Старейшина Илин

Когда они спустились в морг, их встретила Вэнь Цин. Её ледяное спокойствие дало трещину при виде брата. Она метнулась к нему, схватив за плечи, пальцы впились в пропитанную кровью ткань. — А-Нин! Ты цел? — в её голосе прозвучала тревога. — Да, — Вэнь Нин широко и счастливо улыбнулся. — Это не моя кровь. Цин выдохнула, выпустив его из рук, но её взгляд ещё секунду сканировал его, проверяя на отсутствие ран. — Что ты здесь делаешь? — резко нарушил семейную идиллию Усянь. Его голос был натянут, как струна. — Что-то с А-Юанем? — С ним всё в порядке. Он в моём кабинете. А с тобой хотят поговорить. — Кто? — Вэй Ин нахмурился, его взгляд, только что смягчённый при упоминании сына, снова стал острым и подозрительным. Вэнь Цин только развела руками — жест, полный неодобрения и усталой покорности обстоятельствам. — Ладно, — буркнул он. — Ребята, катите его… — он повернулся к Цин. — Какую комнату заняли даочжаны? Вэнь Цин молча махнула рукой в сторону тускло горящей лампочки у дальней двери. Ян с Нином, толкая каталку, направились туда, их окровавленные фигуры скрылись в полумраке коридора. Сама Цин жестом указала Вэй Ину в противоположную сторону — к тяжёлой металлической двери, ведущей в небольшое подсобное помещение, где обычно хранились реактивы и документация. Войдя, Усянь удивлённо приподнял бровь. Помещение было тесным, заставленным стеллажами с папками и банками. Посреди него, под единственной голой лампочкой, за маленьким столом сидел Вэнь Жохань. Мэр выглядел уставшим, его безупречный костюм был слегка помят, а на лице лежала тень озабоченности. — Господин Вэнь, вы что тут делаете? — спросил Вэй Ин, не скрывая раздражения. Запах формалина здесь смешивался с дорогим парфюмом, создавая сюрреалистичный коктейль. — Господин Вэй, — начал Жохань без предисловий, отбросив все церемонии. Его голос был низким, налитым свинцовой усталостью. — Я узнал, как эти бандиты так быстро всё провернули. — Так?! — не дожидаясь продолжения, Вэй Ин двумя ладонями ударил по столу, нависая над сидящим мэром. Стол дрогнул, зазвенев склянками. Двое телохранителей у стен напряглись, их руки потянулись под пиджаки. — Выйдите, — спокойно, но непреклонно сказал им Жохань. Охранники удивлённо переглянулись, но, встретив твердый взгляд шефа, молча вышли, прикрыв за собой дверь. — Слушаю! — прошипел Усянь, не отходя от стола. Его тень, огромная и угрожающая, накрыла Жоханя. — Увы, я не всесилен, — Вэнь Жохань переплёл пальцы на столе, глядя прямо на Вэй Усяня. В его глазах не было страха, только холодная, расчётливая ярость и горечь. — У меня тоже есть конкуренты. И довольно сильные. Это… представители одного из них. Самого неугомонного и жаждущего прибрать мой город к рукам. Видимо, это должна была быть шпионская миссия или провокация, но ребятам… не повезло нарваться на тебя. Вэй Ин фыркнул, отходя на шаг. — Вэнь Жохань! Ты можешь пускать пыль в глаза кому угодно, но не мне. Зачем было строить из себя наместника небес? Сам напросился на проблемы! — Я бы не искал дружбы с тобой, если бы был настолько уверен в своей власти, — огрызнулся мэр. — И я тебе ещё при первой встрече сказал — ты дестабилизирующий фактор! Усянь закатил глаза, с силой проведя рукой по лицу. — Всё, чего я хотел, — это просто спокойно жить! Растить сына, делать свою работу и наслаждаться обществом близких людей! — Ну, Вэй Ин, — мягко, но твёрдо вступила в разговор Вэнь Цин. — Ты слишком яркая личность, чтобы оставаться незаметным. Даже эти идиоты, не зная, кто ты, всё равно в тебя вляпались. — Они просто дураки, — отмахнулся Усянь, но в его тоне уже не было прежней ярости. Была усталая, циничная обречённость. В комнате повисла тяжёлая пауза, нарушаемая лишь далёким гулом морозильных установок. — Ладно, — наконец сказал Вэй Ин после минутного раздумья. Он выпрямился, и в его осанке появилась привычная властность Старейшины. — Судя по этим «представителям», с умными людьми у твоего визави не очень. А болезнь лучше профилактировать, чем потом лечить. — Он указал на Жоханя пальцем, словно скальпелем. — И не думай, что это пакт о сотрудничестве. Я по-прежнему не хочу вступать ни в какие альянсы. Но этот город мне нравится. И ты в качестве его главы меня тоже устраиваешь. Поэтому сегодня сделаю исключение. — Его голос понизился, став тише, но оттого лишь весомее. — Обещаю: после сегодняшнего представления никто не посмеет сунуться в твой город просто так. Но не думай, что я сделаю больше, чем сам хочу. Я просто позволю тебе на нём присутствовать. А как ты потом это обернёшь в свою пользу, меня не касается. Лишь бы у меня и моих близких больше не было проблем! Вэнь Жохань поднялся. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнула тень облегчения, смешанного с осторожностью. Он коротко кивнул. — Меня это устраивает. — Хорошо, — Вэй Ин уже поворачивался к выходу, но на пороге обернулся, — Не больше двух телохранителей. И выбери тех, у кого нервы и желудки покрепче.

***

Вэй Ин зашёл в выбранную даочжанами комнату — малую прозекторскую, которая сейчас казалась гулкой, пустой и непропорционально большой из-за почти полного отсутствия мебели. В центре, под единственной включённой лампой, бросавшей резкие, чёрные тени, сидели трое пленных, привязанные к металлическим стульям. Главарь уже пришёл в себя. Все трое смотрели расширенными от ужаса глазами на Сюэ Яна и Вэнь Нина, чьи белые хирургические пижамы были превращены в мрачные полотна запёкшейся крови. Парни спокойно, почти небрежно беседовали с даочжанами, стоявшими в тени, и от этого обыденного тона на фоне их внешнего вида становилось ещё страшнее. Вэй Ин усмехнулся — тихо, беззвучно, только уголки губ дрогнули в хищной улыбке. Он мягко подошёл к центру комнаты, его шаги отдавались эхом в пустоте. — А-Нин, солнышко, — его голос прозвучал неожиданно ласково, заставив одного из пленников дёрнуться. — Принеси мне… — Инструменты? — перебил его Вэнь Нин, и его взгляд загорелся живым, почти мальчишеским интересом. — Нет, — улыбка Вэй Ина стала тоньше, острее. — Упаковку шприцов. На… пять кубиков. Вэнь Нин на секунду застыл, явно пытаясь понять замысел, но потом быстро, послушно кивнул и метнулся к двери исполнять поручение. На пороге он едва не столкнулся с входящими Вэнь Жоханем и Вэнь Цин. Глаза мэра на миг дико расширились при виде окровавленного племянника, похожего на выходца из самого ада, но он быстро взял себя в руки, лишь сдержанно кивнул. Чего нельзя было сказать о его телохранителях. Два рослых мужчины в чёрном побледнели так, что их лица слились с воротниками рубашек, а взгляд остекленел от увиденного. — Цин, — заметил Усянь, разглядев за плечом мэра девушку. — Тебе тут делать нечего. Лучше иди наверх. Успокой всех, присмотри за А-Юанем, да и… уборка там не помешает. Распорядись. Вэнь Цин ничего не ответила, только согласно кивнула, развернулась и ушла по направлению к лифтам, её каблуки отстукивали чёткий, убывающий ритм. — Сестра? А… тела… — донёсся из коридора голос Вэнь Нина. Вэй Ин заметил, как Цин, не оборачиваясь, понимающе махнула рукой. Усянь прикрыл тяжёлую дверь, и этот звук прозвучал в тишине как приговор. Затем он развернулся и окинул взглядом комнату. Вэнь Жохань устраивался на принесённом кем-то из даочжанов стуле напротив пленников, как VIP-гость в первом ряду амфитеатра. Его лицо было маской спокойствия, но пальцы, сцепленные на колене, были белыми от напряжения. И тут Вэй Ин заметил других людей, до этого стоявших в глубокой тени у дальней стены, но теперь вышедших на свет. — А… вы что здесь делаете? — возмущённо, но без настоящей злости спросил Усянь. — Он и мой племянник! — не менее резким тоном парировал Цзян Чэн, будто это всё объясняло. Усянь медленно перевёл взгляд за плечо брата, где маячили молчаливые фигуры братьев Лань. — А… эти? — его голос стал опасно тихим. Сичэнь сделал шаг вперёд, его рука легла на напряжённое плечо Цзян Чэна. — Я не оставлю Чэна одного здесь, — сказал он просто, и в его голосе звучала железная решимость. Усянь скептически хмыкнул и опять вопросительно посмотрел на брата. — Пусть, — на удивление спокойно ответил Чэн. Он почти повернул голову назад, бросая короткий взгляд на стоящих за его спиной. — Ему надо увидеть… — Он сделал едва заметную паузу, вбирая воздух. — Им обоим надо. Вэй Ин медленно, очень медленно перевёл взгляд с Цзян Чэна на Лань Ванцзи. Их взгляды встретились и сцепились. На лице Вэй Ина появилась та самая, хищная улыбка Старейшины Илин. — А… — протянул он тихо, и в этом звуке была целая вселенная ледяного торжества. — Ты прав, Чэн. Им надо это увидеть. Им очень надо это увидеть.