Глаза, как небо

Первые лучи солнца, словно отчаянные воры, проникали в мою квартиру. Они играли миллионом разноцветных огней на шторах, потолке, зеркале. Один из них, вероятно самый смелый, по-хозяйски расположился на самом кончике милого носика Мико. Почувствовав его тепло, Мико потянулась рукой к лицу, безрезультатно пытаясь стряхнуть надоедливый источник тепла. Я не мог не улыбнуться, когда Мико что-то проворчала. Она спала. Этой ночью я не сомкнул глаз, оберегая сон дивного ангела, волей судьбы оказавшегося в руках палача. Несколько раз за ночь я мог слышать невнятные разговоры Мико. Это было так глупо и наивно. Несколько раз она звала меня, просила остаться с ней. Но не поэтому я провел ночь возле нее. Я боялся признаться даже себе самому, что не могу оставить эту женщину. Восемь часов, пока спала Мико, я решал, что буду делать дальше. Я смотрел на ее чистое лицо, вспоминал ее голос, смаковал аромат ее тела во рту и не представлял, что мне делать дальше. Это была несправедливая сделка. На кону обязательно оказывалась чья-то жизнь. Но меньше всего меня беспокоила моя собственная, это самая малая цена, которую мне предстояло заплатить. Да и на счет своей жизни я был спокоен всегда. Я никогда не беспокоился о том, что рано или поздно погибну от чьей-то руки. Я не чувствовал себя последним подонком. Но я выбирал жизнь Мико. Да, она была молода, меня тянуло к ней, как ни к кому за мой тридцать один год жизни. — Прости, — Тихо прошептал я, поднимаясь с своего места и разминая затёкшее тело. Бросив последний взгляд на спящую девушку, я нашел свой телефон. Несмотря на ранний час, Хаджиме Коконой ответил на звонок быстро. — Тоже мучаешься от бессонницы? — «С каких пор она тебя мучает?» — промелькнуло в моей голове, но я ответил другое. — Нам нужно встретиться, — Коротко бросил я, все еще помня его предупреждение. — Ты знаешь, где меня найти. — Скоро буду. Отключив телефон, я направился в свою комнату. Быстро приняв душ и переодевшись, я вышел в гостиную. Мико по-прежнему спала, но что-то изменилось в ее позе. Она стала более наряженной, скованной. Начеркав скудную записку, я вышел из квартиры, предварительно поставив ее на сигнализацию. Меня не беспокоило, что девушка может сбежать, где-то в глубине души я надеялся, что именно так она и поступит. Я боялся, что за ней могут придти, когда меня не будет рядом. Но зачем мне быть там? Чтобы видеть слезы в ее глазах? Чтобы видеть, как грубо они будут обращаться с ней? Нет, этого я бы не выдержал. Но я бы и не позволил случиться этому. Ведь это бы стало последней встречей для нас обоих. Прогоняя непрошеные мысли и образы из головы, я открыл настежь окно. Холодный ветер обдувал мое лицо, играя непослушными прядями волос. Было раннее утро, но машин на трассе скопилось много. Изящно лавируя среди роскошных иномарок, но ничем не уступая им, я удивлялся тому, как люди погружены в свои раздумья. Все спешили на работу, важную встречу, в прачечную. Загруженные повседневными делами, они не замечали никого вокруг. И я был среди них. Сегодня меня ничто не радовало. Казалось бы, это должно стать привычкой, убивать людей. Но от чего сегодня мне так тошно? Почему одна жизнь, жизнь малознакомой девушки, значила для меня много? Ответ сам напрашивался, он буквально срывался с кончика моего языка, но я старательно игнорировал его. Не сейчас, не время. Никогда. Несколько часов пролетели незаметно. Я не обратил внимания на то, что уже стою перед высочайшим зданием Токио. Я не заметил, как угрюмый охранник подошел ко мне, желая доброго утра. Я был погружен в себя, мысленно воспроизводя наш с Хаджиме разговор. И вот он стоит предо мной, тщательно изучая, сканируя своими темными глазами. — Добро пожаловать, Ран! — Хах, мне нужно серьезно поговорить с тобой, Коко. *** А тем временем в пустой квартире в центре Токио, девушка с глазами цвета небесной синевы и непослушными белоснежными волосами, пыталась спасти свою жизнь. Слезы густой пеленой застилали ее глаза, не позволяя свободно перемещаться по холостяцкой квартире. Она то и дело ударялась обо что-то, спотыкалась, падала, проклиная свою неловкость. Она металась из одной комнаты в другую в поисках чего-то, что могло спасти ее жизнь. Она не была уверена в том, что действительно хочет продолжить свое никчемное существование. Мико уже давно стала заложницей многих обстоятельств. Вряд ли за последние три года ее жизнь была в ее руках. Она бессмысленно нажимала кнопки сигнализации, вспоминая тот день, когда пришла на новую работу. Мико Сасаки, ответственная девушка, которую многие считали карьеристкой, всегда стремилась достичь многого. Но только по известным лишь ей причинам, она полностью отдавалась работе. Она отправилась на балкон, прикидывая расстояние до земли, и вспоминала ту роковую минуту, когда ей позвонил неизвестный человек, предлагая крупную сумму денег за информацию, которой она владела. Правая рука вице-мэра города, она могла многое поведать звонившему, но Мико отказалась «слить» информацию из банального честолюбия и еще одного чувства, еще теплившегося в ее душе. Позже начались угрозы. Ее босс, а по совместительству и отец Ясухико, знал, что за Мико ведется слежка. Он так же знал, что началась охота и на него, но принимать дополнительных мер предосторожности не спешил. Но во всей этой ситуации он беспокоился больше о своей жизни, нежели о жизни дочери, отношения с которой ограничивались лишь бизнесом. Мико забыла, когда в последний раз, после смерти матери, они разговаривали с отцом по душам. У Ясухико просто не оставалось времени на дочь, которая чувствовала себя такой одинокой и беспомощной в этом большом городе, сплошь кишащем кровожадными акулами. Смахивая тыльной стороной ладони соленые капли, Мико отправилась в комнату Рана. Ран Хайтани, руководитель преступной организации, наемный киллер, убийца ее отца, ее спаситель и палач, человек, от которого зависела жизнь Мико. Она хотела ненавидеть его, но не могла. С каждой секундой ее все больше притягивало к человеку, которого она знала меньше суток. Но Мико помнила каждую черточку его прекрасного аристократического лица, его тонкие пальцы, непослушные волосы и неземной аромат. Он спас ее дважды. Сам того не подозревая, он спас ее от собственной же пули. Слезы злости хлынули из глаз Мико, когда она вспомнила, что отец попросил ее пойти первой. Очевидно, он знал, что его «заказали», он не мог этого не знать. Но это не остановило его от того, чтобы прикрыть себя телом дочери. Такова цена отцовской любви. Именно таким образом Ясухико хотел отблагодарить свою дочь, благодаря которой он был тем, кем был. Пуля киллера должна была достаться ей, но он спас ее, выстрелив позже, тем самым подставив себя. Ран сохранил жизнь Мико, поставив под угрозу свое существование. Но вряд-ли так оно действительно было. Теперь они оба были она была под прицелом. Погладив рукой красный шелк покрывала, Мико присела на кровать. Ее внимание привлекла фотография в рамочке. Прекрасный, с фиалковыми глазами мужчина, Ран, обнимает парня, очень похожего на него самого, а сбоку стоит девушка с темными волосами и прекрасной улыбкой. Они светятся счастьем, такие харизматичные, веселые. Мико представила его фиолетовые глаза, и ей захотелось выть от отчаянья. Почему именно он? Почему именно она? Она больше не могла отрицать тот факт, что ее тянуло к Рану. Жертва полюбила палача. Хуже истории не придумаешь. Мико знала, что сейчас он, вероятно, уже обговаривает детали сделки. Ее жизнь в обмен на его. Все честно. Вот только, почему так щемит в груди? Куда пропала вся смелость? Почему именно сейчас ей так не хочется умирать? Она готова бороться. Но с кем? Мико знала, что ее ждет неминуемая смерть, при любом раскладе. Она попала в такую воронку, из которой живыми не выбираются. Знание погубило ее. Все, к чему она стремилась столько лет, сыграло против нее. Собственный отец отпустил веревку гильотины, на которой лежала голова Мико. Именно поэтому она не винила Рана в убийстве. Она понимала, что он тоже заложник своей же судьбы. Они были похожи. Кто, как не Мико, мог его понять! Понимая, что сбежав, она подставит Рана и возможно, даже лишит его жизни, Мико прекратила поиски выхода. Она знала, что уйти ей не дадут в любом случае. Выход был только один, не самый приятный для нее. Рука машинально вытащила тяжелый пистолет из тумбочки Рана. Тонкие пальцы отчаянно впивались в холодный металл оружия. Она не хотела подставлять человека, который спас ее. Так думала девушка, но глубоко заблуждалась. Ран, хозяин своей жизни, которого не пугает смерть. Сложись жизнь по-другому, Мико смогла бы начать новую жизнь после смерти отца. Тогда бы она была свободна. Но Ясухико был эгоистом до мозга костей, он варился в этом котле сам и втянул туда дочь. Иного выхода Мико для себя не видела. Поцеловав высокого мужчину на фотографии, Мико с невидящими глазами, отправилась на балкон. Последний глоток воздуха перед темнотой. Бороться больше нет сил. *** — Чёрт! Чёрт! Чёрт! Я бил кулаком по рулю, проклиная себя за то, что отправился к Коконою в поисках помощи. Я должен был знать, что именно он станет моим врагом «номер один». Человек, который столько лет с пеной у рта доказывал мне, что он — мой союзник, моя поддержка, теперь отказал мне. Но так даже интересней. Нет, он не сказал это открыто, а лишь дал понять, что всю эту кашу я буду расхлебывать один. Вот только имя девушки стучало в висках, отражалось в сердце, прожигало вены, разливалось по телу. Мико была права, с информацией, которой она владела, ей не дадут спокойно уйти. Если я считал все это лишь игрой и развлечением, почему тогда слова Хаджиме больно стучали в висках? — Судьба этой девчонки решена, Ран. У нее нет будущего, — Коко спокойно рассуждал о смерти девушки, которой даже не знал. — Ты лезешь не в свое дело. На этот раз это не наша игра. Мы пешки! — Гневно повторял скрипучий голос Хаджиме в моей голове. Я не привык исполнять роль пешки. Я всегда сам задавал игру. — Я сделала все чисто. — Где девчонка? — Я не знаю. Последней фразой я подписал себе приговор. Может, Коко и поверил мне, но так долго продолжаться не будет. В скором времени правда всплывет наружу, но я не хотел об этом думать. Все мои мысли были о Мико. Я должен защитить ее, любой ценой. Несколько часов, что я не видел ее глаз, стали решающими для меня. Я не смогу жить, если буду знать, что Мико мертва. И не важно, что именно я стану виновником ее смерти. Главное, что ее больше не будет. Внезапно озарение нашло на меня, и я понял, что мой мир не станет прежним, если в нем больше не будет ее. Но я не хотел в это верить. Подобно утреннему бризу, она ворвалась в мою жизнь. Ее ярко-голубые прекрасные глаза, стали всем для меня. Она стала частью моего мира. Мира, в который никому не было допуска. Сама того не подозревая, она подобрала ключик к заветной дверце, таящей за собой давно забытые чувства. Она разбила лед высокомерия, сковавший мое сердце. Теперь я не мог позволить кому-то лишить жизни ту, что пробудила меня, ту, что так и притягивала к себе меня. Палач полюбил свою жертву. — Хайтани, помни, не подводи меня и организацию! Заказчик очень серьезен. — Я помню, Коко! —Рявкнул я и мысленно я вновь вернулся к разговору. — Ты хоть знаешь, что убил вице-мэра города? — Внезапно спросил Коко. — Уже в курсе. — И ты знаешь, что эта девчонка, которую теперь ищет заказчик, его дочь? — Дочь?! Но у них же разные фамилии. — Она носит фамилию матери. У них сложные отношения с отцом. Этот проныра, Ясухико Танака, пытался подстроить все так, чтобы ты убил его дочь. Но ты подарил девчонке жизнь. Почему, Ран? — Потому что в заказ входил он, именно его фото было вложено в конверт. Я все прокручивал в голове наш разговор, но в моей голове никак не укладывалось то, что родной отец пытался прикрыть себя дочерью. Я спас ее, сам того не подозревая. Видимо, у судьбы были свои планы на наш счет. Я убил отца Мико, но она не устраивала истерик, не пыталась сдать меня полиции. Почему? Я искал ответ, но не мог его найти. Я уже приближался к городу, но так и не нашел выхода из сложившейся ситуации. Я был в ловушке, крышку которой захлопнул сам. Абсолютно точно я знал одно: я попал в западню, и пути назад нет. Об этом свидетельствовали и слова Хаджиме. — Запомни, Ран, если ты подставишь меня, я этого тебе никогда не прощу. — Ты сомневаешься во мне, Коко? — Я решил играть до конца. — Я предупреждаю тебя. Пока все не утихнет, ты будешь у меня под пальцем. Я буду следить за тобой. Не играй со мной. А уж тем более с Бонтеном. У Хаджиме было какое-то чутье. Он не доверял никому, но так он со мной никогда не разговаривал. Он, будто знал, что я лгу. Я давно перестал бояться угроз. Были две вещи, которые волновали меня больше всего. А именно, жизнь моего брата, за которую, мне не приходилось волноваться, и жизнь прекрасной девушки, которая висела на волоске, теперь, собственно, как и моя. Но пути назад нет, решение принято. С такими не столь радужными мыслями я въехал на знакомые улицы. Знакомая атмосфера дарила чувство защищенности. Но теперь в воздухе витало что-то еще. Что-то, что мог уловить только я. Опасность. Теперь она поджидала меня на каждом углу, в каждом переулке. Прощай спокойная жизнь, которой у меня никогда и не было. Смешно и нелепо. Все люди стремятся к спокойствию и умиротворенности. Я же, наоборот, притягиваю к себе опасность. Видимо, это моя стихия, мое проклятье. Проезжая мимо очередного квартала, я заметил машину Риндо. Оглядевшись, я припарковал машину ближе к подъезду. Достав пистолет из бардачка, я засунул его за ремень брюк. — Добрый день, Хайтани-сама. Я не видел, как Вы выходили. — Добрый день. Мы рано ушли. Масару, меня никто не спрашивал? — Нет, Ран-сама. — Хорошо. Ах, да! Еще, Масару, если кто-то будет спрашивать, то меня нет, и ты не видел девушку, что я вчера приводил. — Конечно, Ран-сама. Ревнивый супруг? — Ты очень догадлив, — Похвалил я консьержа. Выйдя из лифта, я осмотрел площадку перед квартирой. Мико нигде не было. Куда подевался Рин!? Не успел я подумать, как за углом послышался шорох. Рука машинально потянулась к поясу брюк, но я вовремя уловил знакомый аромат. — Выходите, Сора! Рин! Вас рассекретили! — Так нечестно, Ран! – Протянула девушка, при этом ухмыляясь и выходя из-за угла с кучей пакетов в руках. – Как ты узнал? — Вы шуршите, как мыши, но пахнете, как мой брат и Сора, – Я потрепал девушку по голове. - Не думал, что вы оба приедете. — Аромат нашего детства, – Отозвалась она. — Подождите.. Я почувствовал, как напряглась каждая мышца моего тела, когда я набирал код. — Что случилось? — Кто-то пытался взломать шифр, – Мне пришлось набрать дополнительный код, чтобы отключить сигнализацию. — Здесь? Но консьерж нас не хотел впускать. Пришлось обмануть его. — Нет, открыть пытались с другой стороны. Холодок пробежал по моей спине, когда мы переступили порог дома. Я принялся оглядывать квартиру, Мико нигде не было. Тишина, царившая в квартире пугала, давила на виски. — Что на этот раз выкинула эта девчонка? — Ран, а дверь? — Заприте ее! — Скомандовал я, заходя в свою комнату, дверь которой была открыта. Мико там не было. Но мое внимание привлекла тумбочка, ящик которой был открыт. Борясь с приступом несвойственной мне тошноты, я заглянул в него, чтобы убедиться в том, что оружия нет. — Мой пистолет. Пропал, — Я услышал сдавленный смешок Соры и брата. Риндо и единственная подруга нашего с братом детства следовали за мной, когда я направился к балкону — единственному месту, которое я еще не осмотрел. Мысленно я готовил себя к любому исходу, но все же надеялся на лучшее. Неужели одна неудавшаяся попытка не остановила ее! Ведь она же обещала. Я намеренно тянул время, не желая входить на балкон, боясь того, что может меня там ждать. Мы притихли, с балкона послышались сдавленные всхлипы. — Мико! – Выдохнул я, переступая порог залитого солнцем помещения. — Не подходите! — Сквозь слезы прошептала Мико, сжимая в руках пистолет и поднося его к опухшему, заплаканному лицу.