В твоём сердце

- Миша, что же ты так долго? – с такими словами мужчина встретил гостя. - Прости, Серёжа, служба задержала. Катерина Сергеевна, моё почтение, - вошедший поклонился стоявшей рядом девушке и, как положено, поцеловал ей ладонь. - Взаимно, Михаил Павлович, - Катя отвернулась, чуть смутившись. Затем обратилась к хозяину дома: - Сергей Иванович, я пойду к себе? Вам наверняка надо обсудить важные вещи… - Можете остаться, коль пожелаете. - Нет-нет, - девушка чуть испугалась. – Я пойду… - Хорошо… Катя ушла к себе, оставив друзей, которые не понимали её поведения. Её сердце ускоренно колотилось, а глаза заметно расширились. Ей по какой-то причине стало страшно, но по какой – девушка не знала. В надежде хоть немного успокоиться, она решила прилечь на кровать, а если получится, то и подремать. - Что же это такое? Неужели мне… стыдно перед ним? Но за что? Я ничего такого не сделала. Ну подарили мне букет и подарили. Что плохого в этом? В конце концов, Кате удалось задремать. Но сон был беспокойным. Её мучали кошмары, девушка ворочалась… *** - Миша, есть какие-то вести? – Сергей знал: если его друг задержался, то это не просто так. - От польского общества. - Добрые? – в ответ собеседник кивнул: - У них уже есть определённый план относительно великого князя Константина Павловича. - И в чём же он состоит? - Когда начнётся восстание, они его задержат в его же дворце. Вот только… - Михаил замолчал. - Что? - Среди них бытует слух, будто его Высочество отрёкся от престола… - Не думаю, что это правда, - сомневался мужчина. - Согласен с тобой. И всё же… - молодой человек понизил свой голос до шёпота, - разве на него не могли повлиять события, в результате которых был убит его отец – ныне покойный государь Павел Петрович? - Вполне возможно, но такое маловероятно. Впрочем, кто знает, друг, кто знает… - Сергей похлопал Михаила по плечу. – В любом случае, когда настанут важнейшие для России дни, мы постараемся сохранить жизнь как можно большему числу людей. - Но как же император? Ведь Пестель говорит… - Миша, не надо его слушать, - мужчина резко взял друга за плечи и посмотрел в глаза. – Он беспощаден и жесток, видит смысл лишь в той революции, коя омыта кровью. Мы же постараемся достичь цели без убийства Его Величества. - Но он же... - Главный? Друг, нет никакой пользы в том, чтобы слушать приказы хладнокровного тирана. - Тогда... - Михаил задумался. - Обговорим известие на ближайшем собрании? - Дельная мысль. Однако сообщу ему завтра. Сегодня не удастся. *** Наконец она не выдержала и проснулась. Беспокойство не уходило. Катя осторожно встала, открыла дверь и вышла. Снизу доносились голоса. Девушка остановилась, прислушиваясь. Как и ранее, она чувствовала, что это важно… - Когда начнётся восстание… - это сказал он. Он… Катя в ужасе прижала ладонь к губам, но продолжила слушать. Когда диалог закончился, девушка скоро и тихо вернулась к себе и снова опустилась на кровать. Хотелось плакать, но она не могла. Сил не хватало. Катя чувствовала себя очень уставшей. Единственным желанием было куда-нибудь исчезнуть. Подальше от всех этих волнений, тревог. Девушка настолько погрузилась в мысли, что не услышала, как открылась дверь, как к ней подошли, сели рядом. Она почувствовала лишь крепкие, но мягкие и тёплые руки, осторожно взявшие её и прижавшие к груди пришедшего. Катя, не говоря ни слова, не открывая глаз, протянула ладонь, сразу же перехваченную. Девушка ощутила на ней нежный поцелуй. И зарыдала. Её стали гладить по голове, по плечам, по спине. Слёзы не унимались. - Помоги мне, - только и произнесла Катя. – Я устала… - Всё будет хорошо, - отвечал ей ласковый шёпот. – Я помогу. Я рядом. Он рядом. Он не отпускает. Поможет, защитит от всего. Не оставит. Душа Кати постепенно успокоилась. Она чуть отстранилась, посмотрев на молодого человека, продолжавшего сжимать её ладони в своих. - Не плачьте, Катерина Сергеевна, - он утёр оставшуюся слезу с её щеки. – Не терзайте мне сердце. - Хорошо, не буду, - она грустно улыбнулась. - Что же вас так растревожило? - Не пойму сама. Видно, устала, - девушка не стала говорить всей правды. - Отдыхайте. Не стану вам докучать своим присутствием, - молодой человек встал и пошёл к двери. - Нет, - он обернулся. Катя поднялась, взяла его за руку и попросила: - Михаил Павлович, вы не могли бы… остаться здесь, со мной? - С вами? – он не верил собственным ушам. - Да. Совсем ненадолго. Мне так… спокойнее. - Как изволите, Катерина Сергеевна. - Благодарю вас. Тут взгляд Михаила упал на подоконник, на котором находилась… ваза с букетом. - Катерина Сергеевна, позвольте узнать, что это? – он указал на предмет его вопроса. - Это? Букет. - Я вижу. Но кто? - Что? - Кто подарил вам его? - Разве это имеет значение? - Вполне. - Что ж, отвечу. Это мой друг. - Друзья не могут дарить столь красивые цветы, - молодой человек начал не на шутку… ревновать. - Как изволите видеть, могут. - Вы намерены сказать, что я ошибаюсь? - Вы совершенно правы, Михаил Павлович, - чуть помедлив, ответила девушка. - Он не имеет права. - Почему же? Вопрос поставил Михаила в тупик, отчего он окончательно разозлился. - Потому что… Потому что… - Не знаете, какие слова подобрать? - Знаю. - Отчего ж не говорите? - Нет желания. Ни говорить с вами, ни видеть вас. - Взаимно, Михаил Павлович, - в голосе Кати слышалась лёгкая издёвка. – Ступайте. - С превеликой радостью, - последовал ответ. Выходя из комнаты, молодой человек остановился: - А ведь я хотел… - но не договорил, махнул рукой и вышел. *** Солнце уже сияло на закате. Девушка вышла подышать свежим воздухом, пообещав Сергею, что не будет уходить далеко. Около дерева, стоявшего в десятке метров от дома, она увидела чью-то фигуру. Кате сразу стало не по себе. По рукам и спине прошёл холодок. - Что вы здесь делаете, Катерина Сергеевна? – не оборачиваясь, поинтересовался мужчина. - Вышла… прогуляться… - Одна? - Точно так. - Подобное крайне безрассудно с вашей стороны. Девушка не переносила, когда её действия осуждали. И даже сейчас, несмотря на страх, она немного вспылила, но сдержалась. - Простите, однако я не спрашивала вашего мнения. Собеседник продолжал стоять к ней спиной. Он не терпел, когда ему отвечали подобным тоном. - Катерина Сергеевна, разве вас не учили манерам общения с посторонними? - Не я первая. Сие начали вы, Павел Иванович. Или нет, господин полковник, - последняя фраза была произнесена с небольшим сарказмом, и Катя его дополнила странным поклоном. Мужчина обернулся и подошёл к ней. - Не стоит говорить столь дерзко. - Не стоит так обращаться с женщинами. - Как именно? - Как со своими подчинёнными. Я никому, кроме себя, здесь не принадлежу. - Что ж… В ваших словах есть правда. Воцарилось молчание. Павел решил его нарушить: - Михаил Павлович несколько минут назад выходил весьма в дурном настроении. Что могло произойти? - Позвольте не говорить. - Хорошо. Через некоторое время девушка, чуть запинаясь от волнения, сообщила: - Он сказал Сергею Ивановичу, что у польского общества есть план относительно… - полковник пристально взглянул на неё, - великого князя Константина Павловича. Пестель продолжал молча слушать. Катя говорила дальше: - Его собираются задержать в его же дворце. И идёт слух, будто бы его Высочество отрёкся от престола. - Откуда вам сие известно? - Услышала, - вздохнула девушка. – Вам же Сергей Иванович планировал сообщить об этом завтра. И… - она замялась. - И? - Про вас говорили, что вы… Полковник поднял ладонь и резко ответил: - Не стоит дальше. Я хорошо осведомлён о том, что обо мне говорят, - он чуть помолчал. В мыслях было: - Быть может, она не так дурна, какой кажется? – вслух же произнёс: - Вы интересная особа. - Благодарю, - Катя отметила про себя, что это уже второй человек, говорящий такую же фразу. И какой человек… - Я хотел бы попросить вас об одолжении. Коль узнаете что-то важное, прошу сразу же сообщать мне. Чувствую, что мне чего-то не договаривают… - последние слова он говорил про себя. - Вы желаете… - Нет. Я не собираюсь делать из вас шпиона. Просто говорите мне, если что-нибудь случайно услышите снова. - Хорошо… - Приятно было пообщаться с вами. - Взаимно… - девушка ничего не понимала. Павел поцеловал ей руку, чуть поклонился и ушёл. - Удивительно всё… - подумала Катя. – И он интересный. С виду не очень приятен, однако потом он будто немного другим становится. И хочется с ним общаться дальше… Похож на Пашу. Иной, конечно, но похож. Быть может, и то, что о нём говорят – всё неправда? Ложь?