Тайна Вавилонской башни или Падение дома Романовых

      - Мирон, ты не представляешь какая у него красотка жена!, - первое, что сказал Слава, вернувшись домой поздно вечером, - очуметь!       Мирон чуть заметно дёрнулся, прищурившись: - Иди ужинай, потом расскажешь! Я тебе там рыбу на гриле пожарил. - Пойдём вместе, у меня для тебя маленький сюрприз!       В небольшой уютной столовой Слава на ладошке преподнёс Мирону маленькое аккуратное пирожное странной расцветки: оно всё было зелёное, более тёмное внизу светлее к верху, а на поверхности - оранжевый овал. - Я знаю, Миро, что ты не очень любишь сладкое, но мне сказали, что в нём нет сахара, только натуральный фруктовый лёгкий сироп! - Красота! - Мирон, сияя, оглядывал заботливо переложенное Славой в его ладошку пирожное в прозрачной упаковке, - а в честь чего? - Ухаживаю!, - Слава засмеялся, пытаясь подать правду так, чтобы она считывалась шуткой, - да просто меня домработница этих Романовых запоила чаем и закормила сладкими макарунами, вот я и решил, что тебе тоже надо сегодня немного скрасить рабочий день! Ты ж уже поди миллиард схем нарисовал! - Спасибо, Слав, какой же ты заботливый, просто фантастика!, - Мирон улыбнулся, заглядывая прямо в глаза и хлопая ресницами, знал ведь, что Слава всегда плывёт от такого взгляда и всегда, когда был искренне благодарен или смущён его милыми поступками, смотрел именно так. Кажется, хотел сделать приятное в ответ? - Я так понимаю, ты успел очаровать всё женское население особняка, включая прислугу? - ухмыльнулся Мирон, уплетая пирожное.       Славе показалось, что в этой фразе лёгкой тенью промелькнуло раздражение и в надежде, что причина его - ревность, решил усугубить: - Не только женское, там ещё садовник и бойфренд наследницы. Но Мирон, не поддавшись, перевёл тему: - Чая-то много выпил? - Двенадцать кружек! Всё ж ради того, чтоб информацию тебе добыть! - Добыл? Кроме той, что жена у Никиты - красотка?       Славу опять приятно пощекотал как будто чуть нервный тон шефа. - Да, Миро! Эта семейка, пиздец, странная! - Да ты ж мой эксперт-аналитик, - Мирон засмеялся в полный голос.       Переместившись в кабинет после того как Слава поужинал, они удобно расположились в креслах, Мирон, как всегда, подогнул одну ногу, закрыл глаза и принялся слушать отчёт помощника. - Больше всех мне пришлось общаться с Любовью - серая невзрачная домработница, которая именует себя помощницей по хозяйству, у неё есть пара плюсов - задница и грудь.       Мирон усмехнулся. - Ещё она неплохая рассказчица и выдала мне то, что попытался скрыть каждый из этой семейки. Никита изменяет жене направо и налево, вдоль и поперёк, в ход идут, как ты понимаешь, все подряд, вне зависимости от пола. Ты же не мог не заметить как он на тебя смотрел, да? Радар же сработал?       Мирон чуть заметно кивнул, Слава продолжил: - Сейчас у него есть постоянная любовница, Люба их даже видела вместе где-то случайно, говорит обалденно яркая женщина, вспомнить где именно она их встречала - не смогла, но уверяет, что они её не заметили. Я уточнил как к этому относится жена Романова - Антонина, но по уверениям Любы, к любовницам мужа та привыкла, а вот его любовники - просто сводят её с ума, она ужасно ревнует. - Слав, узнай, с чем остаётся жена в случае развода, есть ли там что-то её или всё записано на мужа. Думаю, что отчаянность своего финансового положения он приукрасил и у него есть хорошая такая подушка безопасности. Так вот нам надо понять - эта подушка только для него?       Слава сделал заметку в телефоне и продолжил: - Так вот Мирон, эта самая Антонина - она максимально странная женщина, слишком эмоциональная, слишком нервная, экзальтированная, с ней трудно общаться. И она совершенно неадекватно реагирует на вопросы о муже. - Догадываешься почему? - Он - её болевая точка? - спросил Слава почти шёпотом, потому что по себе знал, что это такое, когда все мысли, мечты, желания только об одном.       Когда цветным мир становится только в присутствии одного человека, когда все остальные кажутся серыми и пресными, когда живёшь только пока рядом - твоя "больная тема". Слава даже тут же, содрогнувшись, вспомнил как однажды чуть не потерял объект своей плохо контролируемой любви - они тогда ужасно рассорились из-за "дела сети": Слава как обычно что-то ляпнул невпопад, чтобы чуть завести Мирона, а Мирон в тот раз, действительно, завелся, причём до такой степени, что выкинул из их общей библиотеки все книги Мамлеева, на всю громкость включил рэпера Локимина пока Слава собирал свои вещи и на полном серьёзе назвал его "конченным" и "хуесосом". Они тогда не разговаривали три недели, Мирон даже успел слетать в Италию с какой-то очередной девой, раздражая Славу неестественно приторными фотками с отдыха и своей рыжей бородой, которую Слава ненавидел.       Конечно, Слава сдался тогда первым, открыв дверь своим ключом. Он обошёл пустой дом и безошибочно нашёл шефа в его любимом месте - на огромном балконе, где обожал сидеть Мирон. Поначалу тот даже не заметил вернувшегося помощника, уткнувшись в книгу и дал возможность Славе просто посмотреть и полюбоваться. Но буквально через тридцать секунд почувствовал, повернулся, ещё чуть помедлив, спросил: - Что, я опять что-то сделал не так? Не оправдал твоих ожиданий в очередной раз и ты пришёл мне об этом рассказать?       Слава сглотнул, пытаясь преодолеть неприятные ощущения. - Мирон! - и замолчал. - Я снова в чём-то виноват? - Мирон подскочил с кресла. Слава медленно, будто не решаясь до конца, сделал пару шагов к нему, тот мгновенно метнулся навстречу и остановился совсем близко, задрав подбородок. Он всегда так делал, до чего же знакомое, до чего же родное движение! Выглядел Мирон при этом ужасно горделиво и надменно, но Слава всегда видел за этим невероятную трогательность и почти детскую обидчивость.       Славой тогда овладело какое-то онемение - он хотел сказать очень много: и о том, что ужасно сожалеет и о том, что это он, Слава - дурак, а Мирон - Мирон самый лучший и всегда всё делает именно так как надо, а Славе просто обидно, что тот такой совершенный. Не для него. Но вместо всех этих слов, уже не владея собой, поддавшись желанию, Слава со всей нежностью взял Мирона за лицо, наклонился к нему. Они оба застыли, а потом Слава решился и поцеловал. Мирон, скорее от неожиданности, чем от согласия, приоткрыл губы, несмело ответил и...отскочил от Славы. - Это что, твой ебанутый способ мириться? - Прости, Миро? - Ты с вещами?       И Слава понял, что прощён. Успел глянуть на брошенную в кресле книгу - "Шатуны". "Да ты ж мой зайчик, - подумал Слава, - тоже скучал!". Потрогал свои губы и добавил про себя с весёлым отчаяньем: "Хорошо, что ужасную бороду он сбрил, а то с бородой я б ни за что не решился! Хотя, кого я обманываю!"       Мирон потряс Славу за плечо, возвращая из воспоминаний в реальность: - Эй, ты там уснул что-ли? Слушаешь меня? - А, нет, то есть, да, я задумался, прости! Так почему Антонина не хочет разговаривать о муже? - Я не говорил, что она не хочет о нём разговаривать! Я полагаю, она не хочет его обсуждать именно с тобой! Просто потому что во всех красивых мужчинах она видит соперника!       Слава покраснел кончиками ушей и быстро перевёл разговор: - Так вот, есть ещё Наталья - дочь. Модельной внешности: высокая, стройная, глаза большие, тоненький подбородок - похожа на инопланетянку. - Инопланетянку? Любопытно! Пусть тогда её НЛО залетит к нам послезавтра! - Я позову её вместе с женихом! - Зачем нам жених? Нам жених не нужен! Зови одну! - Нет! Он тоже любопытный экземпляр! Тебе с ним обязательно надо поговорить! - Слава начал поджимать губы. Мирон, конечно, понял причину и решил немного потроллить: - Я так понимаю, жених - отнюдь не модельной внешности, раз его ты так легко решил пригласить ко мне?       Слава отвернулся. - Ладно, зови их вместе! И хватит ревновать ко всем подряд! - Мирон погладил Славу по руке, как будто успокаивая. Зачем это сделал и сам не понял. Он настолько привык к обожанию своего помощника, что в какой-то момент переставал его замечать, но иногда...иногда... - Слав, а завтра найди арт-эксперта, аккуратно поинтересуйся возможностью купить оригинал какой-нибудь знаменитой картины, узнай контакты к кому обратиться, в общем, пойми как работает эта схема. - Ещё что-то? - Нет! А я встречусь с Евстегнеевым и Светло - дам им небольшие поручения по поиску информации. - Ну что, идём спать? Сегодня ты включаешь?       Была у них такая привычка - на ночь включать какую-то музыку. Они даже вместе купили крутую современную стерео систему, которая управлялась дистанционно и разливала музыку по всему дому. Они по очереди выбирали, заранее не сообщая другому и, разойдясь по своим комнатам, вместе слушали то, что подобрал один и то, что было сюрпризом для другого. Это тоже был их, особенный способ общения, ритуал для двоих. Музыкальных границ у них практически не было, за исключением, пожалуй, русской попсы, да и то, один раз у них звучал даже Киркоров! Слава, правда, тогда так и не понял эту шутку Мирона.       Сегодня тоже была очередь Мирона. Когда Слава вышел из душа, музыка уже звучала - что-то кристально красивое. Он дослушал до конца и быстро зашёл со своего ноутбука в систему, чтобы посмотреть что звучало - "Грёзы любви" Листа.       Наутро Слава проснулся совсем рано и направился к своему цветнику, полил его, прополол, сделал красивое фото для инстаграма и выбрал семь самых-самых свежих и красивых цветов. Поставил вазу с каллами на стол Мирона в кабинете и оставил маленькую записку: "Мой Окси разгадает всё!". А сам побежал по заданиям Мирона, решив, что сегодня обязательно заедет к садовнику Романовых проконсультироваться по одному сорту, который ну очень плохо приживался. Так сказать, воспользуется служебным положением.       В первую очередь Слава выпил чаю и съел яйцо Бенедикт с лососем в городе, параллельно договариваясь о встречах. Ему надо было узнать состояние Антонины Романовой, её личное. Самый большой специалист по этому вопросу, который владел этой конфиденциальной информацией и мог ей поделиться, был журналист Юрий Дудь. Они со Славой терпеть друг друга не могли, зато Юра искренне восхищался лучшим частным детективом Питера - Мироном Фёдоровым и мечтал взять у него интервью или хотя бы просто поближе познакомиться. Пока у него не получалось ни первого ни второго, но Мирон не отрицал такую возможность, чем благополучно и пользовался Слава: "Это для Мирона!", - писал он Юре, - "Я ему потом обязательно передам, что это ты мне помог!". И Юра, скрипя зубами, соглашался дать Славе нужную информацию. Не всегда и не всё знал честный, но пронырливый журналист Дудь, но иногда реально помогал достоверными сведениями. Вот и сегодня Юра, явно нехотя, но согласился заехать к Карелину в его Питерскую квартиру.       Слава встретил Юру на пороге, выдал гостевые тапочки, когда сели за небольшой столик в комнате, поставил перед ним гостевую чашку. Кроме одного пакетика чая, он его ничем угощать не планировал. Если разговор будет долгим, можно второй разок заварить. - Юра, я знаю, что ты в курсе финансовых дел всех богатых и знаменитых персонажей Питера. - Допустим... - Мне нужна информация по супруге одного влиятельного финансист. - С чего ты решил, что я с тобой поделюсь информацией, даже если знаю её? - Ты знаешь, что это не для меня, для Мирона! - Так пусть Мирон сам и попросит, я с удовольствием с ним поговорю. - Юра, ты же знаешь, что Мирон сам не собирает сведения, для этого у него есть я! - Я даже знаю почему, Карелин! - Потому что как детектив, я сам - говно? - Ага! - Юра расплылся в улыбке. - Ну так что, поможешь Мирону Яновичу? - Кто интересует? - Супруга Никиты Романова. - Ух! А зачем вам? Что за расследование? - Юра! - Ну тут дашь на дашь! - Хорошо, договоримся так: как только мы закончим дело, я подгоню тебе горячих новостей для твоего блога! - Забились! И Юра поведал верхнеуровневую информацию, которую Слава подробно записал в телефон, и пообещал прислать позже ещё всё, что удастся узнать про финансовое состояние Антонины Романовой. - Передавай привет Мирону! - уже собираясь, попросил Дудь. - Обязательно, Юра! Передам! Ему точно будет приятно, будто мефедроном под коленочку. - Какой же ты уёбок Славик и как Мирон тебя терпит? - Любит, наверное, - уже самому себе ответил Слава, захлопнув дверь за Юрой.