Devil

Голова ватная, а во рту сухо. Джисон трёт глаза, сначала не понимая где он находится, но когда мозг начинает работать, то он быстро узнает скучные однотонные стены его комнаты в Аду. Все тело липкое, а судя по тому, как простынь прилипла к его спине, потел он ночью сильно. Впрочем, больше всего его беспокоит почти полное отсутствие одежды, когда он готов поклясться, что вчера не раздевался, потому что было настолько плохо, что он даже ходить не мог. Кто-то раздел его до одних боксеров, но Хан решает разобраться с этим позже, включая холодную воду в душевой кабинке, чтобы окончательно снять усталость. Он помнит вечеринку, игру, поцелуй от Минхо…Пальцы сами по себе тянутся к пухлой нижней губе, вспоминая лёгкий укус острых клыков и чужой горячий язык в своем рту. Хочет ли он повторить? Нет. Думает ли об этом поцелуе? Определенно да и из-за этого ещё сильнее злится на принца. Душ немного привел его в чувства и Джисон распахивает дверцы шкафа, наблюдая там целое ничего. Одежды у него и подавно не было, но Минхо бесился, что он ходит в одном и том же, поэтому немного пополнил его гардероб на свой вкус, а теперь здесь ничего нет. Буквально ничего, даже пылинки или паутинки. Рука сама по себе тянется к кнопке вызова слуги и когда слышится тихий стук в дверь, Хан срывает одеяло с постели и обматывает его вокруг пояса, чтобы не смущать и без того запуганных слуг. — Войдите. — прокашливается он, видя светлую макушку в дверном проеме. — Вы что-то хотели, господин? — Хану неприятно, что с ним разговаривают так, будто он пуп земли и он уже много раз говорил об этом персоналу, но те упорно игнорируют его и его просьбы. - Почему вы так смотрите? — Хлоя, сколько раз я просил не выкать мне? — Но здесь принц и вы… — Ты. — Ладно, ты выше меня по статусу. — понижает голос Хлоя, чтобы её дай бог никто не услышал. — Так то лучше. — Зачем позвал? — Где вся моя одежда? — для наглядности он дергает ручку шкафа и девушка тоже заглядывает туда, пожимая плечами. — Принц приказал её выкинуть. Что-то ещё? — В смысле выкинуть? Где он сейчас? — уши Джисона начинают гореть и краснеть от злости. Дурацкая особенность с детства. — Вероятно, у себя в кабинете. — неосознанно пятится назад Хлоя, пугаясь всплеска агрессии. — Хорошо, принеси мне его одежду, иначе я пойду к нему в одних трусах. — Прости, но принц голову мне оторвет, если я притронусь к его одежде. — Хлоя испуганно оглядывается назад, будто Минхо может материализоваться из воздуха. — Скажи, что это мой приказ. Все, иди. Хлоя препирается ещё минуту, но все же кланяется и уходит, сдаваясь упорству Джисона. Хан же меряет комнату шагами, путаясь и спотыкаясь о длинное одеяло, которое сейчас служит ему одеждой. Минхо и раньше его раздражал, но сейчас уровень раздражения пробил свою крышу и вознесся до небес из-за чего кулаки Хана чешутся и хочется ударить принца в его самодовольное лицо, чтобы стереть оттуда фирменную ухмылку с лица, что он и сделает, как только найдет виновника всех своих бед. Хлоя возвращается спустя ровно пять минут, воровато вытаскивая из под фартука аккуратно сложенную стопку и быстро уходит, взяв с Джисона обещание, что тот ничего не расскажет Минхо. Парень быстро натягивает черную рубашку с белыми пуговицами и брюки карго, руками причесывая отросшие пряди и выходит из комнаты, буквально взлетая по ступенькам на третий этаж, где и находится рабочее место принца. Хан дергает дверную ручку, но та не поддается и он начинает стучать кулаками со всей силы, надеясь, что она сломается. — И куда ты ломишься? — нежный голос откуда-то сзади пугает и Джисон подскакивает на месте, резко оборачиваясь и прижимаясь спиной к двери, потому что Минхо слишком близко. Он ухмыляется и ставит обе руки на стену, заключая Джисона в плен. Взгляд медленно скользит вниз, рассматривая одежду на нём. - Кто тебе разрешал брать мои вещи? — Я бы их не трогал, если бы кое-какой мудила не выкинул все мои! — голос срывается почти на визг против воли, что ещё больше веселит Минхо. — И кто же это может быть? — Напыщенный придурок с красными волосами, знаешь такого? — ответно стреляет Хан. Он упирается обоими руками в грудь принца и тот отскакивает в сторону, хватаясь за то место, где секунду назад лежали ладони Джисона. — Ты сам в этом виноват. — спустя секунду зло бросает он. - Надо было спросить у меня, прежде чем мне пришел чек на огромную сумму от Йеджи. Если тебе интересно, то твою одежду доставят сегодня вечером. — Это тебе плата за то, что вчера вырубил меня. — Хан медленно, но верно подходит у той теме, которая интересует его больше пропавшей одежды. — Я тебя не вырубал, просто…— он на секунду замолкает, будто ищет то, что можно рассказать. - Проверял есть ли у тебя сила. — И при этом обязательно целоваться? — смешно морщится Хан. — Так вот, что тебя волнует. — Минхо снова приближается слишком близко и на этот раз перехватывает руки Джисона, чтобы тот снова не дотронулся до него. — Еще чего. — закатывает глаза он в ответ, стараясь не обращать внимания на дурацкую ухмылку. - Мне противно, что ты напускал мне слюней в рот, вот и всё. — Сделаю вид, что поверил. — Так что там насчёт моей силы? — оживляется Хан, когда Минхо отходит на безопасное расстояние и складывает руки на груди. — Слишком мала, чтобы считать это полноценными способностями. — Ну так их надо развивать и ты будешь меня учить. — предвкушение так и наполняет его тело. Джисон любитель всяких комиксов и фильмах о супер героев оказывается и сам владеет силой. — Приказываешь мне? — Как человека прошу. — улыбается Джисон, но натыкается на усмешку принца и спешит перебить его. - Ладно, прошу как демона. — В любом случае я не буду. — Ладно. — резко отвечает Хан, напрягая мозг, чтобы придумать достойный ответ. - Тогда Феликс мне поможет. — Как тебе может помочь демон, который не владеет магией? — улыбается Минхо, заранее радуясь своей победе, что Джисон ему позволить не может. — Феликс попросит Хенджина, а вот он уже будет обучать меня. — он улыбается деснами, но улыбка пропадает с лица, когда он встречается с недобрым взглядом Минхо. — Спасибо, что рассказал, я напишу Хенджину, чтобы он тебя даже на порог дома не пускал. И он просто уходит. Не слушает все гневные тирады Джисона в свою сторону, оставляя его на третьем этаже наедине со своей ненавистью и грубым языком. *** — Так и сказал? — смеётся Феликс, помешивая трубочкой алкогольный коктейль небесно-голубого цвета, но встретившись с взъерошенным от досады Ханом маскирует смех кашлем. — Ты не помогаешь мне. — скрещивает руки на груди тот, так не притронувшись к своему напитку. — Принц прав. Чем я могу помочь, когда сам не имею ни грамма магии? — Но ты благородных кровей, как у тебя не может быть сил? — всплескивает руками Джисон, чуть не опрокидывая на себя высокий стакан. — Спасибо моему папаше. — Хорошо, а может быть ты знаешь учителей магии или ещё способы учиться самому? — Ну…могу, конечно, предложить порыться в центральной библиотеке, но в запретную секцию тебе без пропуска не войти. А найти информацию ты сможешь только там. — чешет подбородок Ли, косо поглядывая на загоревшегося от нетерпения Джисона. Зря он это сказал. - Ты чего это? — А где взять пропуск? — Хан даже заморгал чаще, имитируя щенячий взгляд, но у Сынмина вышло бы в тысячу раз круче. — У Минхо. — Черт. — он ударяет кулаком об стол и несколько демонов, сидевших в «Лилии» удивлено оборачиваются на него, ожидая очередного кровавого шоу. - А у Хенджина нет пропуска? — Есть, но тебе он его не даст. — Феликсу правда жаль Джисона. Будь у него сила, он бы тоже делал все, чтобы научиться использовать её и контролировать, так что с одной стороны он может понять чувства друга. — Может ты по тихому его одолжишь? — Он с меня потом шкуру спустит. — Да не спустит, он на тебя смотрит, как на произведение искусства. — На меня все так смотрят. — закатывает глаза Феликс, кивком головы указывая на несколько гостей в виде молодых девушек, которые, заметив внимание привлекательного демона, тут же утыкаются носами в свои кружки и тарелки. — Ну и ладно, никакой помощи от тебя. — Хан вскакивает с места, глазами ища кого-нибудь из персонала, чтобы осуществить свой план по захвату сердца Минхо, чтобы выпросить дурацкий пропуск. Маленький мальчик, увидев его бегающий взгляд, подходит ближе и, низко поклонившись, спрашивает что он хотел. - Два американо с собой. — Ты решил подсыпать туда яд и заняться цареубийством? — на всякий случай спрашивает Феликс, кладя в черную кожаную книжку пару фиолетовых купюр, закрывая счет. — Нет, я буду послушным милашкой как ты и просто подлижусь. — слегка уныло посвящает Феликса в свои планы, какой-то частью мозга понимая, что это заранее провальный вариант. Красноглазый фыркает, делая вид, что обижается на Джисона, потому что он не виноват, что быть «послушным милашкой» это буквально его работа, за которые ему платят деньги. Хотя, если быть честным, Хенджин даст ему любую сумму, будь она заоблачной или наоборот, если Феликс хорошо попросит. Кофе Хану приносят довольно быстро, правда без специальной картонной подставки из-за чего пальцы жжет и он то и дело оттопыривает их по очереди, остужая таким образом. Феликс решает пожалеть его и берет один из стаканов себе, игнорируя жар и боль, потому что давно привык к этому и уже не обращает внимания. Перед развилкой в сад и порог дома Минхо, Ли просит держать его в курсе и написать письмо или прийти в гости, если он останется жив. Оптимистично, не так ли? В доме как всегда пусто и тихо. Нигде не видно слуг, а это значит, что принц сейчас у себя в кабинете и приказал персоналу не раздражать его. Стук обуви раздается, когда Хан максимально тихо и медленно поднимается по лестнице, репетируя разные выражения лиц для своей роли и слова, чтобы не разозлить Минхо ещё больше. Уже у заветной двери он переводит дух и собирается войти без стука, как привык, но в последний момент вспоминает о должности пай мальчика и коротко, но громко стучит, прислушиваясь к звукам изнутри и натягивая на лицо самую милую и широкую улыбку из своего арсенала. — Войдите. — приглушено раздается оттуда. — Вот, это тебе. — заходит Джисон и Минхо приподнимает одну бровь, отрываясь от изучения странных документов и Хан в который раз завидует его умению контролировать каждую мышцу своего лица. - Это кофе. — Издеваешься? — кривится Минхо, пряча нос в воротнике черной водолазки. - Убери от меня эту гадость. — Всмысле? — он отпивает из стакана и непроизвольно морщит лицо от того, насколько горьким на вкус оказывается кофе. Он глотает, чтобы не начать плеваться на до невозможности дорогой ковер и ещё несколько секунд пытается прийти к нормальному выражению лица. - Фу, что это за параша? Это издевательство над таким прекрасным напитком, как кофе. Больше похоже на чью-то мочу. — Кофе – в принципе издевательство над всем живым. — Ты просто хорошего кофе не пил. — И не собираюсь эту дрянь. — бормочет он из под ворота водолазки. - Что тебе надо? Быстро он раскусит его намерения, однако. Но Джисон не из тех, кто сдаётся на начале пути. — Хотел сходить в библиотеку почитать, дай пропуск. — врать бесполезно, поэтому он выдает ему полуправду. — Нет. — Да почему? — вскрикивает он. - Мне уже даже читать нельзя? — Скажи слугам, они принесут тебе любую книгу. — Я хочу посидеть в тишине в библиотеке, знаешь, атмосфера там особенное и всё такое… — Ещё слово и я запру тебя в комнате и ты даже на улицу больше не выйдешь. — перебивает Минхо, снова утыкаясь носом в свои бумажки и только через долгую минуту снова поднимает голову, когда Джисон не сдвигается с места. - Ты все ещё здесь? — Как же я вас всех ненавижу. — вскипает он, понимая, что план его провалился. Он останавливается, чтобы сказать ещё пару плохих слов в адрес Минхо, но резко замолкает, когда в голове загорается лампочка, подкидывая ему новую безумную идею. Он вздыхает, закрывает рот и просто уходит, предпочитая не реагировать на смешок Минхо и его довольную физиономию. Вместо этого он думает чем бы занять себя до вечера, сидя в комнате до тех пор, пока принц и все слуги не потеряют бдительность и не забудут про него. Сейчас Хан ощущает себя как тот самый главный герой клишированного подросткового фэнтези романа, но теперь он понимает всех их, потому что у него на пути тоже стоит могущественный демон, который всячески пытается нагадить ему и отправить по извилистой тропе к цели. Как назло вечереет слишком долго, будто даже само время против Хана. По приказу Минхо слуги часто заглядывали к нему в комнату, но Джисон старательно делал вид, что обиделся, а после и вовсе лёг спать, потому что хлопки дверью уже начали раздражать. Прислушиваясь к звукам в доме, он мысленно пытается составить карту площади, чтобы примерно определить местоположение библиотеки, ведь прохожих не спросишь, потому что выходить он собирается поздно ночью, когда все уже будут спать. По словам Феликса библиотека работает круглосуточно по сменам, так что с этим у него проблем быть не должно. Когда Джисон уже начинает собираться, к нему в последний раз перед сном заходит Хлоя, но он тут-же изображает сонного человека, который просто встал в туалет. Не совсем убедительно, но служанка ушла, аккуратно прикрыв за собой двери. Хан выходит из комнаты, воровато оглядываясь по сторонам, сталкиваясь с кромешной тьмой и жалеет, что у него нет фонарика. Впервые лестница начинает скрипеть и Джисон даже подскакивает на месте от резкого громкого звука, но никто не бежит не него и не спешит отправить парня обратно к себе. Заветная дверь, ведущая на веранду, а дальше к выходу в сад одновременно далеко и близко. Лунный свет просачивается сквозь стеклянные двери, оставляя замысловатые узоры на полу. Красиво, но времени рассматривать это у него нет, поэтому, в два шага преодолев последние ступеньки, он почти доходит до выхода, когда боковое зрение ловит мимолетное движение где-то справа от него. — Куда собираетесь, господин? — громким басом спрашивает неизвестный, выходя на свет. Такого огромного мужчины Джисон ещё никогда не видел. Будучи высоким, широким, состоящим из одних мускулов он больше похож на скалу, чем на человека, а его ярко-красные глаза недружелюбно блестят. — Вы кто? — сглатывает он, боясь, что это грабитель, потому что таких демонов в особняке он прежде не видел. — Ваша личная охрана. Его Высочество нанял меня сегодня. — механически отвечает он, никак не меняясь в лице. Черт. — А зовут вас как? — тянет время Хан, понимая, что теперь он конкретно влип. — Можете называть меня Сынкван. — Хорошо, Сынкван. — медленно кивает Джисон, молясь, чтобы его новый план сработал. - Тогда сопроводи меня в библиотеку на площади. — Принц запретил вам покидать дом. — Как запретил? — удивляется Джисон, включая режим актера. - Он же сам мне сказал пойти туда и взять для него одну книгу. — Какую книгу? — начинает сомневаться Сынкван. — Это секрет, прости. Не веришь, иди спроси у него, только вот он когда работает, то злой жутко и лучше его не трогать. — Вы пытаетесь меня обмануть, господин? — как-то странно кривится демон, окончательно загораживая Хану выход. — Зачем мне обманывать того, кто в любой момент может пойти к принцу и все ему рассказать? — спрашивает Джисон, мысленно надеясь, чтобы этот Сынкван клюнул на его уловку. - Кстати, ты слышал, как принц приказал одному демону снять кожу с руки из-за того, что тот помешал ему отдыхать? Джисон не любитель запугивать, но ситуация с Минхёком сама по себе всплыла в памяти и, вероятно, воспроизвела нужный для него эффект, потому что тот резко застыл и поменялся в лице, косясь на лестницу позади Хана. Естественно, никто бы не захотел, чтобы с него заживо снимали кожу, поэтому он отходит в сторону, пропуская парня наружу и идёт по пятам следом, не выпуская его из виду. Оказалось даже проще, чем он планировал. Фонари уже давно зажглись и сейчас дорогу освещает теплый желтоватый свет, привлекая к себе светлячков и других насекомых. Особняк Минхо находится не так далеко от площади, поэтому идти далеко не нужно, что очень радует. На улице попадаются несколько прохожих, как правило, в нетрезвом виде, а в остальном тут приятно тихо и свежо. Слышно лишь собственное дыхание, редкий стрекот сверчков и стук обуви об тротуар. — Библиотека здесь. — нарушает тишину охранник, своей огромной рукой указывая в сторону единственного здания на этой улице, где горит свет. На вид оно совсем не похоже на те библиотеки, в которые ходил Джисон пока был жив. Он бы назвал это строение какой-нибудь исторической достопримечательностью, судя по мраморным колоннам и таким же ступенькам. Да и все здание сделано из белого камня. Двери открыты настежь, приглашая зайти внутрь, а на входе стоят двое неподвижных охранников, внимательно следя за ночными гостями. — Здравствуйте, чем я могу вам помочь? — из-за деревянной стойки выходит немолодая женщина среднего роста в очках. Она мило улыбнулась Хану и низко поклонилась его сопровождающему. — Нам нужно пройти в запретную секцию. — прокашливается Джисон, видя удивление на лице управляющей. - Я по приказу принца Минхо. — А пропуск у вас имеется? — щурится она, незаметно поглядывая куда-то им за спины, где стоит местная охрана. Наступает вторая часть плана Джисона. Он утвердительно кивает и начинает хлопать себя по карманам, делая вид, что что-то сосредоточенно ищет, но естественно никакого пропуска у него нет. Он разочарованно вздыхает и говорит Сынквану, что Минхо их убьёт, если он не принесет ему нужную книгу и тот достает что-то из внутреннего кармана пиджака, протягивая бумажку женщине, которая даже включила свет лампы, чтобы получше рассмотреть аккуратную подпись принца и королевскую печать. — Это не пропуск. — закусывает губу она, возвращая документ обратно. — Верно, это лишь доказательство, что мы не мошенники и работаем у Его Высочества. — И к тому же, вы всегда можете написать ему и убедиться в правдивости наших слов. — активно кивает головой Хан. — Ну что вы. — машет рукой женщина, фальшиво улыбаясь. - Не будем беспокоить Его Высочество. Она им не доверяет и это видно, но Джисон с Сынкваном сзади идут за ней вглубь библиотеки, проходя в неосвещаемый отдел, в конце которого небольшая дверь без ручки. Когда библиотекарь открывает её лёгким толчком, то Хан понимает, что изнутри просто так не выбраться, потому что все плотно закрывается. — Сынкван, останься здесь, принц сказал, что эта книга секретна. — ладонью он тормозит охранника, легко улыбаясь и, пока он не понял что к чему, юркает внутрь, морщась, когда дверь за ним закрывается с лёгким хлопком. Здесь пыльно из-за длительного времени без уборки. Сверху между стеллажами тянутся нити паутины и Хан прячет нос в рукаве, чтобы не начать чихать. Никаких ориентиров на книгах и в принципе в этом отделе нет, поэтому Джисон внимательно разглядывает корешки, пальцем очищая от пыли каждый. Света как такового тут нет, лишь свечи на подставках в некоторых местах, так что он берет один канделябр и надеется, что ни одна капля воска не упадет ему на руку. Половина названий на непонятном для Хана языке с кучей закорючек и картинок , а обложки настолько стерты, что разобрать там тоже ничего невозможно. Он останавливается посреди этого обители пыли, чтобы подумать. У библиотекаря про книгу он не спросит, потому что ранее сказал о секретности, рассматривать все сборники у него нет ни желание, ни времени, а уж тем более возможности, потому что древнего языка он не знает. Джисон щурится, делая поворот вокруг своей оси и взглядом натыкается за одну единственную лампу вдали, которую не увидел ранее. Слой пыли на полу становится все больше и больше, по мере того, как парень пробирается к пюпитруи Хан старается идти на носочках, чтобы не сильно наследить. Эта огромная книга сохранилась хуже всех, что есть в этой секции. Картонной обложки почти нет, а на остатках Хан видит мужчину с крыльями и копьем, который держит чью-то руку. Джисон аккуратно переворачивает хрустящие страницы, разочарованно выдыхая, потому что весь текст на том же неизвестном ему языке. Тут есть картинки, но все они содержат в себе различные растения, крылья, какие-то завитки и, вероятно определения к ним. Он уже собирается уходить, как взгляд цепляется за знакомый рисунок. Роза с длинными элегантными шипами. Сначала мозг не понимает, где он уже это видел, но потом Хан вспоминает события вчерашнего дня. « — Классная татуировка. — Это не татуировка. Это клеймо слуги.» Раз это обычное клеймо, которое присвоили простому слуге, то почему о нём написано в древней книге, которой выделили особое место в запретной секции? Джисон никогда не был вандалом, который портит чужое имущество, но ручки с бумажкой у него нет, поэтому он аккуратно отрывает нужный ему лист и кладёт его в карман, пролистывая книгу до конца и замечая там ещё один остаток от вырванного листа. Значит, не он один портит книги. Чтобы не было так подозрительно выходить ни с чем, Джисон хватает первую попавшуюся книгу и обнимает её двумя руками, чтобы скрыть от Сынквана и той женщины. Ногой он стучит по двери и когда библиотекарь её открывает, то внимательно осматривает Хана, прежде чем выпустить его и потребовать, чтобы книгу принесли к завтрашнему вечеру. Домой идут молча, потому что Джисон делает вид, что его ноша секретная и что он боится проболтаться, поэтому вынужден молчать. Настоящей же причиной было то, что он думает о татуировке Феликса и о том, что он либо соврал ему о её значении, либо сам ничего не знает. Но кто набил ему это тату? И для чего оно младенцу, если судя по рассказам Ли эта роза с ним с самого раннего возраста? Вопросов в голове слишком много и от них болит голова. Признаться честно, Хан скучает по этому ощущению тяжести в черепной коробке, потому что после работы он чувствовал тоже самое, когда ехал домой, чтобы уже в комфортной обстановке засесть за документы и отчеты. Со смертью он будто лишился важной части самого себя, хотя никогда бы не признался Чану, что ему нравится своя работа и нравится до поздно с головой уходить в буквы и цифры. Стоит им дойти до веранды, как Джисон тормозит, смотря в упор на открытую дверь, хотя уверен на все сто процентов, что Сынкван ее закрывал. Он перешагивает через порог, воровато оглядываясь и стоит ему сделать пол шага по направлению к лестнице, как свет в гостиной загорается и Хан морщится, пытаясь побыстрее привыкнуть к такой яркости. — Мне стоило этого ожидать. — зло шипит Минхо, подходя ближе, чтобы рывком вырвать книгу из рук Джисона. - А ты куда глядел?! — Простите, Ваше Высочество. — голос Сынквана срывается и он спешит поклониться в пояс, пряча дрожащие руки за спину. - Он сказал, что это ваш приказ и я… — А меня спросить не надо было? — Вы попросили вас не тревожить.. — Вы, по сути, совершили кражу и это полностью твоя вина. — тон Минхо делается ещё ниже, хотя казалось бы уже некуда. - Передай Минги, что он очень меня разочаровал и чтобы заслужить моё прощение он должен тебя наказать. — Ваше Высочество, прошу, простите меня. — мужчина собирается упасть на колени но принц хватает его за плечо, рывком поднимая обратно на ноги, чтобы заставить его посмотреть ему в глаза. — Тебе лучше уйти, пока я сам не решил тебя наказать. Для Сынквана это оказалось весомым аргументом, раз он быстро развернулся и поспешил покинуть особняк, не прекращая при этом извинятся и кланяться. Как только входная дверь захлопнулась, Минхо снова обратил внимание на застывшего Джисона и начал опасно надвигаться на него, не позволяя увернуться или убежать. Хан отворачивается, чтобы не смотреть ему в глаза, но пальцы ловят за подбородок и сдавливают почти до хруста. — Скажи мне, зачем тебе книга о зельях? — шепчет он, надавливал ещё сильнее. - Лучше сам покажи, что ещё взял, пока я не начал тебя обыскивать. Хан не может даже дышать от боли, представляя какие синяки у него останутся после такой хватки. Он чуть отстраняется от Минхо и запускает руку в карман брюк, протягивая ему сложенный в два раза желтый лист и шумно выдыхает, когда пальцы перестают его удерживать. Глаза Минхо округляются из-за прочитанного и он поднимает голову, ища что-то во взгляде Джисона, но тот продолжает игнорировать его. — Зачем тебе это? — наконец-то спрашивает Хо, тряся перед лицом Хана старой бумагой. — Я не знаю, эта роза похожа на татуировку Феликса, я просто хотел узнать что она значит. — Ни одна живая душа не должна знать об этом, ты меня понял? — Но почему? — вырывается против воли, хотя Джисон собирался молчать, чтобы не отхватить ещё больше. - Что там написано? — О, тебе интересно? — уголок губы Минхо дергается вверх, но Хан знает, что он очень зол, раз не может контролировать мышцы своего лица. - Возьми и посмотри. Он протягивает руку к Джисону и тот медлит, ища подвох, а затем решает действовать, пока Минхо не передумает, но только он касается бумаги, как та загорается в руках принца и Хан еле успевает одернуть ладонь, пока его не обожгло. Круглыми глазами от шока он смотрит за тем, как огонь съедает рукопись , а пепел сыпется на пол меж длинных бледных пальцев и словно снег падает на пол.