Медоед

      Оставлять Феликса одного, пусть даже на чертов час, было ошибкой. Они условились встретиться на площади Хогсмита, когда закончат со своими делами, но там никого не оказалось. В «Лавке Олливандера», как и в других магазинах, что фигурировали в списке, новенький не появлялся вовсе. Закралась нервная мысль, что Феликс умудрился влипнуть в неприятности, а такой роскоши Себастьян ему позволить не мог. Ему отчаянно не хотелось потерять вверенного ему лично профессором Уизли новичка в первый же, задери его Моргана, день.       Расспрашивая местных и идя по следам пуффендуйской потеряшки, Себастьян невольно отметил совершенно безумный маршрут своего невольного компаньона. Каким-то мистическим образом тот умудрился посетить «Кабанью Голову», выйти оттуда целым и невредимым, пройти мимо всех нужных ему лавок переулками, выйти на противоположном конце Хогсмита к «Тимофиллам и поганкам», выслушать там прохладную историю о случайно отравленном покупателе, свалиться в реку около водяного колеса, напугав двух местных фермеров, только чтобы обнаружиться в глубине сада на краю волшебного городка.       Пуффендуйское недоразумение беззаботно сидело на скамейке и болтало ногами, пожирая невесть откуда взявшуюся булочку. Себастьян с трудом подавил в себе желание отвесить ему хорошего пинка.       — И чем ты тут занимаешься, позволь спросить? — хмуро поинтересовался он, нависая над объектом своей головной боли.       — О, Себастьян! — Феликс вовсе не смутился его хмурого вида и дружелюбно заулыбался. — Как хорошо, что ты меня нашел! Я немного заблудился.       — Немного?! — вытаращился на него Себастьян. — Ты хоть знаешь, где ты сейчас?       — Ни малейшего понятия, — с той же беззаботностью отозвался тот. — Хочешь? — он протянул ему булочку из свертка, что обнаружился у него на коленях.       — Хочу, — подавив волну раздражения, отозвался Себастьян и плюхнулся рядом, забирая предложенный презент. К Салазару это все, он заслужил небольшой перерыв. Булочка на поверку оказалась пирожком. — Откуда у тебя это? В «Трех Метлах» тебя не видели.       — Меня угостила какая-то милая леди в кабаке. Сказала, что мне нужно больше есть, чтобы вырасти.       Себастьян поперхнулся и с подозрением уставился на пирожок. Единственный кабак, где был Феликс, это «Кабанья голова», а там милые леди, раздающие бесплатную выпечку, отродясь не водились. Пирожок, однако, даже под пристальным взглядом в ядовитую змею не превратился и вид имел вполне обыденный. К тому же, он прекрасно пах, а потому Сэллоу пожал плечами и снова сунул его в рот.       Разглядывая пестрые краски цветника, он бездумно прошелся по фигуре рядом. Феликс уступал Себастьяну как в росте, так и в массе. Да и в целом он выглядел младше, словно не догонял собственный возраст. Ладонь с цепкими пальцами выглядела слишком худой — Себастьян мог бы полностью обхватить её своей. Какое-то неясное чувство царапнуло рёбра.       — Ты часто теряешься? — спросил он, пытаясь отвлечься от странных мыслей.       — Да постоянно, — взгляд Феликса бездумно бродил среди калейдоскопа цветов, изредка возвращаясь к ожившему топиарию в виде дракона. — В Лондоне я никогда точно не знал, где нахожусь.       — Как же ты тогда из дома выходишь? — хмыкнул Себастьян.       Пауза. Слишком долгая. Себастьян услышал, как шуршит в кронах ветер.       — Чтобы выходить из дома, полагаю, его нужно иметь, — тихо сказал Феликс.       Сэллоу чертыхнулся про себя. Выскочил на тонкий лед и не заметил! От неловкости его спас сам пуффендуец. Не дожидаясь реакции на свои слова, он вскочил со скамейки и отряхнул крошки с бридж.       — Так мы пойдем покупать мне волшебную палочку сегодня? Боюсь, без твоей помощи на это уйдет неделя.       — Неделя? — протянул слизеринец, с радостью съезжая с неприятной темы. — Да ты оптимист! Я думаю, что мы не увидим тебя около месяца.       Время близилось к обеду, и на улицах Хогсмита стало оживленнее. Пробираясь сквозь поток людей, Себастьян познал всю палитру топографического кретинизма своего нового друга. Феликса постоянно тянуло невесть куда. Он умудрялся исчезать из поля зрения Себастьяна, даже когда шёл прямо за ним, два раза терялся в толпе, недоуменно озираясь по сторонам. На третий раз у Себастьяна сдали нервы. Он взял его за руку и потащил за собой, словно ребенка. Тот не возражал.       Отыскивая нужную дорогу к лавке, Себастьян отметил про себя, что ладонь Феликса хоть и тощая до неприличия, но довольно жилистая. Он ощутил каждый сустав его фаланг, их подвижность и сухой жар, исходящий от кожи. Хороший набор для дуэлянта. Волшебникам с потными ладошками, вроде Леандера, повезло куда меньше. Себастьян хмыкнул собственным мыслям.       Лавка Олливандера ничуть не изменилась с того времени, как близнецы Сэллоу пришли сюда впервые. Мистер Олливандер зыркнул из-под круглых очков из-за стойки и тут же расплылся в улыбке.       — О! Мистер Сэллоу! Тринадцать дюймов, эбен, жила дракона, очень жесткая. Что привело вас сюда?       — Здравствуйте, мистер Олливандер, — Себастьян улыбнулся и подтолкнул застывшего Феликса к стойке. — Моему другу очень нужна собственная палочка. Надеюсь, вы поможете нам с этим?       — Новое дарование? Вы несколько припозднились, молодой человек. Впрочем, никогда не бывает слишком поздно, особенно, когда речь идёт о волшебстве, не так ли? — улыбнулся волшебник и протянул Феликсу руку.       — Феликс Рипли, сэр, — представился тот, настороженно её пожимая. — Приятно познакомиться.       — Что ж! Не будем тянуть! Что же вам подойдёт… — Олливандер тут же скрылся за бесконечными рядами шкафов. — Может быть, эта? Нет, слишком длинная… О! Вот эта! Ах, пожалуй, уже перебор…       — Он всегда такой? — спросил Феликс шёпотом.       — Всегда, — кивнул тот.       Олливандер выскочил из-за стойки, словно дирикол, заставив Феликса резко отскочить. Себастьян едва успел поймать его за плечо, чтобы тот не вписался в шкаф. Сколько можно шарахаться от каждого чиха? Ладонь обдало жаром, словно он схватился за нагретый на солнце металл.       — Думаю, эта! — не замечая опасной перемены, радостно сообщил Олливандер, протягивая Феликсу волшебную палочку.       — Просто возьми и взмахни, — шепнул ему на ухо Себастьян, крепко сжимая плечо. — Она тебя не укусит.       Феликс фыркнул, и температура его тела упала до нормальной. Смотря, как он забирает палочку из рук Олливандера, Себастьян незаметно выдохнул.       Уже второй раз.       Что это?       Феликс настолько плохо контролирует собственную магию, что она готова вырваться в любой момент? В голове всплыла их дуэль и странное пустое выражение лица пуффендуйца. Резкий взмах волшебной палочки. Стремительная Левиоса, разбивающая щит. Хлесткие жалящие заклятия, толкающие его к краю подиума. Нет, он определенно знал, что делает. Не похоже, что у него были проблемы с контролем.       Феликс взмахнул палочкой. Раздался оглушительный хлопок, напугав его и заставив вскрикнуть. Он тут же раздраженно уставился на Себастьяна.       — Что? Не укусила же! — хихикнул тот, на всякий случай не ослабляя хватку. Будет неловко, если юное дарование с перепугу ринется наутек.       — Не подошла, — покачал головой Олливандер. — Попробуйте эту!       Новую палочку Рипли берет так, словно это ядовитая змея. Взмах, и комнату наполняют мыльный пузыри, в которых, словно хомячки в колесе, перебирают лапками тараканы.       — Вероятно, не ваш вариант, — бормочет хозяин лавки, взмахом собственной палочки убирая весь бардак. Новая палочка — и запах гари от опаленных волос Олливандера.       — Точно не эта!       Себастьян ощущает напряжение под своими пальцами и шепчет на ухо:       — Не бери в голову. Со всеми так. После моего похода за палочкой тут была дыра в стене размером с поле для квиддича. С Энн возились целый час, и тут ещё неделю шли дожди прямо с потолка.       Улыбка тронула губы Феликса.       — Кто такая Энн?       — Моя сестра, — после небольшой паузы ответил Себастьян.       Словно почуяв перемену в его голосе, Феликс обернулся, заглядывая в глаза. Короткое мгновение, встревоженный взгляд, но Себастьяну вдруг стало легче дышать.       — Думаю, эта должна вам подойти, — Олливандер вновь показался из-за полок, нарушая их молчаливые переглядки.       Феликс устало потянулся, принимая палочку, но вдруг застыл, удивленно её разглядывая. Палочка выглядела странно. Совершенно черная, словно обугленная, она обладала янтарными прожилками около рукояти, как если бы её склеили смолой из кусков.       — Не самый обычный дизайн, — присвистнул Себастьян, выглянув из-за его плеча.       — О, эта палочка пережила множество невзгод и однажды была почти уничтожена. Но, как видите, мне удалось восстановить её. Впрочем, если она вам не по нраву, я могу принести другую…       — Нет, — задумчиво отозвался Феликс, разглядывая палочку. — Не нужно. Я возьму эту.       — Эй, ты даже ей не взмахнул! — запротестовал Себастьян, вызывая улыбку Олливандера.       — Не думаю, что это необходимо. Но если ты так хочешь, Себастьян… — ухмыльнулся Феликс и сделал плавный взмах.       Треск со всех сторон. Пол, шкафы, стены — всё, что было сделано из дерева, вдруг проросло множеством крупных янтарных цветов, слабо мерцающих в полумраке лавки. Мгновение их лепестки трепетали, словно в них запутался ветер, только чтобы сорваться с места, превращаясь в хаотично сверкающий смерч из бабочек, рассыпающихся в золотую пыль прямо на глазах.       Оказавшись под лавиной из блесток, Себастьян несколько раз громко чихнул. Краем глаза он успел поймать теплую улыбку Феликса, которая тут же скрылась за длинными светлыми прядями.       — Прекрасно! — Олливандер восхищенно хлопнул в ладоши. — Двенадцать дюймов, ива, перо феникса! Гибкая и хлесткая!       — Ты это специально? — спросил Себастьян, когда они вышли из лавки. Он безуспешно пытался стряхнуть с мантии мерцающую пыль, но добился лишь того, что поднимал целые искрящиеся облака вокруг себя.       — Нет. Я понятия не имел, что произойдет, — отозвался Феликс, хихикая над его тщетными попытками. — Зато ты теперь выглядишь просто блестяще!       — Я всегда так выгляжу, — хмыкнул Сэллоу. — Привыкай.       Уже по проверенной схеме — за ручку — Себастьян потащил новичка к нужным лавкам. С ним дело пошло куда быстрее, и уже через час Феликс распихивал по карманам мантии свои немногочисленные покупки.       — Тебе этого хватит? — скептически поинтересовался Себастьян. — Пара рецептов и семена?       — С чего-то же нужно начинать, — пожал плечами тот. — У меня осталось немного денег. Не хочешь что-нибудь съесть, раз уж обед мы все равно пропустили?       Себастьян уже было открыл рот, как вдруг площадь наполнилась испуганными криками.       — Тролль!       Юноши недоуменно переглянулись. Суматоха превращается в панику в считанные секунды. В потоке испуганно мечущихся волшебников Себастьян цепляет взглядом гигантскую фигуру. Земля под ногами дрожит, и оглушительный рев бьёт по ушам. Он не верит своим глазам, но уже в следующее мгновение на них несется уродливый исполин с дубиной наперевес.       — Бомбарда!       Ударная волна ударяется о броню, снося часть крыши «Зонко». Летят щепки, но тролль притормаживает лишь на мгновение, грузно поворачиваясь к Себастьяну.       У его ног мелькает быстрая тень, и в следующие мгновение на разъяренного здоровяка обрушивается бочка с пуншем, окатывая его с головы до ног. Тот ревет, размашисто размахивая дубиной, и только теперь Себастьян замечает Феликса, ловко снующего под ногами зверя. Холодок прокатывается по спине. Как он там оказался? Один удар, и от пуффендуйца останутся только приятные воспоминания.       Себастьян обрушивает целый град заклятий, надеясь пробить броню. Тролль болезненно рычит, но стоит ему сфокусировать свои злые глазки на фигуре слизеринца хотя бы на мгновение, как в его голову тут же летит самый разнообразный ассортимент предметов со всей площади. Они словно играли в горячую картошку, перетягивая одеяло внимания исполина на себя. Сэллоу отдал Феликсу должное — пусть тот и знал от силы три заклинания, он выжимал из них максимум пользы. В ход пошел даже Люмос, так удачно ослепивший тролля, даруя им драгоценные секунды.       Наковальня просвистела в метре от Себастьяна, выводя его из чарующего транса сражения.       Бздынь!       Болезненный рев ударил по ушам.       — Крепкий, зараза.       Феликс, до этого крутившийся в опасной близости от дубинки, был вынужден отскочить подальше, пока тролль в слепой ярости оставлял выбоины в мостовой. Себастьян покосился на него. Уже знакомое отсутствующее выражение, сосредоточенный спокойный взгляд. Он что, даже не нервничал?       — Мы его вымотали, — тяжело дыша, Себастьян перехватил палочку поудобнее. — Но мои заклятия его не пробивают.       — А что его пробьет? — голос такой ровный, что даже страшно. И вот этот парень весь день шугался собственной тени?       — Понятия не имею.       Земля дрогнула под их ногами. Их окутало плотное облако пыли. Она забивалась в глаза, мешала дышать. Себастьян отскочил, запнулся обо что-то и потерял равновесие. Свист сверху, что-то огромное неслось прямо на него.       Он не успеет!       Феликс метнулся вперёд, оказавшись между Себастьяном и занесенной над ним дубиной, вскинул раскрытую ладонь за мгновение до того, как она опустилась. Его пальцы едва коснулись толстой шкуры тролля, как вдруг все звуки словно высосали вместе с воздухом.       Тишина оглушала. Время смешалось в вязкое густое марево. Громкий клокочущий треск с трудом продрался сквозь гудящую тишину. Тугая вибрация прокатилась по всему телу. Себастьян словно в бреду едва произнёс «Протего», как огромную фигуру тролля над их головами перемололо в кровавую кашу.       Феликс вздрогнул, когда его окатило теплой алой жижей. Воздух тут же наполнился едким металлическим зловонием. Себастьян застыл на крошечном чистом островке, куда щитовые чары не позволили пролиться кровавому дождю, и оцепенело разглядывал окрашенную в алый мостовую. Он медленно поднял глаза, смотря, как Рипли безуспешно отряхивает руки. И вот этот пугливый хлебушек, совершенно не ориентирующийся в пространстве, очаровательный в своей нелепости, только что превратил главную площадь Хогсмита в кровавое побоище? Сэллоу не сдержался от нервного смешка.       Услышав неясный звук, Феликс обернулся и с укоризной произнес:       — А. То есть теперь ты поставил Протего?