Эта тьма... Я боюсь себя...

Утро нового дня  

Утро Маринетт началось не так, как она планировала. Вместо того чтобы спокойно проснуться и насладиться первыми лучами солнца, девушка проснулась около пяти утра и больше не смогла уснуть. Голова болела, мысли путались, а тело казалось чужим.   Маринетт встала, умылась и, собравшись с силами, отправилась на кухню готовить завтрак. Но стоило ей сесть за стол, как состояние резко ухудшилось. Голова закружилась, в глазах потемнело, и она потеряла сознание.   Маринетт видела темные, пустые улицы Парижа. Было пусто будто город стал заброшенным. Но внезапно сменились квартирой с мягким светом и приятной атмосферой. Но что-то было не так. Девушка огляделась и заметила на запястьях связанные веревки которые казались частью интерьера, но никак не ее.   — Какого черта? — прошептала она, пытаясь понять, как здесь оказалась. Она дергалась и пыталась развязать руки за спиной, но ноющая боль во всем теле не давала этого сделать. Внезапно раздался громкий звук, похожий на удар. Маринетт вздрогнула и, открыв глаза, увидела перед собой ложку, которую держала в руке. Она потерла глаза, пытаясь прийти в себя, но ощущение нереальности никуда не исчезло.   Собравшись с мыслями, Маринетт решила, что это всего лишь странный сон, вызванный переутомлением. Она встала, привела себя в порядок и принялась готовиться к приезду подруги, которая должна была приехать через три часа.  

Хлоя в поисках дома  

Хлоя, сидя в самолете, листала журнал и пыталась отвлечься от мыслей о том, как пройдет встреча с Маринетт. Она давно не видела подругу и очень соскучилась. Но Хлоя не могла не думать о том, что Маринетт уехала из страны, оставив все позади.  Время после выпускного прошло быстро и незаметно и многое забылось, но сейчас предвкушая встречу, тревога подкрадывалась шагами бегемота. Посадка прошла спокойно, и вскоре Хлоя уже шла по улицам Вероны, пытаясь найти дом Маринетт. Она знала, что подруга живет в одном из самых престижных районов города, но даже здесь не всегда легко найти нужное место.   Наконец, Хлоя увидела шикарный белый дом с ухоженным садом. Это был он. Маринетт всегда мечтала о таком месте — тихом уголке, где можно было бы спрятаться от суеты и проблем.   Хлоя постучала в дверь, и через несколько секунд она открылась. На пороге стояла Маринетт в элегантном белом костюме. Ее волосы были собраны в высокий хвост, а на ногах красовались туфли на каблуке с множеством страз.   Девушки обнялись, и на мгновение все тревоги Хлои исчезли. Они не виделись полтора года, и у них было так много тем для разговора.  

Адриан и его тайны  

Тем временем в Париже Адриан Агрест сидел в своем кабинете и пытался разобраться в своих мыслях. Он давно хотел поговорить с Маринетт, но она исчезла, оставив его в неведении.   Адриан знал, что его отец Габриэль Агрест не позволит ему жить спокойно. Он всегда стремился контролировать сына, заставляя его участвовать в делах компании. Но Адриан мечтал о другой жизни — спокойной, без интриг и угроз.   Однажды ночью, когда Адриан не мог уснуть, он решил поговорить с Альей, подругой Маринетт. Он надеялся, что она сможет помочь ему понять, что произошло с Маринетт.   Провернув определенные махинации, Адриан выскользнул из дома незамеченным и направился к дому Сезер. Алья уже знала о приходе незваного гостя, поэтому сразу без прелюдий она уточнила, о чем хотел поговорить Адриан посреди ночи. — Аль, я должен поговорить с тобой, — начал Адриан, стараясь скрыть волнение в голосе.   — О чем? — спросила Алья, нахмурившись.   — Я хочу узнать, что случилось с Маринетт. Почему она уехала? Почему она сбежала с выпускного бала? Почему она так изменилась?   Алья посмотрела на Адриана с недоумением.   — Ты действительно хочешь это знать? — спросила она, глядя ему в глаза.   — Да, — твердо ответил Адриан.   — Хорошо, — вздохнула Алья. — Но я не уверена, что тебе понравится то, что я скажу.    — Маринетт в те дни была своя не своя, о чем то бредила, что-то бормотала во сне, а в выпускной день так и вовсе была разбита, ты не помнишь? — Нет, я не помню, что мог бы ей сделать, я тогда сильно опоздал и пришел на выпускной вечер только под конец.Я переживал, что Маринетт расстроится, поэтому привез ей маленький подарок. Но ее уже не было. — Но ты ведь поцеловал незнакомку прямо у нее на глазах! Я тоже это видела собственными глазами. — Я не понимаю о чем ты?- Адриан поежился, мысли о других девушках никогда его не волновали, он был предан одной. — Что-то тут не так, но не могу тебя полностью оправдать в тот день, ты совершил ошибку.  Письмо, которое изменило все   Тем временем Маринетт сидела на диване и рассказывала Хлое о своих чувствах. Она рассказала о том, как любила Адриана, но боялась признаться в этом. Как он изменил свое отношение к ней, и как это ранило ее сердце.   Хлоя слушала, не перебивая. Она понимала, как тяжело было Маринетт, и сочувствовала ей.   — Но почему он так поступил? — спросила Хлоя, глядя на подругу.   — Я не знаю, — ответила Маринетт, закрывая лицо руками. — Я думала, что это просто недоразумение. Но теперь я понимаю, что это было что-то большее.   Вдруг раздался звонок в дверь. Хлоя встала и пошла открывать. На пороге стоял почтальон с конвертом в руках.   — Для Маринетт Дюпен-Чен, — сказал он, протягивая конверт.   Хлоя взяла конверт и, прочитав адрес, удивленно подняла брови.   — Это от Габриэля Агреста, — прошептала она, открывая письмо.   Она прочитала текст и, не веря своим глазам, перечитала его еще раз.   — Афигеть, — сказала она, закрывая письмо.   — Что там? — спросила Маринетт, подходя ближе.   — Габриэль Агрест приглашает тебя на вечер брендов, — ответила Хлоя, передавая письмо подруге.   Маринетт прочитала текст и удивленно посмотрела на Хлое.   — Вечер брендов? — переспросила она. — Зачем мне это?   — Может, это шанс что-то изменить, — предположила Хлоя. — Давай хотя бы посмотрим, что из этого выйдет.   Маринетт задумалась. Она не знала, стоит ли принимать приглашение, но в глубине души чувствовала, что это может быть важно.   — Ладно, — наконец сказала она. — Но только если ты будешь рядом.   — Конечно, — улыбнулась Хлоя. — Я всегда буду рядом.   Они обнялись, и Маринетт почувствовала, что снова готова бороться за свою жизнь.