Целый мир для нас
11 июня 2023 г., 22:19
Неизведанный мир был погружён во тьму, от которой нельзя было пробудиться.
Не время.
Отовсюду доносились звуки, звучавшие так приятно, что с интересом хотелось выслушиваться в них, разбавляя собственный мрак этой приятной неизвестностью.
Касание.
Что-то мягкое, тёплое и такое одновременно родное.
Оно разливается по коже, нежно щекочет и оставляет после себя прохладу.
Лёгкий порыв ветра приятно раздувает одеяние, игриво подхватывая невесомую вуаль, и дарит необычные ощущения.
— Моё совершенное создание.
«Кто это?» — промелькнул любопытный вопрос в одиноком мире.
Мимолетная вспышка.
— Посмотри на меня.
В безграничной тьме появился светоносный круг и надвинулся на остатки мрака, чтобы вырывать из однотонного мира.
Юноша неторопливо открыл глаза.
Новый мир выглядел иначе.
Он был красочный, наполненный разнообразной цветовой гаммой, такой непривычной для него после тьмы, в которой он так долго находился.
Девушка медленно протянула руки к вуали и аккуратно сняла её, позволяя своему созданию разглядеть мир лучше.
— Кто ты? — задал вопрос юноша, внимательно всматриваясь в аметистовые глаза девушки.
— Эи, — представилась она и провела тыльной стороной ладони по его щеке, — я твоя создательница.
— Создательница? — невинно поинтересовался парень, нежно прильнув к её ладони щекой.
Родное касание.
От её прикосновений на душе становилось уютно и безмятежно, словно в этих прикосновениях и было заключено всё тепло, что так изредка согревало в неизвестном мраке.
Она безмолвно кивнула и слабо улыбнулась.
— Ты такая красивая, — искренне произнёс юноша и протянул руки вперёд, — я хочу обнять тебя!
Не дожидаясь согласия, он небрежно прижался к ней, обхватывая хрупкие женские плечи руками.
Тепло.
Совсем как тогда, когда это тепло лишь щекотало и успокаивало.
Он уткнулся лицом в её фиолетовые волосы, собранные в объёмную косу, и вдохнул неизвестный для него, но такой приятный и сладкий аромат.
Неожиданные объятия вызвали замешательство, и Эи мягко отстранилась, наблюдая за выразительным взглядом своего творения.
— Ты был создан для того, чтобы править, — строго объявила она, надавив на его плечи, отталкивая от себя, — я обучу тебя всему, что делала я раньше. Ты будешь беспощаден к тем, кто объявит войну моей вечности.
— Но я хочу быть рядом с тобой, — добродушно произнёс юноша, вновь протягивая руки и заключая в объятия, — мне становится хорошо, когда я прикасаюсь к тебе.
Сильно зажмурившись, он ласково потёрся носом о её плечо, наслаждаясь материнским теплом, которое совершенно не хотелось терять.
Глаза наполнились влагой, и он искренне улыбнулся, не веря тому, что мир за пределами тьмы может быть так прекрасен, ведь в нём есть она.
Его создательница.
Эи настойчиво отстранилась и мрачно взглянула на него, а взгляд наполнился горьким разочарованием.
— Ошибка.
— Что со мной происходит? — улыбаясь, растеряно спрашивал он, вытирая пальцами собственные слёзы.
Игнорируя вопрос, она крепко схватила его за руку и потянула за собой, не вслушиваясь в доносящийся за спиной голос.
Ледяное касание.
Оно не дарило чувство покоя, не казалось таким родным как раньше.
Юноша не понимал, почему от матери ушла прежняя нежность, что так полюбилась ему за короткие минуты в новом мире, когда он впервые увидел её.
Слёзы быстро остывали, когда он пытался идти за ней, повторяя все её движения.
Неокрепшие ноги дрожали, подкашиваясь от каждого шага, но он продолжал следовать вперёд.
Небо затянулось кровавыми облаками, и весь красочный мир поблек, теряя красоту своих красок.
Фиолетовые волосы создательницы вспыхнули ярким свечением, и она остановилась перед павильоном, продолжая сжимать его руку.
— Где мы находимся? — обойдя девушку, поинтересовался он и непонимающе вскинул брови, — Почему ты больше не улыбаешься?
Приглушенный раскат грома вспыхнул, озаряя ослепительными молниями прекрасные глаза матери.
Он продолжал смотреть в них, в надежде почувствовать то самое родное тепло, которое он ощутил от ее присутствия и мимолётного мгновения близости, что она так быстро оборвала, не позволяя насладиться драгоценными секундами.
Яркая вспышка пронзила и забрала красоту мира.
Забрала её.
«Где ты, создательница? Почему мне холодно?»
Темнота.
Он попытался протянуть руки, чтобы снова уткнуться в мягкие волосы матери и почувствовать ее, но ничего не вышло.
«Поговори со мной, пожалуйста…»
Мрак беспощадно сковывал, не оставляя шанса снова увидеть мир и прикоснуться к той, что подарила эту возможность.
Она растворилась в немых вопросах, ничего не оставляя от своего присутствия.
Тепла больше нет.
***
Перламутровый луч солнца мягко освещал расстояние между ними и через короткий миг полностью исчез в любовном поцелуе. Кадзуха очерчивал контур его губ и чувственно сжимал в своих объятиях, ласково поглаживая его тёмные волосы, и с заботой перебирал каждую прядку. Он дарил искренние чувства, верно храня их для этого момента, когда в сердце проникнет настоящая любовь и так приятно вскружит голову, а мысли будут заняты только любимым человеком. Путь самурая — непредсказуемый, захватывающий в бесконечные странствия и знакомства с людьми, и лишь дружелюбное дуновение ветра подсказывало путь, куда он отправится снова. Ветер подсказал нужное направление. Он был готов посвятить всего себя этой любви, позабыв об одиноких странствиях по свету. «Зачем мне весь мир, когда мой мир — это ты?» Наслаждаясь поцелуем, он почувствовал, как руки возлюбленного тянутся к спине, осторожно обводя место, куда его незадолго ранили. — Болит? — с тревогой в голосе поинтересовался Сказитель, прекращая поцелуй. — Не беспокойся, — нежно улыбаясь, ответил Каэдэхара, — твоя любовь давно излечила мои раны. Я в полном порядке. — Я серьезно спрашиваю, — пристально смотря в рубиновые глаза возлюбленного, настаивал Скарамучча, — ответь предельно честно. — Всё правда хорошо, — успокаивал ронин, накрывая ладонью его руку, — благодаря тебе я чувствую себя изумительно, ведь ты был так заботлив со мной. Любимое касание. Скарамучча упрямо верил, что прикосновения даруют отчаяние и через них возможно причинять боль, обрывая размеренные человеческие жизни. И лишь один человек изменил его представления, уничтожая напрочь отрицательные ассоциации. Его особенный человек. Рядом с ним расцветали настоящие чувства, забирая всю сокровенную боль и тревоги. Просыпаясь в согревающих объятиях Кадзухи, он чувствовал на душе желанный покой. Один его мягкий голос вызывал наслаждение, и в него хотелось постоянно вслушиваться. Скарамучча полюбил его длительные рассказы о странствиях и бесконечные хокку, что так ронин любил складывать для него, беспрерывно вдохновляясь возлюбленным. — Давай навсегда покинем это место? — тихо произнёс Сказитель и поднёс его руку к своим губам, оставляя на перебинтованных пальцах невесомый поцелуй.***
Берег отдалялся от них, становясь размытым, и лишь тихая гладь воды по обе стороны лодки приятно расслабляла своим мелодичным журчанием. Восходящий круг на горизонте деликатно согревал, оставляя солнечные поцелуи на бледной коже, провожая влюблённых в беспредельное море. Тёплый ветер возвысился над ними и задержался около Скарамуччи, проворно окутывая его в свои призрачные объятия. Он почувствовал, как острое жжение разлилось по внутренней стороне ладони, и под ней ощущалось нечто инородное. Разжав пальцы на руке, он увидел то, что стало причиной столь резких ощущений, что до сих пор медленно покалывали его кожу. — У тебя ведь точно такая же безделушка? — спросил Сказитель, разглядывая свой Глаз Бога.
