Руководство Лань Чжаня о том, как быть родителем-одиночкой

Худшие из наших воспоминаний нападают на нас в наших ночных кошмарах

      Воздух вокруг Цзинши был тих. Двое спящих Лань довольствовались своим сном, пока часы тикали до раннего утра. Младший начал проявлять беспокойство, поскольку воспоминания, которые поселились глубоко в его подсознании, снова начали всплывать на поверхность. Это случалось всего несколько раз с тех пор, как Лань Чжань спас его. Они стали сильнее, из-за чего маленький Лань начал плакать. — Мама! — раздался резкий крик — Мама, мама. — он повторялся снова и снова, с каждым разом становясь громче.       Лань Чжань подскочил в постели, его сердце подступило к горлу, когда он огляделся, услышав испуганный крик, он споткнулся со своей кровати и направился в спальню, где спал его сын. — А-Юань, — он позвал негромко, как он увидел влажное лицо. — Мама, мама! — закричал он, наконец открывая глаза. Только во время этих ночных кошмаров и несколько мгновений после них Лань Юань вспоминал о своей семье, вспоминал Вэнь и Вэй Усяня. — А-Юань, — позвал он, поднимая ребенка и держа его на руках, шестилетний малыш крепко прижался к нему. — Мама! Он ушел! — плакал Лань Юань, — Почему, почему он ушел, папа? — спросил он. — Они забрали его, они все уходят, я хочу их вернуть, я хочу их вернуть! — он кричал громче, цепляясь так крепко, как только мог, за своего папу, единственного человека, который его понимал. — Я знаю, мой А-Юань, я знаю, мой драгоценный сын — сказал Лань Чжань, изо всех сил пытаясь сдержать свое горе, чтобы он мог быть рядом и утешить своего сына. — Они причинили боль ему, они причинили боль маме. — всхлипывал он, — Почему они причинили боль маме? Он любил нас, держал плохих людей подальше.       Лань Чжань молчал, как он мог объяснить ребенку, что мир ненавидит его мать. Как он мог объяснить ребенку, что его собственные дяди с обеих сторон хотели его смерти, что те, с кем он подружился за последний год, хотели смерти матери Лань Юаня. — Я знаю, — пробормотал он, — я тоже хочу, чтобы он был здесь. — признался он ему, держа сына на руках, когда тот встал и подошел к своей кровати. — Мама! — закричал он, когда они вдвоем легли.       Лань Чжань на мгновение замолчал, когда Лань Юань прижалась к нему: — Как насчет того, чтобы я рассказал тебе историю о маме? — спросил он.       Влажные глаза повернулись, чтобы посмотреть на него: — Пожалуйста. — он шмыгнул носом, придвигаясь ближе к нему.       Лань Чжань начал поглаживать его по спине: — Когда я впервые встретил твою маму, он пробирался в Облачные Глубины, он нарушал правила. — начал он.       Лань Юань слушал, временами хихикая и замедляя дыхание во всех нужных местах, когда его глаза начали закрываться. Прошло совсем немного времени, прежде чем он снова уснул.       Лань Чжань посмотрел на своего сына, теперь, когда он спал, он мог позволить своим собственным слезам течь. Закрыв глаза, он посмотрел в открытое окно Цзинши: — Вэй Ин, все ли я делаю правильно? — спросил он. Он знал, что не получит ответа, даже играя в Запрос, он не получил ответа от Вэй Усяня. Посмотрев на ребенка, он убедился, что они оба укрыты, и вместо того, чтобы спать, как обычно, он свернулся калачиком вокруг маленького ребенка, как будто он мог защитить его от ужасов, которые ему снились.       Когда наступило утро, Лань Юань ничего не помнил из того, что произошло ночью. Его разум снова подавляет болезненные воспоминания о своей матери и о том, что случилось с его первой семьей на Могильных Курганах. Часть Лань Чжаня надеялась, что он никогда не вспомнит, но другая хотела, чтобы он это сделал. Чтобы он знал, что есть еще кто-то, с кем он мог бы поделиться хорошими воспоминаниями о Вэй Усяне.

-/-

Урок Лань Чжаня. Не имеет значения, помнят они или нет. Утешайте их, будьте с ними и делитесь с хорошими вещами. В глубине души они всегда будут знать, что вы рядом.