Помоги мне сделать правильный выбор

Наведаться в квартиру к Юнги было для меня как что-то новое и необычное. Я опасался, что он просто не хотел, чтобы я приходил к нему, но, как оказалось, мне нужно было просто сказать ему об этом. Было очень интересно увидеть его обитель, которое он любезно мне продемонстрировал. Квартирка, как и ожидалось, была небольшой, но мне показалось, что очень даже уютной. Вообще, любые небольшие пространства в квартирах почему-то вызывали у меня чувство комфорта, особенно если ты живёшь там только один или с дорогим тебе человеком. Никакого лишнего пространства, только всё то, что так необходимо для уютного житья.  Кухня была совсем крохотной и была совмещена с гостиной, не отделённой стеной, где расположился небольшлой старый диван, а с другой стороны стоял шкаф с какими-то полками, заполненными книгами, журналами и даже фотографиями, на которых я сразу узнал самого Юнги и даже Агуста. На одном из фото им от силы лет десять, и они стоят рядом на фоне какого-то сада. Юнги улыбался одной стороной губ, что было похоже на какую-то натянутую улыбку, а Агуст смотрел с невозмутимым видом.  Лицо тронула еле заметная улыбка, когда я рассматривал эти фотографии. В груди будто что-то ёкнуло. Юнги всегда говорил о брате как о ненавистном ему человеке, но при этом хранил у себя на полках несколько фотографий, на которых изображён Агуст. Когда доходит понимание, что всё происходящее с ними - лишь несчастливая случайность и невезение, становится очень больно. Не они виноваты в своих натянутых отношениях. Виноваты родители.  – Какой же он дурак, - с отчаянием в голосе произнёс Юнги, прерывая затянувшуюся тишину. Проследив за его взглядом, я понял, что он тоже рассматривает фотографии. На лице его читалась какая-то печаль и жалость, но я не мог точно определить, что именно послужило такой реакции. Неужели это были те фотографии с Агустом? – Пошёл по стопам отца и увяз в бесконечной работе, не имея времени на себя абсолютно, - Юнги подходит к полкам чуть ближе и в упор смотрит на фотографию, где они были изображены вместе. – Я так надеялся, что он не станет продолжать дело отца, и мы сможем вместе сделать что-то своё. – Ты вроде говорил, что не жалеешь ни о чём, что сделал. – Я думал об этом ещё до того, как изуродовал его лицо, - кивает Юнги, а я уже хотел возмутиться и отрицать тот факт, что лицо Агуста изуродовано. Я даже считал, что этот шрам придавал ему смотрибельности и уникальной красоты. Но вовремя осёкся, подумав о том, что говорить о таком человеку, с которым я, вроде как, уже состою в отношениях, странно, как минимум. Мы какое-то время молчали, и я никак не мог перестать думать о том, что хочу знать о конкретных деяниях Агуста, но и одновременно с этим не хотел разочаровываться в нём ещё больше. Но любопытство не оставляло мой разум в покое, и я высчитывал секунды перед тем, как спросить у Юнги об этом. Набрав побольше воздуха, я всё же начал: – А чем конкретно сейчас он занимается? - голос слегка дрогнул в начале, так как я всё ещё не чувствовал полной уверенности в том, что стоило о таком спрашивать. Но ведь ничего такого в этом не должно быть? Юнги медленно перевёл взгляд с фотографий на меня, но не сразу начал говорить, и я будто даже мог видеть, как шестерёнки в его голове шевелятся, пытаясь разработать полноценный ответ. – Наркоторговлей приемущественно, - задумчиво произносит он, и это, честно сказать, заставило меня немного расслабиться, ведь больше всего я боялся услышать слова "торговля" и "людьми". – Ещё у него, если я не ошибаюсь, около десятка нелегальных организаций, которые включают в себя азартные игры, проституцию и тому подобное. Но, насколько я знаю, люди сами туда ввязываются, никто их насильно не затаскивает. Видя, как у меня вытянулось лицо после слов о проституции, Юнги поспешил меня уверить в том, что всё не так печально, если вообще можно в этом случае так выражаться. Но ведь он и не мог знать наверняка, возможно там всё сложнее, чем кажется, и обстоятельства могут быть абсолютно разные. – А убийства? - задал я, наверное, самый интересующий в этом теме вопрос. – Он убивает людей? - голос предательски оседает, будто внезапно меня его лишили. – Простых - нет, - Юнги жмёт плечами, скользя взглядом по моему растерянному лицу, и облизывается, прежде чем продолжить: – Он способен, но делает это крайне редко. И только с теми, кто его предал. Не хочу его оправдывать, это ужасно - быть таким человеком, но рад, что он хотя бы не делает это со случайным прохожим, чисто ради забавы. –Разве он может? –Влияния у него всегда хватит, чтобы всё прикрыть, поверь мне, - уверяет Юнги, подтвердив свои слова мягким кивком. Я уже начал жалеть, что вообще задал эти вопросы, но не могу сказать, что я сильно тогда разочаровался. Я даже почувствовал некое облегчение, радуясь хотя бы тому, что Агуст не делает чего-то, что может навредить простым людям, совершенно не связанным с тем, чем он занимается. В глубине души я всё же знал, что он абсолютно никак не мог быть таким жестоким человеком, каким показался, когда Юнги только рассказал об их детстве и тому, что его брат унаследовал от отца.  Больше в этот день мы к этому разговору не возвращались. Оба предпочли не думать о чём-то неприятном и просто наслаждаться обществом друг друга. С Юнги я успел так быстро сблизиться, хоть и боялся, что буду первое время довольно робко себя вести рядом с ним, но каждый раз, когда он обвивал руками мою талию, чтобы прижать к себе, я покрывался тысячами мурашек, а узел внизу живота скручивал всё тело, будоража. После подобных жестов хотелось только сильнее прижаться к чужому телу, ощущить его тепло и целовать бесконечно долго тонкие и слегка сухие губы. Я правда легко забывался рядом с ним. Юнги был способен отвлечь от чего угодно, поднимая настроение, чем он и занимался весь день, что я провёл у него дома.   Таким образом мы начали по-тихоньку сближаться всё сильнее, стали более открытыми друг с другом, и это, вроде как, хорошо, но иногда приводило к небольшим раздорам. Я с самого начала понимал, что с Юнги будет не легко, ведь он, во-первых, носит фамилию Мин, а во-вторых, ведёт свой обычный образ жизни, который предполагает вылазки ночью не пойми куда с парочкой каких-то знакомых, постоянные перепалки с какими-нибудь похожими на него людьми, но которые не ладят с ним. Юнги часто мне рассказывал о том, как в очередной раз чуть не сцапался с одним "идиотом тупорылым", с которым они, видите ли, не поделили территорию, на которой собирается хён со своими дружками и тот самый "идиот тупорылый" с такой же своей бандой. Я, если честно, до конца не понимал, чем вообще занимался Юнги. Он говорил лишь, что это обычные сборы таких же отшельников, как он (с его слов), на которых они просто обсуждают какие-то свои, то ли бандитские, то ли пацанские темы.  Иногда я всё умалчивал и лишь какими-то кивками или мычанием поддерживал его разговоры об этом, потому что не хотел разводить скандал, прекрасно понимая, что не мне было учить своего парня тому, что хорошо, а что плохо. Будто это могло что-то изменить.  Но бывало и такое, что я всё же не сдерживался. День не удался, устал на работе или просто уже терпения не хватало, поэтому я высказывал всё, что думал о деяниях Юнги. – А ты людей случайно ещё не обворовываешь? Как меня, например?  – Ты забудешь уже об этом когда-нибудь? - раздражается Юнги, вскочив с дивана.  – Я и не вспоминаю об этом, я лишь говорю, что эти ваши бесконечные разборки до добра точно не доведут! - продолжал я стоять на своём. – Тебе с этого какое дело? - Юнги скрещивает руки на груди и недовольно смотрит на меня, показывая тем самым, насколько ему был неприятен этот разговор. Я тоже не мог похвастаться тем, что наслаждался этим. Скорее наоборот, мне хотелось быстрее прекратить эту пустую ссору, которая ни к чему не приведёт, и просто прижаться к Юнги, уткнуться в тёплую шею носом и постоять в тишине. Проблема в том, что я сам начал эту ссору. – Такое, что я волнуюсь за тебя! Думаешь, приятно каждый раз видеть на своём любимом человеке всё новые и новые раны и ушибы? Какой-то мускул на лице Юнги дёрнулся, видимо от неожиданности услышать в таком неприятном разговоре слова "любимый" и "человек".  – Был бы я любимым, то ты, может, хотя бы принимал меня таким, потому что я по-другому не умею, - чуть спокойнее отвечает Юнги, полностью сбивая меня с толку. Он, что, только что усомнился в моей любви к нему? Только не это. – О чём ты говоришь? - пропищал я, не сумев удержать интонацию, полную возмущения.  Юнги молча развернулся, направляясь к выходу из квартиры, но до меня это не сразу дошло, поэтому я пошёл за ним с задержкой. – Юнги! - я только добежал до прихожей, как передо мной захлопнулась дверь.  Я стоял в ступоре ещё, наверное, минуты две, не в состоянии пошевельнуться. Такого ещё не было. Ссоры такого масштаба, как эта, не было ещё ни разу, и именно поэтому я не имел абсолютно никакого понятия, что делать. Мне не хотелось плакать, нет. Я скорее просто чувствовал какое-то опустошение внутри. Будто что-то похолодело во мне, эмоции высосались, и я остался лишь в оболочке человека, который не имел никакого представления о том, что делать дальше. Как теперь всё наладить? Стоит ли извиняться первым или подождать? Но и ждать то надо было непонятно сколько, а ещё это дурацкое волнение, которое снова подкралось ко мне, заполняя мою голову вопросами о том, куда ушёл Юнги и не сделает ли он чего-нибудь не очень хорошего.  На следующий день, как и после него ничего не поменялось. И, честно сказать, я сильно насторожился этим, потому что настолько долго находиться в ссоре с Юнги я не привык. – Ты ему пытаешься хоть звонить? - Тэхён поглаживает меня по спине в попытках успокоить, когда я ему рассказал о нашей с Юнги ссоре. Ненавижу их всем сердцем. – Конечно. Он не отвечает. Мне уже иногда кажется, что его где-то в глуши избили какие-нибудь его недоброжелатели, - стирая слезу тыльной стороной ладони, ответил я. Меня переполняли обида и злоба на парня, потому что нельзя так просто бросать родного человека и обрывать связи. Даже, если вы в ссоре. – Ну и идиот. Извини меня, но пусть так и окажется. – Тэ! - я несильно ударил друга по плечу. Он порой слишком резко отзывался обо всём, поэтому приходилось иногда приводить его в чувства.  – Я извинился, - он развёл руками, как бы показывая, что ничего такого не сделал. Я даже посмеялся впервые за долгое время. Но было всё же максимально больно и страшно. Я не знал, что вообще стоит делать. Нужно ли мне идти искать Юнги? Но где? Я не имел вообще никакого представления о том, где он мог находиться. Я особо никогда не рвался смотреть, где мой парень тусуется со своими отшельниками. Да и сам Юнги никогда не звал с собой по понятным причинам.  К сожалению, я не обладал телепатическими навыками, чтобы выследить парня. И вообще никакими другими приспособлениями, с помощью которых можно было бы узнать местонахождение человека. Если бы у меня только был такой знакомый, у которого имелась такая возможность, я бы непременно обратился к нему, только бы поскорее отыскать Юнги и нормально поговорить, а то этот небольшой, как казалось, кофликт вытек в какой-то неизмеримый абсурд. Был бы только такой человек, который смог бы мне помочь, который имел бы достаточно приемуществ и власти, и который... Агуст. Точно! Он же вроде как начальник полиции, у него точно есть возможности отслеживать местоположения людей. – Эй, ты чего завис? - Тэхён возвращает меня в реальный мир одним своим щелбаном. Я возмутимо посмотрел на друга, но не стал это комментировать. – Я просто думал, как мне найти Юнги. – Да сам как-нибудь прибежит, когда поймёт, что накосячил. А там ты ему устроишь, - Тэхён показал кулак, намекая на то, как мне стоит разобраться с Юнги после его возвращения.  – Надеюсь.. - я подумал, что не должен рассказывать другу о своём намерении связаться с Агустом, с которым я не пересекался вечность. Сделав тогда выбор в пользу Юнги, я практически ничего больше не слышал о нём. Он будто испарился. Тэхёну лучше не знать о том, что я хочу попросить о помощи Агуста, иначе он меня будет отговарить и делать это очень умело. Он уже и так наслушался в своё время моего нытья, поэтому я решил в этот раз его не приплетать. Да и что может случиться? Я просто поговорю с Агустом вечером, попрошу об услуге, может даже получу отказ и ничего не произойдёт. А может до вечера и сам Юнги вернётся? Но Юнги не вернулся, а я с неуверенностью смотрел на номер Агуста, открытый в телефоне, решаясь позвонить. Сделав глубокий вдох и выдох, я нажимаю на вызов и прикладываю телефон к уху. Сердце почему-то начинает стучать быстрее, волнение подступает, оседая в горле. Я так давно не разговаривал с Агустом, что даже боялся снова услышать его голос.  – Вот это да, кто мне звонит? - звучит из той стороны трубки. Я попытался успокоиться перед тем, как ответить. – Привет.  – Привет, Чимин. Что-то случилось? - честно говоря, я не ожидал, что Агуст будет звучать так холодно и незаинтересованно. Я почему-то думал, что он будет рад. Хотя, совершенно очевидно его поведение после моего выбора. – Да, я хотел попросить тебя кое о чём, хён. Если тебя это не затруднит... - я уже стал сомневаться, что он поможет.  – Меня? - удивился он. - О чём? – Дело в том, что.. - я прерываюсь, чтобы унять своё бешеное сердце, которое вдруг участилось. - В общем, мы с Юнги поссорились и... он ушёл куда-то. Уже не первый день его нет, я не могу дозвониться до него, чтобы... – Стоп, стоп. Хочешь, чтобы я помог найти его? - прерывая меня, догадался Агуст, и я услышал его насмешку.  – Да. У тебя ведь наверняка есть свои связи, - я уже хотел завершить звонок, заранее понимая, что помощи уже вряд ли дождусь. – Как интересно, - тянет он и на какое-то время замолкает. Я терпеливо жду его ответа, чуть ли не задерживая дыхание. Очень волнительно было. - Знаешь, Чимин. Думаю, я смогу тебе помочь. Я не поверил своим ушам. На лице сразу же появилась довольная улыбка. Неужели он правда согласился? – Спасибо, хён! – Но ты будешь должен мне свидание.  Что? – Свидание? Но... я же в отношениях, - из трубки послышался смех Агуста, который непонятно из-за чего развеселился. – Шучу. Не свидание. Но пообещай сходить со мной на ужин. Без обязательств, Чимин, просто ужин. Мы ведь так и не поговорили.  Я застыл, стараясь переварить сказанные им слова. Агуст терпеливо ждал, прекрасно осознавая, что мне нужно время для однозначного ответа. Но я не знал, что отвечать. Он вроде как и согласился помочь, а вроде и выдвинул условия. Однако моя просьба не является каким-то пустяком, я ведь очень переживал за Юнги, за то, где он находился, поэтому не мог отказаться от помощи. Тогда придётся соглашаться. На ужин?  – И когда ты сможешь найти Юнги? - тихо спрашиваю я, совсем поникнув. – Сегодня. Хоть через пять минут, это несложно. Так ты согласен? – Наверное.. - я боялся, что, узнай Юнги об этом, мы точно не помиримся. Никогда. - Хён, только обещай, что он не узнает об этом. – Какой-то у нас вечер обещаний, - я чувствовал, как Агуст улыбается. Это было понятно по его голосу. - Хорошо, Юнги ничего не узнает, даю слово. Тогда увидимся завтра. Я заеду за тобой.  И гудки. Похоже меня снова ожидала встреча с Агустом. Хорошо, будь, что будет.