Экзорцист

Кошмары для Гэвина стали уже чем-то привычным, чем-то обыденным и безобидным. Когда ты видел и знаешь намного больше, чем положено обычному человеку, мозг в своем праве транслировать тебе любую дичь в бессознанке, лишь бы разгрузить несчастную психику. Гэвин чувствовал, что ему нужен отдых. Их последняя командная работа с Ричардом, казалось, вытянула из него все силы. Даже если собственный организм не тратил никаких ресурсов на исцеление ран, присутствие Ричи в теле забирало все до капли. Стоило хорошенько отоспаться и нормально поесть, молодой организм быстро восстановится. Только вот из-за вечного недостатка денег приходилось выбирать между хорошей едой и удобной кроватью. Привыкший спать в любых местах и позах Гэвин решил, что первое все же будет поважнее. В кои-то веки поужинав не фастфудом, а нормальной, почти домашней едой, Рид лежал на кровати в мотеле и уже был готов считать гребаных овец, потому что сон не шел. Охотник чувствовал дикую усталость, моральную и физическую, но как ни старался, уснуть он не мог. Раздраженно выдохнув, Гэвин открыл глаза и тяжело сел на кровати. Хотел позвать Ричи, но в последний момент передумал. Последние дни тот не появлялся не потому, что не хотел, а потому что вне его присутствия Гэвину было лучше. Физически. Но он уже так привык к постоянному присутствию демона, что время вынужденного одиночества казалось наказанием. Завтра нужно отправляться в путь. Ехать до места назначения оставалось каких-то жалких восемь часов. Еще немного, размышлял про себя Рид, наливая виски в стакан, и они узнают, что нужно для ритуала. Там по-любому нужны какие-нибудь баснословно дорогие или редкие ингредиенты, но в этом случае Гэвину было плевать на цену. Только бы Рич больше не покидал его. Хотя, возможно, их отношения изменятся. Вдруг уже после месяца жизни в постоянных разъездах и опасности Ричи решит, что это не для него? «И будет прав», — мрачно подытожил Гэвин, наливая себе уже второй стакан. Надеясь, что хотя бы это его вырубит. Кому вообще может нравиться такая жизнь? Гэвин знал всего одного человека, и тот был уже на пенсии, потому что с возрастом ночная жизнь и побегушки от чудовищ даются уже не так легко. Когда со всем будет покончено, надо навестить старика, Сумо, наверное, уже соскучился. Виски сделал свое дело. Только сейчас Гэвин понял, как был напряжен. Тело расслабилось, в голове потяжелело. Он снова улегся на кровать, бездумно смотря в темноту. И сам не понял, когда почувствовал чужое присутствие. Жар чужой кожи. Тяжесть нависающего над ним тела. Гэвин бездумно потянулся к нему, подставляясь. Ему было так сладко и мучительно хорошо. Хотелось открыться больше, Гэвин развел колени шире, почти не соображая в удушливом мареве наслаждения, что совсем не знает своего любовника. Глаза напротив были незнакомыми. Вдруг стало страшно, Гэвин попытался отстраниться, но собственное тело сделалось невероятно тяжелым и совсем его не слушалось. Любовник все так же нависал над ним, крепко схватив и не переставая чувственно двигаться. Удовольствие горячими волнами стекало по телу. Гэвин приложил все усилия, чтобы высвободиться. Встретился взглядом с кем-то, кто будто бы только сейчас по-настоящему заметил его. Закричать почему-то не получалось. Его схватили крепче, угрожающе зарычали в ухо, и Гэвин наконец-то услышал свой голос. Он подскочил на кровати, панически оглядываясь по сторонам. Дыша, будто пробежал марафон. Чуть не заорал снова, когда увидел склонившегося над ним Ричарда. Сердце билось как сумасшедшее, возбуждение все еще томилось в теле и требовало выхода. Напряженный до предела член чувствительно натянул ткань белья. Гэвин боялся пошевелиться, понимая, как близко находится к краю, даже дышал осторожно, словно это стоило ему жизни. — Гэвин? — Ричард выглядел растерянным. — Что с тобой? Ты кричал. — Кошмар приснился, — ответил Рид, стараясь выровнять дыхание. «С эротическим уклоном», — добавил он уже про себя. Как хорошо, что Рич сейчас не слышит его мыслей. Гэвин чувствовал, что он реально готов сдаться. Что его просто невозможно сильно тянет к Ричарду. Тому стоило сделать хоть что-то. Всего малость, чтобы Гэвин окончательно сорвался. Ричард протянул руку к его лицу, видимо, собираясь погладить, но для Рида это стало спусковым крючком. Отдать отчет своим действиям он не успел — за него говорила животная часть, что сейчас хотела ощутить в реальности все, что ему приснилось. Гэвин потянулся к Ричи, обнимая его, и, наконец, целуя так, как хотел уже очень давно. Так, как должен был целовать каждый гребаный день. И удивился, когда Рич ответил так же жадно, словно тоже сгорал от мучительного желания. Клыки царапнули язык, от металлического привкуса стало на миг не по себе. Но через секунду, когда Рич навалился сверху, делая их поцелуй по-настоящему глубоким, отпустило. Гэвин застонал, когда член прижался к чужому горячему бедру, и Рич не мог не чувствовать, насколько он был возбужден. — Ты солгал мне, — улыбнулся демон, щекоча дыханием чувствительную кожу на шее охотника. — Кажется, тебе приснилось что-то другое. Расскажешь? Чувствуя, как по шее проходится горячий язык, Гэвин зажмурился до цветных кругов перед глазами. Он понимал, что ему сейчас зайдет даже секс без подготовки. Лишь бы Ричи не переставал целовать его и так хорошо касаться везде, где ему хотелось. — Мне приснился… ты, — ощутив горячую руку на члене, Гэвин чуть не заскулил. Белье мешалось, он стянул его, удовлетворенно выдыхая от соприкосновения кожи с кожей. Воспоминания об острых когтях еще маячили где-то на периферии, но стоило Ричи поплотнее сжать кулак и осторожно двинуть им раз-другой, Гэвину стало все равно. — Нет! Стой! — выдохнул он, отстраняя от себя чужие руки. — Я не… не смогу. Надеясь, что Ричи поймет правильно, Гэвин перевернулся на живот, тут же слегка привставая и опираясь на колени, чтобы случайно не кончить раньше времени, потершись о простыни. Рич навалился сзади, горячий и тяжелый. Гэвин некстати вспомнил, что смазки у него нет, а остановиться сейчас он не согласился бы ни под каким предлогом. Что-то внутри подсказывало, что ему все равно будет хорошо. Гэвин застонал, почувствовав, как Рич проводит языком по его промежности. И еще раз. И еще. Кажется, он и правда успел понаблюдать за людьми. — Пожалуйста, — выдохнул Гэвин, низко опуская голову, не выдерживая больше адского напряжения. Ему больше не было страшно. Сон развеялся, оставляя после себя необычайно яркое восприятие реальности происходящего. Жар чужого тела, довольное рычание, то и дело всплывающую на периферии сознания боль от царапающих кожу когтей. Гэвину давно так не было плевать на боль. Он наконец получил то, чего так давно хотел. Секс тоже был своего рода слиянием. Рид понял, какую ошибку совершил, когда тело начало слабеть с каждой новой волной, с каждым движением, разгоняющим по крови чистейшее удовольствие. Он держался на локтях, из последних сил цепляясь за ускользающее сознание. Даже стонать не мог, только сорвано дышал, чувствуя, как Ричи целует его загривок и плечи. Как крепко обнимает, сильнее царапая кожу, как он тихо, рычаще стонет. Гэвин чувствовал, что удовольствие почти переливается через грань, что он вот-вот отключится. Он хотел почувствовать и запомнить все. Словно прочитав его мысли, Рич, широко раскрыв зубастый рот, укусил его в плечо. Гэвин зашипел от боли и тут же отчаянно застонал, когда тело наконец-то прошило жгучим наслаждением. Услышал, как рычит Ричи, двигаясь сильнее, с каждым движением выбивая из своего человека хриплые вопли. А потом наступила темнота. Больше Гэвин ничего не помнил. Он обнаружил себя лежащим на кровати в том же номере мотеля, в котором засыпал. Попробовал встать, но не смог даже пошевелиться. Тело отозвалось болью, простынь неприятно липла к животу. Значит, это был не сон. — Гэвин, — Рич обеспокоенно склонился над ним. — Живой, — охрипшим голосом отозвался охотник. — Все нормально. — Прости, — горячая рука легла на спину, осторожно поглаживая. — Я не знал, что это тоже считается слиянием. Тебе сильно плохо? — Это было охренительно, — Гэвин снова попытался осторожно подняться. Голова кружилась. На том месте, где только что было его лицо, Рид обнаружил кровавые разводы на постели. Походу, опять с носа натекло. — Слушай, — он осторожно принял сидячее положение. — А может, ты суккуб? Ричард придвинулся ближе, чтобы Гэвин смог облокотиться на него спиной. Обнял, положив подбородок на плечо, осторожно поглаживая кончиками пальцев царапины на животе охотника. — Я не знаю, что это значит, — сказал он. — Вид демонов, что питаются жизненной энергией, привлекая людей своим внешним видом. Они могут считывать желания и менять внешность, повадки, голос. — Если бы я мог менять внешность, то как бы ты хотел, чтобы я выглядел? Гэвин немного удивился вопросу. Он ведь говорил несерьезно, забыв, что Рич не всегда различает, когда шутят, а когда нет. — Дай подумать, — Рид взял его руку в свою, переплетая пальцы, любуясь контрастом. — Я не знаю, есть ли у меня какой-то типаж. Никогда не зацикливался на внешности. Так что расслабься, я уверен, что ты понравишься мне. Хотя, — он повернулся, встречаясь с изучающим взглядом демона. — Если ты окажешься рыжим, поедем в салон перекрашиваться. Да шучу я! — засмеялся Гэвин, притягивая его для поцелуя. — Ричи, не делай такое лицо. --- Таинственный Элайджа Камски, забравшийся в самую жопу географии, жил в большом двухэтажном особняке на краю леса. Гэвин весь изматюкался, пока искал нужное место с помощью карты и кристалла, одновременно пытаясь не убиться на виляющих лесных дорогах, местами пролегающих очень близко к обрывам. Помощи от Ричи ждать не приходилось. Сбившись с графика, они добрались до нужного места за час до заката, и охотнику приходилось одновременно держать кристалл над картой, что лежала у него на коленях, и рулить. — А я смотрю, неплохо люди в глуши живут, — сказал Гэвин, паркуя машину. — Придется потом ехать на мойку, отмывать мою крошку от грязи и волчьего дерьма. Ричи ничего не ответил. Гэвин вздохнул. — Пойдем со мной, — предложил он. — Я тоже слегка на нервах, вдвоем мне будет спокойнее. Моменты слияния стали настолько привычными, что Гэвин перестал их замечать. Разве что резко перестало клонить в сон, и куда-то испарилась усталость. «Привет», — раздался в голове голос Ричи. — Привет, — так же тихо сказал Гэвин и улыбнулся, глядя в зеркало заднего вида. — Рич, выруби дальний, запалимся же. Красное свечение в глазах тут же пропало. Гэвин вылез из машины, пиликнул брелоком сигнализации и зашагал к дому. Очень удивился наличию современного домофона и, словно не доверяя собственным глазам, еще раз оглядел постройку. Было непросто оценить состояние стен из-за вездесущего плюща, но то, что удавалось рассмотреть, никак не стыковалось с современными технологиями. Дверь открыла миниатюрная молодая девушка. Ее золотистые волосы были завязаны в высокий хвост, а глаза густо накрашены черными тенями, словно она собралась на вечеринку. — Добрый вечер, — первым поздоровался Гэвин. — Мне нужно поговорить с мистером Камски. Девушка окинула его оценивающим взглядом. — Он сейчас занят, — ответила она, тем не менее отходя от двери и пропуская гостя в дом. — Вам придется немного подождать. — Без проблем. — Кофе? Чай? — Спасибо, ничего не нужно… — Хлоя, — немного неловко улыбнулась блондинка. — Простите, мне стоило, наверное, сразу представиться? На протянутую Гэвином руку она посмотрела так, будто совершенно не понимала, что с ней делать. — А меня зовут Гэвин, — сказал охотник, приглядываясь к ней повнимательнее. — Приятно познакомиться. — Да, — Хлоя улыбнулась, неловко помахав ему рукой. — Мне тоже. Я… я пойду посмотрю, не освободился ли Элайджа. Она ушла, а Гэвин не мог понять, что его так насторожило. Странноватые повадки или то, что в конце ноября девушка расхаживает по дому без обуви? А может, все вместе, и что-то еще, чему он пока не мог дать объяснения. «Что скажешь?» — мысленно спросил он. «О чем?» — не понял его Ричард. «Не заметил ничего подозрительного?» «Нет». Ладно. Может, и правда показалось. Спустя какое-то время, как раз тогда, когда начало казаться, что Хлоя где-то заблудилась по дороге или вовсе забыла про гостя, со второго этажа спустился хозяин дома. Еще одна странность — Хлоя ушла совсем в другую сторону, хотя, возможно, эта лестница была здесь не единственной. — Добро пожаловать в мое скромное жилище, — сказал Элайджа, спустившись. — Чем могу быть полезен? Гэвина настигло странное чувство дежавю. Он точно никогда не встречал этого человека, но Элайджа почему-то казался знакомым. Рид машинально пожал протянутую руку. Камски выглядел обычным мужиком средних лет, и не вызывал таких странных чувств, как так и не появившаяся Хлоя. — Меня зовут Гэвин. Аманда сказала, что у вас есть одна очень нужная мне книга. — Одни боги ведают, сколько у меня книг, — хмыкнул Элайджа. — Которая интересует? — Точно не знаю. Если можно, хотел взглянуть на все, что у вас найдется о легендах и преданиях коренных народов Америки. — Что мне за это будет? Гэвин слегка опешил и чуть было не ляпнул «а что-то надо?». — Я думаю, предлагать деньги нет смысла, — подумав, сказал он. Элайджа окинул его задумчивым взглядом. — Вряд ли вы сможете предложить больше, чем у меня есть. Какой-нибудь артефакт вполне подойдет. Я люблю интересные, редкие вещи. Гэвин пытался вспомнить, что из барахла, что он возит в багажнике, имеет хоть какую-нибудь ценность. Увы, но кроме оружия у него ничего не водилось. Такие вещи обычно приходилось продавать или менять на что-то более необходимое в его деле. — Есть адский клинок, — вспомнил он вдруг. — И колода исчезающих таро. — Оружие и фокусы мне неинтересны, — Элайджа подошел ближе, от его пристального взгляда по телу побежали мурашки. Гэвин не понимал, что не так с этим мужиком, и почему все вокруг кажется таким странным. — Больше у меня ничего нет. — Есть кое-что, что сгодилось бы за плату, — таинственно улыбнулся хозяин дома. — Я возьму вот это. — Он указал на висящий на шее Гэвина камень-амулет. Тот сначала не понял, зачем Элайдже сдалась именно эта вещь. Обычный талисман на удачу, не имеющий никакой денежной ценности. Отец привез его из какой-то очередной командировки и сказал, чтобы Гэвин всегда носил его при себе. Тогда младший Рид готовился к отбору в школьную команду по футболу, постоянно тренировался и переживал, что не пройдет отбор. И отец обещал, что серовато-зеленый камешек на шнурке принесет удачу и непременно поможет. Неизвестно, камень то был или упорные тренировки, но в команду Гэвина взяли. А талисман он носил как подарок, сняв лишь раз, когда пришлось заменить истончившийся от времени шнурок. Гэвин не задумывался, но только сейчас понял, что это единственное, что осталось у него от отца. Ричи молчал. Гэвин чувствовал его напряжение и непонимание ситуации как свое собственное, но все же снял с шеи амулет, секунду подержал в ладони, запоминая ощущение, и отдал Элайдже. Тот даже рассматривать не стал, сунул в карман, довольно улыбаясь. — Библиотека прямо, до конца и налево, — сказал он быстро. — Десять. Шесть. Шесть. Гэвин обернулся в нужном направлении. Насколько он помнил расположение дома, налево была внешняя стена, и никаких дверей там быть не могло. — Вы уверен… — он осекся повернувшись назад. В холле никого не было.