Меня уже другое успокаивает

-Паш, ты как? - Араш участливо придерживал друга, помогая забраться в машину. В кои-то веки в салон, а не в кабину. К опухлости приложили криопакетик и по существу следовало бы сделать МРТ. Отправить домой, но мужчина воспротивился. -Не надо, и вообще Ольге не говорите, у неё итак проблем выше крыши, - правда Лиза смолчать не смогла, возможно именно поэтому и медлила с рассказом о состоянии и даже приуменьшила кое-что. Почему-то показалось, что уж это Арефьевой знать нужно, Пал Дмитрич итак всеми силами старался оградить её. И вопросы новеньких решал и помогал чем мог, задействуя разве что саму Васильеву, а тут уже просто ни в какие ворота. Некоторым нужна хорошая встряска, иначе так и будут нервы трепать.       В машине Пашу разморило, то и дело клевал носом и морщился, от боли, а это уже дурной знак. Араш махнул Семёну заехать в больницу и написал Косте.       Пока Ольга топила себя в чувстве вины, отгоняла мужа и друзей, Паша понимал, что нужен ей. Но с той же силой, с которой его тянуло к жене и отталкивало тоже. Он тоже был виноват. Тоже корил себя и не придумал ничего лучше, как дать супруге время на подумать и переварить это, потому как и сам в этом сильно нуждался. Друг в беде и не ведая другого пошёл его спасать. Несколько дней подряд стучался в закрытые двери. Потом ему все же открыла Нина Михайловна. Бледная и уставшая -Проходите, - прошелестела она. Так и начался этот крестовый поход по вызволению Костика из депрессии. Первое время просто ходил навещать, играть с Глебкой, помогать по дому, все, что должен был делать хозяин дома взял на себя Паша. И починить что-то и в магазин сходить, нет проблем. Оля ничего не заметила, ведь и дома не бывает, а по ночам он возвращался. И спать не мог стоило ей устало упасть рядом. -Девочка моя, как же тебе досталось, - вертелось в голове, а руки то и дело тянулись обнять, но боясь разбудить, потревожить чуткий сон, держал их при себе, охранял даже от мягких лапок Варежки.       И старания принесли плоды. Костя начал выходить из комнаты, гулять с сыном, играть. Ведь есть ещё на этом свете маленький человек, который отчаянно нуждается в нем. Однажды проснувшись после очередного кошмара, вышел на кухню и застал Пашу с Глебкой. Мальчишка весело болтал ложкой в супе, разбрасывая все вокруг, пара ложек все же попала в рот, но в целом толку от такого мало, зато весело, зато сам. А Паша сидел и радостно наблюдал за этим, не ругался, не кричал, а скорее даже подбадривал. -Паш, ты чего тут? -О, Глебка, смотри кто пришёл -Папа, - мальчишка тут же забыл о своём занятии и потянул измазаные в еде ручки, Костя не долго думая взял его. Чувство глубокой потери и бессмысленности собственного существования постепенно начало заполняться теплотой сына.       В последствии Кулыгин не раз хотел поблагодарить друга, но никак не находил слов, а Паша просто ободряюще улыбался и хлопал по плечу, будто итак все понимал. И почти каждый свободный вечер проводил в доме у Кулыгина, помогая с сыном или какими-то домашними делами. Постепенно это стало казаться и ему самому и Косте побегом уже от собственных проблем. Пришло время помочь уже Рыкову.       Прочитав сообщение от Араша, мужчина решил, что просто обязан вмешаться. Иначе Паша так и продолжит все скрывать от супруги, которая сама уже похожа на привидение, не слишком ли много привидений среди врачей 58й подстанции?       Ни о какой работе уже не могло быть и речи, брюнетка бродила из угла в угол, не в силах унять беспокойство. Чем жил её муж все то время, что она заперла себя в кабинете, чем жила её родная подстанция? На эти вопросы не было никаких ответов и единственным решением показалось спросить у очевидцев. Да хотя бы у Лизы, но в дверь постучались и внутрь вошёл, не дожидаясь разрешения, Кулыгин.       Так, ну есть небольшая гематома внутричерепная, ничего страшного, чем вы говорите его ударили? -Ящиком, вот таким же, - Араш поднял укладку чуть повыше, врач напротив кивнул и что-то записал -Лучше тот ящик проверьте, мог и сломаться. А Пал Дмитричу я посоветую поехать домой, выспаться, отдохнуть денёк, и там уже все будет в порядке. Но голова дело такое, сами понимаете, лучше не забрасывать. -Конечно, спасибо вам, - на скамейке совсем рядом сидел, запрокинув голову на стену, Паша. Внутри бушевали странные чувства, и чем дальше, тем больше он был уверен, что стоило рассказать Оле, объясниться, прежде чем вот так бездумно срываться на вызов, который все равно пришлось отменить. Лиза ведь явно не смогла бы держать язык за зубами. Вообще было бы хорошо даже просто позвонить, но телефон уже давно сел, сколько он не заряжал его, кто знает. Ведь ему и не звонил никто. -Паш, ты же все слышал, давай мы тебя домой забросим, а? -Арашик, - мужчина застонал, открыл глаза -Какой домой, надо к Ольге ехать -Ну вы же можете...- он завис, Паша недавно говорил, что с женой почти не общается, это получается они сейчас в первый раз за много дней будут разговаривать и возможно даже ругаться -Я с тобой пойду, свидетелем, если вдруг этот дурак че-то не то рассказал, - Рыков глянул на полного решимости друга и усмехнулся. Почему-то стало и правда спокойнее, с Олей ругаться не хотелось, не теперь, когда между ними все сильнее расширялась пропасть. -Ну пойдём, коли не врешь -Так что вот, пока ты тут зарылась в бумажки, твой муж вытаскивал подстанцию из гражданской войны и докучи получил по голове. Но ты не волнуйся, Араш написал, что все в порядке, скоро приедут.       Не волнуйся, легко сказать, но трудно сделать. Костя решил не упоминать о том, как Паша вытащил его самого из пучины отчаяния, но о ситуации на подстанции поведал в подробностях. Судя по удивленному лицу подруги она и понятия не имела о происходящем. Во время рассказа ни один мускул не дрогнул на красивом бледном лице. Вот она выдержка, но стоило отводится двери, впуская внутрь помятого Пашу, с видом крайне виноватым, как сердце ухнуло вниз, Костя быстро заметил перемену и поднялся, подпихивая Араша на выход. -Нам тут не место, пойдём.