Там, где бьется сердце

Какао со сливками

      Целый день Коля маялся не пойми от чего. То шуршал чем-то в ванной, то копался в шкафу, и постоянно вздыхал, мешая Максу сосредоточиться на работе. В итоге шмыгнул на крохотную кухню и стал греметь посудой.       Макс знал, что его детка в первые дни календарной зимы всегда становится беспокойным. В этот период он остро нуждался в утешении, тесном тактильном контакте и постоянном напоминании, что зима — это не конец света. И Макс обычно готов был все это ему дать, но только не сегодня, когда сроки сдачи очередного проекта поджимают, а обнаружить ошибку в коде никак не получалось.       С кухоньки, отделенной от комнаты только барной стойкой, послышалось мелодичное мурлыканье — это Коля что-то тихонько напевал себе под нос. Максим удивился перемене его настроения и на секунду оторвался от монитора.       На столешнице он увидел свою огромную чашку, из которой почему-то очень любил пить Коля, а рядом — банку с какао. Над чашкой клубился дым, а Коля держал в руке сгущенные сливки и, подняв баночку над столом, неотрывно следил, как тонкая струйка льется в какао. «Вот же сластена!» — с нежностью подумал Макс, когда, по его мнению, количество сливок в чашке стало превышать все допустимые нормы. Но Коля, высунув язычок, продолжал гипнотизировать белую струю.       — Детка, — позвал его Макс, — а жопа у тебя не слипнется?       Коля вздрогнул и мазнул по Максу задумчивым взглядом. Сливки полились мимо чашки, и он заметив это, выпрямил баночку, но не отставил ее. Провел пальцем по столешнице и тут же слизнул белую каплю. Макс заметил, как буквально через секунду в любимых глазах заплясали бесенята, и внутренне подобрался.       Коля провел языком по верхней губе и, продолжая держать баночку в руке, обогнул барную стойку и шагнул к Максу. Встал между его разведённых коленей и улыбнулся так, что в штанах у него сразу пошло оживление.       — А это мы сейчас проверим, — прошептал Коля, выгнув бровь, и окунул палец в сгущенные сливки.

Шоколад

      — Какая же она красотка! — с придыханием сказал Коля, неотрывно следя за картинкой на экране телевизора.       Он сидел на диване, с головой накрывшись пледом, в одной руке держал баночку с шоколадной пастой, в другой — вылизанную дочиста ложку. Макс, возвращавшийся из ванной к рабочему столу, затормозил на полпути и проследил за восторженным взглядом любимой детки.       — Кто? — спросил он в недоумении. — Бинош?       — Ну да, смотри, смотри!       Коля разулыбался от умиления, а Макс, вздернув бровь, снова посмотрел на экран. Транслировали «Шоколад» и шла сцена, в которой Ру впервые зашел в шоколадную лавку, и ее хозяйка Виенн предложила ему конфет.       — Я как-то думал, что тебе больше по душе Джонни Депп? — предположил Макс.       — Что? Брюнеты с косичками? — возмутился Коля. — Пффф! Нет, конечно!       — Нет?       Макс приблизился и опустился перед диваном на корточки как раз в тот момент, когда Коля зачерпнул очередную порцию тягучего шоколада.       — Нет! Мне нравятся высокие блондины, — заявил Коля и уверенно добавил: — Голубоглазые.       Он дернул рукой и случайно мазнул ложкой по щеке Макса. И, рассматривая шоколадный след, непроизвольно облизнулся.       — Нет-нет-нет! — запротестовал Макс, вытягивая вперед руку в останавливающем жесте. Этот взгляд он слишком хорошо знал. — Даже не думай! Мне твоей сгущенки хватило в прошлый раз.       — Ну Ма-а-а-ась, — заканючил Коля. — Ну было же весело.       — Обхохочешься! — Макс встал и попятился назад. — Мы еле отмылись тогда, а я чуть не умер от сахарной комы!       — Ну, как хочешь, — пожал Коля плечами и, запустив ложку с шоколадом в рот, вернулся к просмотру фильма.       Макс сел за комп и продолжил работать, но периодически подозрительно поглядывал на Колю: слишком уж легко тот сдался, как бы не устроил ему ночью сладкую жизнь.