У Северных врат

Ночью стало совсем тихо. Слышно было только тихое сопение Татьяны. Ее лицо совсем скрылось за густой копной черных как смоль волос и уже не выглядело таким аккуратным и кукольным, как днем. Мария заснула, уткнувшись в животик странного кота, который нисколько тому не противился. Ее рыжие пряди резко алели на фоне немного блеклой и желтоватой шерсти животного. Ближе к рассвету на улице стали появляться люди. Они копошились, шептались, прятались по углам и бурно обсуждали события последних дней. — Слышали? Молодая госпожа вернулась. — А где она была? — Не знаю. — Говорят, мачеха ее выгнала. — Нет, сама она сбежала, сама. Отец ее наказал опять, вот она и сбежала. — А не с женихом ли? — Да какие женихи, ее из дома-то и не выпускали больно, откуда женихам взяться. Говорю, отец ее избил, вот она и сбежала. Да вернулась. — Эх, сама бы не вернулась. Надо знать, погоня за ней была. — Говорят, с собаками искали. — Ах, страсти-то какие! Лучше бы уже отпустил девчонку, чем истязать так. — Да разве она бы на улице выжила? — Наша госпожа хоть молода, да умом ее Боги наградили знатным. Выжила бы, выжила, да и получше нас бы жила. Вернувшись к Марии, я обнаружила, что странного кота нигде нет. Его место заняла маленькая подушка. Обыскав дом, я обнаружила бедное создание у выхода. Деловито задрав хвост, кот вышел из дома, прошелся по ограде и разбудил нескольких бульдогов. Подразнив их ободранным хвостом, странный кот спрыгнул и побежал в сторону городских ворот. На несколько секунд я засомневалась, стоит ли следовать за ним, но что-то мне подсказывало, что Мария в хороших руках и ничего плохого сейчас с ней не случится. Рыжий кот все шел и шел, постоянно дразня собак и хвастаясь своей шерсткой перед собратьями-котами. Несколько раз он останавливался, чтобы посмотреть на какую-нибудь птичку или полежать на солнышке. За столетия, проведенные среди героев и личностей во всех смыслах исключительных, я не раз видела ленивых и толстых котов, но никогда бы не подумала, что потрачу целое утро на слежку за одним из них. — А ну, брысь отсюда, оборванец! — крикнула какая-то женщина и выплеснула на рыжего кота воду из своего корыта. Тот ловко уклонился от воды, задрал хвост и зашипел на свою обидчицу. Женщина не обратила на это никакого внимания, продолжая развешивать белье. Мы были уже у самой стены, и я могла только догадываться, куда направляется этот странный кот. Возможно, его там ждет хозяин? Миновав стену, кот пустился бежать по направлению к казармам. Солнце уже было в зените, потому повсюду слышался разного рода шум, раздавались голоса и тарахтение. Военные пользовались машинами с юга. Те территории меньше всего пострадали от врат, потому сохранили некоторые технологии прошлого и обогнали другие страны на многие десятилетия. Однако новая угроза вынудила их делиться ресурсами, в том числе, знаниями. Я слышала странное сплетение языков и наречий, которое окрестили «языком врат»: солдаты из разных стран не могли выучить общее наречие сразу и сохраняли многие элементы своего языка, что превращало прекрасный по своему звучанию нерди в какую-то кабацкую грязь. Странный кот прошмыгнул в одно из зданий и тут же угодил в руки пожилого мужчины. Тот прошелся своей широкой и сухой ладонью по рыжей шерстке и поднес мордочку к самым своим глазам. — Нагулялся? Ах ты, негодник! Я тебя весь день вчера прождал. Кот вырвался из рук мужчины и спрыгнул на пол. В одно мгновение он стал резко изменяться. Что-то подобное я уже видела. Его шерсть начала редеть, а конечности стали выворачиваться и растягиваться в разные стороны. Зрелище было не таким ужасным, как превращение волка, но приятного все же мало. — Ты не должен забывать, зачем все это! Столько времени, столько труда было потрачено! И теперь, когда битва так близка, ты должен быть здесь и готовиться! — продолжал мужчина, не обращая внимания на то, что толстый и пушистый рыжий кот стал высоким и не таким пушистым юношей. — Пойми же, ты не в том положении, чтобы пропускать тренировки! Представь, что бой уже начался. И что? С чем ты пойдешь на короля врат? Со своими коготками? Забьешь его насмерть своим драным хвостом? — Простите, учитель. Но я был вынужден покинуть вас. — Интересно, зачем это? — Боюсь, я не могу рассказать всех подробностей, но моя утренняя вылазка привела к самым неожиданным последствиям. Я понимаю, учитель, что моя магия не подходит будущему Святому, но я обещаю, что приложу все усилия и всего себя посвящу, чтобы отблагодарить вас за все! — Эх, не говори так, Юрий. Такое ощущения, что я забрал тебя из храма только для того, чтобы сделать своей пешкой. Просто пойми, людям нужно верить, что там, у врат, где света совсем нет и надежды тоже нет, стоит не просто человек! Не просто человек защищает их, а Святой, избранный Богами! Мы должны создать новую легенду, Юрий. Я готовил тебя к этому пятнадцать лет! Ты дашь фору любому человеку. Но король врат — не человек. Ты должен стать в сотню, в тысячу раз сильнее, чтобы одолеть его! Сегодня у меня уже нет времени, но как только доберемся до Священной рощи, тренировки станут жестче, так что готовься. — Учитель, я не смогу следовать туда с вами, но обязательно прибуду в Священную рощу не позже, а может, даже раньше. Мне необходимо закончить некоторые дела, — уверенно произнес юноша, уставив на учителя свои огромные зеленые глаза. — Я не знаю, что с тобой происходит, но заканчивай уже с этими кошачьими прогулками. Так и быть, даю тебе свободу на три дня. Но после — только посмей мне возразить что-нибудь! Как миленький будешь слушаться! — Да, учитель! — бойко ответил юноша и поклонился. — Давай уже, одевайся, — пробурчал мужчина и вышел из комнаты. Странный кот начал быстро натягивать на себя штаны, попутно осматривая свое тело. Возможно, он искал следы вчерашних ранений, но сила Марии прекрасно справилась со своей работой. Шрамам на теле Юрия было намного больше нескольких дней. Широкие белые рубцы на спине и руках выделялись на фоне смугловатой кожи, особенно, на лице. На шее Странного кота я обнаружила знакомую татуировку — дуб, нарисованный одной линией. Такая же была у Юстаф. Ее бьют в древнем храме Божественных Братьев. Я рада, что эта традиция еще где-то живет, но знак мира плохо сочетается с набитым на пальце кольцом воина — символом агрессивным, родившимся в самые тяжелые времена гонений, когда люди впали во тьму. Но больше всего меня удивили цифры над сердцем. Их я узнаю повсюду — номер песни и стиха. Да, такое могло быть только над сердцем человека, не раз перечитывающим эту Книгу. — Тесно. Ненавижу, когда тесно.