1
22 мая 2023 г., 21:26
Живко всё продумал. Пушик точно станет злиться, если раскроет его раньше, чем подарочек появится. Нехорошо это со стороны выглядело. Но Живко всё решил.
Пушик стал заниматься вечером с двумя крольчатами, и пока тот занят, лис по опустевшим дорожкам скользнул к старому знакомому — волку.
— Живко? — Волк повёл носом и отступил, пропуская в дом. Удивление на его морде сменилось настороженностью. — Ты не был у меня, кажется… кажется уже вечность. С тех самых пор. Ну, знаешь.
Он оскалился, пряча нервозность, а Живко едва шевельнул хвостом, который топорщился при воспоминаниях. Но не время для них. Живко признался так тихо, что самому приходилось напрячь уши:
— Мне помощь нужна.
Волк молча повёл за собой на кухню, достал настойку, но Живко качнул головой, отказываясь. Мало ли до чего они дойдут с ней, совместная весна уже дышала живым воспоминанием.
Волк достал травок, заварил, пододвинул свежеиспечённый хлеб да маслице.
— Ты кашеваришь хорошо. И дружбу с кроликами водишь. Мне такая помощь нужна.
Несмотря на думы тяжёлые, Живко хлеб маслицем намазал, а сверху ещё вареньем щедро полил — жизнь с Пушиком научила его от угощений не отказываться.
— Путь к сердцу кролика лежит через пирог, — начал Живко издалека. — Мой Пушик любит вкусно покушать, а я печь почти не умею. Но хочу на его День появления на свет приготовить вкусный пирог или кекс морковный. С орешками. Или ягодками. Посоветуй что-нибудь да меня научи. Скажи, что за это хочешь? Поохотиться за тебя?
Волк дёрнул ушами, заметался взглядом, хотя пока Живко речь вёл, то спокойно слушал. А на вопросе…
— Выходит, мне тоже совет твой нужен, — волк сжал кулачищи, глаза в стол опустил. — Совет непростой… кроличий.
Живко запил удивление отваром и сладость ягодную слизал.
— Помогу чем смогу. Не все кроли как Пушик. Но кое-что понимать я стал лучше, живя рядом с ним вторую весну.
Волк кивнул, плечи его опустились.
— Так и решим. Я подготовлю всё для кексов, будешь учиться на малом. Есть у меня даже кроличьи горшочки, ни разу не использовал, некому.
Волк словно смутился, ухом дёрнул, но Живко смеяться не стал.
— Завтра приходи, подготовиться надо. Посмотрим, как с кексами пойдёт, а там глядишь и до пирога доберёмся — не останется голодным твой Пушик.
— Что от меня нужно?
Волк хлебнул отвар, грохнул по столу кружкой деревянной и в надтреснутом стуке послышалось отчаяние.
— Над вопросами моими подумай: как кроля в себя влюбить? Как извиниться, если сильно обидел? Чтобы он поверил теперь.
Живко крепко задумался, ухо почесал — ответ на такой вопрос за ночь появится ли?
— Обдумать надо. Значит, до завтра?
Волк кивнул, и Живко кивнул в ответ — будто знаками какими тайными обменялись.
Домой Живко прокрался незамеченным, Пушик ещё не вернулся от кролей.
***
— Живко, ты точно ничего не делал? Волк смотрел вместе с лисом на то, что после выпекания должно было стать кексом — это нечто в ответ уныло поблескивало, опав вовнутрь формы. До этого Живко под присмотром волка замешивал тесто, отмерял ягодки, тёр морковку. Всё шло хорошо. — Ничего не делал. — Живко. Волк ткнул когтём в кекс — корочка была нормальной, просто унылой. Лис свою вину отрицал — да ничего он не делал! Смотрел только. — Вот я пошёл колоть дрова, — волк начал первым, пока Живко разглядывал неудавшийся кекс. — Оставил тебя тут на стуле. А ты? — А я смотрел, — Живко фыркнул, хватаясь за свой хвост. — Потом стало вкусно пахнуть. Потом я не выдержал и открыл крышку. — Живко! Нельзя смотреть на кексы слишком рано! — волк покачал головой и сунулся вынимать кекс из формы, аккуратно подрезая ножом — прилип к краям. — Много масла нанёс, не надо столько. Живко молчал, не желая верить в то, что не справился с кексом. С ловлей рыбы справлялся, а с кексом — нет! Какой позор. Хотелось скалиться и всё отрицать — он и не думал, что кекс для него станет таким испытанием. И ещё больше Пушика зауважал. Чего только тот ни пёк. — Теперь подготовь тесто сам. Запомни, сколько ждать нужно, и только потом смотри. Пока Живко пытался примириться со своим поражением и замешивал тесто, волк попробовал неудавшийся кекс в разных местах, потом порезал на кусочки вместе со свежими ягодами, полил мёдом. — Вот, смотри, что можно сделать, если некрасиво, но съедобно получится. Можно вместо мёда сметанку сверху. Что там твой Пушик любит? — Он всё любит. Такой подход Живко понравился. Поражение оказалось всего лишь отступлением, всё можно исправить. Кекс, не-кекс, оказался не просто съедобным, но и вкусным, и теперь Живко ждал вторую порцию. Оставалась надежда, что всё и правда не вышло из-за того, что он рано нос свой сунул. За своими переживаниями про просьбу волка он совсем забыл. — Живко, пока кекс готовится, расскажи, что обдумал, — волк на этот раз остался рядом, придавил взглядом через стол. Неуютно стало, захотелось в ответ скалиться и молчать. Живко взял себя в лапы. — Скажи, твой кролик это не Тоник случайно? Или Лавруша? Мой Пушик с ними возится, а Тоник к нам бегает часто. Может, подскажу получше. На конкретном кролике. Волк уставился в стол, хмурясь, за брошку на рубашке схватился — в виде морковки. Живко от неё взгляд торопливо отвёл. Потому что всю глубину волчьего падения понял. Сам там же болтался. В густой тишине, замешанной на кексе, ответ волка прозвучал мощно и тяжело: — Оба. Живко не утерпел и всё же тявкнул, тут же зажав себе рот, чтобы не рассмеяться — не так страшны желания волка, как он успел надумать. Да и Тоник, его кроль, не такой уж простенький. — Зачем оба? — Живко не столько узнать хотел, сколько подразнить. А нечего взглядом своим давить. — А то ты не знаешь, лисяра, — Живко молчал, и волк лапой махнул. — Да вместе они теперь. Опоздал я. — А может, наоборот. Вовремя успел, — Живко щурился, наблюдая за метаниями волка. Приятно было его такого видеть. Но вредить ему не собирался. — План прост. Волк весь подобрался, когтями в стол вцепился. — Правду сказать нужно. Почему обидел. Почему извиниться хочешь. Дороги тебе кроли, — волк сбледнул, башкой замотал. — Да-да. Только правда. А вместе с ней пирог вкусный. Пирожки. Знаешь, что Тоник любит? — волк угрюмо кивнул. — То-то же. Потом гостинцы почаще шли. Смотри, чтобы в лесу не потерялись. Пушик говорил, часто на полянку одну шастают вдвоём. — Что за полянка? — Покажем. Второй кекс вышел пышным, вкуснее предыдущего, но его Живко ел один — волк ходил по кухне, трогал всё подряд, крутил в лапах и явно о чём-то глубоко задумался. — Я завтра зайду. Пирог делать будем? Ответом стал рассеянный кивок, после которого Живко помчался домой.
