Чёрный георгин

На самом верхнем этаже театра находился изысканный, скрытый от посторонних взглядов антураж, который напоминал зал из-за дворцовых интерьеров. Потолки и стены, покрытые позолотой, сверкали в свете небольших люстр, создавая атмосферу утончённой элегантности. Мягкие диваны в стиле барокко, с резными ножками и изогнутыми спинками, стояли по периметру комнаты, а на полу лежал белоснежный ковёр, мягкий и пушистый, создавая непередаваемое ощущение уединенности. Сюда доступ давали только самым именитых артистам и музыкантам, чьё присутствие театр ценил особенно высоко, и предоставлял отдельное от лишних глаз место. Никто из персонала и уж тем более новички не осмеливались нарушить их покой. — Что ж, — произнёс Джон с легким замешательством, осматривая двух мужчин, стоящих поодаль друг от друга. Он еще раз перевёл взгляд на часы, его время поджимало. Он не был уверен, с чего начать, ведь между ними царило странное напряжение, словно каждый был погружён в свой собственный мир, едва замечая окружающих. Шерлок вёл себя совершенно несерьёзно — он сидел с пакетом конфет в руках в кресле и, кажется, не мог остановиться, поедая их одну за другой. Он так увлекся, что даже не обратил внимания на взгляд Джона, который пытался уловить его интерес . На лице Шерлока не было ни капли сосредоточенности; напротив, он выглядел совершенно довольным, наслаждаясь сладостями, как ребёнок на празднике. Тем временем Уильям сидел чуть в стороне, на диване, полностью сосредоточенный чем-то в планшете. Он с лёгким прищуром вглядывался в экран, быстро перелистывая страницы, как будто был полностью поглощён какой-то важной информацией. Возможно, это была партитура, или схема выступления — Джон не знал, но казалось, что Уильям целиком ушёл в своё занятие, не реагируя на происходящее вокруг. Джон вздохнул, раздумывая, стоит ли напомнить им о предстоящей задаче или просто подождать, пока они сами начнут проявлять инициативу. — Ребят, сегодня… — начал Джон, пытаясь привлечь их внимание. Однако он не успел закончить, как Шерлок резко вскочил с места. Он сделал несколько быстрых шагов вперёд и оказался прямо перед Мориарти, приблизившись почти вплотную. После этого он повернулся и, не задумываясь, сел на диван рядом с Уильямом, так что его плечо чуть касалось плеча друга. Он склонился над планшетом, чтобы лучше разглядеть ноты, тихо наблюдая за тем, как Уильям листает страницы. Уильям, казалось, нисколько не удивился этому внезапному движению Холмса. Он лишь слегка наклонил голову, не прерывая зрительного контакта с планшетом и продолжал листать информацию на планшете. Джон чувствовал, что теряет внимание аудитории. — Итак, как я уже говорил, — продолжил Джон, поднимая голос, — Нам нужно решить, что будет у нас первым. Из списка, который я составил, следует много идей… Например, социальные сети. Но мы ещё ни разу не проводили прямые трансляции в мессенджерах. Более продуктивным вариантом может стать встреча с фанатами и раздача автографов. Что вы об этом думаете? Шерлок, не отрывая взгляда от планшета, слегка кивнул, проявляя интерес. Уильям, сосредоточившись на информации от Ватсона, добавил: — Мы можем организовать встречи с поклонниками после репетиций, — он оторвал взгляд на миг и перевёл на менеджера, чуть прищуренный и легкой ухмылкой, — Ответить на вопросы и пофотографироваться. Джон почувствовал, как коллектив начинает оживать. Он продолжал: —Нам стоит подумать о формате этих встреч. Холмс лениво поднял голову. — Мой дорогой Ватсон, надо продумать эти встречи, чтобы фанаты не просто торчали в очереди, а общались с нами. Слышал, что некоторых это раздражает — не успевают все вопросы задать, а уже уходить приходится. Скучные очереди, где нужно стоять часами. Выдели нам целый зал, Джони. Джон тяжело вздохнул, слегка нахмурившись, но затем быстро придал себе привычную деловую серьезность. Он не был удивлен запросам Шерлока — как всегда, тот стремился выйти за рамки обычных форматов. — Думаю, сможем организовать что-то подобное. — Круто, так и сделаем. — Хорошо, — с лёгкой улыбкой он постучал по своим заметкам, — Думаю, пока этого достаточно. Вы, как всегда, можете уточнить, если будут вопросы. А сейчас, — он взглянул на них двоих, — Отправляйтесь репетировать, парни. Время пошло. Шерлок лениво оторвал взгляд от планшета и посмотрел на Джона с небольшой усмешкой. — Время пошло? Джон не потерял самообладания и только усмехнулся, глядя на него. — Ну, если хочешь, можешь и не торопиться. Ваши навыки зависят исключительно от вас… — ответил Ватсон с легким сарказмом, хотя обычно он пытается выглядеть серьезно. Уильям, глядя на обмен репликами между ними, улыбнулся, но, не желал встревать. Шерлок наклонил голову, поджимая губы, и с усмешкой ответил: — Ты вроде бы спешил? — Да, очень. Джон собрал свои вещи, аккуратно убирая их в сумку. Он потянулся к столу, чтобы проверить, не забыл ли что-то важное. Убедившись, что всё на месте, он взглянул на Шерлока и Уильяма, улыбнувшись им в знак прощания. — Ну, ребята, мне пора, — сказал он, стараясь сохранить бодрый тон, несмотря на усталость, накопившуюся за утро. — Да, созвонимся, — отозвался Уильям, —Берегите себя. Джон выдавил скромную улыбку. Он уже собрался, набросил пальто и накинул на плечо сумку, готовясь уходить. Шерлок, заметив его движения, лениво оторвался от своих дел и поднял глаза, провожая его взглядом. — Не скучай, — с легкой усмешкой произнес он, словно эта фраза была наполовину шуткой. Но Ватсон уже успел скрыться за дверью, и его шаги стихли в коридоре, оставляя их двоих с тишиной комнаты. В коридоре мелькнула тень, и на секунду показалось, что кто-то наблюдает. Шерлок ничего не сказал, но его взгляд стал холоднее. — А ты с ним мил, — отметил Шерлок, усмехнувшись. — Когда собираться будем? Твой менеджер вообще придет в следующий раз? — Нет, он занят, — спокойно ответил Уильям. Шерлок достал сигарету, зажег её и затянулся, прикрыв глаза. Он медленно выдохнул дым и с легкой иронией заметил: — Мм, как неожиданно. Могу только представить, чем занимается такой человек, как он. Уильям мельком, почти незаметно, взглянул на Холмса, но ничего не сказал. Его и не смутило как тот достаточно грубо закурил в помещении. — Это я так, — Шерлок продолжил, делая еще одну затяжку, — У меня ведь примерно та же история. Но вы не кажетесь близки с ним, —он повернулся к нему и начал углубленно всматриваться в его глаза, — Как родня. — Смотри, — произнёс Уильям, указывая пальцем на строчку в планшете, — Подойдёт? — Вполне. Подходит, — коротко ответил Шерлок, одобрительно кивнув, — Нам нужно поскорее закончить эту часть, — сказал Шерлок, пробегая глазами черновик и тыча на одну строчку. Уильям лишь промычал в знак согласия, не отрываясь. — Я сегодня больше не смогу встретиться, — добавил он спустя паузу, собирая свои бумаги, — Закончим на следующей неделе? Шерлок кивнул, но в его глазах мелькнуло легкое разочарование. Уильям вздохнул и отложил планшет, повернувшись к Шерлоку. — Тогда пойдём. Пока что текст готов, — он встал, а Холмс остался сидеть, наблюдая за ним с прищуром, — И почему ты решил, что мы с братом не родные друг другу? — Ты, относишься к нему скорее как к делу, чем к семье. Уильям посмотрел на него, едва заметно нахмурившись, словно обдумывая ответ. — Что еще? Шерлок не сдержал лёгкой усмешки, словно находя в этом разговоре какое-то скрытое удовольствие, и продолжил, слегка насмешливо: — Ты, — произнёс он, чуть наклонившись вперёд, — Ты не боишься грязной работы, не боишься потерять своё спокойствие, если цель того стоит, — он слегка прищурился — Я заметил, что ты не слишком жалуешься, когда приходится быть жестким с другими музыкантами. Похоже, тебе сложно с ними поладить — или ты просто считаешь, что они не дотягивают до твоих стандартов? Он сделал короткую паузу, подчеркивая свои слова, и затем, слегка склонив голову, продолжил с любопытством: — Что ж, меня тогда интересует: почему ты выбрал именно меня? Или ты думаешь, что я как-то отличаюсь от остальных? Шерлок не убирал взгляда, но в его глазах промелькнуло что-то вроде заинтересованности. — С тобой я знаю, что любое решение будет подвергнуто сомнению. Это заставляет быть честным — и с собой, и с тем, что я делаю. Шерлок коротко рассмеялся, искренне находя забавным этот неожиданный поворот. Его развеселила сама мысль о том, что он, человек, привыкший наблюдать и подмечать недостатки, вдруг стал «зеркалом» для кого-то столь скрытного, как Уильям. Их разговоры редко выходили за рамки обмена несколькими сухими, короткими фразами — «Исправь здесь», «Хорошо, давай повторим», «Встретимся в следующий вторник», «Всё заново. Мне не нравится». Они никогда по-настоящему не разговаривали, словно были чужими, занятыми лишь общей задачей. Но теперь, когда Уильям удивил его, показав, что видит в нём не просто исполнителя, а человека. — Ну что ж, это лестно. Но его веселье быстро угасло, как будто сама мысль о близости или понимании с Уильямом напомнила ему о чем-то неприятном. Легкая улыбка стерлась с лица, оставив лишь холодное, сосредоточенное выражение. — Любопытно, как ты подмечаешь личностные качества других, — сказал Уильям спокойно, будто это было просто наблюдение, — Обычно так тонко анализируют те, кто привык разбираться в вещах на уровне науки, а не просто интуиции. Шерлок на мгновение замер, слегка приподняв брови. Привыкший, что люди видят в нём только наблюдателя, он не ожидал, что кто-то заметит его стремление к точности. В глазах зажегся азарт, будто Уильям теперь стал задачей, достойной его внимания. Он хотел знать, насколько глубоко Уильям сможет копнуть, что ещё подметит в нём, а возможно, и в себе. С легкой усмешкой Шерлок наклонился чуть ближе, бросая вызов: — Ну что ж, раз ты решил меня разбирать, — в его голосе прозвучал лёгкий вызов. Его рукав едва коснулся его руки — случайно или нет, не понял. Но даже этого хватило, чтобы весь для Шерлока остальной мир на секунду замер, — Что ещё угадаешь? Уильям говорил, словно это было само собой разумеющимся: — Очевидно, ты занимаешься чем-то, что требует дисциплины. Ничего удивительного. Скорее всего, не для того, чтобы показать всем, что ты можешь, а просто чтобы поддерживать себя в форме, но может и не для себя, — он будто бы не замечал, что затронул важную тему, — И с музыкой всё тоже самое. Ты играешь не для того, чтобы кому-то что-то доказать, а потому что это просто часть тебя, не так ли? Он внимательно слушал, не показывая, что его слова как-то задели. Только взгляд, слегка прищурившийся, выдавал, что его внимание сосредоточено. — Ух ты, — произнёс он, словно только что услышал нечто совершенно обыденное. Это было безразличие, которое моментально превращалось в скуку. Сегодня они наконец поговорили, но что-то ему что-то не нравилось. То ли не привычная болтливость, без краткости, то ли как его настроение меняется. Он быстро собрал свои вещи, запихивая их в карманы, как бы показывая, что готов завершить разговор. Его действия были быстрыми и решительными, и все было сделано с характерным для него минимализмом. Его взгляд оставался холодным и сосредоточенным, словно это не было чем-то важным. Уильям, наклонившись, сделал несколько резких вдохов, театрально принюхиваясь, как будто что-то уловив. Шерлок заметил это и ощутил легкое беспокойство. Вдруг Уильям поднес лицо близко к его, почти впритык. — А еще ты немного страдаешь от наркозависимости, — сказал он, не без доли иронии. Шерлока словно током пронзило. Его сердце пропустило пару ударов, и он почувствовал, как потеют ладони. На мгновение он замер, но быстро воспрял духом, улыбаясь, хотя его улыбка была едва заметной, почти неуловимой. — Как ты узнал? — его голос звучал спокойно, но в глазах мелькнуло нечто схожее с удивлением, а может, и тревогой. — Это же ясно как день, — ответил Уильям, его интонация была уверенной, почти с оттенком самодовольства. Шерлок удерживал на лице почти безразличное выражение. — Ух ты, — небрежно пробормотал он. Шерлок снова начал собираться, медленно и без спешки. Уильям, следя за ним, заметил, как тот не прекращает собираться, несмотря на то, что между ними явно возникла пауза, полная неясности. Когда Шерлок уже был готов спуститься по лестнице, Уильям подошел за ним, продолжая наблюдать. Его взгляд не отрывался от фигуры Холмса, и тот заметил это, он в свою очередь, не стал поворачивать голову.

***

Джон встретился со своим старым знакомым, который помог ему выбрать подходящее место для фанатской встречи. Он постарался, чтобы зал выглядел как сказочный сад. С потолка спускались длинные гирлянды из белых глициний и лиловых клематисов, которые словно водопады обрамляли всё пространство вокруг сцены. Они легкими каскадами спадали вдоль стен, создавая эффект цветочной арки и добавляя таинственную, чуть волшебную атмосферу. Центральное место в оформлении заняли лилии — Джон выбрал белоснежные и нежно-розовые, символизирующие чистоту и изящество. Они были повсюду: на сцене, вдоль проходов и будут в руках у поклонников, чтобы каждый смог унести с собой небольшой букет как память об этом вечере. Телефон зазвонил, и Джон, заметив имя на экране, немного нахмурился. Альберт. Ему вдруг снова вспомнилось, что он так и не сказал Шерлоку о своих встречах со старшим Мориарти и об их не плохих отношениях. А теперь, после вчерашнего разговора, когда доверие к Альберту пошатнулось, он стал задумываться, стоит ли вообще делиться чем-то. — Слушаю, — ответил Джон, стараясь держать голос ровным. — Всё готово. Спасибо за… — он обвёл взглядом сцену, украшенную именно так, как предлагал Альберт, — За идею обрадовать Шерлока. На том конце провода раздался тихий смех — не насмешливый, а скорее довольный, как будто Альберту самому было приятно услышать это. — Надеюсь, ему действительно понравится, — проговорил Альберт с лёгкой задержкой, было понятно, что он опять чем-то продолжил заниматься, — Ну что ж, думаю, с остальным вы справитесь и без меня. — Да, вы отлично помогли, — Джон кивнул, будто Альберт мог это увидеть, — Я смогу сам продолжить. Джон вздохнул с облегчением и повесил трубку, вернувшись к подготовке. Он прошёлся по залу, проверяя, всё ли на своих местах.

***

Все произошедшее после вчерашних и сегодняшних непредвиденных событий Шерлок не отпускал мысли о случившемся. Он чувствовал, как тревога постепенно сжимает его, но смог успокоиться, когда вновь встретился с Ирен и убедился, что с ней всё в порядке. Пока он ждал от неё сообщения, он погрузился в музыку, позволяя её звукам растворить тревогу. В центре зала, окруженные нотными листами и музыкальными инструментами, стоят Шерлок и Уильям, погруженные в рабочий процесс. Их сосредоточенность видна в каждом движении: то ли пробегаясь пальцами по клавишам, то ли сверяясь с партитурами, которые занимают передние места на подставках. Шерлок держит скрипку, касаясь смычком струн, а Уильям сидит за пианино, тихо подыгрывая ему. Оба погружены в процесс, не отрываясь от своих инструментов. Уильям на секунду останавливается, вслушиваясь в игру Шерлока, позволяя звукам наполнить пространство, словно проверяя, в нужном ли направлении идет их работа. Шерлок замечает взгляд Уильяма и, не останавливаясь, добавляет к мелодии несколько новых нот, явно импровизируя. — Интересный поворот, — тихо комментирует Уильям, слегка приподняв бровь, — Ты хочешь изменить тему или это просто настроение дня? Шерлок чуть усмехается, не поднимая глаз от клавиш. — Может, и настроение. — Хорошо звучит, — говорит Уильям, когда Шерлок заканчивает фразу, — Иногда в музыке нужно следовать не только замыслу, но и своим эмоциям. Шерлок кивает, понимая, о чем говорит Уильям. Он отводит взгляд к окну, через которое видно, как солнечные лучи касаются листвы за пределами студии. — Давай попробуем развить эту идею. Шерлок согласился и повторил мелодию, на этот раз более плавно. Они начали играть вместе, создавая музыкальный диалог, где каждая нота говорила о чувствах, которые их волновали. Он закрыл глаза на мгновение, позволяя музыке унести его в мир, где не было места для тревог. Шерлок, играя, открыл глаза и встретился с взглядом Уильяма. Они оба понимали, что в какой-томомент музыка объединила их, и спокойствие, которое они чувствовали, стало залогом их успешного сотрудничества. В этом состоянии Шерлок чувствовал, как его мысли становятся яснее. — Это как разговор, — заметил Уильям, когда они закончили новый фрагмент, смотря на Шерлока , — Мы можем выразить то, что у нас на сердце, через музыку. Шерлок задумался, задавая самому себе вопрос: как давно Уильям мог так просто завести диалог, без тяжелых однотонных фраз и неуместных задирок? Этот новый подход был неожиданным и даже слегка сбивал с толку. Обычно между ними царила скрытая напряжённость, скрытый вызов, словно они играли в слова, стараясь не оставить ни одной лазейки для уязвимости. Сегодня же Уильям словно намеренно сместил акцент. В его голосе не было привычной резкости, и слова прозвучали спокойно, будто они не обязывали к ответу, а просто создавали атмосферу доверия. Шерлок уловил это и почувствовал лёгкую растерянность — ему и самому было интересно, сколько ещё продлится такая непринуждённая беседа. — Выразить? — переспросил Шерлок, потихоньку приходя в себя. Он удивился, как простые слова могут так точно передать то, что он сам ощущал в момент игры. — Да, — кивнул Уильям. Шерлок и Уильям закончили очередной фрагмент и немного замерли в тишине. Он на мгновение задумался. Он понимал, о чем говорит Уильям. Музыка действительно имела силу. У Шерлока было спокойствие, которое он не ощущал с момента вчерашнего инцидента. Музыка помогала ему отвлечься, но в воздухе уже витала напряженность — он чувствовал, что Уильям снова готов заговорить о чем-то важном. — Интересно, — сказал он, отложив скрипку, — На сердце? — переспросил он, пытаясь отвлечься от того, что на самом деле не покидало его мысли. Уильям, как будто не заметив легкого иронического тона в голосе Шерлока, продолжил, словно у него в голове уже сложился план: — Иногда музыка может быть тем, что мы хотим скрыть. — Я не собираюсь делать ничего, что может вывести нас из колеи, — сказал Шерлок, стараясь сохранить контроль над ситуацией, но его голос выдал его истинные намерения. Уильям посмотрел на него с пониманием, и в его глазах читалось что-то большее, чем просто дружеская поддержка. — Я не собираюсь давить на тебя, — произнес он, — Всего лишь хочу извиниться за Альберта. Это было чересчур. Шерлок, чуть нахмурив брови, почувствовал, как его внутреннее напряжение неохотно начинает спадать. Он ответил сдержанно: — Ничего. Я…. не ожидал, что это станет темой для обсуждения. Уильям кивнул, как будто принимая слова Шерлока, но его взгляд оставался серьезным. Он наблюдая за лицом Шерлока, решил сменить тему. Он начал расспрашивать о новых музыкальных группах в театре, которые, по слухам, собирались выступить. — Ты слышал о новых группах, которые собираются выступать в театре? — начал Уильям, будто ненавязчиво проверяя, сможет ли это заинтересовать Шерлока. Шерлок слегка приподнял бровь, но, кажется, оставался безразличным. Уильям решил добавить к разговору детали, которые должны были пробудить в памяти тот день, когда они оказались в театре после долгой репетиции. Шерлок потянулся рукой к карману, не вынимая полностью пачку сигарет, которая уже была немного открыта. Он достал оттуда сигарету, слегка торчащую из упаковки, и, не раздумывая, прикурил. Пламя зажигалки ярко вспыхнуло, отражаясь в его глазах, пока он медленно вдыхал дым. Он чувствовал, как облако дыма наполняет лёгкие, оставляя за собой теплое ощущение расслабленности. Уильям, заметив это, протянул руку, словно спрашивая: «Можно мне?» Вместо этого Шерлок сдержанно предложил ему свою сигарету, слегка приподняв бровь. — Ты брезгливый? — произнёс он, не ожидая ответа. — Ничуть, — с уверенностью ответил Уильям, беря сигарету из рук Шерлока. Он закурил, делая глубокий затяжку и почувствовав, как дым заполняет его лёгкие, — Я вспоминаю, как мы однажды заснули прямо на сцене… — продолжил он задумчиво, с едва уловимой улыбкой, — Настоящий бардак тогда был. Мы оба вымотались до изнеможения. А я подумал, что как только закрою глаза на пару минут, снова смогу работать. Шерлок, напротив, выпрямился и отвернул немного голову, но взгляд его выдавал: он помнил этот день. — Ты говоришь, будто это было вчера, — сдержанно ответил Шерлок. — Забавно, как тебе удалось исчезнуть, когда меня увели. Я вернулся, а тебя уже нигде нет. Младшие сказали, что не видели, как ты ушел. Шерлок посмотрел на него с искривленной улыбкой, чуть прищурившись. Он протянул руку, забирая сигарету из пальцев Уильяма, и спокойно ответил: — Я ушел через другую дверь, — коротко пояснил он, выдыхая дым, — Потом тебя увел кто-то вроде? — спросил Шерлок, затягиваясь и глядя на Уильяма с легким любопытством. Уильям чуть кивнул, выдержав паузу. — Да. Мой друг, — спокойно ответил он, ненавязчиво наблюдая за тем, как Шерлок выдыхает тонкую струю дыма, словно отвечая ему на скрытый вопрос. Холмс ощутил лёгкий, едва уловимый привкус тошноты, подступающий волной и нарушающий его сосредоточенность. Каждая затяжка сигареты начинала казаться чуть тяжелее, и привычный горьковатый дым как будто становился резче, чем обычно. Его взгляд невольно сместился вниз, словно он пытался сфокусироваться на чём-то устойчивом, но лёгкое головокружение начинало мешать, не давая обрести привычный контроль над ощущениями. Шерлок не спеша прикрыл рот рукой, пытаясь сдержать нарастающее чувство тошноты. Он отвёл взгляд и протянул сигарету обратно Уильяму, словно предлагая её с видом полного спокойствия. — Хочешь, закончи, — произнёс он, стараясь, чтобы голос звучал ровно, но уже предчувствуя, что нужно срочно уйти. Ещё немного — и он рисковал потерять самообладание. — Шер..? — Уильям замер, заметив, как на миг бледное лицо Холмса выдаёт его состояние. Холмс старался не оборачиваться, чтобы не выдавать своего состояния. Добравшись до коридора, он ускорил шаг, почти перейдя на бег, пока не достиг туалета. Закрыв за собой входную дверь, он опёрся на холодную раковину, стараясь успокоить дыхание и привести себя в порядок. Он не ожидал, что столкнется с такими сильными побочными эффектами — последствия недавнего употребления давали о себе знать дольше, чем он предполагал. После он открыл кран и позволил холодной воде стекать сквозь пальцы, надеясь, что это хотя бы немного освежит. Его дыхание было тяжелым, а в груди поднимался холодный пот. Он постоял так несколько секунд, пытаясь собраться с мыслями и успокоиться. Затем, опустив голову, он включил холодную воду и умылся, ощущая, как струи обжигающей прохлады смахивают с него напряжение и беспокойство. Он смотрел в зеркало, видя в отражении своего измученного и уставшего себя — с запавшими глазами и бледным лицом, которое отражало недавние переживания и борьбу с последствиями. Шерлок ощутил, как его разум начал заполняться странной тяжестью. Мысли перемешивались, теряя четкость и фокус, словно он смотрел сквозь запотевшее стекло. Все казалось медленным, и каждый звук доходил до него с задержкой. Он осознал, что зацепиться за какую-то идею становилось все труднее, и его привычная ясность восприятия куда-то улетучивалась. После того как он несколько раз умылся, Шерлок глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться, и, наконец, решительно развернулся, выходя из туалета. Ему нужно было вернуться и разобраться с тем, что происходит вокруг, несмотря на то, что внутри него всё еще бушевали эмоции. Шерлок вернулся в зал, стараясь не выдать своего состояния. Он вошел с легкой улыбкой, словно ничего не произошло, и направился к сцене, готовый снова погрузиться в музыку. Но, увидев Уильяма, который суетился возле столиков с закусками, он остановился. Тот мешал ложкой в кружке, сосредоточенно следя за тем, как содержимое постепенно перемешивается. — Эй, — позвал Шерлок, когда Уильям заметил его и обернулся. Уильям тут же поднес кружку к Шерлоку, его выражение лица сменилось на заботливое. — Вот, попробуй, — сказал он, — Травяной чай. Должен помочь. Уильям кивнул, а затем вернулся к своей кружке, как будто его внимание к Шерлоку было естественным. Шерлоку стало не по себе, но он не мог позволить себе показать это. Он принял кружку с чаем и отпил, чувствуя, как теплый напиток обжигает его горло. Вкусовая палитра лимона и трав немного затупила новую волну тошноты. Шерлок, немного отошедший от неприятного состояния, поблагодарил Уильяма за чай и направился к столу с закусками. Его взгляд упал на тарелку с ментоловыми конфетами — казалось бы, идеальный способ перебить оставшийся привкус. Однако, когда он потянулся за одной, Уильям вдруг ненавязчиво, но настойчиво посоветовал: — Может, лучше фрукты? — Я не предпочитаю, — Шерлок, чуть удивленно посмотрел на него без какой либо грубости, продолжил: — С чего советы даёшь? Он повёл руками, как будто пытаясь показать, что это всего лишь предложение, и, тихо выдохнув, произнёс: — Как хочешь. Это подогрело интерес Шерлока, но он не стал углубляться в разборки. Вместо конфеты он все-таки взял банан, откусив с некоторым сомнением. Он направился к сцене, на ходу доедая, в то время как Уильям уже вернулся к пианино, погруженный в очередной фрагмент репетиции. Звуки музыки разливались по залу, приглушая всё вокруг, и Шерлок, расположившись на стуле рядом, слушал в тишине, завершая последний кусок фрукта. Когда музыка стихла, Шерлок неожиданно заметил, что Уильям стал необъяснимо принюхиваться. Это насторожило его; казалось, будто что-то не так. В какой-то момент он уловил, как Уильям косо на него поглядывает. — Ты пшикался? — спросил Уильям, не скрывая своей брезгливости. Шерлок, удивленный вопросом, протянул странное «Да», которое больше походило на недоумение. Уильям скривился и вновь произнес: — Не делай так… Шерлок нахмурился. Он не понимал, что именно не так с ним. По его ощущениям, все было в порядке. Но, глядя на реакцию Уильяма, он начал сомневаться. Отложив банан, он стал внимательно рассматривать своего музыкального партнёра, который уже снова был увлечен пианино. Он не хотел, чтобы завилось еще одно недопонимание, но не мог не заметить, как этот вопрос обострил ситуацию. Взгляд Уильяма был настойчивым, он искал подтверждение, будто от этого зависело что-то важное. Он немного наклонился к Уильяму и спросил: — Что тебя так беспокоит? Это просто ментоловая конфета. Ты же не собираешься меня судить за то, что я люблю освежающие запахи? Уильям снова прекратил играть, и звук пианино глухо отозвался в зале, словно замирая в воздухе. Он продолжал смотреть на него с недоверием, а потом выдохнул и произнес: — Все таки съел? — Да. Шерлок чуть усмехнулся и пожал плечами. — Твои советы, знаешь ли, необязательны для меня, Уилл, — сказал он с легкой улыбкой, сделал паузу и добавил: — К тому же, мне ментол больше нравится. Он чуть задержал взгляд на Уильяме, словно в поисках одобрения, и это заставило Уильяма слегка улыбнуться. Шерлок, слегка наклонившись, протянул руку к недоеденному банану, не спеша пережевывая, а затем встал, чтобы выбросить шкурку в мусор. — Фрукты были бы лучше, — сухо ответил Уильям, не сводя с него взгляда, — Тебе когда-нибудь говорили, что ты не умеешь беречь себя? Холмс опустил взгляд, словно размышляя, стоит ли отвечать, но затем коротко кивнул. — Говорили. Даже слишком часто, — он снова невесело улыбнулся, — А что? Давай лучше продолжим. Уильям немного кивнул, будто действительно понимая. Шерлок медленно поднялся на сцену, почти лениво. Без лишних слов он направился к своей скрипке, лежащей на высокой стойке, и аккуратно взял её, проверяя натяжение струн. Уильям наблюдал, терпеливо ожидая, когда Холмс будет готов. Холмс поставил скрипку на плечо, прижался подбородком и слегка взмахнул смычком, заставив струны издать мягкий звук. Он дал знак Уильяму, и пианино поддержал его начальные ноты приглушённым аккордом. Холмс задал мелодию первым, ведя инструментальную линию уверенными, точными движениями. Уильям, следуя за ним, добавлял аккорды, обрамляя мелодию и поддерживая её динамику. Они чередовали партии — Холмс вёл, затем вступал Уильям, и так несколько раз, пока мелодия не зазвучала в полной гармонии.

***

Адлер проспала почти весь день, оставив ночные часы для своих дел. Когда стемнело, она вышла с чемоданом, выбрав путь в темноту Лондона. Она остановила такси в километре от нужного места и пошла дальше пешком. Вокруг стояла густая темень, влажный туман окутывал улицы, принося промозглую сырость, которая пробирала до костей. Лондонская погода была привычной, но ей не хватало теплой одежды — лёгкий наряд не спасал от пронизывающего холода, как и волнение от её цели. Впереди, сквозь мглу, начали вырисовываться очертания какого-то здания. Сквозь густую темь и туман её взгляд зацепился за силуэт старого здания, едва виднеющегося в ночной мгле. Это была заброшенная церковь, давно забытая и безлюдная, её камни и окна уже обветшали, словно скрываясь от глаз. Адлер тихо подошла к двери старой церкви, её шаги поглощались туманом. Ощущение, что она ступала по давно забытым тропам, усиливалось с каждым шагом. Как только она вошла внутрь, глаза привыкли к тусклому свету, исходящему от старых ламп. Она шла вглубь, туда, где обычно продаются билеты или собираются люди, — в самое начало помещения. Пространство было мрачным и безжизненным, лишь тени играли на изношенных стенах. Пройдя через этот забытый уголок, Адлер подошла к старой решётке, за которой было трудно разглядеть лица, как и положено на таких встречах. Села на одинокий стул, словно вновь погружаясь в некую тайну, которая требовала от неё полного внимания. Адлер аккуратно положила чемодан рядом с собой, открыла его и извлекла письмо, завернутое в старую бумагу. Руки её слегка дрожали, но она скрывала это за спокойным выражением лица. Оглядевшись вокруг, убедилась, что всё тихо. В воздухе висела напряжённая тишина, которая не предвещала ничего хорошего. — Приветствую, Ирен Адлер, — прозвучал голос из тени, внезапно нарушивший тишину. Мужчина оказался по ту сторону решётки. Только его руки в перчатках были видны. Она знала, что вся эта ситуация была далеко не простой, но оставаться на шаг впереди было её кредо. — Документы у меня. Только позвольте кое-что уточнить, — её голос был твёрд и чуть заострён. — Ваши слова о том, как изменится страна, правдивы? Мужчина не ответил сразу, лишь скользнул взглядом по её фигуре, будто бы не придавая значения её вопросу. — Если у вас есть сомнения, то можете быть свободны, — его голос был таким холодным и отрешённым, что казалось, он мог бы и вовсе не отреагировать на её слова. ”Так просто?” — её мысли были полны вопросов. Адлер застыла на мгновение, осознавая, что перед ней стоит не просто человек. Все эти шаги, эта игра, казались частью чего-то гораздо более сложного. Она подняла голову, её взгляд стал твёрдым и уверенным. — Я поняла, — прошептала она. Мужчина немного наклонился вперёд. Его голос снова звучал, но на этот раз его слова были чёткими и решительными. — В таком случае, в знак вашей верности, передайте документы, — он протянул руку, словно ожидая, что она передаст ему то, что он требовал. Но прежде чем Ирен успела выполнить его просьбу, что-то изменилось. Быстро, решительно, как в самый неожиданный момент, кто-то подскочил к ней и схватил её руку, не давая возможности сделать шаг. — Шерлок? — её голос сорвался от удивления и шока. В груди всё затрепетало, когда она узнала этого человека, который теперь стоял рядом с ней, как тень её прошлого, неожиданная и неотступная. Он опустил ее руку и спокойно заговорил: — Документы останутся у мисс Адлер, — но в этом спокойствии сквозило предупреждение, — Если вы хотите говорить о сделке, полковник, думаю, стоит обсудить это в более…безопасном месте. — Вы предлагаете встречу, мистер Холмс? — Я предлагаю разговор, — ответил Шерлок, — Завтра, на складе у старой железной дороги, за мостом. Передайте вашему начальству и пусть придёт тот, кто действительно принимает решения. Он бросил короткий взгляд на Ирен, в нём мелькнуло что-то почти человеческое, сожаление или забота, но так же быстро испарилось. Она молчала и тихо наблюдала за двумя, ведь кажется ситуация под контролем Шерлока. — Нет, — сказал тот, — Едем сейчас. Холмс опустил взгляд на миг, но в тот час же кивнул и начал уходить. Позже, на заброшенном складе. Тишина. Влажный воздух. Пыльные окна пропускали полосы тусклого света. Шерлок стоял, скрестив руки. Рядом — Ирен, собранней чем прежде и румянец возвращался на ее бледное лицо. Когда дверь со скрипом открылась, и внутрь вошли Альберт и Майкрофт, никто не произнёс ни слова. Они встали напротив друг друга и кажется не могли определиться кто же все таки начнет. Разговор обещал быть долгим, но судя по Майкрофту тот не расположен к разговору. — Вы понимаете, — наконец сказал Майкрофт, — Эти документы нельзя просто вернуть. Существование мисс Адлер уже само по себе угроза. В воздухе звенела пауза. Альберт не отводил взгляда от Ирен. — Есть другой выход, — тихо произнёс он, — Она исчезнет. Для всех. Шерлок насторожился. — Исчезнет? — Её имя умрёт, — продолжил Альберт, — Но не она. Мы создадим для неё новую жизнь. Так будет лучше для всех. Майкрофт коротко посмотрел на него. — Вы берёте на себя большую ответственность, полковник. Альберт слегка улыбнулся. — Иногда, сэр, ответственность — единственное, что остаётся человеку. Тишина снова воцарилась. Ирен стояла неподвижно, не веря, что эти люди решают её судьбу, словно речь идет не о человеке, а о дворняжке какой-то. А потом Шерлок вздохнул и кивнул. — Пусть будет так. Майкрофт обернулся на него и прищурился, якобы он обойдется без советов. — Значит, вы готовы отвечать за неё, полковник? — голос Майкрофта был холоден, но в нём слышалось одобрение того, кто нашёл “удобное” решение. Альберт посмотрел на Ирен. В его взгляде не было жалости — только твёрдое обещание. — Да. Я отвечаю за неё. Майкрофт коротко кивнул. — Тогда вопрос закрыт. Документы? Альберт шагнул вперёд, взял их со стола, не раздумывая. — Я доставлю их лично. Считайте, что вопрос урегулирован. Майкрофт кивнул — одобрительно, но холодно, уступая этот ход Мориарти. — Надеюсь, вы понимаете, что теперь и на вас ложится вся ответственность. — Осознаю, — спокойно ответил Альберт. Кажется, его ничуть не выводило своенравное отношение, от старшего Холмса с кучей вопросов и недоверием. Папка исчезла в руках Альберта, словно растворилась вместе с его шагами. С этого момента документы больше не существовали — по крайней мере, официально как и мисс Адлер. Ирен Адлер больше нет.