Конец начала

      Яркие лучи солнца освещали тренировочное поле, в центре которого стояли два человека. Их тела уже приняли боевую стойку, а взгляды пронзали друг друга. Лица не выражали каких-либо эмоций — тревоги, нерешительности или пафоса, — это было лишь ожидание перед проверочной тренировкой, которая должна показать капитану, что Мари имеет полное право участвовать в военных действиях разведкорпуса.        — Начи… — не успел закончить Леви, как тут же увернулся от кулака девушки, пронёсшегося мимо его головы.

***

      — Ребята, там капитан Леви и Мари сейчас будут драться, — прокричал Конни, выглядывая из окна столовой, предчувствуя что-то интересное. — Все прячьтесь в кустах.       — Пошлите быстрее! — невнятно воскликнула Саша, вскакивая с места и параллельно пропихивая свежеиспеченный хлеб себе в рот.

***

      Для них эта битва стала новым опытом жизни, но кому-то это разжигало боевой интерес, а кому-то помогало понять некоторые вещи, чтобы сопоставить все факторы воедино. Они были сильны, ловки и умны, но стили их боя различались. Мари не знала особенностей Леви в схватках, но и он тоже не мог представить, что же она может в себе скрывать. С каждым мгновением тренировка больше походила на бой, но самое главное — они продолжали биться на истощение, а не насмерть.        Некоторые атаки и уклонения были настолько быстры, что ребята, скрывающиеся в кустах, их не замечали. Это было похоже на молнию, которая за одну лишь секунду окрасила небо в яркие оттенки и так же быстро исчезла. Кто-то тихонько охал, кто-то пытался запомнить новые движения, но мелькали и зеваки, что отсиживались за компанию.       Мари стояла лишь в нескольких шагах от Аккермана, и он мог бы с лёгкостью захватить её, не предпринимая для этого никаких особых усилий. Рассчитав скорость и проанализировав возможные попытки уклониться, Леви побежал к сопернику перед собой, намереваясь в одну секунду достать его и закончить бой, но всё пошло не по его плану.       — Быстро, — отметила Мари с лёгкой улыбкой, уклоняясь и отпрыгивая в сторону.       Кируми избежала атаки, и мимолётная радость, которая посетила девушку в этот момент, заставила её на мгновение отвести взгляд на кусты. Аккерман, не желая терять такую возможность, размахнулся, ударив ногой наискось, обгоняя само движение ветра. Боковым зрением Кируми успела заметить летящую ногу, что устремилась прямо в сторону её головы, и, быстро подставив руку, на которую пришёлся удар, начала медленно отступать назад.       — Ты мог мне так голову снести! — с удивлением утвердила девушка.       Леви, будто не услышав, стал медленным шагом подходить к Мари.       — Что с твоей рукой? — в голосе была слышна сталь, за которой он хотел скрыть свое беспокойство.       — Продолжай, — прозвучал строгий голос девушки.        Из-за удара, который пришёлся отдачей в голову, Мари оказалась дезориентирована на некоторое время. Для Леви этого было вполне достаточно. Подбежав к девушке, он, чуть присев, обхватил её ноги и закинул Кируми на плечо. Аккерман хотел поскорее закончить бой, поэтому покрепче прижал к себе тело соперницы, чтобы в следующее мгновение она уже валялась на земле. Казалось, план был идеальным. Что могло пойти не так?       Мари глухо вскрикнула и резким ударом с локтя попала в одно из рёбер капитана. Это заставило его тело дёрнуться от боли и, кажется, треснувшей кости. Он ослабил хватку, в которой Аккерман так крепко держал её. Копчик Леви стал опорой для следующих действий местной охотницы. Обхватив ладонями его спину сильнее, она оскалилась и приложила некоторые усилия, чтобы попытаться вырваться из хвата, в котором он до сих пор предательски удерживал девушку. Мари раздражало находиться продолжительное время в некой невесомости, и она решила провернуть один не очень честный приём. В бок Леви вдавили пальцы, отчего он слегка согнулся, но продолжил твёрдо стоять на ногах. За это время Мари успела освободить одну ногу и, вернув руки на копчик, подняла её над его головой, пока вторая естественным образом поднималась, тем самым вырывая тело из мужских рук. Перелетев через Аккермана и глухо приземлившись на землю, она быстро отбежала на небольшое расстояние. Теперь они снова стояли друг напротив друга.       «Я боюсь его убить. А если я ему вообще кость сломала? ” — вздохнула Мари, запуская пальцы в волосы.        «Чёрт…» — с раздражением подумал Леви.       Они, тяжело дыша от разыгравшегося боя, просто смотрели друг другу в глаза, пытаясь переждать такой нужный обоим момент. Сердце в груди билось с бешеной скоростью от разыгравшегося адреналина, но взгляды настолько сильно притягивали их друг к другу, что на мгновение неловкая пауза, казалось, затянулась, и девушка решила разбавить обстановку.       — Кто-то сегодня уйдёт с синяками, — утвердила та, рассматривая своё запястье, которое постепенно начало приобретать фиолетовый оттенок, а после переведя печальный взгляд на грудь капитана, ведь именно там находился ответ на ушибленные кости.       Кируми уверенно шла к Леви. Ей показалось, что бой окончен, ведь по Леви никогда не было понятно, что с ним, пока он сам об этом не расскажет. Она смотрела в его холодные глаза, хотела извиниться перед ним словами, а телом ободряюще обнять. Как только девушка протянула руку в сторону Леви, он неожиданно двинулся, и через мгновение её запястье оказалось вывернуто за спиной. Скрючившись, Мари схватилась за мужскую шею и сжала пальцы, надеясь, что он отпустит её, а может, и вовсе вырубится.       Глаза Аккермана сузились, и в следующее мгновение он схватил девушку за затылок. Размахнувшись ногой, Леви ударил по женской щиколотке, из-за чего Мари с шумом повалилась наземь. Кируми приземлилась на колени, а голова оказалась плотно прижата к песку. Мари тихонько засмеялась, её позабавили такие действия капитана. Она, повернув голову набок, почувствовала, как песок начал противно ёрзать по щеке, но Кируми так хотела увидеть, что же сейчас отражается на лице Леви, что её глаза прикрылись от разочарования. Его лицо не выражало ничего, кроме холода и ожидания. Это был не тот человек, которого она знала, это был капитан, который в полной мере проверял силы солдата.       Отпустив шею девушки, он встал в полный рост и, потянув её руку вверх, наступил одной ногой на лопатки Мари.       — Я увидел всё, что мне было нужно, — холодно подытожил капитан.       — Ты настолько в этом уверен, Леви?       Мари переместила вес своего тела на одну сторону и, выпрямив ногу, с размаху нацелилась на лодыжку Аккермана. Он сразу заметил неожиданную атаку и, отпустив женское запястье, мужчина перепрыгнул её летящую ногу, в то время как девушка уже перевернулась на спину. Ноги Аккермана оказались меж её бёдер, резким движением Мари согнула ноги и ударила пятками по внутренней части его колен. Леви повалился наземь прямо на женское тело. Их глаза испепеляли друг друга, а дыхание стало прерывистым.       — Что они делают? — шёпотом спросил Жан.       — Я…я не представляю, — в недоумении ответил Армин.       Мужчина одной рукой опирался о землю, а второй схватил девушку за шею. Кируми ощутила сильное давление пальцев на своей коже, казалось, в любое мгновение он мог бы полностью лишить Мари кислорода, но Леви продолжал нависать над её лицом, давая понять, что её многолетний перерыв в тренировках сыграл с ней не лучшим образом. В ответ на подобное Мари лишь высокомерно улыбнулась. Кируми плотнее прижала Аккермана к себе, обхватывая его бёдра своими ногами, Леви нахмурился, но всё так же оставался бесстрастен.       Мари вывернула ладонь над головой так, чтобы она плотно прижалась к песку. Слегка оттолкнувшись и перекатив тело набок, Кируми поменяла их положение. Девушка сидела на Леви, чувствуя некоторое доминирование над ситуацией. Положив руку на его грудь, она надавила так, чтобы весь воздух в лёгких медленно покидал его. С каждой секундой давление лишь увеличивалось, и, схватив запястье Мари, Леви желал избавиться от этого ощущения. Его лицо покраснело от попытки странного удушья и жаркого солнца, а глаза выражали смесь шока и злости. Аккерман сильнее сжал её руку и направил вниз вдоль своего тела, чтобы она потеряла равновесие и упала на него. Прижавшись грудью к нему, она сузила глаза, а после расширила, будто осознавая, насколько они сейчас близки. Между ними не было и пары сантиметров. Они чувствовали бешеное сердцебиение друг друга и тёплое дыхание, что буквально обжигало кожу, пуская по телу непонятные импульсы. Казалось, что в мгновение время замерло, а люди вокруг исчезли, даря паре эти драгоценные минуты уединения. Вот что означало дышать одним воздухом.        Мари не воспринимала подобное за какую-то пошлость, она понимала, что каждый атакует и защищается так, как он может.       — Снова захотел ощутить меня рядом? — шутливо спросила та, кладя руку на его шею. — Почему ты поддаёшься?       Мари хотела, чтобы он прочувствовал те же ощущения, что и она. Каждую деталь. Она сжала пальцы ещё сильнее, точно зная, что это причиняет ему хоть какой-то дискомфорт. Девушка думала, что боль отразится на его лице, но он даже не повёл бровью, он оставался таким же безразличным, как и обычно. Ничего не выдавало его эмоций. Вдруг он убрал свою руку, обхватывающую запястье Кируми, и положил её на песок в знак того, что если она продолжит, то и правда убьёт его.       — Достаточно, — тихо прохрипел Леви на ухо девушке.       Кируми тут же убрала руку с его шеи и приняла сидячее положение. Аккерман начал глубоко дышать, чтобы лёгкие в полной мере заполнились воздухом. Он не думал, что у неё поднимется рука приблизить его к смерти. Мари смотрела на лицо мужчины сверху вниз, осознавая, что переборщила с давлением и заставила поверить в то, что она может его прикончить.        — Мы закончили? — спросила та, уводя глаза в сторону.        — Ладно. Я могу не волноваться, — холодно произнёс Леви.        — Славно.       Поднявшись с капитана, девушка протянула руку, но он проигнорировал жест доброй воли и, моментально встав на ноги, ушёл в сторону корпуса.        «Интересно, как всё выглядело со стороны?» — задумалась девушка, оглядывая кусты.

***

      — Командир Эрвин, вы меня вызывали? — обеспокоенно спросил парень, пройдя в кабинет Смита.       — Армин, ты ведь помнишь слова Мари Кируми, когда она только пришла? — сразу же строго поинтересовался Смит, глядя на волнующегося блондина. — Меня беспокоит этот человек. Ты смог что-то заметить в её поведении?       — Я думаю, что слова о вашей смерти были правдивы, — отводя глаза в сторону, неуверенно произнёс Арлерт. — Есть кое-что, что я успел заприметить.        Армин начал рассказывать о первом случае, который всплыл в его памяти.        Однажды, выходя по приказу в город, по пути он увидел Мари, идущую к водоёму. Он находился довольно далеко от населённого пункта, так что там редко можно было увидеть живого человека. После того, как он пошёл за ней, его мысленные предположения подтвердились. Она шла точно к водоёму. Спрятавшись за деревом, Арлерт начал наблюдать.       На берегу было разбросано множество разноцветных маленьких камней, походивших на стекло. Кируми села на корточки и стала перебирать чуть ли не каждый камушек меж пальцев. Она смотрела на воду, которая могла забрать на самом дно, и деревья, которые могли спрятать от внешнего мира. Она была явно глубоко в своих мыслях, настолько, что не слышала ничего, кроме своего дыхания. В один момент девушка сняла плащ и, задрав рукава рубашки, взяла в руку горстку камней, кинув их с такой силой и траекторией, что они перелетели на другую сторону. Эти действия повторялись не раз и не два. Камни летали с молниеносной скоростью. Но остановилась Мари только тогда, когда заметила, что все камни под её ногами уже были в воде, а стояла она на мокром от воды песке.       — Продолжай.       Это был очередной день уборки разведкорпуса. Арлерта поставили убираться вместе с Мари. Но она не появилась спустя и десять минут от начала. Парень решил найти пропавшую, начав с её личной комнаты, но, постучавшись и зайдя внутрь, заметил, что никого там не оказалось. Он собирался уже выйти и продолжить поиски в другом месте, как вдруг его внимание привлёк стол, на котором отражался солнечный луч, освещавший странные рисунки. Армин медленно подошёл к ним, и его глаза невольно расширились. На рисунках был изображён титан, который больше напоминал зверя, а руки, будь они чуть длиннее, могли волочиться по земле. Если дать подобному существу те же камни, он станет живой катапультой, которая могла убрать любую угрозу на своём пути.       Эрвин сложил руки в замок и положил их под подбородок. Эти сведения заставили взгляд командира застыть в одной точке, а руки сжаться сильнее.       — Это ведь не всё?       — Не так давно она встречалась с гарнизоном…

***

       Это был выходной день для Мари. И привычка гулять по каменному строению, и встречать людей, которые занимались защитой стен, перешла в традицию. Их было не так много из-за позднего времени, поэтому никто не испытывал интереса и проходил мимо неё, кроме одного человека.       — Что ты здесь делаешь? — спросил слегка нетрезвый мужчина, чуть покачнувшись. — Ты ж из разведки.       — Решила прогуляться. Ханнес, кажется? — повернув голову в сторону мужчины, спросила Мари.       — Угадала, а ты кто? — с интересом оглядев нового человека, спросил капитан.       Мари перевела взгляд на цветущее поле внизу стены и, на мгновение поджав губы, выдержала пару секунд молчания перед вопросом, что уже вертелся в её голове.       — Помнишь, как ты недавно искал брешь в стене, но провалился?       — К чему ты клонишь?       — Не там ищете, — похлопав по плечу собеседника, холодно произнесла Мари.       Как только Кируми закончила диалог, она развернулась и, уйдя в другую сторону, спрыгнула вниз. Через минуту Арлерт побежал к Ханнесу, чтобы узнать все подробности разговора.

***

       Ханджи всегда любила поговорить и в один из дней перехватила Армина в коридоре. Рассказ был о том, что Мари попросила себе самую быструю и выносливую лошадь, которая только была в этом месте. Зоэ, конечно, не отказала в просьбе, но и животное оказалось агрессивным, оно могло легко откусить пальцы, из-за чего и не имело постоянного наездника.       В тот же день Мари пропала, и никто не мог её найти. И только поздней ночью к капитану Ханджи прибежал дозорный, который доложил о возвращении Кируми с той самой лошадью. Из тела лошади исходили клубы пара, шерсть была влажной от пота, а голова опущена — это показало, насколько изнурительной оказалась тренировка. Девушка молча слезла с животного, она была настолько задумчива и довольна результатом, что это было видно по её лицу. Взяв коня за повод, она пошла в конюшню, пропуская мимо себя любого, кто подбегал к ней с вопросами.       — Спасибо, Армин. Этого достаточно. Можешь идти, — произнёс Эрвин. Он нахмурился и продолжил смотреть в одну точку, анализируя новые сведения.       Приложив руку к сердцу, солдат вышел из комнаты.        Оставшись наедине с собой, Эрвин тяжело выдохнул и откинулся на спинку стула. Он знал, что слова Мари не были шуткой, но не мог сопоставить многие вещи. Озадаченность — самое отвратительное чувство для командира, которое он испытывал настолько редко, что ему становилось не по себе.

***

      — Жан, ты видел, как она перелетела через капитана? А как повалила? — воодушевлённо голосил Эрен, размахивая руками. — Как думаешь, она сможет меня научить?       — Сходи и узнай, смертник.

***

       Йегер ходил кругами перед дверью настолько долго, что, казалось, скоро пол сотрётся от напора. Как только он собрался с духом поднять руку, чтобы постучать в дверь, та открылась. Перед его взором стояла она. Этим хрупким телом обладала девушка, которая восхищала его.       — Почему ты здесь?       — Научите меня таким же приёмам.        Он смотрел своими воодушевлёнными и светящимися нетерпением изумрудными глазами на неё. Казалось, не только в полу могла оказаться дыра.       — Ладно, пройди, — прищурившись, холодно произнесла Мари, уходя вглубь комнаты.        Кируми встала напротив окна и пристально посмотрела на Эрена. Парень не понимал, чего от него хотят, и продолжал стоять на месте.       — Покажи, что ты умеешь. Только не сломай мне что-нибудь в комнате, — вздохнула девушка. — Я буду противником, но нападать не буду.       — Вы? Моим противником? — переспросил парень, желая убедиться, что ему послышалось. — Я не уверен…       — Просто начни.       Эрен начал нападать неуверенно, словно всё еще не осознавал, что именно от него хотели. Движения в первые мгновения были слегка неловкими, может, даже в какой-то мере неуклюжими. Казалось, он действительно боялся сделать что-то не то. Но с каждой минутой Эрен становился всё более уверенным в своих движениях. Он показывал атаки и захваты. Всё то, чему его научил один человек в кадетском училище. Мари лишь уклонялась от ударов, её цель была оценить парня, не нанося ему никакого вреда.       Через некоторое время Йегер начал двигаться медленнее, дыхание его сбилось и стало более учащённым, но эти глаза были настолько решительны, что девушка удивилась такой целеустремленности.       Перехватив ладонью кулак парня, она остановила его и выдвинула стул, на который и сел брюнет.        «Неплохо», — оценивающе задумалась девушка.       — Дерьмово.       — Но почему? — уточнил Эрен.       — Твои захваты будут хороши для битвы как с бронированным, так и с людьми, но нужно уметь и атаковать, — строго прозвучали слова девушки, севшей на кровать неподалёку от парня. — Ты должен быть более ловким и быстрым. Также выносливость хромает, — подытожила Мари.       Эрен сжал зубы плотнее и продолжил пронзать взглядом девушку. Йегер понимал, что он не идеальный боец, но слова Мари задевали его. Ладони сжались от злости на самого себя, в то время как в голове метались множество мыслей. Что именно он сделал не так? В чём был его промах? Собравшись, парень решил узнать, где она достигла такого мастерства.       — Где вы научились этому?        Мари посмотрела в окно, за которым уже садилось солнце, а небо окрасилось в до боли знакомый кровавый цвет.       — Где научилась?.. — задумалась девушка, в голосе которой сразу отразилась грусть. — Я расскажу тебе.       Клан Кируми — одни из самых жестоких бойцов. Их учили рукопашному и оружейному бою. Их обучали сразу убивать цель без затяжной схватки. Они изматывали себя ежедневными тренировками до полной потери сил, и кто-то даже не справлялся, и умирал от остановки сердца. В бой могли ставить неравных по силе ради дополнительных тренировок и понимания, что будет, если не достичь идеала. Но были и те, кто оказался совсем безнадёжен. Подобных выгоняли с земель клана на произвол судьбы.        Мари — дочь старейшины. К ней был более строгий подход, несмотря на искреннюю любовь родителей. Её тренировали с малых лет. Как пользоваться холодным оружием, как держать удар, обучили слабым местам человека, как убивать и чего стоит ожидать.       «Обязана», — вот что слышала девочка большую часть своей жизни. Обязана возглавить клан. Обязана стать идеальным бойцом. Обязана вести за собой людей. Но, несмотря на всё это, она была готова принять подобную жизнь без сожалений. Может, это её истинное желание, а может, психологические травмы. На это Кируми и сама не знала ответа.       — Не думаю, что смогу стать хоть близко похожим на вас, — огорчённо решил Эрен после того, как Мари закончила свой рассказ.       — Я считаю, что человек может добиться чего угодно, если есть желание. Безупречность — это не то, что может появиться просто так. У тебя может быть множество талантов или особенностей, но никто не рождается идеальным, — подытожила девушка, слегка дёрнув уголками губ.       — Я надеюсь, что мы сможем повторить эту встречу.       — Перед тем как ты уйдешь, дам совет.        Кируми подошла к Эрену, внимательно посмотрев в его бездонные глаза. Она хотела, чтобы её слова отпечатались в его голове и он тщательно их обдумал. Девушка могла лишь надеяться на это.       — Тебе нужно запомнить одну вещь, — строго произнесла Мари. — Враги — не всегда враги, а друзья — не всегда друзья. Смотри на людей глубже.       — Я-я понял… — после недолгой паузы, запнувшись в собственных словах, ошарашенно прошептал Эрен, задумываясь.       Йегер поднялся со стула и медленно вышел из комнаты. Они расстались в полной тишине. Девушка поняла, что дала парню возможность обдумать и переосмыслить некоторые вещи, а сама приняла решение быстрее окунуться в мимолётный сон, чтобы отдохнуть. Она встала, чтобы зашторить окно, а после начала снимать с себя одежду, рассматривая шрамы, оставленные в детстве.