Там нет меня...

Ещё через несколько дней в квартире Хромовых сидели уже четыре человека. Вокруг было гнетущее молчание, от которого становилось дурно и тоскливо всем присутствующим. Теперь нарушить его первым решился Костя. — Че ж Вы молчали раньше? Че Вы раньше не сказали? — Ну, вот сейчас говорю, — негромко ответил мужчина и бросил быстрый взгляд на жену. За последние пару дней у них многое изменилось. После того вечера Маша просто перестала разговаривать с ним. Отвечала сухо, нехотя, дежурными фразами. Иван её не трогал, понимая, почему жена злилась на него. — Серьезно? — воскликнул Лазарев, в упор смотря на отчима. Он громко ударил ладонью по столу и с шумом выдохнул. — Ладно… Вы говорили с врачом о лечении? Когда Вы будете опять сдавать анализы, ложиться в больницу? Хромов поставил локти на стол и сцепил руки в замок, опираясь на них подбородком. Мужчина ничего не сказал, только покачал головой. Но Костя такой немой ответ понял. — Иван Николаевич! — Кость, — одернула его Саша. Она в течение всего разговора сидела молча, беря пример с Марии Валерьевны. Ей тоже было, что сказать, но не при Иване Николаевиче. — Нет, Саш, подожди, — шикнул на жену Константин и снова переключил внимание на отчима. — Иван Николаевич нам все объяснит и объяснит сейчас. — Кость, пожалуйста, — попросил его мужчина, но парень только фыркнул. — Иван Николаевич! Дальнейшую перепалку мужчин прервал зазвонивший в кармане у Хромова мобильный телефон. Этому звонку мужчина даже обрадовался и сразу поспешил ответить. После недолгого разговора он убрал телефон обратно в карман и посмотрел на детей. — Массовая травма, всех вызывают, — оповестил детей Хромов. Сейчас он очень хотел на работу. Хотел прекратить все эти разговоры и выяснения отношений. Хотя бы на время работы. Не дожидаясь реакции Кости и Саши, Хромов встал и пошел собираться. Быстро одевшись, он вернулся обратно в гостиную. — Маш… — Я заберу Илью, — перебила его Хромова, будто заранее зная просьбу мужа. Иван вздохнул, кивнув головой. — Спасибо, — еще раз окинув семью взглядом, он пошел в коридор. Саша молча пошла вслед за Хромовым. Она ничего не говорила ни Косте, ни самому Ивану Николаевичу. И у неё на то была своя причина. В машине к удивлению Хромова все ехали молча. Он ожидал продолжения разговора, который был в квартире, но Костя молчал и только раздраженно сопел. А Костя сопел, потому как не понимал своего отчима. Он всегда считал Ивана Николаевича умным, здравомыслящим человеком. До этого дня. Сегодня Иван Николаевич его удивил и удивил неприятно. Лазарев не понимал, как такой врач, как Хромов мог принять подобное решение. Нужно лечиться, нужно что-то делать, а Иван Николаевич просто отмахнулся. Просто решил умереть. Хотелось продолжить этот неприятный для них для всех разговор, но, как только все хирурги оказались в родном отделении, их сразу нашла работа. Костю это расстраивало, а вот Ивана только радовало. Он постарался переодеться как можно быстрее и скрыться из вида детей. Работа кипела. Хромов то и дело мотался между операционной, смотровой и реанимацией. Периодически он пересекался с Костей, который дарил ему недовольные взгляды и с Сашей, которая, наоборот, прятала глаза и спешила куда-то поскорее уйти. Так прошли шестнадцать часов. Шестнадцать часов напряженной, но небезрезультатной работы, после которой уставший мужчина решил отправиться домой. К его счастью Костя еще оперировал, и можно было спокойно отправляться домой. Толпиться в метро у него сейчас не было ни сил, ни желания, поэтому, вызвав такси, он поехал домой. Мысли снова вернулись к обиженной и не разговаривающей с ним жене. В который раз Иван подумал, что поведение Маши — абсолютно нормальное в этой ситуации. Маша, бесспорно, имела на это право. Имела право обижаться, злиться на него. Мужчина понимал, что ей, как и ему самому, нужно время, чтобы понять, принять и свыкнуться. Хотя бы немного. У него на обдумывание этой информации ушла неделя. Только неделя на то, чтобы понять, что жизнь его кардинально изменилась. Хромов отложил результаты анализов и посмотрел на сидящую напротив коллегу. — Я понял. Спасибо, Анастасия Александровна, — спокойно ответил Иван и кивнул. Никто не знал, сколько усилий стоило мужчине взять себя в руки за считанные минуты и придать голосу привычного для окружающих его людей спокойствия. — Иван Николаевич, — тут же начала женщина, — это не приговор! Мы с Вами разработаем схему лечения, терапию. Будем лечиться, Иван Николаевич! Хромов посмотрел на коллегу и слабо улыбнулся, когда Анастасия Александровна стала тараторить, выстреливая слова, будто из пулемета. Сейчас она выглядела, как все они, когда видели безнадежного пациента, понимали, что ему не помочь, но его самого уверяли в обратном. У Анастасии Александровны сейчас был именно такой вид. — Сколько мне осталось? Анастасия Александровна, обомлев, развела руками и не нашла сразу слов. — Иван Николаевич… Хромов вздохнул. — Анастасия Александровна, ну, мы же оба понимаем, какой у меня диагноз. Оба понимаем, что Вы меня сейчас обманываете и успокаиваете. Я просто хочу знать, сколько у меня вообще времени? Врач внимательно смотрела на сидящего напротив мужчину, будто стараясь высмотреть признаки неуверенности, но потом только тяжело вздохнула. — Вы же тоже сами знаете, Иван Николаевич. Год… Может быть, два года. Если… — Я понял, — кивок, — спасибо Вам еще раз. — Он встал со стула, накидывая на себя халат. Нужно было возвращаться в отделение, где ждала работа. Коллега Хромова не без удивления наблюдала за спокойным мужчиной, за его движениями, мимикой, речью. — И…Вы просто уйдете? — все же спросила она. — Может быть… — Нет, Анастасия Александровна, — покачала он головой и слабо улыбнулся. — Спасибо Вам. — Мужчина, — из раздумий Хромова вывел мужской голос. Такси уже несколько минут как подъехало под его дом, а Иван все не спешил выходить из него, зарывшись глубоко в свои мысли, воспоминания. — Мужчина, мы приехали. — Снова раздался голос водителя. Тут уже Хромов очнулся, возвращаясь в реальность. Он неловко улыбнулся, заплатил и поспешил покинуть машину. Стоило ему зайти в квартиру, как он оказался в крепких объятиях внука. — Дед, привет! — радостно воскликнул мальчишка и искренне улыбнулся дедушке, возвращения которого он ждал. Дед был единственным человеком, возвращения которого он, действительно, ждал. Остальные люди его не интересовали совершенно. — Привет, Илюшка, — губы мужчины тронула улыбка, он потрепал внука по волосам. — А ты почему не в школе? Мальчишка поднял глаза на дедушку и захихикал, не переставая улыбаться. — Так суббота же! — Да, точно, — кивнул Хромов. — Суббота… — А мы в парк пойдем? — воодушевленный мальчишка был на своей волне. Приход дедушки домой его радовал и уходить от них он никуда не хотел, и не собирался. Даже, если вести его будут силой. Хромов устало вздохнул и кивнул внуку. — Только через пару часиков, Илюш, — усталость после смены давала о себе знать. Нужно было хотя бы пару часов отдохнуть прежде, чем снова куда-то идти и что-то делать. Мальчишка на это только кивнул. Бабушка ему уже когда-то объясняла, что дедушке нужен отдых после работы и он это запомнил, и понимал. Илья решил не тратить время зря и, пока дедушка отдыхал, он решил дочитать «Таинственный остров». В последнее время мальчик пристрастился к чтению. Его это увлекало, да и время пролетало незаметно. Иван, когда внук убежал, присел на стул и прикрыл глаза, ненадолго отстраняясь от внешнего мира и уходя в свои мысли. Мысли были отнюдь не веселые, но деваться от них было некуда. Они то и дело проносились одна за другой. Проносились так же, как и дни, отведенные ему…