Глаза, как небо

«Жива» Пронеслось у меня в голове, пока я смотрел на девушку, забившуюся в угол, прижав к себе ноги. Опухшие глаза, красный нос и взгляд загнанного в клетку зверька - даже сейчас Мико была прекрасна.  — Все хорошо, милая, — Хмыкнув, я протянул руку к девушке, которая в ответ на мое движение лишь сильнее вжалась в угол. Рука с силой сдавливала сталь оружия, заставляя белеть тонкие пальчики, оставляя красный отпечаток на виске.  — Не подходи, Ран! Я сделаю это сама! — Закрыв глаза, Мико набрала полные легкие воздуха.  — Хах, стой, неугомонная.. Опусти оружие, это моя подруга и брат. Я не причиню тебе вреда.  — Подруга и брат?   Казалось, мои слова дошли до Мико, она открыла глаза, что-то старательно вспоминая, внимательно осматривая Сору и Рина, который облокотился об косяк двери. — Да, брат и подруга.   — Мико, да? Положи оружие, мы не хотим стать свидетелями твоего самоубийства, — Усмехнувшись, отозвался Рин. — Мико, убери оружие, я не переношу вида крови. — Она, кстати, тоже. Из глаз девушки вытекали водопады слез.  — Заказчик не знает о тебе. Я не смог.  Признание далось мне нелегко, но я знал, что это единственная вещь, которая может образумить запуганную Мико.  Слова подействовали. Я видел, как дрогнула ее рука, к пальцам начала приливать кровь, но пистолет не опустился. Мико смотрела на меня заплаканными глазами, и я видел в них сомнение.  Медленно, словно кошка, крадущаяся к своей добыче, я подходил к Мико. Она смотрела на меня и не решалась вдохнуть.  — Отдай мне оружие. Все будет хорошо, верь мне. Я тебя не отдам им просто так, — Я плохо умел поддерживать, поэтому эти слова дались мне очень трудно. Но последние слова подействовали, Мико бессильно опустила руку, позволяя мне сесть около себя. Я забрал пистолет из ее руки.  — Ран… Мне очень страшно… Я боялась, что… — Мико прижалась ко мне, сжимая своими ручками мою шею. От неожиданности я пошатнулся. — Успокойся, все хорошо. Удержавшись от излишних нежностей, я лишь замер в своей изначальной позе, слушая всхлипы девушки. — М-да, Ран, неожидал, что у тебя тут все настолько серьезно, — Я услышал смешок. — Мне нужно выпить. Донесся до меня голос Риндо, и они вместе с Сорой ушли, оставив нас наедине.  Постепенно всхлипы Мико стали реже, поток слез уменьшился, оставляя на моей рубашке немного сухого места. Она продолжала сжимать мою шею руками, прижимая к себе.  Я не заметил, как запустил руку в ее волосы, оставив ее там. Я наслаждался их мягкостью, непокорностью, приятным ароматом. Они полностью соответствовали своей хозяйке.  Мико успокоилась, но ни один из нас не решался нарушить тишину, не решался подняться. Уткнувшись носом в мою шею, Мико размерено дышала.  — Нам нужно встать. — Да, — Тихо ответила Мико.  Подняв ее на руки, я отнес Мико на диван, тот самый, на котором она спала. С неохотой я раскрыл свои объятья, отстраняясь от Мико. Она убрала свои руки с шеи, укладывая их на колени.  — Итак… Кто-нибудь, кроме нас выпьет? — Входя в комнату, Сора потрясла бутылкой вина перед нами.  — Я — пас, а Мико нужно выпить.  — Я не хочу.  — Не спорь, Мико. Надеюсь, вино подкрасит твое бледное лицо, — Хмыкнул я. Усаживаясь рядом с Мико, Сора наполнила второй бокал.  Мико залпом выпила бокал, но заметив наши удивленные лица, сказала:  — Пожалуй, ты был прав, – Смущенно улыбнувшись, Мико перевела взгляд на меня. Я же всячески старался избегать встречи наших глаз.  — А ты интересная, Мико, — Не удержалась от комментария Сора.  — Спасибо! Ран? — Позвала меня Мико, когда я отвернулся к окну, пытаясь найти там выход из сложившейся ситуации.  — Да? — Не поворачиваясь, ответил я.  — Когда придет заказчик?  — Будем надеяться, что никогда. Но это маловероятно. Пока они не знают, где ты.  — Ты им не сказал? — Даже стоя спиной к Мико, я мог сказать, что она вскинула вверх одну свою бровь.  — Нет. — Коротко ответил я, направляясь в свою комнату. — Мне нужно переодеться.  Сора проводила меня одобрительным взглядом, в то время как Мико смотрела в пол.  — У меня кое-что для тебя есть, Мико, — Начала темно-волосая девушка, когда я скрылся в своей комнате и закрыл за собой дверь.  — Пожалуй, мне тоже стоит вас оставить. — Отозвался наконец Рин, уходя в соседнюю комнату. Гневно посмотрев на револьвер в правой руке, я положил его на место.  «О чем только думает эта девчонка?» Я был безумно зол на Мико. Она даже не представляет, что со мной делает одна мысль о том, что ее больше не будет на свете, что я больше не смогу утонуть в глубине ее голубых глаз. Она готова так просто расстаться с собственной жизнью, не думая, не понимая. Стараясь привести мысли в порядок, я присел на кровать, медленно массируя виски. Где-то отдаленно я слышал радостный голос девушки и вялый голос своего брата. Второй раз за два дня, я набрал знакомый номер. — Нам нужно увидеться. На нашем месте через полчаса. Захвати солнцезащитные очки. В ответ мне не последовало ни одного вопроса. Собеседник ограничился лишь короткими «угу» и «ага». Я вышел в гостиную, где неуверенными шагами ходила Мико. Черное платье облегало стройную фигуру, выгодно подчеркивая ее прекрасные формы. Расширяясь к низу, оно приоткрывало стройные ноги. Это платье безумно шло ей, резко контрастируя со светлыми волосами и подчеркивая голубые глаза. Увидев меня, Мико резко остановилась, опуская глаза в пол, румянец покрыл ее лицо. — Прекрасно выглядишь, Мико. Отличная работа, Сора. — Спасибо. — Одновременно ответили девушки. — Ты уходишь? — Сора указала на брелок в моих руках.  — Нужно отъехать по делам, решить один вопрос. Ты останешься с Мико?  — Конечно! Ты ведь не против?  — Нет, конечно. — Мико перевела на меня извиняющийся взгляд.  — Веселитесь. Только, Сора, из квартиры ни шагу. Я закрою вас. И.. Риндо!!! Пойдем, оставим девочек наедине. Из комнаты вышел Рин, и, удивленно оглядев Мико, похвались Сору за прекрасный выбор одежды. Я и Рин сели по разные машины, у каждого из нас были свои дела и проблемы, которые нам предстояло решить. Признаться честно, я был спокоен, пока Мико была под присмотром Соры. Она была абсолютно непредсказуема. Я не мог предсказать ее следующего шага, от чего моя задача по сохранению ее жизни становилась сложнее. «Только этого не хватало!» Черная Toyota ехала за мной вот уже несколько кварталов. Это определенно была слежка, вот только понять, кто мог «приставить» их ко мне, я пока не мог. Виртуозно лавируя между машинами, я пытался оторваться от «хвоста». Пока это плохо у меня выходило. Сигналы раздраженных водителей, которых я постоянно подрезал, не давали мне сконцентрироваться. «Хвост» стал навязчивее, в открытую следуя за мной. Внезапно между машинами я увидел просвет, который мог стать для меня спасительным. Продолжая движение в левом ряду, я всем своим видом показывал, что поеду прямо. Но стоило мне подъехать к заветному повороту, как нарушая правила и подрезая старенькую Honda, я резко повернул направо, заставляя черную Toyota двигаться прямо. Воспользовавшись временной свободой, я повернул еще один раз и поехал в обратном направлении, в конец заметая след. «Один ноль, ребята» Я понимал, что мне нужно торопиться. Прежде чем подъехать к условленному месту, я дважды проверил путь. Чисто. Оставив машину недалеко от прибрежного кафе, я решил немного прогуляться по искусственному пляжу Ойдаба. Вымощенная плитами аллея должна была привести меня к месту назначения. Навстречу мне передвигались влюбленные парочки, крепко держась за руки, словно боясь потерять друг друга. Надвинув очки на глаза, я наслаждался шумом волн, разбивавшихся о скалистый берег, возведенный человеком в целях личной безопасности. Мы всегда стараемся защитить себя и близких от проблем. Мы делаем все возможное, чтобы жизнь наших родных была, как можно беззаботнее, порой лично выступая в роли огромной беды. Так было в моем случае. Войдя в светлый зал кафе, выполненного в голубых тонах, я сразу же отыскал глазами привлекательного блондина в темных очках. Одарив меня лучезарной улыбкой, парень поднял бокал виски, приглашая меня присесть. Наш пароль. — Здравствуй, Ран, — Вставая, чтобы крепко меня обнять, сказал блондин. Он — являлся одним из моих помощников, на которого я больше всего мог положиться. — Здравствуй, Джиро. Мне нужна твоя помощь. — Все, что угодно. *** В это время две девушки, закончив примерку, устало присели на диван. Такими счастливыми они уже давно себя не чувствовали. Жизнь обеих сложилась таким образом, что ни у одной из них не было лучшей подруги. Лучшей подругой Мико была ее мать, Акира Сасаки, именно ее фамилию девушка сейчас носила. Только матери Мико доверяла все свои секреты и переживания, в мире не было человека роднее. Поэтому для Мико стало настоящим ударом то, что Акира скрывала столько лет, что больна раком. Мико думала, что они доверяют друг другу, но она ошибалась. Всего за несколько недель Акиры не стало. Мико лишилась не только матери и друга, она лишилась и веры в людей. Она всегда мечтала стать для кого-то другом, ища поддержки и понимания. Но детский страх предательства и обиды всегда мешал ей довериться людям. Мико смотрела на Сору и понимала, что именно о таком друге она мечтала всю жизнь. Как несправедливо найти единомышленника, поддержку за несколько часов до смерти. Девушки смотрели друг на друга, и, казалось, безмолвно общались. Они обе думали, что, сложись жизнь по-другому, они могли бы стать отличными подругами. — Ран очень злится на меня? — Мико первой нарушила тишину. — Не знаю, мне всегда трудно определить его настроение. — Ты очень его любишь. — Констатировала Мико и без того очевидный факт. — Как лучшего друга — да. Ран, я и его брат Рин.. Мы одни в целом мире. У нас больше никого нет. — Коротко ответила Сора, вспоминая беззаботное детство. — А ты никогда не задумывалась, почему он пошел по этой дороге? — Каждый день, каждую минуту. Но я не задумываюсь, я просто виню себя. — Себя? Но ведь это он подвергает риску не только свою жизнь, но и твою! — Внутри Мико росло возмущение. — Он делает все, чтобы защитить меня и своего брата. «Как же» подумала Мико, но вслух ничего не сказала, чтобы не расстраивать Сору. — Это из-за меня Ран стал убийцей. — Горько прошептала Сора, смахивая крупную слезу со щеки. — Что? — Смотря в упор на девушку, Мико пыталась понять смысл ее слов, который никак не укладывался в ее голове. Сора понимала, что Мико удивлена. Люди смотрели на нее и видели прекрасного эльфа, как Ран любил ее называть. Она притягивала людей своим жизнелюбием и открытостью. Она пленила окружающих своим очарованием и улыбкой. Никто даже и не подозревал, что скрывается в задворках ее души. Каждый день Соре приходилось доказывать самой себе, что она достойна жизни. Уже много лет прошло с того случая, но она по-прежнему продолжала винить себя в том, что заставила Рана жить такой жизнью. — Сора? — Мико трясла Сору за плечи, приводя ее в чувство. — Это я виновата в том, что Рану приходится убивать людей. — Я не понимаю. — Выдохнула Мико, призывая Сору продолжать. Сора решила поделиться своей тайной, секретом, который она не открывала ни одной живой душе. Эта тайна делала ее жизнь невыносимой. Темные глаза девушки затянула печаль, накапливаемая годами, но сейчас готовая пролиться горячим потоком. Сора вернулась в то время, когда ей только исполнилось шестнадцать. Чувствуя свою молодость и красоту, Сора решила стать независимой. Ее угнетала постоянная опека братьев Хайтани, девушке хотелось самой чего-то добиться в жизни. Во многом на ее решение повлияла смерть матери, которая заменяла Соре подругу и сестру. Девушка осталась одна в этом огромном мире. У нее были только двое поистине лучших друзей, да и только. Она все больше времени проводила в клубах, тем самым доказывая всем, что она достаточно взрослая, чтобы позаботиться о себе. Ее лучшая подруга, которую она таковой считала, однажды предложила Соре работу, за которую им предлагали крупную сумму. «Легкие деньги» привлекли Сору, и она согласилась, сама не подозревая на что. Первые дни работы стриптизершей нравились девушке, она получала несказанное удовольствие от того внимания, что дарили ее посетители за один вечер. Деньги кучами вываливались из ее красных кожаных трусиков, которые с течением времени она стала ненавидеть. Сора предпочитала ничего не говорить Хайтани о своих доходах. Их отношения постепенно ухудшались. Однажды дошло до того, что Сора перестала разговаривать с братьями, когда те поинтересовались, где их маленькая подруга проводит ночи. Но однажды все изменилось. Один вечер заставил Сору понять, что роднее Рана и Риндо у нее никого нет. В тот вечер она, как всегда, танцевала. Внимание бурной рекой лилось на нее, доставляя неземное удовольствие. Девушку с тонкой красотой и блеском в глазах любили многие, она всегда была гвоздем программы. После представления к Соре подошел мужчина средних лет. — Ты пойдешь со мной, красотка! — Небрежно хватая ее за руку, мужчина слюнявыми губами прикоснулся к ее щеке, заставляя желудок Соры взбунтоваться. — Я никуда не пойду. — Я заплатил твоему боссу, ты отработаешь эти деньги. — Как? — Я покажу тебе. — Больно ущипнув Сору за попку, мужчина запустил вторую руку к ней в шортики. — Нет! — Напрасно она пыталась вырваться из его жирных потных лапищ. — Проблемы? — О, Иори, ты должен сказать ему! — Сора в надежде бросилась к боссу, который всегда хорошо к ней относился. — Сказать что? — Спросил Иори, подмигивая мужчине. — Что я не шлюха! — Разве? — Иори широко улыбнулся, обнажая белоснежные зубы. А потом отвел Сору в сторонку, и больно сжимая руку, сказал. — Ты отработаешь эти деньги, детка. За тебя заплатили, ты будешь пахать на этого дядечку всю ночь. Работай, крошка. И с этими словами Иори удалился, попутно похлопав мужчину по плечу. — Пойдем, малышка. Зажав Сору в своей железной хватке, мужчина вывел её из клуба, посадил в машину. Всю дорогу Сора молилась, чтобы у нее выдалась хоть одна возможность позвонить Рану и Рину. «Вы нужны мне Хайтани» Думала Сора всякий раз, когда грубые губы мужчины прислонялись к ее телу. Ее молитвы были услышаны. Войдя в шикарный гостиничный номер, Сора тут же бросилась в ванную, закрывшись там на шпингалет. Трясущимися от страха и боли руками, она набирала номер, в надежде услышать самый родной голос. По названному адресу Хайтани примчались немедленно. Сора сидела в ванной и слушала, как Ран и Риндо долго и громко о чем-то спорят с противным мужчиной. Потом послышался громкий удар…ещё…и ещё… Зажав ладошкой рот, сдерживая себя от крика, Сора старалась справиться с истерикой. Но крик вырвался наружу, когда в дверь ванной постучались. Зажав голову руками, Сора принялась громко всхлипывать. — Не бойся, сестренка! Это мы. Открой дверь. Хайтани говорил с ней, как с маленьким ребенком, но это больше не раздражало ее. Ей было так приятно вновь прижаться к крепкой и такой надежной груди друзей. Но Сора не знала, что это не она виновата в том, какой путь выбрали Хайтани. Ведь все началось именно с того момента, когда братья Хайтани сражались против «Безумного Предела» в возрасте 11-13 лет. До того, как прибыла противостоящая им банда, братья просто играли на игровых площадках и прогуливались по парку, а затем получали удовольствие от избиения главы банды «Безумного Предела» и убийства его заместителя. — Нам нужно уходить, пока он не пришел в себя. — Сказал Ран, еле сдерживаясь, чтобы не убить этого человека. Они смотрели на свою подругу и не могли узнать ее под слоем размазанной косметики. Всегда такая красивая и юная, Сора никогда не пользовалась косметикой. Но больше всего их испугала ее одежда. Красные короткие шорты, черный прозрачный топ. — Они просто так не отпустят меня, Хайтани! Этот человек заплатил за меня. — Так вот чем ты занимаешься, Сора? — Братья были злы на девушку, но даже сейчас они сдерживал себя, потому что любил ее. Сора молчала, не желая вступать в жаркие дебаты с друзьями. — А потом все пошло по накатанной. — Сора перевела взгляд на заплаканное лицо Мико, которая крепко сжимала коротышку в своих объятиях. — Нас поставили «на счетчик». Денег, которые зарабатывали братья, категорически не хватало. Мы жили как одна семья. Нам нужно было собрать большую сумму денег, но мы не знали, как. Руководившие тогда Роппонги братья, познакомились с одним человеком, Хаджиме Коконоем. Именно он помог Рану и Рину, бывшим когда-то чемпионам по стрельбе с дальней дистанции, стать профессиональным киллером и вступить в Бонтен. Лучшими в своем деле. Сначала Эдвард не думал задерживаться в этой организации надолго. Братья любили свободу и независимость. Но позже им объяснили, что выхода для них нет. И так постепенно, медленно, но верно, Ран и Риндо утопали в этом болоте. Хайтани это нравилось, влекло… — Ох, Сора, мне так жаль! — Мико не удержалась от очередного всхлипа. — А знаешь, что самое страшное во всем этом? — Тихо спросила Сора и тут же ответила. — Конечно, я не сомневаюсь в его способностях… Но я не знаю, будет ли Ран дышать в следующую минуту, я не знаю, придет ли он с очередного задания, услышу ли я его голос. Он уже не тот Ран, что я знала раньше. С годами он превращается в циничного убийцу, и только со мной они стараются быть собой. Ран думает, что проклят, хоронит свою душу, не веря в то, что она у него есть. — Не вини себя, Сора. — По тону, с которым говорила девушка, Мико понимала, что Сора винит во всем себя. — Хайтани тоже так говорят. Но от правды не сбежишь, я живу с этим каждый день, каждую минуту. Я улыбаюсь через силу, чтобы только не огорчать парней, которые все делают для меня. У нас никого нет. Мы все делаем друг для друга. — А как же другие женщины? — Ран считает, что подвергнет риску, любую, что задержится с ним больше, чем на одну ночь. И он прав. Проведя в полной тишине еще несколько минут, девушки, взявшись за руки, отправились на кухню, чтобы приготовить обед человеку, который являлся ангелом-хранителем для них обеих. Он спасал их, прикрывая собой. Но кто прикроет его? Кто спасет его душу?