Беременность тебе к лицу, Витя

***

— Сука, Нечаев, я тебя убью нахуй! — Виктор кинул на стол перед Сережей утренние снимки УЗИ. — Я в этом ничего не понимаю. — Ответил майор, рассматривая снимки. — Ну два пятна каких-то. Это типа плохо? — Это значит, что у нас двойня, идиот!       Витя не совсем понимал, почему его это так злило. В конце концов никто же не виноват в этом, так природа распорядилась. — Как так? — Вероятно, у тебя в роду были двойняшки или близняшки. Сеченов сказал, что такое вполне может случиться, если у одного из родителей в семье были двойняшки. В моей семье — никогда, а значит, что скорее всего они были в твоей! — Последние слова Петров практически выкрикнул Сереже в лицо. — И что ты бесишься то, я не пойму? — Прямо спросил майор. Витя устало опустился на стул рядом и потерев переносицу, ответил: — Бля, да я и сам не знаю… Просто это слишком неожиданно и мне очень страшно. — Вить, — Сережа взял программиста за руку и поцеловал тонкие пальцы, больше подходящие для игры на пианино, чем для стучания по клавишам или собирания роботов. — мы же с тобой об этом уже говорили. Всё будет хорошо. — Я знаю, знаю. Просто… — Виктор запнулся, словно не решаясь продолжить говорить дальше. — просто пообещай мне… Что всегда будешь рядом, что не оставишь, как бы не было трудно. Я знаю, что слишком вредный, привередливый и часто ругаюсь на тебя из-за мелочей, особенно теперь. В своем положении. Но я все равно очень тебя люблю и уже не могу представить свою жизнь без тебя. — Вить, ну ты с ума что ли сошел? — Всерьёз удивился Сергей. — Откуда в твоей гениальной голове такие мысли? Чтобы я оставил тебя, да никогда в жизни!       Не выдержав, инженер кинулся в объятия любимого и заплакал, выплескивая все свои эмоции громкими всхлипами. Сережа прекрасно знал, что иногда его возлюбленному нужна была своего рода перезагрузка. И если раньше она происходила в спонтанных ссорах, которые заканчивались жарким сексом, то сейчас эмоции выплескивались неконтролируемыми рыданиями.       Сережа ничего не говорит, просто крепче прижимает любимого к себе. Да и в любом случае он не знает, что тут можно сказать. Лучше просто дать ему выплакаться, чем пытаться успокоить. К тому же нежные поглаживания по волосам срабатывали лучше любых слов. К сожалению беременность и бушующие гормоны сыграли с, и так через чур эмоциональным программистом, злую шутку. Последние пару недель он только и мог, что скакать между кипящей ненавистью ко всему что движется и непреодолимой грусти и печали. И если с печалью помогал справится Сергей, то злость приходилось вымещать на том, что под руку попадется. Ну или на ком, кто окажется в не нужный момент слишком близко.       Так и бедный Рафик недавно попал под горячую руку. Робот просто хотел сделать то для чего его создали — помочь инженеру. Однако Виктор отказался от помощи, причем в весьма грубой форме. От чего после, ему показалось, что бедный робот слишком печально склонил голову и поплёлся предлагать свою помощь другим.       Даже неудобно стало и Петров почти сразу же побежал просить прощения, не совсем понимая насколько это абсурдно. Рафик на его слова лишь повертел «ручками» и предложил свою помощь еще раз. Да, просить прощения у машины без чувств было странно, но тогда он об этом и не думал.        Сейчас же он мог только сильнее вжаться в любимого майора и продолжать плакать. Да, конечно он знал, что тот его никогда не бросит, но в последние дни было слишком тяжело. Последние две, а может даже три недели он стал слишком рассеянным: то пропуск в лабораторию оставит дома, то код не тому роботу пропишет и в итоге Рафики-официанты, вместо того чтобы обслуживать людей в ресторанах, отплясывали пируэты, словно балерины на сцене. Три дня назад вообще забыл куда, положил блокнот со всеми своими напоминалками и важными для работы записями, из-за чего слишком сильно переволновался и чуть не потерял сознание прямо на рабочем месте.       Сережа конечно об этом не знает, ни к чему ему еще сильнее переживать. К счастью, Сеченов пообещал молчать об этой ситуации, так как всё понимал. Конечно всё равно сделал небольшой выговор за косяки, от чего на самом деле не стало легче на душе. Может, если бы глава Предприятия накричал бы на него, пригрозил понижением в должности, то стало бы лучше.       Однако, академик был человеком сдержанным и понимающим. К тому же еще несколько месяцев назад он уже сталкивался с подобной забывчивостью со своим заместителем, так что даже при всём желании не смог бы отругать Виктора. — Значит, двойняшки? — Нарушил тишину Сергей, когда Витя наконец-то успокоился. — Угу. — Кивнул тот в ответ. — Ты рад? — Очень. — Улыбнулся майор, целуя возлюбленного в лоб. — У нас будет большая семья: ты, я и наши девочки. — Девочки? — Переспросил инженер, отстраняясь от Серёжи, чтобы посмотреть ему в глаза. — Откуда такая уверенность? Еще рано для стопроцентной гарантии. Дмитрий Сергеевич сам мне так сказал. — Не знаю. — Мужчина пожал плечами. — Просто почему-то уверен, что девочки появятся. Очень хочу. Буду им косички каждое утро заплетать в школу, а ты будешь их в театр на какой-нибудь балетный кружок водить. — Ну не знаю, я почему-то уверен, что у нас разнополые двойняшки. Это же здорово: брат всегда будет защищать свою сестру от любой беды, с которой возможно мы с тобой справиться не сможем. — Программист снова взял в руки снимки УЗИ. — Но чего гадать. Придёт время — всё узнаем. Главное, чтобы малыши здоровые были, всё остальное не так важно.       Сережа молча кивнул в ответ. Он снова притянул инженера к себе, усаживая к себе на колени и кладя руку на его живот. Аккуратно поглаживая его, он зарылся носом в мягкие волосы и тихо, почти еле слышно сказал: — Вить, — хоть мужчина говорил шепотом, его все равно услышали. — знаешь, о чём еще я мечтаю? — Не знаю. — Так же шепотом ответил Виктор. — Чтобы я наконец-то приготовил ту лазанью, рецепт которой ты увидел в какой-то там кулинарной книге? — Это тоже, но я о другом. — Тихо рассмеялся майор. — Я мечтаю, чтобы мы могли пожениться, как все нормальные люди. Виктор на эти слова тяжело вздохнул и положив свою руку, поверх той, что по-прежнему гладила его живот, ответил: — Серёж, мы об этом уже много раз говорили. — Он положил голову на плечо любимого. — Это невозможно. Да и какие из нас нормальные люди. Ты контуженный военный, состоящий больше из металла, чем из плоти. А я нервный и, давай на чистоту, не совсем здоровый на голову инженер, который к тому же еще и беременный. Нормально это не про нас. — Знаю, но ведь мечтать не вредно. — Сергей поцеловал любимого в щеку. — Да и были бы мы нормальными, то вряд ли вообще встретились. И перестань говорить про себя такие гадости. То что ты слишком эмоционально на всё реагируешь еще не делает тебя больным на голову. — Прости, — Витя мягко улыбнулся. — больше не буду.

***

       Утро для Сергея началось ужасно: в единственный выходной он планировал отоспаться как следует, но судя по всему кто-то из соседей решил, что выспаться — не позволительная роскошь для Нечаева. С десяти утра какой-то шум, грохот, как будто кто-то туда-сюда передвигает мебель. Потом вообще стены сверлить начали, хотя по ощущениям, сверлили прямо в потолок квартиры Нечаева, желая проделать дыру.       Понимая, что поспать ему не дадут, он лениво встал с постели и прикрыв, чудом по-прежнему спящего Виктора одеялом, вышел на балкон.       Втягивая табачный дым в легкие, он всерьёз задумался о том, как Витя вымотался за последнюю неделю. Не только морально, но и физически. Всё-таки уже второй триместр пошёл, малыши растут и вынашивать их становится всё тяжелее. Сережа конечно не очень сильно разбирался в тонкостях беременности, даже с учетом того, что Петров иногда вслух зачитывал ему полезную информацию из какого-то справочника для беременных. Однако был уверен, что носить под сердцем сразу двоих, намного тяжелее, чем одного малыша.       Докурив, он вернулся в комнату и улегся под одеяло, поближе прижавшись к любимому. Живот уже немного округлился из-за чего инженеру приходилось спать на спине или на боку. Почувствовав касание холодной руки, поглаживающей его небольшой животик, тот немного поёжился и что-то заворчал себе под нос. — Тише-тише. — Зашептал Сергей, переживая, что нечаянно разбудил Виктора. — Ммм… Серёжа? — Инженер открыл один глаз, пытаясь рассмотреть мужчину перед собой. — Всё в порядке, спи.       Виктор открыл второй глаз и приподнявшись на локтях, потянулся ближе, чтобы поцеловать майора в губы, сразу же нагло проникая языком в чужой рот. Тот на такие действия жалобно простонал, чувствуя как внизу живота сворачивается приятный узел. Всё-таки почти четыре месяца воздержания дали о себе знать и такого жаркого поцелуя было достаточно, чтобы Сережа тут же возбудился, чувствуя себя из-за этого каким-то подростком. — Витя, — он с трудом нашел в себе силы оторваться от таких желанных губ. — не дразни меня просто так, пожалуйста. — А кто сказал, что просто так? — Петров хищно улыбнулся и повалив Сергея на спину, нагло уселся на него сверху.       Не дожидаясь какого-либо ответа, он вновь жадно прильнул к его губам, чуть ёрзая, проезжаясь задницей по уже нехилому стояку. За секунду до этого, Сережа успел заметить насколько сильно возбудился программист. — Витя… — Практически в мольбе прошептал майор, когда горячие губы спустились к шее, оставляя на ней ярко-красные засосы, пока тонкие пальцы выводили невидимые узоры на кубиках пресса. — Ты… Ты уверен? Может, не стоит? — Сережа, сколько времени ты уже терпишь? — Спросил Виктор, продолжая поцелуями спускаться ниже, чуть прикусывая кожу на ключицах. — Я заставил тебя помучаться и мне очень жаль. Однако сейчас я хочу тебя сильнее всего на свете. И клянусь богом, если мы прямо сейчас не займемся сексом, я сделаю что-нибудь гадкое.       Сережу дважды уговаривать не пришлось. Перевернув Виктора на спину и оказавшись сверху, он жадно вцепился в его шею зубами. Тот вскрикнул от такой неожиданности, но все же позволил продолжать майору покрывать свое тело поцелуями и укусами, что постепенно спускались всё ниже. Оттянув резинку трусов, Сергей поцеловал налитый кровью орган, прошелся языком по выступающим венкам, затем облизнул головку и взял в рот сразу почти всю длину.       Инженер громко застонал от таких действий. Пары толчков в тесную глотку хватило, чтобы с криком кончить и откинуть голову обратно на подушку, пытаясь прийти в себя после первого за три с лишним месяца оргазма.       Петрову всегда нравилось как умело Сережа сосал ему. И где только научился, чёрт проклятый. Но несмотря на свое природное любопытство предпочитал никогда не спрашивать об этом. Витя и сам несколько раз пытался доставить любимому такое же удовольствие, что тот каждый раз дарит ему, но ему всегда казалось, что у него получается в разы хуже. Хоть Сережа блаженно закрывал глаза и хватал его за волосы, вынуждая двигаться быстрее и все время хвалил, что все получается замечательно — Виктор не верил ему, считая, что тот его просто утешает.       Проглотив всё, что в него выплеснул программист, Сережа окончательно стянул белье с себя и с него. Принялся аккуратно растягивать, вводя сначала один палец, затем добавляя второй, третий, когда Виктор перестал морщиться от поначалу неприятных ощущений, а лишь закусывал губу пытаясь зачем-то скрыть свои стоны.       Сдерживаться было очень трудно, хотелось уже как можно скорее ворваться в горячее узкое нутро, но тогда Виктор вряд ли бы получил какое-то удовольствие. Поэтому Сережа держался изо всех сил, продолжая двигать пальцами, раздвигать их, надавливать на чувствительную точку внутри, вызывая больше тихих стонов.       Чувствуя, как кровь снова приливает к члену, Витя чуть ли не выл от давящего, казалось, со всех сторон возбуждения. Заметив, что возлюбленный уже изнемогает и ёрзает на кровати пытаясь толкаться бедрами навстречу ритмично трахающих его пальцам, Сережа понял, что тот уже готов для большего.        Достав тюбик смазки с прикроватной тумбочки, он вылил немного вязкой жидкости, схожей чем-то с полимером, на собственный член и перехватив Виктора удобнее за бедра, закинул одну его ногу себе на плечо и осторожно толкнулся внутрь, попутно целуя худую лодыжку.       Стоило майору ощутить как приятно его сжимают горячие стенки — крыша тут же куда-то уехала, даже не попрощавшись. Он сразу начал быстрые и резкие толчки, забыв вообще про какую-либо осторожность. К счастью, Петров этому был только рад. — О господи, Сережа, — Вскрикнул тот, когда член внутри в который раз зацепил простату, а горячие губы майора жадно впились в нежную кожу на шее, вновь оставляя на ней метки от зубов. — я и понятия не имел… Ахх… Что ты СТОЛЬКО себя сдерживал.       Нечаев не мог произнести ни слова, язык заплетался и максимум на что был годен — зализывать собственные укусы, от чего у Виктора по всему телу бежали мурашки. — Прости… Что заставил тебя… Так долго терпеть! Ммм! Сереженька!       Витя снова вскрикнул, потому что крепкая и немного шершавая от мозолей рука нагло обхватила его член и без всякого предупреждения начала двигаться. В то время как толчки внутри только усилились, вынуждая Петрова дергать ногой, которая уже давно скатилась с плеча обратно на постель. — Сережа! Ты замечательный, как же я тебя обожаю!       Не выдерживая, Виктор излился в руку Сергея, но тот кажется даже внимания на это не обратил, одарив возлюбленного лишь затуманенным от перевозбуждения взглядом.       Следующий толчком был словно удар током для слишком расслабленного после второго оргазма тела. Витя громко заскулил и всё, что он мог сейчас сделать — притянуть Нечаева ближе к себе, затягивая в жадный и чуть смазанный поцелуй. — Сереженька! Слишком… Много… Дыхания уже не хватало, Виктору казалось, что если майор продолжит двигаться, то просто сойдет с ума. — Знаю… Ммм… Потерпи еще чуть-чуть, я почти всё.       Сергей вновь прикусил кожу на ключице и зарычал, как самый настоящий дикий зверь, когда от переизбытка ощущений программист царапнул его ногтями по спине. Три резких толчка и Сережа выходит из Виктора и изливается тому прямо на живот. Окончательно выдохшись, он откидывается на спину рядом с таким же задыхающимся Петровым и устало прикрывает глаза. — Ух ты! — Шепотом выдавил из себя майор. — Не думал, что столько продержусь. Ты там живой хоть? — Ага… — Ответил тот продолжая тяжело дышать. — Не ожидал, что с тобой может сделать обычный французский поцелуй. — Обычный? Да я возбудился как юнец какой-то! Ты такие вещи этим своим языком вытворял. Видимо он у тебя не только для того, чтобы болтать без умолку.       Вдруг Сережа резко спохватился и испуганно дотронулся до живота Виктора, а затем прислонился ухом, как будто хотел что-то услышать. — Ты чего? — Витя не понял такой резкой смены настроения. — Испугался просто, что вдруг с малышами что-то случилось. — Честно признался Сергей, поглаживая совсем немного круглый животик. — Всё в порядке, не переживай. — Успокоил его Витя. — Если бы что-то было не так, я бы скорее всего почувствовал. — Точно? — Да, всё хорошо, правда.       Инженер немного пришел в себя и потянулся за салфетками на тумбочке. Всё-таки надо было вытереть с себя последствия их утреннего секса. — Я в душ. Поменяй постельное бельё, пожалуйста, в противном случае нам не удастся провести единственный совместный выходной в постели. — Хорошо. — Ответил Сергей, вставая с кровати. — Только покурю сначала.