Чёрный георгин

Шерлок машинально крутит в руках замок чемодана, проверяет молнию, будто оценивает качество.  — Ну… — начал Джон, крутя в руках рулетку. — Пожалуйста, не начинай с «ну». — А с чего тогда? — Не знаю. Шерлок дальше комментирует вслух, хмурясь: — Кто покупает такие маленькие чемоданы? — Люди, которые не перевозят передвижную лабораторию, — спокойно ответил Джон, даже не поднимая глаз от телефона, — Тебе есть еще где остаться, друзья? Шерлок фыркнул, то ли соглашаясь, то ли вовсе нет, и снова провёл ладонью по крышке. — Поторопись. Ты же не собираешься весь хлам брать? Пара рубашек, пара книг и хватит.  — У меня нет «пары» книг, — заметил Шерлок и поджал губы, — И нет «пары» всего остального. — Ты взял запасные струны? — спросил Ватсон. Шерлок замер и с выгнутой бровью обратался к Джону: — Это… очень не тот вопрос, который ты хотел задать. Джон отвёл глаза, переминаясь с ноги на ногу. — Я пытаюсь хотя бы спросить что-то. — Тогда спроси. Джон помолчал и выдал тише обычного: — Не выходит. Шерлок открыл футляр со скрипкой, проверил, всё ли на месте. Скрипка лежала на мягкой подкладке без единой царапины, идеально настроенная. Слишком ясно вспомнилось, как они с Уильямом сидели над этой партией до поздней ночи. Он уже собирался закрыть футляр, когда в дверь тихо постучали. На пороге стоял молодой сотрудник отеля — вежливый, собранный, будто слегка напуганный тем, что пришлось тревожить гостя. — Простите за беспокойство, сэр, — он слегка наклонился, — Вы просили оповестить вас, если поступят какие-либо вещи или почта. У нас есть конверт, оставленный на ресепшене… сегодня утром. Сотрудник протянул тонкий кремовый конверт без имени, только с номером комнаты. Шерлок взял его двумя пальцами — легко, почти отстранённо. — От кого? — спросил он, хотя ответ был очевиднее, чем хотелось. — Человек не представился. Просто попросил передать вам лично, сэр. Он тихо выдохнул. Разумеется. От кого же ещё. Даже если попытаться игнорировать его — напрасно.  Может он все таки узнал от Адлер об их разговоре? Странно, что он не подписал. Хотя… это же он. Шерлок коротко кивнул, жестом отпуская сотрудника. Тот исчез так же тихо, как появился. Дверь закрылась. Он сжал листок, не разрывая, но и не возвращая его обратно — просто сунул в карман. И как ни в чем не бывало вошёл внутрь.  — Что там? — крикнул Джон, поднимая один из чемоданов, — Сами мы дотащим все? Я могу позвонить на ресепшен. Джон заметил возню в его карманах и бросил взгляд на его непривычно усталые глаза. — Та нет, нет необходимости. Ватсону показалось его речь тише обычной. Он коротко осмотрел Шерлока и без задних мыслей пошел с чемоданом из номера. Дверь слегка скрипнула, когда Шерлок повернулся к ней. Это всего лишь Джон и только звук шагов на коридорном ковре. Он снова вернулся к чемоданам, проверяя замки, будто сам факт их закрытия мог удержать этот странный, тихий порядок. Несколько секунд Шерлок стоял у окна, наблюдая за городом, и тихо вздохнул. На мгновение казалось, что весь мир подчинён его вниманию и логике. Возвращаясь к чемоданам, Шерлок уже не совсем точно запирал замки: один щёлкнул громче, другой слишком тихо. Он повторил проверку дважды, потом снова тронул конверт, но снова не открыл. Действия шли по привычной логике, но мысли переплетались и скользили в сторону того, чего не должно было быть. Что-то еще чужое не давало ему покоя. Когда все проблемы решены, но тяжесть становилась все громче, сильнее и так опять и опять. Всё это перемешалось, и Шерлок почувствовал, что привычная логика начинает скользить, словно лёд под ногами. Что-то внутри сжалось — слишком четко. Он даже подошёл к стене, коснулся пальцами обоев, будто пытаясь поймать резонанс. Разумеется, ничего. Он понял, что стоит так уже больше минуты. И только тогда, будто резко очнувшись, заставил себя отойти. Он снова почувствовал конверт в кармане — его угол впивался в ладонь при каждом движении.

***

Ранее на складе Папка исчезла в руках Альберта, словно растворилась вместе с его шагами, оставляя пространство для братьев и случайного свидетеля. Ирен осталась на миг предполагая, что все вопросы и упреки от старшего брата пойдут в ее адрес. Его взгляд был холоден, но не агрессивен. Майкрофт, игнорируя ее, обращается к Шерлоку:  — Все разрешилось. Ты свободен от этого глупого партнератва с Мориарти, —сказал он, — Думаю, мисс Адлер лучше отдельно поехать, а ты Шерлок, едешь со мной домой. Я заплачу отелю оставшуюся сумму за месяц и скажу собрать твои вещи. Больше ты не увидишь Ватсона, скажи ему что бы не мешался под ногами. — Не понимаю о чем ты. Я вернусь в отель и могу сам платить за свое проживание. Тем более завтра у планы.  Майкрофт поднял руку, прерывая его. Не яростно, не с раздражением, а спокойно и твёрдо. — Планы? Кто тебе разрешил? Шерлок тихо угукнул, кивнул и зарыл руки в карманы, не поднимая взгляда.  — Я сам.  Майкрофт молчал, стиснув зубы, но больше слов не сказал.  Шерлок молча развернулся и вышел из склада. Когда дверь закрылась за ним, прохладный уличный воздух будто радушно встретил его. Он остановился на мгновение, глубоко вдохнул, чтобы успокоить пульс, и шагнул прочь. Он достал телефон и первый контакт, который ему показался был Уильям, он набрал Ватсона. Слов почти не было, но в голосе сквозила усталость и облегчение: теперь, наконец, можно было отпустить ситуацию.

***

Свечи в маленькой уютной комнатушке уже догорали, а солнце спряталось. У входа стояли два чемодана. Большой и маленький. Оба закрытые, аккуратно поставленные рядом. Джон поставил на стол чайник, тихо шипящий, и расставил чашки. На стол легло три фишки. Мисс Хадсон играла неожиданно уверенно; вероятно, годы опыта общения с жильцами приносили плоды. Карты перемешивались в руках Шерлока чётко и ритмично, как будто он раскладывал не колоду, а улики по делу. В воздухе пахло смесью чайного листа и старой бумаги — странно успокаивающе для него. Ватсон сидел напротив, сгорбленный, слегка усталый, слегка довольный. Он встал и рассыпал каждому чай в кружки и залил кипятком. Чайник тихо выдохнул пар. Слабый аромат бергамота разошёлся по комнате. Он поставил чашку рядом с Шерлоком. — Тебе стоит хотя бы сделать вид, что пьёшь, — тихо сказал он и сел за стол. Шерлок взял чашку. Пар выходил не останавливаясь и после он снова поставил ее на стол.  — Кстати, а это все чемоданы? — начал он, — Все, что я видел в отелях, казалось намного больше этого. — Да. — Правда всё? — спросила уже женщина. — Да, мисс Хадсон. — А то я вас знаю: уйдёте, а потом вернётесь за скрипкой и загадочным пакетом без названия. Шерлок медленно поднял глаза. — Я составил список, — сухо ответил Шерлок, — Лишнее выкинул. Мешают? Уберу после игры. — Ты так уже третий день, — хмыкнул Джон, — Может, всё-таки разберёшь? Или хотя бы переставишь? Шерлок пожал плечами, словно обсуждали что-то невероятно обычное: — Ты снова проигрываешь, Джон, — протянул он, но вид его выдавал, что хорошего настроения и подавно нет. Ватсон истощенно выдохнул: — Я всё ещё не понимаю, — говорит Джон, глядя на свои карты, — Как ты видишь эти комбинации так быстро. — Наблюдение и логика, — спокойно ответил Шерлок, не отводя взгляда. Джон тихо кашлянул, чтобы не засмеяться и перевёл прищуренный взгляд на женщину.  — Хотя иногда закономерности раздражают, не так ли? — мягко сказала она, слегка улыбаясь. Маленькая, хрупкая, декоративная фигурка — нелепый сувенир отеля — покачнулась и вдруг упала, звякнув о край стола и перекатившись по полу. Шерлок дернулся и обернулся. Он слегка подвинул стул назад и взял фигурку. И поставил её обратно, но рука дрогнула, и она снова накренилась. — Почему она вообще здесь стоит? А не на полке за стеклом? Это я ее сюда поставил? Как нелогично. Джон только поднял брови: — Ты сейчас с фигуркой споришь? Он провёл ладонью по волосам так резко, что локон отлетел на глаза. — Просто… эти лишние предметы, которые я купил. Лишняя трата денег, — он заметил как все на него уставились и обглядывали вдоль и поперек, будто с ним что-то не так, — Это отвлекае и все. У кого дома нет хлама? — Не утомляют эти детали? — спросил Джон, а голос так и искрился хитрецой спрятанной за простым вопросом. Шерлок поднял взгляд. — Утомляют.  — Или, — продолжила Мисс Хадсон, не теряя невинного тона, — Если немного изменить правила. Например, сменить обстановку… — Новая обстановка… — повторил Шерлок, держа карту в воздухе, смотря то на друга, то на Мисс Хадсон, — Что вы собираетесь сказать? — Представь, море, свежий воздух, полное отсутствие тревог… Даже карты там не будут лгать. Шерлок вздохнул, словно признавая их право заботиться, даже если он не собирался соглашаться. — Я не хочу на пляж, — сухо сказал он. Джон тихо фыркнул, понимая, что миссия Хадсон удалась: внимание Шерлока отвлечено, разговор плавно смещён. Он облакотился на стол.   — Я говорю не о солнечных пляжах, — уточнила Мисс Хадсон. — Просто об отдыхе, — она порылась в кармане своей сумки и громко положила яркую брошюру на стол, — Круизный лайнер в понедельник. Все на секунду застыли. Джон внимательно наблюдал за реакцией Шерлока, стараясь не упустить малейшее движение на его лице. Но по нему было сложно сказать, рад он или нет. Невозможно было сказать, понравилась ему эта идея или вызвала желание уйти из комнаты. Он продолжал осмотривать листок как ни в чем не бывало и почти беззвучно рассмеялся.  — Круиз, — повторил он, всё ещё с лёгкой улыбкой, — Мисс Хадсон, я не уверен, что вы любите… Путешествия? — Это было моей идеей, Шерлок, — сказала и театрально нахмурила брови, — А что смешного?  Джон откинулся на спинку стула.  Мисс Хадсон всплеснула руками: — Ох, а что во мне не похоже на женщину, которая может позволить себе немного отдыха? Шерлок открыл рот, но тут же закрыл, не найдя подходящего довода. — Вот именно, — удовлетворённо сказала она, — К тому же, вы оба нуждаетесь в смене обстановки. Особенно ты, дорогой. Заодно и проведем Рождество там. Шерлок сделал вид, что не услышал. Он покосился на рисунок корабля на брошюре — гладкие борта, блеск палуб, безмятежное море. Странно. Мысль о нескольких днях вдали от всего вдруг показалась не такой уж бессмысленной… и это его раздражало больше всего. — Это будет ненадолго, — мягко сказал Джон, стараясь говорить как можно небрежнее, будто ему было всё равно на ответ, но все так же суматошно бегал глазами,  — Просто пара дней. Подышать, посмотреть на океан. Ничего трагичного. Шерлок выпрямился, будто защищаясь: — Я умею дышать и здесь. Можете сами отправиться, — переводя взгляд на них он не заметил никакой реакции, — Между прочим я занят. Джон, разве не знаешь мой не гибкий график? Мисс Хадсон перевела взгляд на Ватсона и слегка замялась. Тут они кое-что не договорили.  — Ничего не было, я отложил все на месяц.  Он посмотрел на обоих. И второй раз за вечер замолчал не чтобы возразить, а потому что не знал, что сказать. Тишина чуть затянулась. Джон спокойно добавил: — Боже, Шерлок мы не вытаскиваем тебя в цирк. Всего лишь отдых. Можешь даже не разговаривать ни с кем. Просто… побудь в другом месте, а? Шерлок встал, словно что-то внутри его подтолкнуло. — Я подумаю, — бросил он, уже идя к двери. И добавил, почти неразборчиво, но достаточно, чтобы они услышали: — Почти согласен. Мисс Хадсон кивнула так энергично, что серьги звякнули: — Вот, я же говорила! Он вышел из комнаты, и теперь Мисс Хадсон, без прежней энергетики и с нескольким недоумением, задала вопрос: — А зачем ты отложил все на месяц, Джон? — Мм… отдых длиться две недели? — Как?…  — Я же не ваш менеджер. Прочтите, — он придвинул брошюру поближе к ней, — Вот указана дата, — провел он пальцем, — Вы когда брали сразу сюда притащили?  Она кивнула и озадаченно отвела взгляд.  — Это же больше проблем тебе не доставит?  Он приоткрыл рот и отвёл взгляд. — Не думаю, что мне сложно. Шерлок быстро заглянул в комнату. — У меня встреча, я позвоню если что. — Уже вечер, Шер. Куда ты собрался? — спросил Джон, не поднимаясь с кресла. Ответа не последовало, — Ты только что поселился обратно у меня дома, — мягко напомнил тот, — Может, стоит хотя бы объяснить, куда ты идешь? Я все так же твой менеджер. Шерлок провёл рукой по волосам — жест нервный, редкий для него. — Я должен кое-кого увидеть. — Кого? Пауза. — Ну ты знаешь? Джон тихо кивнул — не давил, не расспрашивал. — Когда вернёшься? Шерлок впервые посмотрел ему в глаза. — Я… позвоню? Джон кивнул ещё раз, принимая это как единственный возможный ответ, и уже повернулся обратно к Мисс Хадсон, собираясь что-то ей рассказать.

***

Шерлок идёт по улице, не замечая прохожих. Воздух холодный, влажный; шаги гулко отдаются в груди. Что он скажет Уильяму? Зачем вообще идёт? Его раздражает собственное отсутствие плана. В руках держал письмо и время от времени перечитывал заголовок. Моему дорогому Шерлоку. Подписывать даже не пришлось, но почему было просто не позвонить или не написать короткое сообщение? Ведь мы давно на шаг впереди всех старых методов. Хотя, если Уильяму так нравится больше, Шерлоку не составит труда начать такое необычное общение. Он заметил его ещё издалека. Уильям сидел на краю лавочки, чуть наклонившись вперёд, как будто пытался слиться с потоком людей в парке. На коленях газета, в руках стаканчик с пломбиром и клубничной стружкой. Смешное, почти детское несоответствие. Он ел медленно, сосредоточенно, как будто это было какое-то задание, а не просто мороженое. Когда Шерлок подошёл, Уильям поднял глаза спокойные, но усталые, с тем осторожным интересом, который всегда появлялся, если дело касалось его. — Подумал, ты не придёшь, — тихо сказал он. Шерлок сел на другом конце лавочки, сохраняя привычную дистанцию. На секунду повисла тишина. Уильям наклонил стаканчик к нему. — Хочешь? Его делают здесь лучше всего. Одна порция довольно большая для двух. Было бы расточительством брать два. Шерлока ничуть не смутило высказывание. Он покосился на тающую кромку, тонкую струйку, бегущую по пальцам Уильяма. На секунду он хотел отказаться по инерции — привычно, автоматически. Но неожиданно даже для себя сказал: — Да. Он примостился еще ближе и осторожно взял мороженное. Немного попробовал и только легкое движение бровей выдало, что ему действительно нравилось. Он редко соглашался на что-то настолько… обычное. Но почему-то — сейчас согласился. Уильям наблюдал за ним с неким вниманием. Для него Шерлок есть и будет крайне интересным человеком. Он бы сказал что он изумителен, если бы позволил себе подобные слова вслух. Никаких изъянов Уильям в нём не видел, вопреки тому, что другие так настойчиво пытались ему внушить. Минуту или две они ели молча. Тишина была не неловкой — скорее наполненной маленькими, но тяжёлыми смыслами, которые никто не спешил произносить. Шерлок первым нарушил её. — Почему именно здесь? — он повёл ложечкой в сторону улицы и передал ее Уильяму, — У меня создаётся впечатление, что ты мог выбрать любое другое место. — Мог, — согласился Уильям. Он сделал ещё один небольшой шаганчик ложкой и спокойно добавил: — Но хотел быть именно здесь. Шерлок чуть приподнял бровь, жестом едва заметного вызова. — Ты хотел что-то увидеть? — Я собирался пройтись по ярмарке, — ответил Уильям так, будто это было самое обычное объяснение, — Она как раз открылась сегодня. В субботу здесь бывает интересно. Шерлок перевёл взгляд туда, куда направил голову Уильям: на дальние ряды флажков, огоньки, разноцветные палатки, наплывающий со стороны набережной запах обжаренного сахара. — Я должен был предположить, а ты против? — сухо сказал он и сделал ещё один маленький укол ложечкой в мороженое, будто размышляя, а после передал своему собеседнику. — Я может быть и сам предложил. Кто знает. Уильям едва заметно улыбнулся. — Хочешь пройтись? Пока всё не заполнили толпы? Шерлок откинул голову назад, словно пытаясь прочитать по лицу Уильяма дополнительный смысл. Но ничего явного там не было — только спокойное ожидание. — Я с превеликим удовольствием. И они двинулись в сторону ярмарки, Шерлок держал один стаканчик недоеденного мороженого на двоих. Гул ярмарки был почти успокаивающим. Люди смеялись, кто-то спорил, дети бегали между шатрами. Шерлок шёл чуть впереди, иногда останавливаясь, чтобы рассмотреть что-то, но взгляд не задерживался. Уильям впервые заговорил, когда они остановились у прилавка со свечами ручной работы — пахнущими мёдом и лавандой. — И… — он покачал ложечкой, делая вид, что его заботит исключительно та часть мороженого, что осталась на дне, — Как у тебя прошли последние дни? Пока меня… не было. Вопрос прозвучал почти небрежно. Почти. Уильям был достаточно проницательным, чтобы услышать в нём то, что Шерлок не произносил. Он задумался ровно на секунду, прежде чем ответить: — Несколько дел, но не тех, которые ты назвал бы интересными, — произнёс Уильям, он взял рассмотреть свечу в форме пышной розы, — Репетиции… — он лениво повертел свечу в пальцах и поставил обратно и они двинулись дальше. Много людей суматошно проходили рядом, где каждый нес что-то свое: горячий пунш, вафли посыпанные пудрой, охапку покупок. Приходилось быть осторожным, чтобы никого случайно не задеть, — Новый концертный сезон обещает быть скучным. А если ты уйдешь… — Уильям тихо втянул воздух и посмотрел на Шерлока, — Не знаю что мне остается делать. Шерлок повернул голову, прислушиваясь. Уильям продолжил — без пафоса, уверенностью в своих словах, но с лёгкой, почти невидимой усталостью: — Я говорю даже не о том, что ситуация поменяется и фанатов станет меньше, я вообще о другом… Я даже пытался начать писать что-то своё, особенное. Не те, простые мелодии описывающие все, кроме меня. И, знаешь… вышло удивительно плохо, — он качнул головой, — Но неважно. По сути, ничего интересного. Лондон шумит, я играю, и всё идёт своим чередом. Шерлок внезапно остановился — так резко, что Уильям по инерции сделал ещё один шаг вперёд. Толпа тут же недовольно зашумела: кто-то пробормотал что-то раздражённое, кто-то едва не столкнулся с ними, кто-то выставил руку, удерживая чашку с горячим кофе. — Осторожнее! — бросила женщина в шерстяном шарфе. Шерлок, не обращая ни малейшего внимания на протесты вокруг, взял Уильяма за локоть. Не грубо, но уверенно — так, как делают люди, привыкшие действовать раньше, чем принимать решения. Он шагнул в сторону, туда, где ярмарочный шум был чуть тише, а движение людей — не таким плотным. Уильям удивлённо моргнул, но не сопротивлялся. Шерлок наконец повернулся к нему лицом — слишком внимательно, слишком прямолинейно. Моргнул, будто не до конца уверен, верно ли уловил смысл услышанного. — Подожди… не ухожу я. С чего ты взял? — Шерлок поднял голос, не потому что злился, а потому что иначе просто невозможно было перекричать музыку, которая внезапно загрохотала со сцены неподалёку, — Не описывай свою музыку, так будто это просто. Толпа за их спинами продолжала грохотать, кто-то смеялся, кто-то спорил о цене карамели, но Шерлок смотрел только на Уильяма — внимательно, но не нападая, просто пытаясь понять. Им приходилось говорить чуть резче обычного, чтобы голос не утонул в гуле. — Да? Ты слышал, что я сказал? — он сделал шаг ближе, потому что иначе даже интонация терялась, — Ты всё слышал? — Да, слышал! — почти выкрикнул он, — Именно поэтому и спрашиваю! И разговор стал звучать так, будто они спорят — хотя оба знали: это просто ярмарка, просто шум, просто необходимость говорить громче, чем хочется. Уильям смотрел на Шерлока и постепенно понимал: тот действительно не уловил, что между строк было важнее самих слов. То, что он просто выпалил и не хотел обсуждать. Шерлок просто спрашивал, искренне, почти спокойно — значит, он не понял. Не догадался. Не прочитал. Уильям отвёл взгляд на секунду, будто собираясь с духом, потом снова посмотрел прямо на него: — Я… не об этом говорил, — произнёс он чуть тише, не достаточно громко, чтобы перекрыть нарастающий гул толпы, — Не о концертах. И не о зрителях. Он коротко выдохнул, словно признаваясь себе, что выходит на тонкий лёд. Разве Шерлок не его первый друг? Казалось это так с двух сторон. — Я имел в виду… что хотел бы продолжать видеться с тобой. Даже если бы у нас не было поводов. Даже если бы мы больше нигде не пересекались по работе. Он сказал это сухо, почти буднично — как факт, а не признание. Но эти слова дались заметно тяжелее, чем он готов был признать. Незаметные жесты, которые Шерлок, конечно, увидел бы… если бы знал, куда смотреть. Шерлок едва заметно нахмурился. Слова Уильяма опоздали на секунду-две — будто мозг догонял смысл, ещё удерживая прежний, неверный контекст. Музыка снова ударила по площади, на этот раз громче, с хриплым басом, и им снова пришлось говорить почти криком. Но Шерлок не говорил. Он разглядывал Уильяма так, как будто только что увидел в нём нечто совершенно новое. — Ты хочешь сказать… — начал он, но фразу тут же перебил чей-то смех у них за спиной и запах горячего сахара от проходящего продавца. Уильям терпеливо, но с напряжением произнёс: — Да, именно это. Я думал, ты понял. Шерлок медленно выдохнул. Полсекунды он стоял абсолютно неподвижно — редкое состояние для него. А потом сказал, наконец, ровно, без попытки уйти в шутку или анализа: — Нет. Не понял. Толпа заслоняла часть света, кто-то прошёл между ними, и Шерлок чуть наклонился, чтобы его слова не потерялись в шуме: — Если бы понял… — он прикусил фразу, подбирая верный её вариант, —Я бы не задавал такие вопросы. Уильям смотрел внимательно, ожидая продолжения. — И… — Шерлок продолжил после короткой паузы, — Я бы не возражал. Музыка снова переключилась — ярмарочный мотив, лёгкий, почти нелепый на фоне их разговора. Уильям моргнул, словно не сразу поверив, что услышал. — Не возражал? — переспросил он. — Да, — подтвердил Шерлок, почти устало, потому что приходилось перекрикивать всё вокруг, — Тому, что ты хочешь продолжать видеться. Даже без повода. Он отвёл взгляд на секунду, чтобы не уткнуться глазами прямо в Уильяма, слишком близко, слишком открыто. — Я… не против. Не заявление. Не признание. Просто честность — редкая и потому тяжёлая. Уильям на мгновение опустил плечи — будто в нём что-то расслабилось. Даже лицо стало чуть спокойнее. Он чуть отвёл взгляд в сторону, показывая, что не собирается теснить его вопросами. После того как Уильям оповестил всех в доме о встрече, перед выходом Альберт, поправляя манжету, произнёс почти между делом: «Дай ему пространство, Уилл. Сейчас ему это нужнее всего». Несколько секунд они молчали, и только тогда Уильям легко сменил тему — будто возвращаясь на поверхность: — Ладно, — сказал он тихо, уже без напряжения, — Тогда… идём? — Куда именно? — уточнил Шерлок. Уильям слегка кивнул в сторону ряда ярко подсвеченных палаток, где мерцали гирлянды и шумели люди. — На ярмарку. — Зачем? — спросил Шерлок автоматически, — Я имею в виду, что сейчас там толпы… — Затем, — Уильям едва улыбнулся краем губ, — Что это куда приятнее, когда рядом есть кто-то рядом. Он слегка наклонился вперёд и поднёс взгляд к Шерлоку. — Идем, друг? — сказал он, напевая словами лёгкую шутливую интонацию. Хотя, возможно, это и не то слово, которое имелось в виду. Или — именно то, что Мориарти хотел сказать. Он почему-то был уверен, что Уильям вкладывал в их отношение… чуть больше глубины. И если нет — он примет это. Он всегда принимает факты. Но лёгкое, крошечное ощущение чего-то сместившегося всё же кольнуло. Шерлок задумался на секунду, изучая выражение лица Уильяма, и сразу, как тот был готов повернуться и уйти, легко коснулся его локтя. — Лиам, у меня есть кое-что, что может занять нас немного дольше, — сказал он спокойно, но с едва заметным блеском в глазах, — Чтобы проводить больше времени вместе. Уильям приостановился, слегка наклонил голову, ожидая продолжения. — Круизный лайнер, — произнёс Шерлок ровно, словно просто констатируя факт, — Noatic. Он отправляется в начале недели. Зимний маршрут: Шотландия, несколько северных портов. Ненадолго. Но достаточно, чтобы… — он пожал плечами, будто ищет нейтральную формулировку, — Привести мысли в порядок и не скучать в одиночестве. — Ага… Понятно, — сказал он тихо, — И ты считаешь, что это хорошая идея? — Считаю, — ответил Шерлок, аккуратно отворачиваясь, чтобы не выдать, что предложение ему самому доставляет странное, но тихое удовлетворение, — Ты со своей семьей, а я со своей. — Хорошо, — кивнул Уильям, принимая незамедлительное решение, — Я с радостью составлю компанию. Думаю Альберт и Лиам тоже. Их взгляд встретился на мгновение, тихий и спокойный, затем Шерлок взял его за руку. Тонко, почти как проверка реакции, а не как давление. — Пошли, — сказал он тихо, почти для себя, и повёл Уильяма сквозь толпу ярмарки. Уильям не сопротивлялся, чуть улыбнувшись. Толпа вокруг грохотала, огни мерцали, музыка звучала громче