Ангелы никогда не спят

Наступили на земле холодные дни. Снег покрыл землю и леса, а также сделал путь для путешественников более трудным, чем тем хотелось. Было трудно и Тео с его свитой, которая яростно преодолевали метели и холод, иногда страдая от болезней и голода. Стоит молвить мне, что Тео, перед путешествием в Орду, ничего про свои истинные планы родителям и монголам не сказал. Первым он заявил, что поедет в Киев и там монахом станет, а вторым, что захотелось ему на Орду просто посмотреть да подивиться его "красотою". Все они поверили ему и отпустили в дальний путь. Прошло не мало месяцев, как я уже сказал, наступила зима и жеребцы еле еле тащились сквозь зимные преграды. Сарай-Бату был уже совсем близок, осталось лишь чуть-чуть и они бы вошли в столицу Золотой Орды, который, не смотря на название, золотом не блестал. —Руслан, — обратился к Фёдоровичу Теодор, трясясь от холода в колымаге, в котором они вместе сидели и разделяли трудности и печали. —Что вы хотели? — спросил Руслан, укутавшись потеплее шубой и стуча зубами от холода. —А помнишь ли ты, как ты мне когда-то сказал, что за всеми нами всегда наблюдают ангелы и что они никогда не спят. Это правда? —Почему именно сейчас это вас заинтересовало? —Просто... Мне кажется, что я за свой поступок в аду гореть буду да и кажется мне, будто на меня кто-то смотрит.. На небе. —Вы ничего не пили? —Нет. Я говорю, мне просто кажется, что кто-то за мной наблюдает. —Понятно. Я не знаю, правда ли это или нет. Мне про это отец рассказывал, а отцу дед, а деду прадед и так до князя великого Владимира Мономаха. —Ясно. Почему то я начал сомневаться в успехе этого похода, мало ли, вдруг меня татары куда подальше пошлют с моей просьбой или заставят крестик снимать... —А что не так с крестиком? Это просто украшение, как ты можешь отказаться от веры, снимая какую-то безделушку? Как Иисус Христос может быть связан с каким-то украшениями? —Ты прав. Может, я сейчас его сниму? —Сейчас не надо. Потом снимите, но вот от Бога не отказывайтесь. А то реально в аду гореть будете. —Хорошо, Руслан. —Знаете, мой князь, мне очень непривычно, когда меня по имени называют. Меня всегда называли слугой или собакой сутулой. —Я не такой как все, я тебя уважаю и люблю больше, чем отца своего. По крайней мере, ты от меня никогда не отказывался, чтобы я не совершал, в отличии от этой твари.. —Об отце так особо не говорите. В заповедях говориться... —Приехали! — закричал один из воинов, указывая пальцем вперёд. Тео высунул голову из окна колымаги и увидел на горизонте город:Сарай-Бату. —Знаешь, — начал Теодор, — здесь потеплее будет, чем на Руси. А то у нас я там чуть от холода в царство Небесное не отправился. —С вами я согласен, но всё таки меня удивляет, почему здесь так холодно, мой князь. —Это и правда удивительно. Ладно, как надо с ханом обращаться то? —С ханом... Уважительно. Если ты слишком резко и нагло общаешься с ханом, то он тебя может в спину ударить и твоё тело в реку бросить. Он владыка огромной Орды, поэтому к нему надо относиться с уважением и даже с щепоткой страха. Ещё, когда он просит встать на колени, то нужно вставать, а иначе секир-башка вам обеспечена будет. —Хе, ну хорошо, постараюсь. —Мой князь, вы реально чувствуете, что на вас ангелы смотрят или вы так надо мною потешаетесь? —Давай закроем эту тему, Руслан. Потом об этом поговорим. Сейчас надо хана Эзэна задобрить. —Вы правы, мой князь, вы правы. Свита князя изгоя вошла в город. Сарай-Бату каким-то блеском не отличался. Конечно, ведь его строили бывшие кочевники, которые красоту и излишество не любили и создавали здания простые, но надёжные и уютные. Если и были какие-то красивые здания, то их красота ограничивалась парочку узоров. Даже мечети здесь были такие же. Таким же "красивым" зданием был и сам дворец хана, возвышающийся над всем городом. Он был больше обычных зданий, но не привлекательнее мусульманских мечетей, которые монголы хотели как можно скорее снести и забыть про такую вещь, как ислам. Ведь эту религию им насадил хан Узбек, сгинувший давно. Его монголы за это невзлюбили и уже снесли парочку мечетей, построенных при нём. Они больше любили своих языческих богов, в которых они верили ещё до Темуджина. Тео вышел из колымаги, оставив Руслана в ней. Хотел он самолично, без какой-либо охраны встретить хана и поговорить с ним. Это был смелый и в то же время глупый поступок, который удивлял и монгольских охранников, защищающие дворец и лично хана. Стены дворца нагоняли какую-то тоску и уныние на князя изгоя. Они были намного тускнее и мрачнее, чем стены родного Кремля, поэтому в Жишике проснулось чувство скуки по родному дому и желания вернуться туда. Но дом был закрыт для него Кнайфом, не желавший видеть своего отпрыска и желающий завести нового ребёнка, чтобы после смерти хоть кого-то посадить на пустующий трон, пока какие-нибудь удельные князья или князья изгои не захотели трон Твери себе присвоить, как это сделал когда-то сам Кнайф, забрав трон у погибшего и бездетного князя тверского. Изгой, немного заблудившись во дворце, наконец смог найти огромную дверь, ведущую в тронный зал Эзэна. Нервно здохнув, князь открыл еле-еле открыл их и увидел такую картину: на самом конце зала трон каменный стоял, на нём грозного вида Эзэн, не толстый и не худой, с козлиной бородкой, с узенькими глазами и в пурпурном кафтане, свиту хана, вся одетую в шёлковую наряды и бегающую вокруг хана и двух богатырского телосложения охранников, державшие огромные копья. Слуги хана поклонились князю, уже давно зная от своих разведчиков, что тот к ним пожаловать решил, а хан бросил взгляд на князя, от чего тому стало очень страшно. Даже глаза отца Теодора были более добродушными, чем у великого хана. —Сайн Байцгаана Уу, Оросын Ханхүү. Чи яагаад миний оронд ирсэн юм бэ? Асуух нь товчлохын?— громким басом спросил хан. —Великий хан сказал, — начал переводить слова Эзэна его слуга в голубом кафтане и со светлыми волосами, что очень удивляло Тео и выделяло этого слугу среди остальных черноволосых слуг, — что приветствует тебя, русский князь и спрашивает, зачем ты пожаловал? Ради ярлыка от великого хана? —Да, ради ярлыка я преодолел метели и сугробы. А иначе зачем мне было тащиться сюда? — сказал Тео немного нагло, забыв про слова Руслана. Переводчик шёпотом на монгольском перевёл слова Теодора и хан на это лишь ухмыльнулся. —Би зүгээр л шошго өгдөггүй, хариуд нь Та надад Русич юу санал болгож чадах вэ? Би ямар үйлчилгээ үзүүлэх естой вэ? — снова спросил он. —Великий хан сказал, что не раздаёт просто так ярлыки. Что ты ему взамен можешь дать? Какую услугу предоставить? Теодор задумался. Действительно, что он может сделать для человека, обладающему богатством и властью всей огромной Орды, которая наводит страх на всех, даже на западные державы. Через несколько минут неловкого молчания, Теодор ответил: —Я, великий хан, могу вместо ваших баскаков дань со всей Руси собирать. Так всем хорошо будет. И волки сыты будут и овцы целы. Также, когда я великим князем стану, я разрешу монголо-татарскому войску русские земли грабить и солдат в своё войска набирать без упрёка. А если кто сопротивляться будет, того я лично казню или в темницу заточу. Светловолосый слуга перевёл на ушко хану всю фразу Тео. Лицо Эзэна изменилось, он улыбнулся и нежно, как любящий отец, сказал: —Миний хаанчлалын үед хэн ч ийм зүйлийг санал болгож байгаагүй. Би чамд дуртай, Русич. Их гүнгийн эрх мэдлийн төлөө тэр толгой дээгүүр явж, бидэнд үйлчлэхэд бэлэн байна. Энэ нь сайшаалтай. Чи зүгээр л ямар нэгэн зүйл хийх хэрэгтэй, Би чамайг хүлээж авах болно, Би чамайг өөрийн хүү шиг хайрлах болно. Загалмайг тайлж, Бурханаас татгалз. —Великий хан сказал, что впервые за своё правления ему кто-то предлагает подобное. Ты нравишься ему, русич. Ты ради великокняжеского престола готов по головам пойти и это похвально для хана. Сделай только одолжение и тогда возлюбит тебя хан, как собственного сына и сделает тебя важным человеков в Орде. Сними крест свой и откажись от Бога своего! Теодор сделал возмущенного лицо. Он взял крестик и посмотрел на него. Отказаться от веры? Ему же говорил Руслан, что нельзя от Бога отказываться, а крестик снять можно. Но Теодор ещё с раннего детства связал Бога с крестиком и отказ от него считалось отказом от Бога и веры. —Ну что, откажешься? — поторопил его слуга. —Знаете, безделушка эта просто, — начал Тео, — так, чтобы тело княжеское украшать. А Бог... Я его не видел никогда и не ровня он тебе, великий хан. Бог далеко, а ты рядом. Бога нет, а ты есть. Ты и есть Бог, хан. Теодор резким движением сорвал с себя крест и бросил на пол. Слуга лукаво улыбнулся и уже громче сказал хану: —Их Хаан. Русич дээрх загалмай нь зүгээр л ноен хувцасны гоел чимэглэл гэж үздэг. Мөн Бурханы тухай.. Бурхан та нарт ямар ч тоглолт юм, Хан. Бурхан хол байна, та нар ойрхон байна. Бурхан байхгүй, Харин та нар байна. Та бол Бурхан, Оросын хунтайж итгэдэг. Эзэн ещё больше улыбнулся. Ему понравилось, как изгой восхвалил его, поставив его рядом с самим Творцом. Он махнул рукой и сказал: —Над дээр ир, Ханхүү, өвдөг дээрээ суу. —Великий хан сказал, чтобы ты подошёл к нему и на колени сел. Теодор покорно подошёл к хану и залез на трон, сев на колени к хану. Тот на него посмотрел. Тео показалось, что глаза Эзэна сияли голубыми звёздами. Они сияли от счастья. Хан схватил Тео и обнял его, прижав к своей широкой груди. Ещё никогда Теодора не обнимали так сильно. Даже родная мать и родной отец не обнимали его так сильно, как великий хан. Князю казалось, что хан его реально искренне полюбил его, как отпрыска родного, хотя его практически и не знает. Хан стал роднее, чем сами родные для Тео. "Настоящая отцовская любовь важнее, чем кровь" — подумал так изгой и в ответ обнял хана за шею. Наконец, хан отпустил Тео и махнул рукой, приказав одному из слуг одну грамоту принести. Хан поставил на пол Тео своими сильными руками и он, в ответ, встал на колени. —Их хаан, энд таны шошго байна. Би энд Русичийн нэрийг бичих естой юу? — спросил запыхавшийся слуга. —Тийм, — ответил хан и слуга взял перо и спросил: —Энэ ноены нэр юу вэ? —Как тебя зовут, князь? —перевёл слуга в голубом кафтане. —Теодор Жишик, князь изгой, сын князя тверского Кнайфа Жишика и ставший слугой для великого хана. Переводчик подошёл и сказал другому слуге шёпотом имя и титул Теодор. Тот кивнул и под диктовку всё написал. Он сразу же, с большой скоростью, передо в руки ярлык Эзэну. Он слез с трона и подошёл новому князю великому, сказав ему: —Теодор Зишик, Тверь хотоос хөөгдсөн ханхүү. Оросын Оросын ард түмэн, Миний тушаалаар Алтан Ордын их хаан та Оросын газар нутгийн их хунтайж болж, Оросын ард түмнээс хүндэтгэл цуглуулж, дайснуудыг минь таслах болно. —Великий хан сказал.. —Не надо, — прервал переводчика Тео, — я сам всё прекрасно понял. Хан поставил на ноги князя и передал ему ярлык золотоордынский. Теперь уже бывший изгой сиял от радости и закричал: —Слава великому хану! —Шинэ Grand Duke алдар суут байх болтугай, — тихонечко сказал хан, смотря на князя и улыбаясь.