Вересковый яд

Открываю журнал «насекомые». Скоро позовут на групповую терапию я знаю. Просто худшее что может быть. Пытаются заставить разговаривать и делиться чем-то о себе. Стремнее не придумаешь. Нет я доверяю врачам в принципе но не всем. Чёрт, даже растений тут нет. Хотя они бы тут все сдохли. В коридоре видел горшок с филодендроном — у него кусок отгрызан. Я представил как это произошло и мне стало смешно. Наверное пацану пришлось промывание желудка делать. — Джейсон, слушай меня. <…> Я не видел этого доктора раньше. Сдержанная и накрашенная зачем-то. Градусах в 110 от меня сидит металхэд с обеда. Он смотрит вниз. — Всем добрый день! Напомню, что меня зовут доктор К. На нашей сегодняшней встрече присутствует новый участник. Джейсон, можешь поздороваться со всеми. Это нужно просто перетерпеть. — Привет, Джейсон, — шепнула девочка-подросток сидевшая рядом. По телу пробежали противные мурашки. — Привет, Джейсон. — Рад познакомиться, мистер Зодиак*, — благожелательно поприветствовал меня парень похожий на обросшего крошку Билли ну того самого из фильма**. Раздражающий человек. — Бесит, сука. — Фредерик, будь тактичнее. Мы все обычные люди, просто со своими проблемами, — с наставлением произнесла доктор. Как душевно. — Хорошо. Я рада тебе, Джейсон, — у доктора мягкий расслабляющий голос. — Я напомню основные принципы нашей работы. Чтобы что-то получить от встречи, хорошо, если вы будете максимально включаться в обсуждение. Общение с другими людьми раскрывает возможности и способности человека, учит его понимать себя, свои мысли, эмоции, укрепляет уверенность в себе. Но даже молчание и отсутствие участия может не быть случайным. Также каждый из вас имеет право на «стоп», в таком случае никто, даже я, ничего не может с вами сделать без вашего согласия, например прикоснуться или посочувствовать. — Кто-нибудь хочет рассказать, как он себя чувствует? Что произошло с момента прошлой встречи? — Я хочу, — откликается шатен с суровым лицом. — Мне не нравится еда, которую нам дают. Надо написать петицию, чтобы поменяли комбинат. Каши, какао, гарниры… Позорище. Меня в школе лучше кормили, а я учился в Лоунере! Только супы более-менее. А остальное — позорище. — Я не понимаю что происходит, я только что был не здесь и… — К сожалению, Энрик, в нашей больнице не такое хорошее финансирование, как хотелось бы. Но ведь наша еда тоже очень полезна и питательна. Однако, ты можешь написать обращение на имя директора, если хочешь. Он соглашается и с довольным видом откидывается на стуле. Идиот. Доктор выжидающе смотрит на остальных. Мне стало её жаль. Но я лучше посмотрю как это делают другие. Тот лохматый черноволос-металхэд поднимает руку. — Нам раньше выдавали по 5 сигарет в день. А теперь выдают по 2. Это как понимать? — Не я ответственна за такие решения, Нико. Мне жаль, что это доставляет тебе неудобства. — Да я не вам, просто обидно, — скептически смотрит в пол. — И Энрик прав, раньше качество еды было получше. Больница катится в ад. — Недавно нам снова урезали финансирование в пользу Частной. Не знаю, почему, но… — Зато я знаю, — с довольным видом протягивает рыжий пацан. — В пользу Частной, как же. Птичка напела, что нашего директора собираются спихнуть. Вот он и пытается последние деньги себе в карман припрятать. — … может быть, и так. В любом случае, мы ничего не можем с этим поделать. Поэтому остаётся только ждать. — И сколько нам ещё питаться этой бурдой?! — Мне теперь два раза в день курить?.. — Я тоже хочу денег! Я их больше заслужил, чем этот мошенник! Потрясающе. — Директор скоро падёт, а на его место придёт новый. Всё к лучшему. — А если новый будет хуже? Что тогда? — Хуже С.? Я тебя умоляю. — Тебе реально не всё равно? Как же давно я не видел Несси. Надо было прийти к ней до того как сдаться полиции. Но ведь я не мог мне запретили. А почему? Я ведь даже тогда никого не убивал. Я и не помню даже такого. Убийство... Не уверен что оно вообще было. А как хорошо с ней на даче летом. Игры в бадминтон и фрисби. Она мне венки плела из одуванчиков. Я так никогда не был счастлив как тогда. И волосы мне больше некому заплетать, я сам не умею максимум хвост могу. Хотя мама тоже заплетала. По маме тоже скучаю. Надеюсь и она по мне скучает. — … осознавать особенности своего мышления и, исходя из них, строить коммуникацию с людьми наиболее приемлемым способом. Мне здесь тяжело я ничего не понимаю. Они обсуждают не привлекательные вещи. Зачем говорить на неинтересные мне темы? Я лучше поделаю что угодно кроме этого. Там в коридоре растения есть. Хотя мне нельзя в коридор. Тогда потерплю ещё. Не могу сейчас попасть куда-то кроме палаты и столовой. — … позитивного отношения к себе, принятие своих эмоций, жизненного опыта. Я часто хочу спать чтобы видеть сны. Я люблю сны. Они настоящие. Просто это другая вселенная. А здесь я ещё больше хочу спать. — … развитие навыков более свободного межличностного общения. Солнце светит прямо в глаз. По полу бежит таракан. Кажется его никто не видит. «Таракан к стеклу прижался И глядит, едва дыша… Он бы смерти не боялся, Если б знал, что есть душа.» Крошка Билли наступил на него. Мне стало неприятно — всё-таки заметил. Что ему этот таракан сделал? Просто бежал по своим каким-то тараканьим делам. Таракан тоже человек. У него свои дела. Поесть там, например. Ну он же тоже живой. И ест. И спит наверное. Ну должен спать же, нет? «Ты, подлец, носящий брюки, Знай, что мертвый таракан — Это мученик науки, А не просто таракан.» *** Что же это я? Таракана обсуждаю когда солнце прямо в глаз светит. Я сквозь боль всматриваюсь прямо в него. Всё вокруг пошло пятнами. Я вдруг увидел себя как бы сбоку и без зрачков. Просто голубой диск на фоне белка. Кажется, у меня волосы на лице? Не могу их смахнуть. Я же сбоку а не в себе. Такое случается. Иногда ты просто ничего не можешь поделать. Иногда всё настолько просто что даже нельзя постараться. Иногда ты просто невидимая камера в эфирном пространстве, можешь только наблюдать. И ничего не чувствовать, не слышать. Не в силах что-то изменить. — Я тоже тебя вижу. Но, кажется, пора возвращаться. Я бы долго наблюдал если бы откуда-то издалека не услышал сигнализацию. Я словно очнулся ото сна. Смотрю вокруг. Все такие… медленные. Ничего не понимаю. Что стряслось с людьми? Почему все уходят? Сильный толчок в шею. Оборачиваюсь — санитар. В нос вдарил запах гари. — Ты чё сидишь, жить надоело? На выход, живо! Так вот оно что. Эвакуация. Мы реально горим? Я хочу посмотреть. Но как только я высунулся в сторону отделения меня грубо уволокли в противоположном направлении. Ну вот как всегда весь праздник без меня. А ведь я мог бы помочь. Вывели на свежий воздух. Трава. — Трава, трава, зелёная… прелестная, чудесная. Да-да знаю. Забор выгораживает меня от остального мира. Двор полон людей. Я и не знал что у нас в больнице их столько. Во всей этой ситуации я могу радоваться только смене обстановки, меня пока нечасто выпускают на улицу. Когда перейду в другое отделение смогу гулять каждый день. Если конечно сейчас всё не сгорит к чертям. Ну тоже неплохо — попаду в Частную. Денег мне должно хватить. Проталкиваюсь в угол двора чтобы было на что облокотиться. — Приложить достаточно силы и забор сломается. Смотря как распределить вес. Если бы вся эта биомасса во дворе была сконцентрирована на заборе он бы точно поломался. Они об этом не думают. Но это я так. Бежать-то я не хочу. Любопытно что же там всё-таки? У нас пироман завёлся? Я бы с ним познакомился. Огонь меня впечатляет. Я постоянно сомневаюсь стоит ли мне с кем-то знакомиться. Нет я никогда не знакомлюсь. Просто вечно подумываю об этом. Мне пожалуй слишком тревожно чтобы знакомиться. Рисков немерено да и я весь выжатый после общения. Да что там за ложная тревога? Пойду посмотрю. Шучу. Надеюсь что-нибудь реально сгорит. В идеале вся наблюдательная палата. А то так не интересно. Жертв наверное не будет. Вон сколько народу. Куда больше-то. — Я бы этого хотел. Вообще, я рад. Хоть какой-то движ пошёл. Почаще бы так выбираться.