По ту сторону экрана (Unravelling E-Hearts)

      Солнышко проснулось, новый день на дворе. Но, к сожалению, Женя ещё не успел проснуться, а на улице темнело, зимнее солнце пряталось за горизонтом, заливая в окна приятным рыжим отблеском. Женя в полудрёме думал, что ещё утро, но как оказалось, к его огромнейшему сожалению, что уже перевалило за три часа дня! Он подскочил на месте, потирая сонные глаза и взялся за телефон, начиная судорожно пальцами проводить линии по телефону, где-то запинаясь из-за слегка потёртого защитного стекла, вводя графический пароль заново. У него отобразилось пару пропущенных от мамы, также несколько сообщений от неё, а всё остальное это уведомления с Twitter-а, новостных пабликов и месседжи от Николая, которые он не спешил читать сию же секунду.       Пришлось встать с нагретой постельки и пройти вглубь комнаты, чтобы включить основной свет для пущего пробуждения, в полутьме и глаза себе «сломать» может. Голова от пересыпа знатно болела где-то в районе виска, будто бы его туда ударили арматурой или чем потяжелее, он хватался за тот участок и боль словно снисходила перед ним, хотя бы на короткое время. Женя невзначай нажал большим пальцем ноги на кнопку включения блока питания, а сам развалился поверх уличной одежды на кресле, закинув ногу на быльце и всё-таки устремил внимание в телефон. Сначала отписался матери, чтобы не переживала лишний раз, а затем зашёл в диалог с Николаем, немножко посмеиваясь с того, что он ему писал утром.       На собственное удивление, Женя даже не помнит своего утреннего пробуждения, как писал ему и записывал голосовое сообщение – этот момент из памяти просто вычеркнулся. От Николая, как и от мамы, тоже последовали беспокойные сообщения на протяжении дня.       Николай Романов       9:56       И тебе бброе втро, Женя-Женечек. Солнышко поёт: "вставай".       Николай Романов       12:34       Ты до сих пор спишь?       Николай Романов       13:40       Ну, это уже не смешно, совесть имей, Евгений! Тебя гоблины украли? Меркурий на Харьков упал?       Николай Романов       14:52       Я считаю до пяти, не могу до десяти – раз, два, три, четыре, пять, я звоню в полицию.       Николай Романов       15:15       Поделись сном, а? По-мужски, я с этими бумажками и туполобыми готов повеситься.

Евгений Мочалов

15:49

И тебе доброе утро! Как жизнь? Как сам? Как дети? Что нового произошло? Нет, Марс на Новгород не свалился, с эльфами наоборот подружился, четкие кенты!

      Было бы грустно, если не так смешно. Женя выпал из реальности на целый день, сбил к чертям собачьим собственный режим, потому такие вопросы были как раз в тему. А вдруг действительно пропустил что-то ценное, нужно догонять!       Николай Романов       15:50       Мальчик, а ты кто?       Женя нахмурился по-ребячески, пропустив мелкий смешок под свой нос.

      Евгений Мочалов

      15:51

Знакомы?

      Николай Романов       15:52       Дурачок, рад тебя видеть.)

      Евгений Мочалов

      15:54

      Сам такой, я тоже. Может быть, всё-таки на вопросы ответишь?

      Николай Романов       15:56       А про каких детей речь, к слову? Я нормально, сегодня день скучноватый, я со всем справился быстрее, чем предполагалось, распределил обязанности между всеми, не одному мне страдать, верно? Меня коллега пирожками угостила, это был единственный плюс-минус сытный приём пищи. А ты как, выспался хоть?       Пока Николай активно выписывал ему сообщение за сообщением, Женя успел сходить на кухню и набрать кружку воды, а то от спячки во рту сушняк стоял. От живительной влаги даже жить захотелось, хоть и на короткое время

Евгений Мочалов

16:00

Так, я здесь. Ну, про тех детей, которых ты мог завести за мою многочасовую пропажу в мире снов. Выспался… нет, наверное. Уж очень болит голова, мне вообще не нравки.

      Николай Романов       16:03       Может хлебнешь обезбол?

Евгений Мочалов

16:05

Сам хлебай, мама рожала воина, а не принцессу!

      Николай Романов       16:07       Ну и мучайся, воин, только потом не ной, что невозможно терпеть и всё в этом духе!

Евгений Мочалов

16:08

Ну и буду!

      Николай Романов       16:09       Ладно, Женька, я сейчас внесу правки в доках и буду уже одной ногой в машине. Скоро снова увидимся.

Евгений Мочалов

16:11

Это типа "око за око"? Ты меня весь день ждал, теперь мне придётся!

      Николай Романов       16:12       Не-а, у меня нет свойства засыпать на сутки, хотя бы 4-5 часов на сон уделить... Жди меня, и я вернусь! Скучай.

Евгений Мочалов

16:13

О, мы этот стих в школе на литературе учили. Все, шуруй, покеда.

      Николай Романов       16:14       Что за манеры, Евгений? Как ты со старшими разговариваешь?

Евгений Мочалов

16:15

Тебе нужно вносить правки, не? Я не задерживаю, делай уже, попозже спишемся.

***

      Тем же временем, Олег засиживался в своём кабинете, сверля взглядом уйму десятков бумажек, который ни к селу, ни к городу – просто не имели смысла и добавляли лишней работы, но все нужно было заполнить в ручную, оцифрованные архивы не пользовались популярностью в их Богом забытом отделе, да, и в целом, никого толком не интересовали. Всё от руки, красивым почерком и со всеми печатями, чтобы бумажка приобрела ценность.       Естественно, он не собирался все свое время посвящать этому некому разделу ерундистики, и порой заглядывал в собственный телефон, со скуки перелистывая фотографии своих всевозможных знакомых и ленту, где царило обилие котиков и различные рецепты простых блюд, которые он не брезговал сохранять, внося периодически разнообразие в их с братом рацион.       Листал-листал, так и до аккаунта Жени долистался, по новой просматривая его фотографии в их вложениях, пытаясь в черты лица всмотреться, понять что ж он за фрукт такой, что растопил ледниковый период где-то посреди грудины Николая. Олег глупым не был, ему нужно было всё и везде знать: вплоть от поверхностных причин до глубинных переживаний этих двух, будто бы пытаясь пережить чужой опыт на собственной шкуре, но только у себя в голове. Но он настолько утонул в своих мыслях, что не заметил подкравшуюся сзади девушку – Веронику. Знатно испугался, что аж за сердце схватился, когда она невзначай его обняла со спины, заглянув украдкой в его телефон.       — А что это за мальчик такой интересный? – совсем бессовестно проворковала она, растягивая улыбку до ушей.       — И тебе привет, не пугай меня так больше! – у Романова младшего сердце в пятки ушло, но он довольно быстро привёл себя в порядок. — Так я тебе рассказывал днём, не помнишь? – выглянул Олег из-за плеча, посмотрев внимательно на девушку парой карих глаз.       — Тот самый?! – вытаращила внимательно глаза на экран смартфона.       — Да!       — Чудеса, такой молоденький, симпапулька, тощенький ещё такой, прям обнять и плакать.       — Ты это, не засматривайся, а то грызли загрызет и тебя, и меня.       — Боже упаси, я ещё молода и пожить хочу!       — То-то же. Только Коле не говори, что я тебе показал, он и без того всё в строжайшей тайне держит, будто бы я не вижу его изменений в поведении.       — Он мне ничего не сделает, даже если и узнает. – девушка проговорила с лёгкой улыбкой на её пухлом лице, зачесав волосы за ухо.       И отчасти была права, Николай бы её никогда не тронул без дела или если бы она что-то натворила, их дружба была простой и без особых должностных обязательств, их скромнейшая троица существовала за счёт хорошего взаимопонимания и человеческой заботы. Многого и не нужно, они взрослые люди и наконец смогли позволить себе такую роскошь как дружба.       Как бы то ни было, но секреты друг друга они хранили, знали меру допустимого и какую информацию друг о друге рассказывать можно, но не перегибать палку. Вероника любила идеализировать людей, но в двух братьях никогда не пыталась увидеть то, что выдаст её разум, не горела идеей преувеличивать их черты и сильные стороны, ведь те открылись ей настоящими – и слабыми, и мужественными, и зрелыми, и добрыми, что для неё стало ценным и дорогим. Потому она была готова следовать за ними, с их огромнейшей ношей секретов и предпочтений, которые были мало кому доступны, да и в целом понятны, если посмотреть на их «первобытное» общество, где до сих пор «не таких» не считают за людей, а яркое и светлое чувство любви извращают до бесчеловечных понятий, одаривая нездоровыми качествами.       — Кстати, а откуда мальчишка-то?       — Из Украины.       — Ой, попадос... – аж притихла на миг.       — А что-то не так? – Олег напрягся немного, ведь для него страна обитания не имела значения, он всегда смотрел на душу и на поступки, на отношение к нему. Национальность имела второстепенное значение, если не стояла самой последней в списке по важности.       — Нет-нет, всё так, просто... далеко что ли?       — Не так далеко, как ты думаешь. Может встретятся однажды, кто знает как пойдёт. Я бы хотел допрос с пристрастиями устроить, но Коля вообще ни слова лишнего не говорит, чтобы зацепиться можно было!       — А если у Евгения вашего спросить?       — Плохая идея, он хоть и промолчит, что я спрашивал, но ему будет неловко... они два упертых барана, которые дальше своего носа ничего не видят, и не признаются...       — Эх, получается, мамочке нужно брать дело в свои руки.       — Не ле-е-езь, оно тебя сожрёт! – Олег лёгкую смешинку поймал, жмуря нос довольно.       — Всё под контролем, вопрос времени, мелкий.       — У нас месяц разницы...       — Где-то я это уже слышала, всё равно мелкий!       — Иди отсюда, противная! Мне ещё работать нужно.       — Иду-иду, а я уже всё! Завтра тортик принести? Наполеон который, твой любимый.       — Да, только не съешь МОЙ Наполеон по пути, хорошо?       — Договорились, покасики!       Вероника в темпе вальса выскочила из кабинета, вся такая на веселе, ведь рабочий день подходил к концу, тем более сокращённый. И новости интересные узнать всегда было в самый раз, только запал вскрыть корочку и залезть поглубже никак не утихал. Но лезть без разрешения не будет, от греха подальше, подождёт и момент сам наступит, когда будет "можно".

***

      Рабочий день подходил к концу не только у Олега, но и у Николая, вместе приехали — вместе и уедут. У Николая не было особого желания звонить Жене во время их поездки, потому что это нечто интимное для него, не хотелось делить их времяпровождение ещё с кем-то. Жадность во всю проявлялась в такие моменты, хотелось каждый кусочек вкусить самому. Хотя и беспокоиться было не о чем, эта двоица уже знакома, но молчаливо сидеть за рулём, пока они наговоряться тоже не горел желанием. Потому он заранее отписался, что освободился и как будет дома обязательно отпишет.       — Чего такой хмурый? - Олег отозвался первым, когда уселся подле брата на переднее сидение.       — Ну вот зачем ты растрындел уже?       — Да скажешь такое! Это был секрет...       — Вот именно, "секрет". Это моё личное.       Николай уложил обе ладони на руль и пальцами впился в кожаную обивку, тяжело вздыхая и всматриваясь в зеркало заднего вида, кидая взгляд на брата. Не мог он долго его отчитывать, ругать и, в целом, проявлять негативизм в его сторону. Знал, что чувствительный и воспримет в преувеличенном формате.       — Ладно, не бери в голову, это мои тараканы и паранойя. Ты ведь знаешь, что...       Николай не успел договорить на полуслове, как Олег резво его перебил, положив ладонь поверх запястья.       — Я знаю, ты можешь не продолжать.       В глазах младшего читалось беспокойство, он не хотел ворошить прошлые травмы, и прекрасно понимал о чем Николай сейчас заговорит. Ему искренне не хотелось лезть в тот улей кишащий пчелами.       — Спасибо. - он улыбнулся кончиками губ и завёл мотор.       Езда по заснеженной трассе была не из самых приятных испытуемых за жизнь вещей, но благо метель успокоилась и на дорогах было не так много машин. Радио, которое они слушали половину пути начинало раздражать: от рекламы пропагандирующей роды до "срочных новостей" про возможные осадки пару секунд, этот галдёж сменялся на попсовую музыку отечественного производства, от чего уши начинали сохнуть у обоих.       — Боже мой, давай что-то нормальное включим. - первым не сдержался Олег и начал хаотично нажимать на сенсор магнитолы, листая имеющийся плейлист. - Коль, а что это у тебя здесь за депрессня сплошная?       — Под настроение. Просто нравится. Включи что-то на свой вкус.       — Будем слушать Ланочку Дель Рей, я тебя за язык не тянул.       И на весь салон раздалась не на полную громкость спокойная мелодия "Born to Die", где тональность повышалась на припеве и тембр учащался с каждой строкой, мозги отключались моментально, а мурашки пронзали кожу.       — Это разве не депрессивное?       — А я перевод не знаю, мне нравится.       — Она буквально поёт об одиночестве, об окончании отношений, перебирая варианты того, как бы им могло быть хорошо.       — А говорил, что английский не знаешь. - Олег аж лыбу растянул, но песню переключил на что-то более веселое, как ему казалось, припев был прикольный, качающий, а значит не депрессивный.       — Как мне быть?       Внезапный вопрос выбил младшего из колеи, он обернулся, а руки сложил перед собой, задумчиво взглянув на мужчину.       — Что?       — Опять ли я попадаю в те же сети?       — Не неси ерунды, вот что ты чувствуешь?       — Не знаю, я ведь уже не малолетний пацан, который может дать описания незнакомым чувствам. Я всё это прошёл и не один раз, но... именно это как глоток свежего воздуха, как чашечка кофе утром, как бодрящий мороз.       — Так, полегче с описаниями, я понял. Не знаю... У меня такого никогда не было, в плане, вот этих муток в интернете.       — А кто знает? Мне тяжело смириться с мыслью, что я не могу его оттуда забрать сию же секунду. Вдруг реальность будет совсем иной?       — Может не стоит спешить? Тем более, сейчас работы не в проворот, об этом подумай. Ты ведь не можешь бросить всё ради встречи, еще учти, что Женя может не согласиться так сразу, не пугай малыша.       — Не буду, но тяжело. Я не люблю ждать.       — Научись, я вот тоже не люблю тебя ждать еще полтора часа, но ничего страшного, свыкся.       — Ну кто ж такое сравнивает?!       — Хе-хе, один-один.       — Не ёрничай.       — О, смотри кто нарисовался.       Олег открыл диалог с Женей, поглядывая на свеженькую фотографию его кошки и протянул Николаю, чтобы тоже заценил.       — А мне не присылает...       — Не расстраивайся, ты просто в нашем клубе кошатников не состоишь.       — А как туда попасть?       — Для начала нужно купить мне геймпад...       — Ничего не треснет?       — Ты погоди, а потом нужно купить Люциферу новую когтеточку, старой уже кранты.       Олег себе тихонько под нос хихикал, то в экран поглядывая, ответ выстрачивая, то на недовольную рожу брата - вот-вот и по швам треснет от неравноправного распределения кошачьих фотографий.