Несчастливый

       Мейсара уже совсем ему не доверял.        Конечно, что-то часто его лисичка куда-то уходит. Недопустимо! Невозможно!        — …Пожалуйста, знакомьтесь, господин Эмир, — мой супруг Тигнари. — Улыбаясь самой деловой улыбкой пред своим начальником, заявил Мейсара. Это был званый ужин спустя месяц свадьбы, у Тигнари было много сил прикидываться счастливым.        — Любовь моя, ты слушаешь? — спросил он с чего-то, когда фенек отвлёкся на безрадостные мысли и помрачнел. И он снова улыбнулся, утвердительно кивнув, чтобы не портить имидж и лицо муженька.        — Ты вообще слушаешь меня?! — вена на виске Мейсары вздулась. Он был в ярости. Видно, плохой день на работе наложился на то, что фенек был отстранён в своих мыслях. Сегодня уважаемому ракетостроителю хотелось, чтобы его всячески ублажали, а в иные дни — чтобы молчали и на глаза не попадались. И гадкий лис не удостоил супруга должным вниманием.        Тигнари начал будто просыпаться.        В его голове безвылазно жил Сайно. Он не знал его даже толком лично, не как человека без полицейской формы, но животная страсть крепла и тянула его навстречу, как дурманящими гормонами.        Он прекрасно понимал, что этот брак лучше расторгнуть как можно скорее. Он начинал терять свои социальные контакты и стал бояться каждого шороха, пока был не в участке, который по своей спокойной атмосфере выместил даже исследовательский центр.        Но боязнь безденежья отталкивала от ЗАГСов. Одному тяжело, а подработка эта — временная. Как только доведут расследование до конца, то он снова станет ботаником, который едва-едва сводит концы с концами, кормя себя и слабых здоровьем родителей.        — Что, сука драная, устал ёбырей других ублажать? На меня сил не осталось?!        Только не снова эта ревность. В чём вообще её смысл, если он тоже его не любит?        — Мейсара… — вздохнул он, полагая, что надо его успокоить, иначе только распетушится, приняв молчание за согласие. — Нет у меня никого, кроме тебя. Я говорил тебе это столько раз.        — Тогда где ты шляешься?! У тебя задача всего одна — убираться в ёбанном доме! — чужой крик резанул по ушам, и фенек поджал их, хватая руками и жмурясь. В глазах супруга не было видно ни намёка на милость к его природным особенностям.        — У меня работа и больные родители! — досада горько саданула по грудине, заставляя его всего вспушиться и рассердиться, но сдержанно. Они оба друг друга стоили — просили и не давали взамен, а если и давали, то наотвяжись. — Ты не согласился помогать с ними, потому я теперь работаю сверхурочно, чтобы им лекарства покупать!        — Да мне похуй, что ты там делаешь! Ты мой муж, и у тебя есть обязанности! Супружеский долг!        Глаза Тигнари померкли, потеряв свой малахитовый блеск. Плечи поползли вниз, а вместе с тем и звериные уши с хвостом.       Атас.

✖✖✖

       К своему удивлению, Тигнари стал замечать, что офицер с ним стал ещё обходительнее вопреки недавней выходке. Горячий кофе, купленный по доброй воле офицера и заказу лиса, грел руки и сердце, пока Сайно напротив приковывал взгляд, словно нерушимыми наручниками.        — Ты хочешь куда-нибудь сходить на выходных? — лис когтями скользил по стаканчику, представляя на месте покрытого плёнкой картона бицепс занятого отчётом офицера. Строгий взгляд проехался от бумаг до аккуратного лица фенека. Трепет яро пробрал его, когда он поймал этот непоколебимый взгляд.        — У тебя найдутся силы на меня? — прозвучало невзначай от не изменившегося в лице Сайно, а Тигнари только улыбнулся, услышав своими чуткими ушами тонкую нотку ответной симпатии. Да, понять эту фразу можно двояко, и это заставляло сердце биться чаще от интриги.        — Найдутся-найдутся. — Лис кивнул активно. Уходить не хотелось. По-хорошему он должен был давно уйти, но не хотел возвращаться домой к воспалённому и нервному супругу. С офицером он чувствовал себя гораздо спокойнее и увереннее. Ну, и игриво немного, ведь видел, слышал и воспринимал благоприятное расположение к себе.        Он не обманывал себя. Он прекрасно давал себе отчёт, что пока что ходит на острой грани эмоциональной измены, всё пытаясь перевалиться в уже манящую физическую, но извечный контроль и сотни вопросов от Мейсары его тянули назад, на место.        Единственное, где он лукавил сам с собой — это покрывал причины. Ну, правда, с таким агрессивным мониторингом верности из вредности свободолюбивой лисьей натуре хотелось бесноваться, рваться на волю. Запрещают пасть в чужие объятия — он бросится с разбегу. Запрещают приникать губами к чужому телу — он обласкает жадно каждый миллиметр.        — Я могу. Но что насчёт твоего мужа? — уши фенека упали, когда он поплывшей головушкой ударился о камень преткновения.       Лучше бы не признавался, кто ему Мейсара. Впрочем, оно и так было очевидно.        — Тебя это так беспокоит? — он отпил кофе. Как пить дать — после такого дешёвого кофе его потянет спать, а не бодрствовать, просто это веселее, чем пить простую воду для поднятия давления.        Интересно, на нём просто сэкономили?        — Не стану врать: да. И очень даже сильно. — Вздохнул тяжко полицейский и отложил бумаги, складывая руки на груди закрыто, Тигнари считал из этого некое разочарование, и любопытство задёргало хвост в разные стороны.        — Отчего же? — он склонил голову, снова щурясь так по-лисьи, словно пытаясь прочесть каждую шальную мысль. Конфликт кратко блеснул в кровавом омуте.        — Не хочу, чтобы у тебя были неприятности. — Отсёк Сайно. Тигнари скучающе вздохнул, хотя забота правда льстила, просто ему хотелось ответа чуть более открытого.        — А их не будет. Я уже научился шифроваться. Ничего не случится, если мы просто прогуляемся или посетим какое-нибудь место. — Фенек потянулся навстречу, переходя на томный шёпот, пытаясь обворожить красотой — переливчатым блеском ухоженных прямых волос, интересными, подвижными и живущими свою жизнь ушами, самоцветами-глазами, молочно-белой кожей. — Пойдём…       «Я знаю, что ты хочешь! Пойдём! Пойдём!»        Взгляд Сайно зачарованно померк, ненадолго подчиняясь его желанию, что вызывало удушающий восторг у лиса.        — Я согласен на прогулку.

♥♥♥

       Тигнари прислонился своим горячим лбом к стеклу приоткрытого окна машины. Было душно, аномальная жара ударила по региону, отчего стояние в пробке в автомобиле было настоящим адом для фенека.        — Пожалуйста, включи хотя бы кондиционер. Ты же знаешь, мне плохо в жару. — Пот липко полз по всему телу, и по голым частям, и по одетым. Одетых всё-таки было больше — он ехал с работы с внезапно объявившимся мужем-ревнивцем.        — Ты плохо себя вёл. Никакого кондиционера. — Мейсара был сегодня строгим и отстранённым, однако уже натренировавшийся в чтении других фенек видел, что он наслаждался. Он мстил. Наказывал.        — О чём ты вообще? — Тигнари знал, о чём он. Разве что стал испуганно подозревать, кто теперь стал ушами его жестокого супруга. — Мейсара, у меня будет тепловой удар.        — Кто ты, Тигнари? — прозвучало на грани срыва. Жмурясь и задыхаясь от спёртого воздуха, он молчал, не понимая, к чему это вообще и что за ответ от него ожидается. — Кто ты?!        — …Я… Валука-шуна.        — Ты моя сучка. — Мейсара схватил его за ворот, дёрнув к себе, прошипев это прямо в испуганное лицо. А Тигнари лишь увидел, как мало рассудка в глазах супруга. — Скажи это вслух! Скажи, что ты принадлежишь только мне!        — Мейсара…! — он схватился за крепкое запястье да попытался отдёрнуться торсом прочь, но не выходило, муж схватился в него намертво. — Успокойся!        — Скажи это, мразь!        — Пожалуйста, отпусти меня! — он поцарапал кожу своими когтями.        — Ты сука пустоголовая, я кормлю, одеваю и содержу тебя, а ты не можешь сделать такие мелочи для меня?! Не можешь просто не позорить меня, слушаться и просто, блять, не давать всем подряд под хвост?! — хватка вдруг исчезла, но только из-за того, что надо было снова ехать, догоняя уехавшие машины. Фенек не мог успокоиться, отсаживаясь в самый край переднего сидения, прижимаясь к двери спиной. — Дай мне свой телефон.        — Нет…        — Отдай телефон, сволочь! — Мейсара со злости ударил Тигнари по колену. Удар был мощный, но место удара оказалось максимально благоприятным в безвредности для лиса, который тут же ещё отдёрнул ноги подальше от агрессора. Вдруг ему стало так холодно в этой жаре.        Слова Сайно повторились в голове, и когтистая рука зажала карман, где лежал так жарко требуемый предмет. Ему нельзя его кому-либо отдавать. На краю зрения нос машины уткнулся в зад другой, и снова началось стояние в пробке.        Тигнари с болью в суставе ударил большим пальцем по красной кнопке замка для ремня и надавил на замок открытия двери. Выпал из машины, тут же запнувшись, упал на асфальт, но резво поднялся и побежал под отборный мат, с животной ловкостью огибая стоящие впритык автомобили.

✖✖✖

       Телефон разрывало звонками весь вечер. Родители не знали, что за обстановка царит в доме сына, потому были крайне удивлены, что Тигнари вдруг явился к ним один и очень замотанный, прося принять его на некоторое время. В отчем доме лис был словно под теми травами, что выращивал в секретной лаборатории — мысли все были ни о чём и запутанные, тело едва ли слушалось.        Очередной дозвон, который уже был переключён для сохранения нервов на вибрацию. Но даже эта вибрация била по маленьким ниточкам в его голове, вызывая тошнотное желание разбить телефон о стену. Он подумал, что пощадит инструмент коммуникации, пока не прозвучит ещё один звонок. Смартфон замолк на несколько секунд, и тут же свибрировал ещё раз, за что оказался в замахнутой руке, но на включившемся дисплее отобразилось оповещение об смс. И там было написано «Брат».        Фенек подорвался и сел в постели. Уши встали торчком, и он долго пытался понять, что ему теперь делать. Затем палец-таки разблокировал экран и перешёл в приложение с смс. «Всё в порядке?» — гласило сообщение.

«Да. Я испугал тебя молчанием?»

«Да. Думал, что тебя уже раскрыли и топят где-нибудь на причале. Почисти потом историю сообщений.»

"К счастью полиции, я не спалился пока. И ты можешь позвонить мне."

       В следующий же миг звонок снова повторился, и Тигнари принял его, сделал на низкую громкость, чтобы не тревожить умы родителей, которые ещё бодрствовали и смотрели вместе телевизор в соседней комнате. Лёг обратно на постель, поджимая колени ближе к торсу и кладя телефон рядом с собой, в зоне досягаемости своего шёпота. Он для комфорта обнял себя хвостом и затих, внимательно вслушиваясь. На другом конце тоже молчали.        — Что? Дар речи потерял? — хмыкнул фенек, жалея, что не может увидеть, как потемнеют кровавые янтари от заигрывающего тона.        — Просто осторожничаю. Как твои дела? — ботаник невесело оглядел свои пыльные покои в синей дымке сумерек. Жизнь просто класс.        — Всё нормально. У тебя как?        — Тоже ничего особенного… — наступила тишина. Фенек стал подозревать, что Сайно, должно быть, от него что-то нужно, но тот продолжил сам, не дожидаясь наводящего вопроса. — …Прогулка в выходные ещё в силе?        Хвост сначала дважды легонько ударил по постели, потом стал делать это ритмичнее, быстрее и сильнее. Какова прелесть — скромник-полицай нерешительно спросил о рандеву! Только омрачило побудительный порыв то, что он остался, по сути, без одежды на завтра. Нечем даже удивить, только если не метнуться за одеждой в дорогие апартаменты, но где гарантия, что Мейсара не будет его караулить там день и ночь?        — Конечно. Хочешь, хоть завтра пойдём.        — Когда это тебя не затруднит? — лис когтем стал водить по простынке, прикрывая глаза и представляя, что офицер с ним рядом, принимает каждое прикосновение.        — Да хоть утром. Я жуть как хочу в парк.

♥♥♥

       Согласно его хотелкам, они встретились у главного входа в обозначенное место. Тишь, да гладь, только лес шептал и шуршал от слабого ветерка. А фенек в своей пятничной, кое-как выветренной на балконе одежде рассматривал, цепляясь за каждую деталь, нетипичный образ Сайно. Чёрный цвет свободной футболки и джинс, медная кожа оголённых рук, обилие металла тут и там — его офицер был неформалом! Как интригующе.        — Привет, — фенек подплыл благовейно ближе, испытывая соблазн нырнуть в объятие, прижаться к крепкой груди, выглядевшей так уютно, головой. Хитрый прищур глаз заметил, каким был смущённым взгляд Сайно — вновь таким тёмненьким и мутноватым. Как это прелестно! — Готов?        Короткий кивок согласия, и они двинулись по песочной дорожке, аккуратно проложенной теми, кто заботился о парке. Широколистные деревья, кусты, подсохшая речушка, идущая поперёк массива — всё тут отдавало приятной влагой вкупе с утренней прохладой. Тигнари чувствовал себя как дома.        — Хорошее место. Столько воспоминаний. — Поделился лис, довольно выводя хвостом в воздухе восьмёрки и глубоко вдыхая местный сладковатый аромат жизни, вольной и пьянящей. Сайно на краю его зрения повернул на него голову. Он сделал тоже самое, кокетливо улыбнувшись.        — Это как-то связано с твоей работой?        — В какой-то мере… — хмыкнул безобидно Тигнари да потянул свои плечи выше. — Меня в детстве сюда часто родители водили. Потом, когда я постарше стал и начал интересоваться устройством мира — стал ходить сам с лупой, которую мама подарила. Кажется, я ни один куст не пропустил тут. Всё высмотрел. А после этого стал активно изучать биологию. И стал ботаником.        — …А я по образованию вообще химик.        Глаза лиса округлились, а уши встали торчком от удивления.        — Ты не шутишь?!        — Нет, диплом имеется, могу показать как-нибудь. — Тигнари хихикнул, довольно зажмурившись. Вот не думал, что его так огорошат. Но в этом нет ничего дурного, это очень даже занятно — человек-то образованный.        — Почему тогда не работаешь по профессии? Не понравилось?        — Особой ненависти к химии я не испытываю, но образование я получил из-за давления отца… — Сайно повёл плечами, чуть не сложил руки на груди, но удержал себя и силой опустил их.       «Правильно, не закрывайся от меня.»        — Бороться с преступностью — уже твоё личное желание? — фенек нашёл глазами знакомую опушку, где часто посетители устраивали пикники, и сошёл с тропы на неё, а офицер — за ним. Тигнари сел прямо так на траву, нагло улыбнулся снизу вверх Сайно, и тот спокойно умостился рядом. Хвост шерудил в зелёных лезвиях, всё стараясь в один момент ударить мягко и шёлково по спине полицейского.        — Ну, да… Я в детстве много книг читал про разных героев, которые на страже справедливости стояли… Тогда и вдохновился. В идеале, конечно, я бы хотел обладать супер-силами, чтобы бороться с преступностью, но, увы, есть что есть. — Редкое явление улыбки Сайно всегда заражало лиса, и этот раз исключением не стал, они синхронно мягко улыбнулись от нелепых детских мечт. — …Но я доволен тем раскладом, что у меня сейчас есть. Даже если приходится экономить на всём, я просто держу в голове, что своим трудом я берегу чей-то покой или предотвращаю катастрофы. Полагаю, тебе это чувство близко?        Сайно тоже научился «читать». А Тигнари припомнил дешёвый кофе, который можно было пить как воду.        — Ты прав. Я не побоялся присоединиться к этому расследованию, потому что захотел уберечь товарищей наркоманов от новой дури. — Тигнари дёрнул плечами, не заметив, что взгляд его перетёк снова к офицеру, который напряжённо сидел возле, словно боялся, что дикий лис набросится на него и растерзает когтями и клыками… Впрочем, его опасения были вполне реальны — фенеку приходилось давиться слюной, глядя на не дающие ему покоя мышцы рук.        — Хочется такие же мышцы? — иголка подкола в голосе ужалила ботаника, и он едва не вздрогнул, возвращая себе чистоту сознания. Так очевидно он пялился?        «Вокруг меня, пожалуйста.»        — Хочу. — Когтями он осторожно потянулся к офицеру, высматривал в глазах реакцию, искал разрешение или отсутствие запрета, жаждал отыскать лазейку. Сайно прекрасно видел, что за покушение на него совершается, но покорно сидел и дальше в своей позе, не встревая. Коготок скользнул по волоскам щекотно, прежде чем коснуться покрывшейся следом мурашками кожи, которую полицейский унаследовал у веками ласкаемого солнцем народа. Та была обжигающе-горячей и твёрдой, словно нагревшийся металл. Даже дух весь перехватило и связало тугими бичами. Не дыша, лис огладил мышцу, перейдя плавно от касания когтями до касания подушечками пальцев, которые были нежны от постоянной работы в перчатках.        Наглея, Тигнари с нерасторопностью палача шёл дальше и дальше, за локоть, пошёл по мышце плеча и залез неслучайно немного под рукав, но вслед за этим руку убрал, вернув не только себе возможность дышать. После этого странного взаимодействия они оба замолкли, обратив взгляды на блики речки чуть в отдалении.        — …Сидят два обкуренных нарика на берегу реки… — вдруг выдал Сайно, заставив фенека недоумённо повернуть к нему лицо, ни капли не пестрящее лукавостью соблазнителя.        — Кто? Мы? — хмыкнул лис, пересев поудобнее из-за вдруг накатившего ощущения неловкости от того, что он не понимает, что происходит.        -… Подъезжает навороченный джип, из окна высовывается новый сумерец. — Невозмутимо звучало продолжение, и до Тигнари тогда дошло, так что он замолк, позволяя закончить. — Спрашивает: «Ребят, а где тут брод?». Наркоманы говорят: «Ты прямо тут и едь». Джип едет напрямик и начинает тонуть. Новый сумерец выскакивает из машины и ругается благим матом на них, а они: «Братан, бля буду, только что тут лебеди по грудь переходили!»        Лис улыбнулся. Это было глупо. Странно. Неожиданно. Очаровательно.        — Несмешно?        — Забавно, но не смешно. — Помотал головой фенек, не прекращая улыбаться, пал на траву спиной, выместил хвост на волю и вздохнул так глубоко и расслабленно. С таким дуралеем тревог просто нет. Есть только парк, прохладная от тени и хрустальной росы трава, приятный фантомный ожог на подушечках пальцев. — Расскажи ещё один анекдот. Может, рассмешишь меня?        — Надоедливая жена подходит к мужу и говорит: «Если я брошусь в реку, то ты прыгнешь за мной?» — бегло сообразил офицер. Ухо Тигнари тревожно дёрнулось от такого осточертевшего слова. Уж испугался, что Сайно вновь поинтересовался им. — «Если я соглашусь, то ты прыгнешь?» — ответил муж.        Вчерашнее происшествие всплыло в голове у фенека. Что было бы, если он отдал ему телефон? Что если бы он не выскочил прочь?        — Не понравилось? — светлые волосы мелькнули над лисом, кажущиеся голубыми в тени, как лепестки незабудки. Тигнари расслабил напрягшиеся брови.        Нет. Эта встреча целиком посвящена Сайно. Он не может, не хочет и не должен вообще вспоминать, что Мейсара существует.        — Пойдём плескаться в реке? — ботаник резво подскочил, чуть не уткнувшись носом укрытую белой чёлкой щёку. Офицер дёрнулся, вызывая хулиганистый смешок. Открывшийся от полотна волос красный янтарь выглядел таким испуганным. Скромный полицай.        Не дожидаясь реакции, лис ловко обогнул ничего не понимающего Сайно, подбежал к маловодной речке, оглядел бегло дно на предмет опасного мусора, и запал его иссяк, затух. Тут и там блестели острые лезвия битого стекла, на коряге застрял пластиковый пакет.        Как давно его тут не было.        Сайно всё же подошёл к нему и молча оглядел маленькую катастрофу, которая, тем не менее, заставила бойкого ботаника повять, как суккулент без должного ухода. Тигнари хотел уж открыть рот, чтобы сказать что-то, но офицер его перебил.        — По дороге я видел строительный. Мы можем заскочить за перчатками и прочными пакетами.        Печальное неверие застряло в глазах лиса, когда он обернулся на полицейского. Дышать стало тяжело, и всё будто замерло в нём.        — Но… Ты…        — Устроим… Субботник. — Край рта офицера дёрнулся коротко вверх. Лис хмыкнул, затем ещё раз, а затем захохотал, ощущая, словно душа исцеляется разом.

❤❤❤

       — Что это? — от жары палящего солнца, что висело строго там, где им пришлось чистить речку, Тигнари наобум закатал штанины брюк и нынче бесстыдно светил светлыми ногами. Вопрос фенек сначала не понял, но после короткого осмотра пространства вокруг и самого себя, заметил синяк на колене.        АТАС.        — Он бьёт тебя? — офицер подошёл ближе, неотрывно изучая взглядом гематому. Растерявшись, фенек даже отступил немного, нервно замотал хвостом.        — Нет, я просто неаккуратно вылезал из машины и ударился.        — Ты мне врёшь.        Конечно врёт.        — Сайно, — мольба. — Пожалуйста, не волнуйся, со мной всё в порядке.        — Разводись.        — Я не могу.        — Ты всегда имеешь право развестись через суд и потребовать запрет на приближение.        — Не в этом дело! — выпалил Тигнари, поджимая уши к затылку. Взгляд словно потяжелел, ползя вниз, к траве на бережке реки. — Мать с отцом — пенсионеры. Работать не могут, отцу нужны дорогие лекарства. Вся моя зарплата уходит на них. А сам я всё ещё живой хожу, потому что ем на зарплату мужа.        Повисла вязкая тишина. Угомонившись и собравшись, ботаник поднял взгляд, чтобы увидеть жуткое тёмное бордо, запёкшуюся кровь в глазах напротив.        Ну, вот. Всё испортилось.        — Извини. Не хотел портить настроение… — вздохнул лис, забывчиво поправил ухо мокрой прорезиненной перчаткой, отвернулся, берясь за свой пакет основательнее. — Я сам виноват в том, что со мной происходит. Это я, а не кто-то иной пришёл к такому решению. Я сразу же побегу разводиться, как только жить в стране станет легче. А до тех пор потерплю.        Сайно ему ничего не ответил, и они с тяжестями на сердце вернулись к очищению водоёма.

❤❤❤

       Сил им хватило на работу до часу дня. Тигнари дважды с яростным замахом било солнце по голове, за что строгим и сухим приказом он ссылался в тенёк деревца. В конце их такого маленького, но важного труда часть реки была чище, а несколько мусорных пакетов стояли кучкой, дожидаясь, когда их унесут в положенное им место — в мусорный бак.        — Спасибо. — Тихо муркнул фенек, без опасений стоя в прохладной воде голыми ногами, как и хотел часами ранее. Сайно сидел на берегу, не боясь солнца, но не решаясь идти навстречу буйной, неразборчивой стихии. — За всё.        — Не стоит. Это и не помощь даже.        — Ты хочешь, чтобы я расплатился? — кокетливо оскалился фенек, и офицер сложил руки на груди. К сожалению, его глаза теперь постоянно были такими тёмными, что сложно было понять, что и как на него воздействовало.        — Если и принимаю оплату, то только деньгами.        — Да? А если я расплачусь поглаживанием хвоста или дам потрогать уши? — лис демонстративно с лёгкостью подвигал всеми указанными частями тела.        — Либо ничего, либо деньги.        — Неподкупный полицай… — буркнул Тигнари и вышел из воды.