсем скоро понял, что не всё так страшно. Утром он без труда исправит неполадку, и ошибка с панели уйдет.       — Гуки, я там разогрел еду. Пойдем. Тебе не помешает подкрепиться и отдохнуть.       Руки Тэхёна заботливо опустились на его плечи и буквально расслабляли тело мягкими поглаживаниями, и сжимали напряженные мышцы, совершая массажные движения.       Тэхёну очень хотелось убрать его напряжение и усталость, помочь скорее расслабиться, накормить. Чонгуку нужно было отдохнуть и лечь сегодня пораньше. Ведь он столько часов провел за рулем в напряжении. Так думал Тэхён, даже не подозревая о том, что своими нехитрыми прикосновениями только пробуждает спящий вулкан.       Чонгук наслаждался этим массажем недолго. А после притянул его к себе за тонкое запястье. И снова почувствовал, насколько же приятно ощущать его рядом, а руки его на своем теле. Ему безумно нравилось, когда Тэхён проявлял инициативу и заботу, когда сам, без просьб и подсказок, подходил и тянулся к нему.       — Иди ко мне, Тэхён-и… — тихо позвал он. И, нащупав под сидением рычаг, двинул тот назад, увеличив тем самым количество свободного места от руля до сидения.       Тэхён понял всё без слов. Недолго думая, он перекинул ногу через него, садясь сверху. Ему и самому хотелось быть поближе. Вот так, на расстоянии дыхания. Давно хотелось прикоснуться. И он весь день искал для этого поводы и подходящее время. Тэхён же очень тактильный человек. Для него долгое отсутствие телесного контакта с любимым просто невыносимо.       — Ты устал? — теперь он сидел на нём и вглядывался в лицо Чонгука, беря его в свои ладони, мазнув при этом губами по щетинистой щеке. Как же любит Тэхён касаться этой щетины и ощущать её под кончиками пальцев. И пусть потом от долгих поцелуев в конце дня у него раздражение на подбородке. Ему всё равно это нравится. Он любуется черными глазами, смотрящими на него с неизменным обожанием. Гладит острые скулы, переходя к шее. Целует волевую ямочку на подбородке. Ему всегда так хотелось это сделать, но не решался. Его сейчас переполняет спектр эмоций: от воздушной нежности и трепета до зарождающейся страсти.       — Немного. Но кое-что поможет исправить ситуацию, — Чонгук сжимает в ладонях его тонкую талию, двигая Тэхёна ближе к себе. Прикосновения будоражат. Возникает стойкое желание. И Чону сложно себя сдержать, когда Тэхён так близко и сидит на нём сверху, давя собой на возбуждение.       — Что? — на выдохе спрашивает Тэхён, чувствуя на себе горячее дыхание. Он улавливает импульсы страсти, которые уже источает Чонгук. Тэхён думает сейчас, что Чонгук и сам ходячее воплощение страсти в любом состоянии. Поэтому Тэхёну рядом с ним неспокойно, поэтому руки так и тянуться к его сексуальному телу, и хочется сдаться добровольно. Ему временами даже страшно, что он так остро реагирует на Чонгука, что так сильно хочет его.       — Твои губы, Тэхён. Мне срочно нужны твои губы, — признается Чонгук и мнет упругие ягодицы руками, а сам подается бедрами вверх, показывая как сильно он возбужден.       — Только губы? — дыхание Тэхёна из спокойного переходит в загнанное. Ему до мушек перед глазами приятны эти руки и ощущение уже твердого члена под собой. И удивительно, как мало Чонгуку надо, чтобы возбудиться. Неужели Чонгук так реагирует на него? На него вот такого? А вдруг это не так? Вдруг Чонгук просто любит секс? Тэхён снова загоняется и сомневается.       — Для начала да, — Чонгук не ждёт ответных слов и действий. Он, может быть, весь день мечтал об этих губах. Мечтал обнять Тэхёна и забыть обо всём на свете. А теперь нет смысла сдерживаться. Он целует эти любимые губы и тает от взаимности, что дарит ему Тэхён. Их поцелуй сразу глубокий и жадный. Чон не дает ему и воздуха глотнуть. Какая там усталость? Он вмиг забывает о ней, когда юркий язычок Тэхёна проникает в его рот. И он так соблазнительно сидит сверху и сжимает его бедра своими, что Чонгук неминуемо утрачивает контроль над собой. Страсть внутри него разгорается, сметая на пути все преграды.       — Гуки, там же всё остынет, — пытается слабо протестовать Тэхён. Вообще непонятно, для чего он это делает, потому что уже и не мыслит остановки. Глупо сейчас всё прервать ради остывающей на столе еды. Назад пути нет. Они не в силах остановиться.       — Тебя сейчас должно беспокоить другое, — шипит в поцелуй Чонгук, пробираясь ладонями под футболку. Он гладит кожу, царапает спину, целует и прикусывает шею.       — Что? — Тэхён кожей чувствует жар его рук и начинает плавиться. Чонгук до безумия горячий и страстный. А Тэхен никак не может к такому привыкнуть. Как же его это заводит. Он такой неопытный и несмелый, попадает в руки человека с бешеной сексуальной энергетикой. Его буквально сносит волной исходящих от Чонгука огненных флюидов.       — Чтобы не остыл я. Тэ, ну почему мне так сложно от тебя оторваться? — Чонгук понимает, что на этот вопрос не будет четкого ответа. От Тэхёна оторваться сложно. Его хочется всегда держать в руках и целовать. Целовать без остановки. Чонгук так и будет делать, потому что его немыслимо тянет.       Чонгук вновь не отвечает за себя. Его ласки уже чуть грубее, а слова смелее. Он снова шепчет что-то такое из ряда вон выходящее. Тэхён смеется сквозь стоны. Ему нравится эти острые фразочки. Он и не предполагал, как они важны для него во время секса.       — Не отрывайся, Гуки. Я хочу… Сам хочу тебя, — и невозможно не хотеть такого Чонгука. У него глаза горят безумным блеском. Медовая кожа блестит под слабым освещением. Он сильный и страстный. А ещё невероятно противоречивый. Огненная страсть в секунду может смениться тягучей нежностью. Тэхён не знает, что от него порой ожидать, но в этом вся прелесть.       И эти слова Тэхёна становятся финальными перед рывком. Чонгук, давно позабыв об усталости, жадно обнимает его за талию, стягивая с него футболку. Она летит куда-то в сторону. А Тэхён в ответ прижимается к нему обнаженной грудью и проезжается членом по члену Чонгука. Одежда мешает обоим. Её бы сейчас стянуть и тоже отбросить. Поэтому Чон дрожащими руками пытается расстегнуть молнию на джинсах Тэхёна. Но она не поддается. Поза неудобная. Не выходит, как ни крути.       — Сними это, Тэхён! Или я порву на тебе одежду ко всем чертям! — как дикий зверь рычит Чонгук. Он бы и сам это сделал, да не получается.       Тэхён ловко слезает с него и выходит из одежды. Занятый собой, он не сразу замечает, что и Чонгук уже остался без всего. О том, чтобы менять позу, речь не идет. Они хотят продолжать только так. Тэхён охотно возвращается туда, откуда слез. А вот теперь становится уже горячее. Без ткани между ними всё ощутимо приятнее.       Тэхён жмётся теснее и ёрзает на крепких бёдрах. Члены соприкасаются, трутся друг о друга, смешивая смазку в единое целое. Тэхён крепко обнимает Чонгука за шею. Момент слишком волнительный. Он не может справиться со собственными чувствами. Ему ничто сейчас не поможет. Хочется всего и сразу, да побольше и без перерыва на отдых. Поцелуи и засосы Чонгука сводят с ума. Его сильные руки повсюду. Они гладят, сжимают и ласкают, доводят до исступления. Горячие поцелуи дурманят. Дыхание обжигает сильнее огненной лавы. Хриплый шепот с перчинкой смелых фраз уносит за пределы реальности. И как он вообще жил раньше без Чонгука? Как дышал без него? Непонятно.       — Я забыл дома смазку, — рычит Чонгук, ругая себя. Вот как можно было такое упустить? Обо всём ведь позаботился, а главное — забыл.       — У меня есть, — признается несмело Тэхён. Дотянувшись до кармана своих джинсов, он достает микроскопический тюбик.       — Ах ты, негодник! Ты для чего сюда ехал? — томно смеясь, журит его Чон и забирает из рук лубрикант.       — Хочешь сказать мне одному это на… — не успевает договорить Тэхён и задыхается от холодящей нежную кожу жидкости на себе. Чонгук размазывает её вокруг входа. Она стекает вниз тонкой струйкой, Чонгук кружит пальцами по коже и дразнит.       — Мне очень надо, Тэ. Я всегда хочу тебя. Как безумный хочу, — отвечает Чон и толкается внутрь одним пальцем, понимая, что после их бурной ночи растяжки особо и не потребуется, но подстраховаться всё же стоит. Он убеждается и сразу добавляет второй. Так и есть, долгой растяжки не надо.       Тэхён еле держит себя в руках. Его колотит и потряхивает. Он буквально скулит от напряжения, чувствуя, как скользкая головка уже упёрлась в анус и стала под напором растягивать стенки в стороны. Он громко выдыхает, когда член окончательно входит до упора, и замирает в нём.       — Гуки… Скажи, что ты только мой, — Тэхён и сам не знает, зачем это спросил. Что за глупость? Хотел убедиться? Возможно. Просто, видимо, до конца не верил, что этот умопомрачительный мужчина только с ним, что любит только его. Снова неуверенность Тэхёна брала верх. А ведь он обещал себе отбросить все переживания.       — У тебя есть сомнения?       Чонгук останавливается и смотрит в потемневшие глаза напротив. Он возмущенно вскидывает бровь, сильно сжимая руками чужие бедра. На мгновение во взгляде черных глаз мелькают искры гнева.       — Что за бред? Неужели непонятно? — проносится в его голове. Он обескуражен этим вопросом или просьбой. Не пойми, что тут вообще происходит. Его напрочь сбивает с толку Тэхён. Да с ним реально не соскучишься.       Тэхён молчит и нервно кусает губы. А Чон внутренне себя успокаивает. На кого он злится? На Тэхёна, которого любит больше жизни, которого поклялся оберегать от всего плохого? Нет. Это не повод для разногласий. Тем более в такой особенный момент. Тэхёну нужны подтверждения? Что же. Сейчас он их получит.       — Твой… Я только твой… Твой… Твой…- хрипит он, кусая чужие пухлые губы. До крови, потому что его страсть так сильна, что иначе никак. А ещё Тэхён подлил масла в огонь. Поэтому Чонгук теперь насаживает его на себя резко, глубоко и пылко. Доказывает и словами, и толчками. Тэхён сам напросился. Пусть теперь прочувствует, насколько Чонгук его. Пусть знает, что только на него так по-особенному реагирует его тело.       Каждое слово признания сопровождается чувственным проникновением. Ох, зря Тэхён это спросил. Чонгук же решил действиями доказать, кто тут чей. И делал он это долго, сопровождая только одним словом. Во время каждой новой фрикции звучало это важное для Тэхёна слово: «твой».       А Тэхён слушал это и выпадал из реальности от всего происходящего. Он открывал для себя новые грани Чонгука. Боли не было, стало до одурения приятно. Таким неистовым Чонгук с ним ещё не был. Тэхён двигался в такт и навстречу движениям его тела и утопал в его неповторимом запахе. Он содрогался от каждого произнесенного слова и закипал от жара медовой кожи. По телу Тэхёна проносились сладкие импульсы в преддверии неминуемого оргазма. И вот, когда он уже был близко, то услышал новую фразу:       — А ты только мой, — Чонгук говорил это слишком уверенно. В этом он не сомневался точно.       И Тэхён не смог бы сказать что-то против, потому что… Да. Он только с ним и только его. У Тэхёна и в мыслях не было ничего и никого другого.       Слова и движения сводили с ума и Тэхён кончил ему на живот. Это и стало немым ответом на все незаданные вопросы. Он обессилено рухнул на Чонгука тяжестью своего тела. А тот, крепко удерживая его, через пару минут догнал Тэхёна своим сильнейшим оргазмом.       — У тебя остались сомнения, малыш? Ты убедился? — поинтересовался он у обмякшего на себе Тэхёна, поглаживая его взмокшую спину.       — Убедился, — безжизненно выдохнул Тэхён и приподнялся, чтобы поцеловать те губы, что на протяжении почти получаса ему твердили одно лишь подтверждающее слово, вбивая в него признание. Но Тэхён не жалеет о своей просьбе. Это было на грани сумасшествия. Незабываемо.       Чонгук устал. Он выдохся. Но, превозмогая себя, всё же взял Тэхёна и вместе с ним на руках поднялся с водительского кресла.       А в тишине услышал слабое:       — Чонгук, ты вообще человек? Откуда только силы берутся? — подколол его беззлобно Тэхён. У него то силы остались только на шутки.       Чон усмехнулся, но ответил ему лишь долгим глубоким поцелуем.       А кресло… это бедное красивое кожаное кресло… Оно напрочь выпачкано было белесой жидкостью. И кому-то с утра придется всё отмывать. Тэхён абсолютно расслабился на его руках и не мог привести в норму сбившееся дыхание. Чонгук отнес его в душ, по пути обсуждая, что после им уже можно повторно разогреть еду и поесть. У Чонгука разыгрался зверский аппетит. Это оказался самый невероятный секс, который только был в жизни Чонгука. После такого организм требует подпитки. Без сомнения, что и в жизни Тэхёна подобного не случалось. И он теперь обязательно станет следить за словами во время их близости. Это уж точно. Ну а если нет, то придется привыкнуть к неординарным ответам Чонгука.       А впереди их ожидало несколько незабываемых дней наедине. В эти дни всё обязательно будет на их стороне: безоблачная теплая погода, птички за окном их «домика» создающие райскую атмосферу, шум вековых деревьев и красота чистейшего озера. Тэхён бесконечно счастлив. Чонгук автоматически тоже.