Informal Case

Кейт затаила дыхание, когда вошла в квартиру детектива. Она ожидала увидеть… На самом деле, Кейт не знала, чего ожидала, но все образы, которые всплывали в её голове до и во время поездки, исчезли так быстро, как будто их унесло порывом ветра. Панорамные окна с черными шторами, барная стойка с профессиональным оборудованием, широкий диван, усыпанный декоративными подушками и скомканным пледом, а также заваленный бумагами кофейный столик. — Чувствуй себя как дома, — сказала Елена, забирая у Кейт пальто и унося его в другую комнату, оставив гостью в полном шоке от происходящего. Я в квартире Елены, мать твою, Беловой… Кейт начала изучать гостиную, пока детектив была занята. Широкий телевизор покрылся тонким слоем пыли, как и тумбочка под ним, будто здесь никто не жил до этого вечера. Стиль минимализма никогда не привлекал брюнетку, но сейчас, осознавая, что этот стиль использует сама Елена Белова, Кейт хотелось запомнить каждый уголок квартиры, впитать каждую деталь. Особенно тот уголок, который явно отличался по цвету от остальной мебели. — Я займусь ужином. Ванная там, дальше по коридору, — детектив указала рукой и мягко улыбнулась сидящей за баром девушке. Вымолвив благодарность, Кейт направилась туда, куда указала Елена. Если бы она хотя бы знала о предстоящей ночевке до начала рабочего дня, возможно, она бы захватила с собой несколько вещей. Брюнетка уже смирилась с тем, что ей придется спать в одежде, не самой подходящей для таких случаев, и, возможно, проснуться раньше Беловой, чтобы тихо выскользнуть из квартиры и привести себя в порядок дома до того, как Елена заметит её утренний вид (как будто это волнует кого-то, кроме самой Кейт). — Я сделаю это быстро и тихо, она даже не заметит, — успокаивала себя девушка, продумывая план побега к восходу солнца. — И вообще… — Все тревоги, как удар по ребрам, испарились, когда Кейт нашла нужную комнату. Аккуратная, аскетичная ванная в светлых тонах казалась словно специально подготовленной для Кейт. Сложенное фиолетовое полотенце, запечатанная зубная щетка с маленьким тюбиком пасты и новая пижама — почти такая же, как та, в которой Бишоп лежала, когда заболела. — Елена Белова, самоуверенный ты сукин сын, — усмехнулась Бишоп, закрывая за собой дверь. Мягкий диван, шерстяной плед, неизвестный доселе сериал от Netflix и несколько коробок пиццы — вот оно, полное описание идеального вечера для лучницы. За всё время, что они провели в квартире детектива, девушки обменялись лишь несколькими дежурными фразами, как если бы они сожительствовали годами, настолько привыкшие друг к другу, что слов уже не требовалось. Кейт не могла оторвать взгляда от блондинки, смотря на неё чуть дольше, чем нужно, словно поедание пиццы было самым привлекательным занятием на свете. — Не понимаю, почему он так зацепился за эту Йеннифэр, — недоуменно хмыкнула Елена в паузе. — Возможно, он влюблен в неё, — предположила Кейт, смахивая с пледа хлебные крошки. — Влюбленные готовы на всё ради объекта своих чувств. — Девушки ещё не знали, что это было лишь желание Геральта, случайно выпустившего Джина из бутылки. — Как ты красиво говоришь, Кейт Бишоп, — прошептала блондинка, заставив младшую покрыться лёгким румянцем. — Как ты себя чувствуешь? — Так, словно могу лопнуть, — с усталой улыбкой ответила Кейт, и Елена улыбнулась в ответ. Затем последовал очередной зевок от Бишоп. Сериал захватывал, несмотря на то что ни одна из девушек не была поклонницей фэнтези. Тем не менее, этот вечер мог притянуть к себе что угодно. Елена смотрела внимательно, вслушиваясь в диалоги и размышляя, как писатель и режиссеры смогли так детально воссоздать каждого персонажа. Если бы это было возможно, можно было бы услышать, как в голове детектива работают шестерёнки. Кейт же почти лежала, сливаясь с этим невероятно мягким диваном. Легкий аромат цитруса и мяты окутывал её, а темнота комнаты с мерцающим экраном телевизора буквально убаюкивали. Пока Елена смеясь цокала и ухмылялась от реплик, Кейт аккуратно сползла ниже, устраивая голову на её коленях. Елена, казалось, на секунду окоченела, поразившись смелости Кейт. Сердце брюнетки билось в бешеном ритме, будто Белова могла в любой момент столкнуть её с дивана и выгнать из квартиры. Прикрыв глаза, Кейт начала медленно считать до десяти, пытаясь успокоить рвущееся наружу влюбленное сердце. Последние крупицы паники рассеялись, когда экран телевизора потух, а на его место пришло мягкое свечение, похожее на языки пламени, откуда-то с другого угла. Прохладная рука Елены несколько раз прошлась от локтя девушки до шеи, пока пальцы не зарылись в темные локоны и не начали мягко массировать кожу головы Кейт. — Кто там на фотографии? — Шепотом спросила брюнетка, почти тая от массажа. — Алексей и Мелина. Мои родители. — Ты на них совсем не похожа, — Кейт открыла один глаз, чтобы взглянуть на блондинку. Елена откинула голову на спинку дивана, открывая вид на изящную шею и острые скулы. — Они удочерили меня подростком, — ответила Елена, и это заявление потрясло Кейт. Теперь она поняла, почему они с Наташей так не похожи. — А Наташа? — Не сдержалась брюнетка. — Они удочерили её, когда она была совсем маленькой, — тихо сказала Елена, расчесывая спутанные волосы Кейт пальцами. — Как ты… Где ты была, до того как они тебя взяли? Елена поморщилась, как будто неприятные воспоминания впивались иголками в её сердце, но Кейт этого не увидела. Белова вдохнула, не переставая играть с волосами девушки, впитывая в себя сладкий запах вишни, который так отчётливо ощущался в воздухе. — Большую часть своей жизни я была в цепях, — хрипло, почти неслышно ответила она, ощущая ягодную сладость аромата. Кейт, не услышав быстрого ответа, подумала, что она заснула. — Время идет, Елена, и когда-нибудь ты скажешь, что была в цепях лишь малую часть своей жизни, — сонно ответила девушка, прижимаясь носом к животу Беловой и засыпая. Елена еще долго размышляла над словами Кейт, которая мирно посапывала на её коленях, улыбаясь то своим мыслям, то виду спящей девушки. И детектив просидела так всю ночь, перебирая вишневые локоны своего сонного ангела. Кейт Бишоп наконец-то смогла поспать.

***

Кейт проснулась от лучей солнца, что пробивались через панорамные окна. Она ощущала себя так, словно за ночь переродилась, как феникс. Моргнув несколько раз, Бишоп пробежалась взглядом по помещению, а затем резко вскочила, вспомнив, где она находится. Девушка совершенно не помнила, как заснула прошлой ночью. — Доброе утро, Кейт Бишоп, — поздоровалась Елена с кухни, как будто ничего необычного не произошло. — Привет, — ответила Кейт, чувствуя, как её лицо и шея начинают гореть. Она заснула на коленях Елены. На самой Елене Беловой! — Я слишком быстро заснула вчера, да? — робко спросила она, стараясь скрыть смущение. — Всё в порядке, — Елена поставила две чашки с ароматным напитком на стол, — сегодня сделаем исключение. Кофе, который приготовила Елена, был восхитителен. Кейт была готова поклясться (в сотый раз), что не пила ничего вкуснее в своей жизни. Осознание того, что она ночевала в квартире девушки, к которой чувствовала симпатию, и теперь она же приготовила ей кофе утром, вызывало рой бабочек в животе. Фантастика. — Господи, Детектив, это невероятно вкусно, — произнесла Кейт, не сдерживая восторга. В ответ Елена лишь улыбнулась, и сердце девушки растаяло. — Серьезно, я не пила ничего вкуснее! — Я рада, что тебе понравилось, — спокойно ответила Елена, как будто это было чем-то обычным. — Не знала, какой кофе ты предпочитаешь, поэтому сделала как себе. — Я обычно кладу меньше сахара, но мне нравится, — осознав свою ошибку, Кейт ахнула. — Боже, я все это время готовила тебе отвратительно горький кофе из автомата! Почему ты мне не сказала? — Ты так старалась, ангел, — прошептала Елена с такой искренностью, что у Кейт перехватило дыхание. — Я не могла лишить себя удовольствия видеть твоё милое лицо с каждой принесённой кружкой. От этих слов Кейт залилась краской и поспешила спрятать лицо в кружке с кофе. Елена же оставалась невозмутимой. Наглый ублюдок, — подумала про себя Кейт. Наглый и безумно привлекательный, если быть точной. Это было слишком мило — молчать о своём предпочтении в кофе, который детектив пила больше четырёх раз в день. На её месте, думала Бишоп, она бы предупредила ещё до того, как попросила бы кого-либо сделать кофе. Елена же по-рыцарски терпела, и от этого сердце Кейт забилось быстрее.

***

Пятница в NYPD всегда была похожа на фильм ужасов: бледные работники с медленной походкой, как зомби, и злой начальник, готовый расстрелять каждого, кто не уложится в сроки. Кейт собрала несколько документов в портфель, чтобы немного поработать на выходных, и с нетерпением ждала своего бывшего куратора в его кабинете. Дежурная полиция оцепила здание, о котором Томас проболтался во время допроса, и теперь напарники могли спокойно провести обыск. — Ходят слухи, что в NYPD приедет знакомый Ванды, — Клинт вернулся несколько минут назад и наводил порядок на своем столе. — Типа новенький? — спросила Кейт, разглядывая стрелы-сувениры, которые Бартон сделал своими руками. — Не думаю. Кажется, это какой-то популярный генеалог, — мужчина забрал из рук девушки стрелы и аккуратно вернул их на место. — Весело будет, — добавил он с неожиданной улыбкой, затем встретился с заинтересованным и ничего не понимающим взглядом Кейт. — И что это значит? — Увидишь, — пожал плечами мужчина, надевая куртку. — Что она увидит? — В кабинет неожиданно ворвалась Кэсси с огромной кипой бумаг. — Простите, что без стука, я просто… Тут это… — Клинт забрал тяжёлую стопку из рук шатенки. — Крепкие руки, — улыбнулась Кейт, предаваясь воспоминаниям о своих стажёрских временах. — Не совсем то, чего я ожидала от этой работы, но грех жаловаться, — жизнерадостно ответила девушка. — О, кстати! Пока не забыла! — Кэсси взмахнула руками, привлекая внимание. — В воскресенье я устраиваю вечеринку в честь своей первой годовщины в NYPD! Уже месяц, — снова улыбнулась девушка. — Я уже всех пригласила, и все дали согласие, так что вы просто обязаны прийти! — Напарники не успели ответить, как Лэнг быстро написала адрес и покинула кабинет, оставив напарников переглядываться между собой в полном недоумении. Кто вообще отмечает месяц работы? Клинт и Кейт провели тщательный обыск в заброшенном магазине игрушек. Они нашли билеты, о которых упоминал Томас, склад с оружием и семейную фотографию погибшего главы мафии. Помещение было обесточено, так что о информации с камер наблюдения речи быть не могло. Кейт сделала пометку проверить записи с ближайших зданий, но разрешение на это им, разумеется, никто не даст. Тогда она вспомнила о действующей охранной компании своей матери и своих способностях «угадывать» все придуманные Элеонор пароли. Продуктивную пятницу Бишоп завершала перепиской с Еленой и встречей с подругами. — Ох, боже, — Кейт упала на кровать, а Грир принялась расчесывать её темные локоны пальцами (как совсем недавно это делала Елена), пока Фрэнни перебирала выдвижные ящики в косметическом столе в поисках лака для ногтей. — Вы не представляете, сколько всего успело произойти, — подруги не виделись достаточно долго, и в голове Бишоп образовался ворох мыслей, которые она не разделила с ними. — Сексуальный детектив успела побывать на этой кровати, а? — подмигнула Фрэнни и несколько раз хлопнула по кровати, а потом схватила руку Кейт, чтобы сделать маникюр. — Нет! — слишком резко ответила Кейт, и девушки остановили свои занятия, загадочно переглянувшись. — То есть, она была здесь пару раз, но… Всё так непонятно! — Выкладывай, подруга. Кейт рассказала о том, что произошло с ней за время работы в NYPD. Начала с подробностей её первого дела, в результате которого её накачали седативными веществами, и Елена лично разобралась со злоумышленниками. Фрэнни и Грир почти завизжали, говоря о невероятной силе и крутости детектива. Когда Кейт дошла до рассказа о Кэсси, её подруги поделились на два лагеря: Фрэнни утверждала, что Кэсси нельзя доверять и её лучше сжечь на костре, а Грир всеми силами защищала стажёрку (возможно, потому что Лэнг идеально подходила под её типаж). И когда Бишоп наконец дошла до момента поцелуя Елены и Кэсси, Грир разочарованно выдохнула. Кейт поделилась всем, чем могла, не упомянув только своё нынешнее дело о Линчевателе. Назойливый голос Бартона всё ещё сидел в её голове. — И ты пойдешь на эту вечеринку? — спросила Фрэнни, заканчивая маникюр, а Грир принесла порцию горячего шоколада. На улице начался снегопад. — Почему нет? — Ну, не знаю. Я бы не пошла, — Фрэнни сдула мешающий ей кудрявый локон с лица. — А Елена пойдёт? — подала голос Грир, отпивая горячий напиток. — Она не собиралась, но пообещала прийти ради меня, — на лице Кейт невольно появилась улыбка. — О, подруга, это серьёзно, — Грир присела на пол, вытянув ноги в удобном положении. — Ты о чём? — Ты улыбаешься, как придурок. — Что? Нет! И я не… — Ха! Да, точно! Она улыбается, как придурок! — Фрэнни залилась смехом, буквально падая с кровати, а Грир присоединилась, и они обе заразили смехом Кейт. — Кто точно придурок, так это вы обе! — Кейт бросила в смеющихся девушек подушки и вскоре присоединилась к их смеху. Вот чего не хватало Кейт на самом деле — спокойствия и ощущения, что она снова жива. Вся эта работа и недо-любовные интриги вымотали её так, что она едва не разрыдалась (снова), увидев своё отражение в зеркале. Может, это и заметили её подруги, и именно поэтому одна из них вызвалась сделать Кейт макияж. В любом случае, сейчас она чувствовала себя в разы лучше. Она смогла высказаться, разделить волнующие её чувства и эмоции и, наконец, почувствовать себя обычным человеком.