Каждую часть

Дима понимает, что это не телефонный разговор, но ему нужны ответы, тем более после сегодняшних серёжиных слов. — Ты про что? — прикидывается дурачком Антон, но Позову надоело всё это, ему нужна правда. — Мне не показалось, ты убил Андреева, — говорит Дима, — а сегодня ещё собирался кого-то убить, у тебя был нож, — говорит парень. — Какой нож? Это бред, Поз, не знаю, что на тебя нашло, но иди лучше отдохни, — Шастун возмущается. — Где ты сейчас? — Позов хочет прийти и разобраться. Какая гениальная идея, да он поступает прям как все главные герои каких-то ужастиков, решает один на один разобраться с маньяком, отправляясь в его логово. — У Арса, — Позов не знает, ложь это или нет, но ему подобное определённо не нравится и не то, чтобы он особо боится за Попова, он его и знает-то не особо хорошо, и тот, возможно, в целях самозащиты сможет Антона даже убить. Но Дима боится похерить отношения с коллегами, вламываться к ним посреди ночи — не особо хорошая затея. Он правда идёт сейчас к себе. Завтра утром будет разбираться.

***

Шастун врёт, с Арсением они расходятся ещё в офисе. Того отпускают раньше, Антона, наоборот, задерживают. Попов предлагает его дождаться, но парень говорит, что пойдёт сам. Нужно держать дистанцию. Шастун остаётся, а дальше у него очередной провал в памяти и он вообще не понимает как это всё происходит, почему Арсения он помнит, а какие-либо другие события нет. Будто внутри какой-то защитный механизм стоит. Приходит в себя Антон в своей квартире, в его руках нож: знакомый, слава Богу, не окровавленный. Шастун понимает, что уже поздно идти к Арсению, он ему пишет, спрашивает, дошёл ли тот до дома и какие у него дела. Парень звонит Диме, желая узнать, как он там, но натыкается на подозрения. Ему от этого только хуже, Шастун блокирует телефон и даже Арсению не отвечает, нужно отоспаться, может, пройдёт ощущение безысходности. Антон заходит утром в сеть и замечает несколько сообщений от Арсения, тот предлагает прийти, точнее ещё поздно вечером предлагал, и в данный момент, может, уже не хочет его видеть. Шастун хочет спросить, можно ли заглянуть, но замечает сообщение Паши об экстренном общем сборе. Облом. Антон поднимается, умывается и идёт собираться, в этот раз внимательно смотрит на время, чтобы не приходить раньше, но он уже немного опаздывает. Парень решает после этого встретиться с Арсением, хотя он не знает, может, у того какие-то планы. В расследование врывается новый элемент. И этот элемент очень дорог Воле, поэтому всем слишком тяжело придётся. Добровольский неестественно бледен и раздражён, конечно, ведь в его отделе такое творится, да ещё и выходные нельзя сделать нормальные, всегда что-то случается. Паша окидывает взглядом сотрудников, всех пятерых, даже протрезвевший Серёжа здесь. — Сегодня рано утром, в шесть часов, была похищена моя жена — Ляйсан, она вышла, чтобы пробежаться по парку, по будням мы бегаем вместе, сейчас я решил отоспаться. Её похитили прямо из парка и отвезли в какое-то заброшенное здание. В семь утра, когда я понял, что она ещё не дома, я постарался ей позвонить, но телефон оказался в недоступном режиме. Я вызвал сразу оперативную группу и отправился в парк, там никого не оказалось. Пришлось обыскивать весь район, потом пришла идея пробить её фитнес-часы по геолокации, повезло, что они модные и навороченные. Это помогло, через несколько минут мы уже были на месте. Она сидела одна посреди тёмной комнаты, привязанная к стулу и со следами физического насилия. Я убью всех, кто её хоть пальцем тронул. Я уверен, что это связано с убийствами, поэтому вы отсюда не уйдёте, пока мы не отработаем варианты всех возможных подозреваемых. И если с моей женой сделали что-то похуже, то я собственноручно убью этого человека. — Паша ужасно зол, и это пугает всех. Антон спокойно выдыхает. Он знает, что к этому не причастен, а значит есть шанс, что убийца не он тоже. Им приходится заново просматривать все дела, связанные с убийствами коллег, но результата ноль, они даже между собой с натяжкой связаны, а с Ляйсан уж точно никаким боком. Шастун замечает Арсения, тот совершенно не выспавшийся, видимо, расследованием занимался и Антону хочется о нём позаботиться. Он идёт к Паше, но в чужой кабинет заходит уже не он и парень слышит, какие-то ругательства со своей стороны, спокойные ответы Добровольского, пока что он различает только тон голоса, слова все превращаются в одно неразборчивое месиво. — Простите, — Шастун еле-еле возвращает себе контроль. Воля не задаёт никаких вопросов, наверное, решил, что у него нервный срыв. — Я рассмотрю твоё предположение, что с убийствами это не связано, но всё-таки странно, что именно с моим отделом и с моей женой происходит такое. И я очень сильно устал, Антон, я не хочу ещё кого-то потерять, — Паша тяжело вздыхает, и Шастуну его очень по-человечески жаль. — Ладно, иди скажи остальным, чтобы занесли мне все бумаги и шли отдыхали, в понедельник встретимся, и пожалуйста, берегите себя. Я знаю, ты с Димой дружишь и с Арсением у тебя что-то, поэтому следите друг за другом. — Хорошо, спасибо, — Шастун уходит, его всё ещё волнует вопрос, что он наговорил Паше, но легче забыть об этом. Он сообщает, что Добровольский вызывает их с отчётами, а сам подходит к задремавшему Арсению, обычно тот энергичный и продуктивный, сегодня с этим человеком что-то не так. — Шастун, мы поговорим, и даже не вздумай от меня бегать, — предупреждает Дима, Антон кивает, но в данный момент ему не до этого. — Арс, Арс, просыпайся, нас отпустили, — Шастун треплет его за плечо, вызывая только какое-то мотание головой. Антон замечает, что коллеги все ушли в офис к Воле, а это значит, что можно наклониться к Попову и поцеловать его в сосредоточенно наморщенный лоб, от такого Арсений уже приподнимается и тупо смотрит вперёд. — Арс, сейчас домой пойдём, ты только Паше отнеси документы. Попов всё ещё не въехал, что от него хотят, а Антон сидит рядом и смотрит на него внимательно, как же он сильно привязался к коллеге. Шастун не понимает, что с ним такое, но Арсений уж слишком для него важен, без Арсения он не может. Он ужасно боится как-то навредить этому человеку. По Попову заметно, что его жизнь далеко не сахар и Антон не хочет её усложнять, только вот уже поздно об этом думать. У него что-то с головой не в порядке, он вообще возможно людей мочит и Арсению точно нужно держаться от него подальше. Но внутри парня сидит собственник, который не собирается его отпускать. — Шаст, сколько времени? — Попов более или менее приходит в себя. — Полвторого. Что ты ночью делал? — интересуется Антон. — Нашёл кое-что, — делится Арсений, вставая со своего места и направляясь куда-то, судя по тому, что без отчётов, значит не к Воле. Шастун идёт за ним. Ему протягивают телефон с открытой фотографией и он присматривается, замечает их коллег. — Они общались и часто проводили время вместе с какой-то компанией. Это пока что единственная зацепка. И я пытался кого-то ещё из этой компании друзей найти, но пока что безрезультатно. — Арс, тебе нужно отдохнуть, — говорит Антон, — а потом мы вместе поищем этих людей с фотографии. Ты вообще молодец, что так продвинулся в расследовании. Паше скажешь? Они подходят к кулеру, и Попов наливает себе стакан воды. — Нет, я хочу добиться каких-то реальных фактов, тем более, что у него сейчас и без этого забот хватает, — отвечает Арсений. — Зайдёшь ко мне сегодня? — Обязательно, — соглашается Шастун, — Только с Димой переговорить надо. — По поводу того, что он видел? — уточняет Попов и мнётся, будто не решаясь что-то сказать. — И это в том числе, — Антон не хочет много всего скрывать от Арсения, хотя если он расскажет сейчас про провалы в памяти и сидящего внутри монстра, то их отношения вероятнее всего закончатся. — Я хотел сказать, что видел такие моменты, когда твой взгляд был необычным… грубым, желающим уничтожать, но я не верю, что ты способен на убийства. — Антон стремительно меняется в лице, он боится, что Арсений видит его насквозь, тот замечает это, — Шаст, прости… Я думаю, у меня тоже иногда бывает такой взгляд и в этом нет ничего страшного. Если бы это был просто взгляд. Шастун понимает, что страшное как раз есть, но сделать с этим он ничего не может и не сможет к сожалению. Так же как и найти в себе силы признаться, что он больной, ненормальный, помешанный. Он не хочет, чтобы Арсений видел его таким, чтобы отказался или наоборот с ним носился. — Отнеси отчёты Паше, а я найду Диму, встретимся через пятнадцать минут у выхода, — закругляет тему Шастун. Позов ждёт его уже в офисе. — Я не доверяю тебе, пойми, Антон, ты дорог мне как друг, но всё, что происходит, я не могу понять, что это вообще значит! — начинает Дима. Парень вздыхает, ему бы самому неплохо было бы понять, что происходит. — Шаст, если бы я правда думал, что ты убийца, я бы не разговаривал сейчас с тобой, но с тобой явно что-то не так. Шастун закрывает глаза, собираясь что-то ответить, а потом опять провал в памяти, и Дима сидит перед ним такой испуганный. — Что случилось? — Антон смотрит на часы, он выпал всего на пять минут, и такая власть над ним со стороны его внутреннего монстра уже который раз за день пугает до чёртиков. — Н-ничего, я всё понял, — Дима вскакивает и убегает. Сегодня они не поговорят ещё раз точно. Шастун пытается напрячься и вспомнить, но в мозгу пустота. Он решает отложить все эти переживания на вечер, сейчас его ждёт Арсений, и он ни за что не позволит причинить ему вред. Всё же нужно разобраться и с Димой, понять, что он ему такого наговорил. Попов стоит около выхода, прислонившись к стене, одет он не по погоде, так что вероятно ещё и замёрзнет, тем более в таком сонном состоянии. Антон за него переживает, хотя переживать надо бы за себя, чтобы не причинить ему вред. Внутри Шастуна сейчас гигантское желание оберегать, и вместе с этим сидит кто-то, кто, наоборот, может навредить, кого не волнуют чужие чувства, у которого на первом месте свои потребности и первобытное желание убивать. Антон приобнимает Арсения. Тот вздрагивает, видимо, не особо ожидает да и не любит, чтобы его трогали на людях. Но Шастун сейчас не сдерживается. До чужого дома идти недолго и это очень хорошо. На улице ранняя осень, но ветер уже достаточно холодный, чтобы простудиться. Попов смотрит на него доверительно, и Антону это, с одной стороны, очень приятно, но, с другой, он боится, что не сможет это доверие оправдать. — Я пойду умоюсь и пососёмся, — заявляет Арсений. Шастун кивает, ему вариантов выбора особо больше не давали. Такая непринуждённость всегда педантичного и строгого Попова расслабляет, а ещё в его словах слышится доверие. Антон ждёт, кажется, Арсений там не только умывается. Выходит он в халате, и Шастун понимает, к чему это всё ведёт. От предвкушения потеют ладони, а что-то внутри переворачивается, хочет вылезти. Но парень не позволяет, сейчас он Арсения не отдаст, его внутренний монстр и так забрал их первый если это можно так считать раз. Антон успевает помыть руки на кухне, так что сейчас он спокойно касается чужого тела, пока что махрового халата и тянет Попова на себя. В прошлый раз он заметил, что тому нравится страсть, быстрота, в какой-то мере даже грубость. Шастун не такой, он всеми своими фибрами души за нежность, но сейчас притворяется, так как хочет понравиться, специально всё делает резче. К сожалению, ощущения из-за этого сильнее не становятся. Арсений кивает на свою комнату, подталкивая его туда. Они не целуются, не срывают друг с друга одежду, просто идут, а там уже Попов останавливается. — Расслабься, Антон, — просит он, подходя вплотную и целуя, поглаживая руками кожу под задравшейся толстовкой, как хорошо, что им разрешают ходить в штатском и неофициальном стиле. Шастун зажимается, всё это и непривычно и слишком уж хорошо. Он облизывает чужие губы, проходится языком по зубам, мягко, изучающе, не толкается, не вылизывает нёбо жадными мазками, ему такое не нравится. Арсений сам достаточно сдержан сейчас и только руки немного распускает. Антон не особо уверен в своей фигуре, у него нет подтянутого тела, где-то он слишком дрыщавый, где-то имеется немного жирка, это Арсений эталон красоты: он видел, он помнит. Чужие руки щекочут, сжимают и приносят много ощущений. С Поповым их вообще всегда много, и Антон выгибается навстречу, а своими ладонями лезет под халат. Арсений не против, он, наоборот, помогает ему, развязывает и предстаёт абсолютно голый, слегка возбуждённый. Шастун замечает россыпь родинок на груди, кожа далеко не идеальная, но в этом и заключается вся прелесть. Обнаженное тело манит прикоснуться, но он не уверен, что сможет сейчас дать Попову то, что ему нужно. — Можно поцеловать? — интересуется Антон, слегка отстраняясь. На него смотрят с немым вопросом. Они и так вроде бы целуются, но Шастун наклоняется, переходя губами на шею, затем на грудь. Наконец он трогает, не пальцами, губами, и так даже лучше. Арсений что-то удивлённо шепчет, но не отстраняется, наоборот, подаётся вперёд. Ему хорошо, Шастуну тоже, но идиллия не может длиться вечно. Тишину прорезает рингтон телефона, и это Дима, которому срочно нужно поговорить. И он почти под дверью. Антону в один момент становится как-то не по себе и он быстро собирается. — Мне нужно домой, Арс. Тот кивает, хотя не особо рад перспективе, что его оставят тут голого и возбуждённого. Шастун сталкивается рядом с Димой у подъезда, точнее опять не он, а то, что контролировать не получается, он говорит всего лишь несколько слов, а Позов снова испуган и быстро кивает. Антон идёт домой, так хочется вернуться и продолжить, но нет, он не может, и дело не в защите Арсения от себя. Дело в Диме и всей этой ситуации. Разбираться не хочется. Он просто трус. Шастун убирается в комнате, надеясь хоть так успокоиться, а потом замечает за плинтусом какую-то бумажку. Странно, это место он как тайник не использует, у него есть другое, но это кстати тоже неплохим кажется. Он разворачивает и читает. Там имена и даты, выведено всё знакомым почерком, но он не может понять чьим. «Антон Захарьин 09.09 Андрей Андреев 13.09 Сергей Матвиенко 17.09»