Наша линия жизни

      2010 год.       — Хватит!       — Что я сделал не так?       — Всё! Всё блять не так! — Юнги сбросил с себя руку парня, что непонимающе смотрел на него.       — Милый, ну давай я попробую ещё раз.       — Нет, пошёл вон отсюда, — устало выдохнул он и натянул штаны обратно.       Дождавшись, когда за тем, кого он сам же привёл из клуба, закрылась дверь, Юнги вышел на балкон в надежде проветрить голову. Шум города не смолкал и по ночам, празднование Китайского Нового года было в самом разгаре. И он надеялся, что после праздников работы прибавится, чтобы он смог погрузиться в неё с головой.       Бесконечный список адресов и имён, по которому они ездили уже несколько недель, давал не только возможность отвлечься от ненужных мыслей, но и предполагал хорошую возможность заработать. С каждого долга, что они смогут выбить, Юнги получал десять процентов, поэтому каждый раз, когда босс раздавал списки, в офисе начиналась целая война. Каждый хотел себе должников пожирнее, и в этом случае он был очень рад тому, что с ним в команде Тэхён. Хитрый лис умудрялся выбивать лучшие договора. И тот факт, что Ким собирался вернуться в Корею через месяц, беспокоил его, заставляя нервничать о будущем его заработка.       — Ты нравишься боссу, так что, думаю, он не обделит тебя, — старался подбодрить его напарник.       — Знаю, но вот кого мне дадут в пару тоже вопрос.       — Даа. Ты же такой псих, что с тобой никто не захочет работать, — усмехнулся Тэхён.       — Плевать, — безразлично ответил Юнги и отвернулся к окну.       — А какая у тебя цель? — неожиданно спросил Ким.       — Маши… — по привычке хотел сказать он, но поняв, что машина отца уже наверняка продана, замолчал, обдумывая вопрос. Какая у него цель? Чего он хочет от жизни?       — Не умереть, — бросил он, осознав, что в данный момент у него нет другого желания.

***

      Несмотря на все попытки доказать, что квартира принадлежала его матери, решение суда осталось на стороне банка. Поэтому, сняв последние деньги из своей части фонда, Чимин нашёл и арендовал небольшую квартиру, поближе к школе Дохёна, и собрав вещи, что не были опечатаны, они переехали.       И хотя, как опекун брата, он имел право распоряжаться деньгами из его части, он решил оставить их на его обучение. Поэтому, чтобы продолжать платить аренду жилья, а также покупать всё необходимое, он устроился в кафе официантом на полставки.       Благо Дохён был достаточно самостоятельным ребёнком, поэтому мог разогреть себе ужин после возвращения из школы, позволив Чимину спокойно работать по вечерам.       — Слушай, могу я спросить? — Чонгук сидел за стойкой кафе, где он теперь проводил время после занятий.       — Спрашивай.       — Я просто не пойму, ты смог оплатить обучение в Хангуке, но работаешь и снимаешь крохотную квартирку, чёрт знает где. Как так?       — Фонд моей матери.       — О чём ты?       — Моя мать Пак Мари.       — Что? Та самая Пак Мари? Глава фармацевтической компании?       — Отец Дохёна был главой, а после его смерти она отказалась от прав, получив хорошее возмещение. Когда она заболела, то создала денежный фонд для меня и брата.       — Я понял теперь. Но тогда почему ты не купишь квартиру?       — Мой отчим потратил большую часть сбережений. Но по закону он не мог взять оттуда больше годового лимита, до тех пор пока я был несовершеннолетний, это и спасло нас, иначе он бы не только квартиру просрал, но и все деньги из фонда. Оставшихся сбережений хватило на моё обучение и аренду квартиры.       — Пиздец, конечно.       Чимин лишь улыбнулся, от того, что друг считал это худшим поступком отчима, ведь он не знал всего, что пережил Пак прежде. Никто не знал, а на все вопросы про шрамы на теле, что ему не удавалось скрыть во время переодевания на тренировках, он придумывал самые разные оправдания. От падения с велосипеда до автомобильной аварии. Благо особо никто не заострял на этом внимания, и спустя время все и вовсе забыли о том, насколько искалечено его тело.       — Думаю, я тебе нравлюсь, — хихикал Чонгук.       — С чего ты взял?       — Ну хотя бы с того, что я заказывал коктейль среднего размера, а ты сделал большой, да и изобилие клубники явно не предусмотрено для всех, — хитро прищурил он чёрные глаза.       — Отдай, — и Чимин потянулся рукой к бокалу.       — Ну уже нет, — он укрывал напиток плечом, словно прятал великое сокровище.       — Ты вообще зачем припёрся?       — Пошли в клуб? Подцепим девчонок.       — Нет.       — Серьёзно чувак, тебе нужно развеяться. Я прям физически ощущаю твоё напряжение.       — Ну так отодвинься, — фыркнул Чимин.       Хотя он и сам уже начинал задумываться о том, что ему действительно пора двигаться дальше. Полтора года он потратил на поиски и ожидания, но всё говорило о том, что Юнги уже давно его забыл. Конечно забыл, кто вообще будет зацикливаться на первой влюблённости, а ведь Чимин даже не уверен, чувствовал ли Агуст вообще к нему хоть что-нибудь. Возможно Пак всё придумал, чтобы объяснить своё поведение в тот вечер и дальнейшие поиски. То, что Юнги не рассмеялся ему в лицо тогда, не означает, что он будет думать об этом спустя год.       И убедив себя в том, что друг прав, он повернулся и с воодушевлением заявил.       — Ладно! Идём в клуб.

***

      После того, как Тэхён вернулся в Корею, с Юнги конечно, как и пророчил эта ведьма, никто не соглашался работать из-за его взрывного характера, что даже для бандитов было чересчур. Но, на его удачу, личный помощник босса попался в руки полиции и во избежание слития информации, его пришлось ликвидировать. Поэтому после небольшого размышления, тот вызвал Мина на разговор и, объяснив всю суть работы, предложил ему эту должность. И конечно Юнги согласился, ведь это как-никак, а карьерный рост.       И вот спустя несколько месяцев он был тем, кто решал, кому какие договора поручать. И как только босс передал ему эти полномочия, все в компании решили включить режим стукачей, лицемеров, и прочего подхалимничества ради дружбы с ним. Вот только Юнги использовал это с другой целью, и к концу года очистил компанию от мусора. Наладив дисциплину и грамотную работу каждой команды, он стал тем, кого ненавидели из-за слишком молодого возраста и боялись из-за того, что тормозов у него не было. А после того, как он сломал обе руки и отрезал член тому, кто нарушил правила и изнасиловал девушку, привлекая тем самым лишнее внимание полиции, разговоры о его возрасте так же прекратились.       И он, наконец, смог начать дышать, потому что снова почувствовал себя прежним Agust D. Осталось только выкинуть из головы розовую макушку, и он сможет начать жить и может придумает себе новую цель в жизни.       — Привет!       — Привет, — он бросил оценивающий взгляд на девушку, что подошла к их столику и откровенно раздевала его глазами.       Оставив в клубе остальных, он с новой знакомой направился в место потише, а точнее туда, где они могли принять горизонтальное положение. В свою квартиру, которую он начал снимать после того, как Тэхён уехал, он предпочитал никого не водить, во избежание ненужных разговоров по утрам. Поэтому чаще всего пользовался услугами отелей или, если девушка сама настаивала, они направлялись к ней домой.       — Может ты спросишь моё имя хотя бы? — обиженно спросила она, когда рука Юнги уже была под её блузкой.       — А тебе так принципиально?       — А вдруг ты захочешь меня найти потом, а имени не знаешь, — улыбнулась она и откинула голову назад, наслаждаясь прикосновениями к своей груди.       — И как тебя зовут? — он решил подыграть во избежание глупых пререканий, что могли испортить весь настрой.       Её имя он, конечно, не запомнил, как и лицо, как и всё остальное, что сливалось с общим фоном всех остальных.       Он накрыл спящую девушку и открыл окно. Достав телефон и подкурив, Мин смотрел на экран, где тёмный текст сообщения заставил напрячься и испытать чувство скорби.       Ему нужно лететь в Корею на похороны своей матери.