Игра в «Кошки-мышки»

      Очередной грёбанный бал. Она будто цирковая мартышка в этом адском шапито, в котором каждому отведена своя незавидная роль. И её роль - развлекать публику, в частности Чуму. Она чувствует себя неважно, хочется просто лечь и умереть. С того дня, как она совратила Люцифера, у них натянутые отношения, он избегает её, старается проводить с ней как можно меньше времени. Неудовлетворённое желание и отчуждение демона доводят почти до отчаяния, что доставляет несказанное удовольствие Чуме. При виде Вики она расплывается в довольной улыбке и стремиться провести с ней хотя бы несколько минут, упиваясь чернотой, выплескивающейся из девушки через край. Вот и сегодня, ей с трудом удалось замазать круги под глазами, натянуть на себя облегающее платье с открытой спиной и приползти на очередной бал, заставляя себя натянуто улыбаться. Всадница тут же подскочила к ней, взяла под руку и, довольно мурлыкая, поинтересовалась её самочувствием.       — Вики, милая. Что-то ты неважно выглядишь. Люцифер замучил?       — Всё прекрасно, госпожа, просто не высыпаюсь, — ей захотелось брезгливо выдернуть руку из хватки женщины, но она сдержалась.       — Ах, Люци, негодник, совсем загонял девчонку, — промурлыкала Чума. — Попрошу его дать тебе передышку.       Девушка закатила глаза и натужно улыбнулась, не зная как избавиться от навязчивого внимания. Уже через минуту она облегчённо вздохнула, когда всадница покинула её и направилась в сторону Мальбонте. Она усталым взглядом обвела зал. У противоположной стены стояли Сэмми, Ади, и Мими, они о чём-то оживлённо беседовали. У окна на диванчике сидели близнецы. Ости, как обычно томно прижималась к Астароту, Кристофер скучающе смотрел по сторонам. Остановив взгляд на полудемоне, Уокер решила, что дальше так продолжаться не может и надо что-то делать.       Вот уже неделю этот мерзавец терзает её по ночам. Да, во сне, физически он её не касается, но это не может быть совпадением, он определённо в этом замешан. Люцифер заверил её, что сквозь его защиту даже Мальбонте не пройдёт, но он определённо что-то делает. Может у него есть способность воздействовать на других на расстоянии? Но читать мысли, воспоминания и воздействовать на сознание на большом расстоянии не под силу даже Мальбонте и всадникам. Даже им нужен зрительный или физический контакт. Размышления неизменно заводили непризнанную в тупик, она не могла ухватить нить, за которую можно было потянуть.       Надо убедиться, что именно Астарот причастен к её снам. Она больше не будет жертвой. Плана как такового не было, как обычно выручит импровизация. Она расправила плечи, натянула на измученное лицо обворожительную улыбку и уверенно направилась к близнецам, прихватив с подноса бокал глифта. Полудемон первым заметил её приближение, подозрительно прищурился и убедившись, что она направляется прямо к ним, расплылся в предвкушающей улыбке. Наконец, она созрела.       Виктория царственной походкой приблизилась к ним. Астарот вальяжно откинулся на спинку дивана, Ости недовольно скривилась, по-хозяйски положив руку на колено юноши, Кристофер удивлённо поднял на неё глаза.        – Чудесный вечер, не находите? – все ждали продолжения. – Люцифер дал мне карт-бланш, сегодня я абсолютно вольна выбрать себе спутника на вечер.       – Как щедро с его стороны, – протянул довольный полудемон. – Рад буду составить тебе компанию, – Ости что-то зашипела ему на ухо, впившись ногтями в колено. Он недовольно поморщился, но проигнорировал её недовольство.        – Ну что ты, Астарот, я не посмею отобрать тебя у твоей спутницы, – она заинтересованно оглядела его брата. – Пожалуй я украду у вас Кристофера. В последнее время он слишком часто начал мне сниться, уверена это неспроста. Вы же прекрасно знаете, что бессмертным не снятся сны просто так.       Вики не сводила взгляда с лица Астарота и удивлённое выражение не ускользнуло от неё. «Так и знала, ублюдок. Я найду способ избавиться от этого наваждения». Ей с трудом удавалось удерживать дежурную улыбку на лице и безразлично смотреть на виновника своих бед, хотелось стянуть с него одежду и … Она одёрнула себя, сейчас не время.        – Детка, тебе точно снится мой брат? Всё-таки мы близнецы и всё такое, – неуверенно заёрзал он на диване. – Может, ты ошиблась?        – Ох, ты думаешь? – она сделала вид, что пытается вспомнить сон. – Ну нет, это точно Кристофер, его милые кудряшки с твоими патлами не спутаешь, – она насмешливо приподняла брови.        – И что же такого тебе снилось, звёздочка, что ты готова снизойти до моего брата? – он начинал раздражаться.       – Оу. Это личное. Я смогу рассказать только твоему брату, всё-таки это он мне снится. А может не только рассказать, в конце концов я на сегодня свободна, – и она подмигнула кудрявому.        Кристофер собирался уже было встать с дивана, но брат его удержал.        – Крис, ты же видишь, что она тобой играет? Нами играет? Ни черта ты ей не снился, она врёт.       – Кристофер, предпочтёшь смотреть на обжимания брата с Ости или проведёшь время с красивой девушкой?       – Предпочту потанцевать с красивой девушкой, – полуангел решительно встал и протянул Уокер руку, которую она охотно приняла.       Виктория с Кристофером направились в сторону танцующих и закружились в вальсе. Астарот же кипел от злости, ему уже не было смысла скрывать свой гнев.        – Ты чего взбеленился? – устало отозвалась Ости. – Неужели непонятно, что ты ей не нравишься?        – Это тебя не касается, пошла вон отсюда, – рявкнул на неё юноша.        – Мой тебе совет, забудь о ней, – дьяволица раздражённо пожала плечами и удалилась.       Юноша не сводил глаз с танцующей пары и скрежетал зубами всякий раз, когда непризнанная слишком близко наклонялась к его брату, улыбалась ему, кокетливо поправляла воротник. В какой-то момент он потерял их из виду и вскочил на ноги, пытаясь найти, но их нигде не было. Он кинулся их искать, словно у него из под носа увели что-то ценное.       Неожиданно Крис оказался интересным собеседником и довольно милым парнем, жаль, что засранец-брат перетягивал на себя слишком много внимания и не давал разглядеть в этом «милом» мальчике самодостаточную личность. Кристофер вовсе не был пай-мальчиком, у него был довольно жёсткий характер, он был умён и эрудирован, так что непризнанной пришлось пересмотреть своё отношение к нему. Когда закончился танец, она предложила подышать воздухом на балконе, она знала там один укромный уголок, где их никто бы не побеспокоил и он не отказался.       Спустя пару минут они уже наслаждались видом на сад и потягивали глифт из бокалов, первым тишину нарушил юноша.       – Ты сказала, что я тебе снился, – он вопросительно взглянул на Вики.       – Да, мне снился кто-то очень похожий на тебя, – по сути она не соврала.       – И что же тебе снилось, что я делал в твоих снах?       Девушка внимательно посмотрела ему в глаза, думая стоит ли втягивать его в их с Астаротом дрязги. То, что его брат замешан в этом всём, она уже не сомневалась. Пресловутая гордость не позволит ей сдаться полудемону, но этот мальчик, стоящий сейчас перед ней, был его точной копией. И если сконцентрироваться только на его лице, глазах, губах, отринув всё остальное, то возможно он поможет заглушить её мучительное томление, а заодно и отомстить Астароту за его подлость. Крис молча ждал, пока она примет решение, она лукаво улыбнулась и провела пальчиком по груди парня.       – В моем сне ты делал так, – прошептала она и коснулась губами острого подбородка юноши, он удивлённо расширил глаза и казалось перестал дышать. – И так, – ещё пара нежных поцелуев вдоль нижней челюсти. – А ещё так, – она прикоснулась губами за мочкой уха и кончиком языка лизнула мочку.       Юноша закрыл глаза и тихо выдохнул, его руки обвили талию девушки и притянули ближе.       – Что же ещё? – тёплое дыхание коснулось её виска, он пока не решался предпринимать активных действий, но всячески поощрял её продолжать.       – А ты как думаешь? Что ты делал дальше? – она чуть отстранилась, заглянув в его глаза.       – Уверен, что сделал так, – он наклонился к ней и мягко поцеловал, сначала пробуя на вкус её губы, обводя языком снаружи, изнутри, сделал робкую попытку толкнуться внутрь и, не встретив сопротивление, углубил поцелуй.       Виктория расслабилась в его объятиях и зарылась руками в мягкие кудри. Он прижал её к парапету, не оставляя между ними ни миллиметра пространства и нежно гладил обнажённую спину. Казалось они никогда не насытятся друг другом, пока Кристофер вдруг не отпрянул от неё, оставив растерянно приходить в себя. Она подняла на него глаза, но увидела перед собой разъярённое лицо его брата, Астарот был в бешенстве. Кристофер же, застигнутый врасплох, стоял рядом, держась за перила балкона, будто чуть не свалился с него.       – Какого хрена тут происходит? – взревел полудемон. – Это я тебе снюсь ночами, дура тупая! – он зло встряхнул Уокер за плечи.       – Так значит ты признаёшь, что это твоих рук дело?       – А ты думала тебе всё сойдёт с рук? Ты унизила меня при всех и продинамила, сама соблазнила и сама же кинула. А теперь сосёшься с моим братом, – он подавил свою вспышку ярости и говорил вкрадчиво, с явной угрозой в голосе.       – Ах ты, мерзавец, – она со всего размаху залепила ему пощечину. – Неужели ты думал, что своими дешёвыми трюками заставишь меня раздвинуть перед тобой ноги? Я предпочту тебе кого угодно другого, даже твой брат в разы лучше тебя и я предпочту переспать с ним, а не с тобой.       Каждое своё слово Вики сопровождала ударами по лицу, груди, плечам, всюду, куда могла попасть и дотянуться. Юноша, опешив, отступал под натиском разъярённой фурии, но злость постепенно уступала опустошению, её затрясло и она отчаянно зарыдала.       – Я ненавижу тебя, не смей больше приходить ко мне во сне, перестань меня мучить, – удары ослабели и постепенно сошли на нет, она начала оседать на пол, словно из неё вынули стержень.       Астарот подхватил падающую девушку и прижал к груди, поглаживая по волосам. Она горько рыдала у него на груди, выплёскивая всю свою боль, усталость, злость. Он был в растерянности и не знал, что делать с ревущей девицей, как-то по-другому он представлял их объятия, типа она изнемогая от неутолённого желания накидывается на него в порыве страсти. К соплям и истерикам он был не готов. Кристофер стоял в стороне и не вмешивался, он всё прекрасно знал, у братьев не было секретов друг от друга. И согласился подыграть непризнанной, чтобы позлить брата, всё же он считал его методы неприемлемыми.       На них начали уже косо поглядывать и перешёптываться, не ровен час сюда пожалуют власть имущие. Крис встал позади пары и раскрыл крылья, чтобы отгородить их от любопытных глаз. Полудемон подхватил Викторию на руки и, расправив крылья, спрыгнул с балкона, унося её подальше от сплетников. Полукровка не рискнул нести её в свою комнату, лишь отлетел поглубже в сад и приземлился возле уединённой скамьи. Он сел на скамью, не выпуская Вики из рук, усадил её себе на колени и продолжил укачивать. Она ещё шмыгала носом, но истерика уже отступала, еще пару минут и она окончательно успокоилась, юноша протянул ей платок и она с благодарностью приняла.       – Зачем ты меня сюда принёс? Довершить начатое? – Уокер выпуталась из его рук и, спрыгнув с колен, отошла на безопасное расстояние. Его близость слишком сильно её волновала, чтобы продолжать сидеть в его объятиях, она слишком измотана, чтобы уверенно себя контролировать.       – Тебя тянет ко мне, я знаю, я приложил для этого немало усилий, – он виновато на неё посмотрел. – Но и меня тянет к тебе и я ничего не могу с собой поделать, – он невесело усмехнулся, тоже встал и сделал шаг к ней.       – Так какого чёрта ты ведёшь себя, как последний гондон? – выплюнула она ему в лицо и сделала шаг назад.       – Не знаю, что это значит, но полагаю что-то очень оскорбительное, – он снова усмехнулся.       Мужчина вдруг взъерошил свои идеально уложенные волосы, словно собираясь с духом. Затравленно огляделся по сторонам и со злостью пнул камень, попавшийся под ноги.       – Я не знаю, как мне себя с тобой вести, – начал он эмоционально разведя руки, – Ты одновременно и Королева и рабыня. На королеву смотрят с благоговением, а рабыня - вещь, которой пользуются. А я где-то посередине, то ли опустить королеву до своего уровня, то ли возвысить рабыню, но ни то ни другое мне не под силу, – тональность и эмоциональность речи повышалась, он обличительно показывал на неё пальцем. – Даже измученная болезненным влечением ко мне ты всё равно не ломаешься, не опускаешься со своего королевского пьедестала до моего уровня, не приползаешь ко мне на коленях, как рабыня. Ты всё ещё чёртова королева, даже будучи рабыней в кандалах, и мне никогда до тебя не дотянуться, ГРЁБАНАЯ ТЫ, КОРОЛЕВА, – свой монолог он закончил почти крича ей в лицо. Казалось он хотел ещё что-то сказать, но передумал и махнул рукой.       Устыдившись своего порыва, он отвернулся, засунул руки в карманы брюк и опустил голову, рассматривая носки своих начищенных ботинок, между ними воцарилась тягостная тишина, каждый думал о своём. Девушка была поражена глубиной его откровений, хотелось подойти и обнять его, сказать, что она всего лишь женщина, которая жаждет любви, но она продолжала молча смотреть ему в спину. Он уже жалел о своей несдержанности. Теперь она будет считать его ненормальным и возненавидит больше прежнего. Астарот всё-таки первый решился нарушить молчание и вновь повернулся к ней.       – Прости меня за мой идиотизм, я больше не подойду к тебе и не посмотрю в твою сторону. Только... – уже спокойнее начал он.       – Что?       – Твоё мучительное томление. Его можно снять только одним способом, – он стыдливо опустил глаза.       – Убив тебя? – огрызнулась она.       – Это уже второй способ, но он тоже сработает, – неуверенно улыбнулся юноша.       – Пожалуй этот способ мне больше импонирует, – зло отозвалась девушка. – Неужели ты думаешь, что я стану спать с тобой после твоих выходок?       – У тебя нет выбора, другого способа не существует, – он хмуро посмотрел на неё. – Я на столько тебе омерзителен?       – Да! Нет! Это не важно! Твой поступок непростителен, я не представляю, как могу довериться тебе, всё моё существо противится этому, – она была возмущена до глубины души тем, что ей не избавиться от наваждения, не переступив через себя. – Тебе не приходило в голову действовать традиционными методами? Ну там, свидания, подарки, цветочки и прочее.       – Какие цветочки, непризнанная? – перед ней вновь был прежний надменный и насмешливый Астарот. – Оглянись, мы в преддверии апокалипсиса, нужно просто брать, что хочешь, потому что завтра, тебя может уже не стать. Нас может не стать. А ты со своими цветочками. На это просто нет времени.       – А на твои идиотские игры есть время? – вспылила она.       – Это просто ты ненормальная. Другая бы за пару дней сдалась и не мучила бы ни себя, ни меня, – он вновь ткнул в её направлении пальцем.       – Так найди себе нормальную, а меня оставь в покое!       – Непризнанная, ты меня задолбала своим нытьём. Не нужна мне нормальная!       Астарот сгрёб Викторию в охапку, больно дёрнул за волосы и впился в раскрытый от неожиданности рот.