Помни о "Кэрри"

      — Добро пожаловать.       Спортакус осмотрелся и, казалось, чуть разочаровано улыбнулся.       — Знаешь, раньше я думал, что ты живешь в частном доме.       — Почему?       Робби включил свет.       — Не знаю. Мне казалось, что ты... богатый, — он сам же хихикнул от своих слов.       Тусклая флуоресцентная лампа замигала и сразу же погасла. Робби, выругавшись, злобно ударил по стене, чуть не попав по выключателю.       — В этой дыре несложно быть богатым.       — Робби, — уже укоризненный тон заставил его обернуться на Спортакуса, стоящего в пороге, — в этой дыре я вырос!       — В моей квартире?       — Я серьезно, Робби. Никому не нравится, когда оскорбляют место, где он вырос.       — Ладно-ладно. Извини.       Спортакус, судя по необременённому обидой лицу, все позабыл тут же, а Робби нашел для себя причину (то, что он будет ужасным парнем, но этот повод не то чтобы нов) и в этот день не говорить Спортакусу о своих чувствах. Он дал себе обещание: если после того, как выпьет, не передумает, то ничего не скажет. Спортакус до сих пор оставался рядом, не боялся сближаться с ним, и Робби все раздумывал, оттого это, что его работа над собой удалась, или из-за своего полного неумения злиться. Самому Спортакусу это в себе не нравилось, ему казалось, что из-за этого он недостаточно мужественный. Но Робби пожелал ему никогда этому не учиться.       — Почему? — спросил тогда Спортакус.       — Ты много времени проводишь с детьми. И со мной.       Спортакус посчитал ответ здравым и с тех пор не переживал об этом.       — Не хочешь выпить?       Спортакус остановился на входе в спальню. При виде разместившегося на огромной кровати Робби, закинувшего ногу на ногу, он впал в небольшой ступор.       — Не очень. А почему в спальне?       Он робко вошел и подсел к нему. Когда Спортакус заглянул Робби за спину, он увидел, как тот перебирает лежащие друг на друге бутылки, пустые и полные вперемешку, и достает начатый коньяк и полную бутылку пивного напитка без алкоголя.       — Потому что это мой дом, и я храню свои вещи там, где хочу.       Он положил напиток Спортакусу в раскрывшуюся руку.       — Я купил это, чтобы ты не чувствовал себя так одиноко. Потому что мне выпить нужно в любом случае.       Робби корил себя за то, что теперь его забота не имеет смысла.       Он думал, что с его стороны было бы правильнее вообще не пить.       — Вот бы все люди могли удержать в голове, что я не пью, — жест правда его тронул. — Но я не хочу это пить.       Робби откупорил бутылку и кивнул в знак понимания.       — И что вообще значит, что тебе "нужно выпить"? — спросил он не без осуждения.       — Иначе я не скажу то, что хотел.       — Что-то страшное?       Спортакус по-доброму ухмыльнулся.       — Возможно.       Сделав первый глоток, Робби чуть посидел, задумался и сказал самому себе: "Не сегодня".       — Думаю, тебе не о чем волноваться, — он похлопал Робби по плечу. — Ну же!       — Я часто тебя обижаю..?       Этот вопрос был заготовлен у Робби "для разогрева" и являлся еще одной отговоркой. Если на него Спортакус ответит положительно, то им точно не быть вместе, и тогда надобность в признании отпадёт.       — Не помню ни одного раза.       — Что? Нет-нет, подумай лучше!       — Робби, я бы запомнил такое. Хотя бы один случай точно. Тебе стоило бы давно смириться с тем, что ты мне нравишься.        — Извини?       Тогда Робби узнал, что Спортакус краснеет ушами. Выглядело очаровательно. Спортакус замолчал, он не хотел признаваться вообще, и тем более не хотел признаваться через глупую оговорку. Он решил сказать правду не сразу, но то, что он чувствует, уже успело частично вырваться из его груди.       — Ну, ты знаешь... Как человек... как... как мужчина. Но последнее время я иногда думал о тебе в другом ключе.       Робби изумленно моргнул. Он весь напрягся, ожидая, когда Спортакус сотрет уныние со своего лица и крикнет: "Шутка!", и похлопает его по спине, сделав все прежним.       — Хорошо, довольно часто.       Ничего подобного не произошло.       — Я даже понадеялся, что ты позвал меня к себе, чтобы признаться.       Робби захотел спросить, думал ли Спортакус только о признании после приглашения в спальню, но, впервые видя его таким зажатым, передумал. Робби думал, что Спортакус наверняка слишком долго отрицал свои желания, пытался врать себе, при том, что делать этого он абсолютно не умеет. Робби пробубнил в стеклянное горлышко: "Так и есть".       — Что?!       — Но я передумал... — он обратил взгляд на Спортакуса. — Я имею в виду, передумал говорить тебе сегодня! — поспешил поправиться Робби. — Боже, не делай такое лицо, я сразу чувствую себя мудаком.       — Так... я тебе нравлюсь?       — Да. Конечно, да.       Человек, сидящий рядом с ним, казался Робби умилительно честным, таким чистым и милым, что ему еще меньше хотелось приближать его к себе настолько, чтобы навредить. Спортакус точно не заслуживал такого.       — Послушай, я бы на твоём месте действительно подумал, прежде чем вступать в отношения с таким, как я.       — Робби, о чем ты?       Их колени уткнулись друг в друга.       — Я вёл себя как придурок, потому что думал, что мне, человеку, который снабжает других людей довольно культурным развлечением, можно позволять себе такое. И даже нужно. Я остался один и думал, что это нормально и полезно для творчества, что я козёл, и что мне одиноко. Но после того, как я встретил тебя, понял: приноси мне мои страдания хоть какие гонорары — оно того не стоит.       Робби чувствовал, что это следовало указать в первую очередь, чтобы не изменить мнение о себе кардинально.       — Ты ведь изменился! Посмотри на меня.       Робби со скрипом оторвал глаза от пола.       — Послушай, отношения с мужчиной это не то, чего я хотел от жизни. Раньше так точно, но рядом с тобой мне хорошо, я ни с кем не могу чувствовать себя так же комфортно.       Щеки Робби покраснели.       Он потянулся к торчащей чёрной пряди, вернул ее в прежнее положение.       — Спортакус, ты бросишь меня, если я буду плохо с тобой обращаться?       — Я не думаю, что это произойдет. Но если тебе станет от этого спокойнее, то, да.       — Но для начала ты мог бы предложить мне встречаться.       — Я явно на это намекал. Ты мог бы сделать то же самое в ответ, Спорти. Ради приличия. — Робби улыбнулся и уже сам начал приближаться к лицу Спортакуса.       — Извини, — прошептал Спортакус, прежде чем поцеловать Робби.       Ненадолго.       Стоило Робби приоткрыть глаза, он увидел , что его парень чуть морщится, и отстранился.       — Коньяк?       Спортакус кивнул и взял забытую под ногами бутылку.       Сделав пару глотков, он взял Робби за руку и клюнул в губы.        — Чтобы тебе не было одиноко вонять алкоголем.       Робби засмеялся, снова притягивая его поближе к себе.       — Не воруй мои фишки.