Экзорцист

Как только за Гэвином закрылась дверь номера, что он снял в каком-то очередном безликом мотеле, сразу стало понятно, что отдохнуть после изматывающей охоты не выйдет. Потянувшуюся, чтобы включить свет руку остановили у самой кнопки выключателя. Гэвин охнул, ощутимо приложившись спиной к стене, и тут же ощутил близость горячего тела. Ричард не извинялся, он не умел быть достаточно осторожным. А сейчас, когда горячка охоты еще не отпустила, кажется, вообще себя не контролировал. Гэвин не успел ничего сказать, как его прижали плотнее и поцеловали, заставив забыть все, что он собирался сказать. Хотя позже им действительно стоило поговорить. Но сейчас, когда Ричи так плотно прижимался и целовал, уверенно и горячо, у Рида просто не было сил все это остановить. Он почти задыхался от такого напора и ничего не видел в темноте номера. Чувствовал, как Рич ведет горячими руками по его спине, плечам, спускается на бедра, даже через джинсы чуть покалывая короткими, острыми когтями. Шумно дышит и коротко, утробно рычит, стоит только Гэвину попытаться отстраниться, чтобы глотнуть воздуха. Да, они оба сильно испугались, когда огромный разъяренный оборотень кинулся на Гэвина, до этого израсходовавшего весь запас серебряных пуль. Ричард успел буквально в последнюю секунду, когда когтистая лапа вервольфа была в считанных сантиметрах от лица охотника. Он перехватил ее и выгнул так, что Гэвин услышал треск костей и рев боли чудища, которое не знало, что этого охотника вообще стоило бы обходить десятой дорогой. Ричи расправился с ним быстро и без лишней крови. Гэвин даже не успел понять, что он сделал, когда массивная туша повалилась к его ногам. А Ричи стоял над ним и смотрел своими красными глазищами, как в начале показалось с иронией, что в итоге оказалась злостью. Да, не стоило бежать вперед паровоза и кидаться на тварюгу одному. Да, стоило подождать, когда Ричард разведает обстановку и нет ли поблизости всей стаи. Но Гэвину, привыкшему действовать в одиночку, слишком чесалось. И кто виноват, что он выхватил несколько ударов мощной лапой, прежде чем делом занялся Рич? Никто. Всю дорогу до мотеля Ричард молчал, даже не показываясь. Гэвин и сам не мог открыть рта — так его трухануло в момент опасности. Он понимал, что от смерти его отделяла всего секунда. Миг, за который острые когти вспарывают человеческое горло. И неизвестно, справился бы Рич с такими серьезными повреждениями или нет. Успел ли справиться? Ричард, походу, тоже не знал и тоже переволновался. Поэтому сейчас и вел себя… так. Гэвин отвечал на его становящиеся слегка болезненными поцелуи — клыки время от времени задевали нежную кожу человеческих губ. Чувствовал металлический привкус своей крови на языке и то, какой тяжелой становится голова от недостатка кислорода. Хотелось вжаться в Ричарда еще сильнее, хотя сильнее было уже некуда. Тот отпустил охотника всего на секунду, но только чтобы, схватив за футболку на груди, дотащить и толкнуть в направлении кровати. Рид упал спиной на покрывало, тут же ощутив на себе приятную тяжесть горячего тела сверху. Он хотел спросить «что на тебя нашло?» или отпустить какую-нибудь шуточку, которая привычно разрядит атмосферу, но просто не мог этого сделать. Ричард снова поцеловал его, так глубоко и влажно, что у Рида просто отключились мозги. Желание зарождалось в нем настолько стремительно, что Гэвин понял — пора остановить это прямо сейчас либо потом пенять на себя. Он с трудом подавил в себе желание податься вперед, схватить Ричи покрепче и потереться о него. Но лежать спокойно становилось все труднее. — Стой, — попросил Гэвин. И, как ни странно, Рич тут же остановился, словно не он терял над собой контроль минуту назад. Не могло же Гэвину показаться? — Гэвин? — непонимающе склонил голову набок Рич. — Нам стоит остановиться. Рид мягко отстранился, вставая с кровати. В темноте номера было почти ничего не разглядеть. Ричард был полностью в своей стихии, Гэвин видел только его светящиеся краснотой глаза. Стоило хотя бы открыть шторы, чтобы впустить лунный свет, но разрушить момент не хотелось. — Почему? Ну и как ему объяснить? Гэвин и сам до конца не знал, почему остановился. Что-то внутри подсказывало, что сейчас не лучший момент для такого рода сближения. Они знали друг друга всего какие-то жалкие три месяца. Причем Рид до сих пор не имел ни малейшего понятия, с чем имеет дело. А Ричи тяжело давалась концепция человеческих отношений. — Хорошо, — попытался настроиться на разговор Рид. — Что мы, по-твоему, только что делали? — Ты меня целовал, — усмехнулись из темноты. — Только я? — не оценил подъеба Гэвин. — Нет. Я тоже тебя целовал. Ты остановил меня. Зачем? — Что ты собирался делать дальше? — Целовать еще. Везде, где ты мне позволишь. «Дышать», — напомнил себе Гэвин. Это ему ни хрена не видно в этой темени, а Ричи небось любуется его раскрасневшимся лицом. — Дальше, — потребовал Рид. — Я знаю, что такое секс, Гэвин, — прозвучало с укоризной. — Видел, как люди им занимаются. Я хотел попробовать. С тобой. — Так, — не выдержал охотник. — Мне надо покурить. Он вышел на крыльцо, сбегая от изучающего взгляда. Достал из кармана сигареты и закурил, глядя заслезившимися от дыма глазами на полупустую парковку. Здесь все было хорошо освещено, значит, Рич не сможет выйти. Можно было попытаться собраться с мыслями. Мысли собираться не хотели, раз за разом возвращаясь к горячим губам. Гэвин чувствовал, как горят собственные. Как слегка щиплет ранки от клыков, когда он делает затяжку. Ричи чертовски быстро учился. Гэвин признавал, что, если хорошо подумать, ему не было равных. Как-то так повелось, что Рид не слишком часто с кем-то целовался. Для этого требовалась особая близость, которую не найдешь со случайными любовниками и любовницами. А последние долгие отношения были у Гэвина, кажется, еще в колледже. Как бы то ни было, сейчас тему секса стоило отложить. Рич мог насмотреться у людей чего угодно, но собственный опыт всегда был ярче. Наверное, в глубине души Гэвин просто боялся налажать. Вернувшись в номер, он первым делом снял куртку, которую, вообще-то, стоило постирать, но сейчас на охотника навалилась такая усталость, что он был готов улечься спать и так. Без душа, не снимая ботинки. — Ричи? — позвал он в темноту. Ответа не последовало. Вздохнув, Гэвин все же отправился в ванную. Стоило ли тратить деньги на мотель, если хотя бы не вымыться? Поспать он мог и в машине. Вода окончательно расслабила тело. Рид вышел из душевой кабинки, протер запотевшее от пара зеркало. В отражении с прошлого раза ничего не изменилось. Завершив банные процедуры, свежий и выбритый, Гэвин улегся в постель. Он долго не мог уснуть, ворочаясь с одного бока на другой, пока не услышал, как скрипит, открываясь, дверца шкафа сбоку от кровати. Как матрас проседает под чужим весом. Ричи прижался к нему со спины, тепло дыша куда-то в макушку, и Гэвин как по волшебству провалился в сон. --- Такой долгой дороги Гэвин не помнил уже очень давно. Он то и дело ерзал на водительском сидении, пытаясь умоститься удобнее. Переключал радиоканалы. Не находя ничего стоящего, откопал богом забытую флешку со своей музыкой в бардачке. Через каждые два-три часа приходилось делать остановки, чтобы размять ноги и спину. Еще и Ричи при дневном свете не показывался. А Рид уже так отвык, что в пути ему не с кем поболтать, что не мог дождаться, когда сядет солнце. Всему виной был Хэнк — давний приятель отца, который знал Гэвина едва ли не с пеленок. И с которым он держал связь или мог обратиться за советом, когда в таковом нуждался. Они виделись нечасто. Иногда Гэвин навещал бывшего охотника, чтобы выпить пива и потискать старину Сумо, который радовался гостю едва ли не больше, чем своему хозяину. Вот и в тот вечер, когда нагруженный пакетами с эмблемой местного магазинчика Рид стоял у входной двери в дом Андерсона, пес первым учуял гостя. Гэвин улыбнулся, как только услышал радостный лай по ту сторону двери. Обе руки были заняты покупками, поэтому Ричард, который хотел всегда и везде находиться со своим человеком, протянул черную, когтистую руку, что материализовалась прямо из плеча Рида, к дверному звонку и нажал несколько раз. Хэнк догадался не сразу. И черт знает, как он вообще это сделал. Так и не признался старый хрен. Весь вечер он вертел свои предположения и догадки в голове, чтобы, когда Гэвин намывал пивные бокалы в раковине, вдруг выдать: — Кристо. — Чего? — не понял Рид, и похолодел, почувствовав, как к затылку прижимается дуло пистолета. «Нет!» — с невероятным усилием он остановил тут же вскинувшегося в его защиту Ричи, чтобы не дать ему раньше времени выдать себя. — Кристо, — еще раз сказал Хэнк. — Я все объясню, — Гэвин старался говорить спокойно. Он, конечно, собирался однажды познакомить Хэнка со своим личным монстром, но не ожидал, что это придется сделать так скоро. — Это не то, что ты подумал. — Повернись. Рид послушался, чтобы ему тут же плеснули святой водой из заранее приготовленной бутылочки в лицо. Охотники, даже бывшие, никогда не теряют свои рефлексы. Конечно же, здесь по всему дому попрятаны защитные амулеты и оружие. Будь у него свое жилище, Гэвин бы сделал точно так же. Ему пришлось вытерпеть еще несколько проверок на одержимость. Два раза выслушать ритуал изгнания. А потом пуститься в долгие, подробные объяснения, как он, собственно, докатился до такой жизни. Рид не собирался подвергать Ричарда риску и ждал, пока Хэнк полностью успокоится и отложит оружие. С последним пришлось сложнее всего. — Да ничего я не сделаю твоему чудищу, пусть показывается. — Ты мне только что пушкой в висок тыкал, — не унимался Гэвин. — Ты сам знаешь, что в нашем деле лучше перестраховаться, — пытался стоять на своем Андерсон. — И поэтому ты тут час вокруг меня с бубном плясал. Или убираешь пушку, или я пошел, — поставил ультиматум Рид. Пришлось Хэнку сдаться. А когда Ричи все-таки показался, и Гэвина перестало колбасить после разделения, ругался бывший охотник самыми грязными словами. Рид даже заслушался. Только Сумо не отреагировал на незваного гостя враждебно. Он подошел к Ричу, вынуждая Хэнка прервать матерный монолог, обнюхал протянутую руку и лег в ногах. Вот так пес и поставил точку в разговоре, сам того не понимая. Потом Гэвин и Хэнк долго сидели, распивая припрятанную на особый случай бутылку хорошего виски. А Ричард в соседней комнате, где специально для него отключили свет, играл с Сумо мячиком. Именно Хэнка осенило «блестящей» идеей навестить его давнюю знакомую, Аманду, которая жила в цыганском таборе и была ведьмой в шестнадцатом поколении. Только вот главной проблемой было найти этот самый табор, который кочевал с места на место, никогда не задерживаясь в каком-то городе надолго. Это и стало причиной того, что сейчас Гэвин чертыхался над помятой картой штата, пытаясь понять, туда ли он свернул две мили назад. Поисковой кристалл уверенно указал направление, и, бодренько взревев мотором, повидавшая жизнь серебристая хонда направилась в путь. --- В шатре оказалось слишком душно. Все источники света были завешены разномастными цыганскими платками и накидками. В воздухе витал тяжелый запах воска и трав. Аманда — темнокожая женщина почтенного возраста — смотрела на Гэвина с интересом. Ее выразительные глаза в обрамлении длинных, пушистых ресниц, в полумраке казались почти черными. «Давай», — мысленно сказал Гэвин. Он уже почти привык к дискомфорту при разделении, но все равно согнулся, пережидая болезненные спазмы где-то в грудной клетке и давя рвотный позыв. А вот это уже что-то новенькое. — Где ты нашел его? — Аманда выглядела шокированной. Она встала из-за стола, тряхнув длинными, заплетенными в дреды волосами, и подошла ближе. Ричи стоял спокойно, разрешая себя осмотреть. Он доверял своему человеку. И если тот сказал, что опасности для него здесь нет, значит, ее не было. И эта чудаковатая женщина — не угроза. — Немыслимо, — прошептала ведьма. — Что? — не понял Гэвин. — Сайту настолько редки, что их существование даже среди посвященных считается легендой. — Хотелось бы узнать подробнее, если можно. — Это разновидность демонов, имя которым дали еще первые индейские племена Южной Америки. Когда человек испытывает сильнейшее эмоциональное потрясение, ненависть или злость, направленную на самого себя, он может превратиться в Сайту. Это словно наслать проклятие на самого себя. Зачастую они очень нелюдимы и агрессивны, редко идут на контакт. Живут, — Аманда выразительно посмотрела на Гэвина. — За счет чужой жизненной энергии. При прямом контакте берут слишком много, в отличие от постепенной подпитки от человека. — То есть, — решил уточнить Рид, — Ричард был человеком? Последний факт его не пугал. По правде говоря, он что-то такое и подозревал. — Да, — улыбнулась Аманда, подходя к Ричарду ближе. — И, если захочет, может стать им снова. Существует ритуал смены сущности. Отречения от зла. Сама я не знаю, как он проводится, но могу направить к тому, кто сможет помочь с информацией. Если Ричард захочет вспомнить себя. Гэвин не знал, что сказать. Он был шокирован свалившимися на его голову подробностями. Ричард тоже выглядел растерянным. — Вы можете остаться на ночлег, — предложила Аманда. — У нас есть шатер для гостей. Утро вечера мудренее. В конечном итоге, решение за Ричардом. Получается, Ричи может стать человеком. Гэвин даже не представлял, как бы тот мог выглядеть. Но был готов помочь ему разобраться, как жить эту жизнь. Хотя сам в этом, если честно, не слишком преуспел. Как бы то ни было, они справятся вместе.