Драбблы посвящённые fem.Гию Томиоке

Мужчина с чёрными волосами, посвистывая, приближался к одной из своих комнат. Напевая бодрую и весёлую песенку, он заходит в помещение в оранжо-красных тонах с чёрными рисунками. Как только красные глаза осмотрели комнату, то сразу же улыбнулись. Музан Кипуцуджи улыбнулся милой и доброй улыбкой. Словно это не на его плечах лежит гибель миллионов людей и порой демонов. Мужчина в деловом костюме подошёл к татами¹, где грустно да печально и уныло сидела она, Гию Томиока. Её глаза были словно в пелене, она сидела на своих коленях смиренно. Ладони её мягко лежали на её бёдрах, слегка сминали ткань кимоно. Глаза её закрыты, но даже так видно пару слезинок на ресницах. Музан присел рядом с ней. Гию слегка встрепенулась, но сразу же «успокоилась». Кибуцуджи продолжал мило и наивно улыбался, он улыбался не только губами, но и глазами, душой и сердцем, что казалось ему уже давно зачерствело. Он мягко докоснулся до её шеки, на что она слегка дрогнула. —Тише… Он сладко шепнул Томиоке на ушко. Он знал, она его боится. От этого ему становилось больно. Словно само солнце жарело его душу, но не испепеляя, продолжая мучить и мучить. —ты же знаешь, я тебя не обижу. Он закрыл глаза и, повернув голову девушки рукой, так чтобы её лицо смотрели на его, сладко поцеловал её в губы. Без пошлости, обычный сладкий и любовный поцелуй. Однако воздух для Томиоки заканчивался, и Музан с грустью разорвал поцелуй. Голубые ранее заплаканные глаза посмотрели на красные, словно полностью залитые кровью глаза. Они её пугали, она знала, что рано или поздно, она просто надоест ему и он её сожрёт. Но вот проходит год два, а чувства демона продолжали пылать ярким и красочным огнём. Огонь в его сердце лишь выростал и расширялся. Настолько сильно, что Музан, чтобы раз и навсегда запечатлить свою любовь насильно превратил её в демона, не лешая её воспоминаний дабы она всегда помнила о «их» вечной любви. «Взаимной» любви. Томиока смиренно чего-то ждала. Она смиренно и спокойно отреагировала на то, что прародитель стал своей рукой игрался с её прядями волос. Она даже больше не брыкалась на то, что Музан повернул её голову и, аккуратно выбрав место, сделал укус на шее, вливая в тело девушки пару капель своей крови. Он «виновно» слизал кровь с шеи возлюбленной, и, приобнимая Томиоку за талию, Кибуцуджи любовно смотрел на Гию и рассказывал как прошёл его день.